Соседи и взаимоотношения с ними. Этническое содержание срубной культуры

Племена срубной культуры в первый период, с 1600 до 1200 г. до н. э., по каким-то неясным теперь причинам внутреннего порядка все время проявляют тенденцию к расселению. Сначала они стали распространяться на север, встречаясь с жителями охотничьих и рыболовческих стоянок Оки и Волги и с племенами приказанской и абашевской культур. При этом обе стороны влияли друг на друга, что в разной степени и форме выражено в археологическом материале. В конце первого и в начале второго периодов срубной культуры эти племена распространились до Дуная. При этом срубная культура очень стойко сохраняла свой сложившийся на прародине облик, хотя и выработала и приобрела кое-какие местные, «сабатиновские» формы культуры (новые формы и орнаменты керамики, некоторые орудия и оружие и украшения). Как раз, когда движение культуры и, вероятно, племен ее достигло Северо-Западного Причерноморья, какие-то отряды конных амазонок проникли через Дунай до самых Афин. По-видимому, эти походы связаны с возникновением кочевого быта. Подтверждения этому имеются в археологическом материале: скотоводство у населения отдельных районов не знает свиней (например, состав стада в Кобякове из раскопок А. А. Миллера), что приближает его к кочевому облику. В то же время обширные поселения с прочной оседлостью, земледелием и скотоводством, включающим полный состав стада, распространены по всей территории. Живя иногда многие столетия и накапливая мощный культурный слой, эти поселения как будто не достигают скифского времени, тогда как в основании их нередко залегают фрагменты многоваликовой посуды позднейшей катакомбной культуры. Впрочем, на некоторых селищах, например на Нижнерогачицком, Белозерском, Бериславском и других, в верхних слоях попадается очень скромная примесь скифской посуды и находок. То же наблюдается на Калиновском и Пересадовском селищах на Ингуле. В Донской дельте это известно в Кобякове и Елисаветовской станице. В последнем случае на месте селища срубной культуры вырастает мощное городище какого-то варварского племени 1.

Погребения срубной культуры, почти все до единого впускные в более древние курганы, сохраняют присущий им ритуал до самого конца. Только во второй половине VIII и в первой половине VII в. до н. э. в редких погребениях с конской уздой появляется оружие, прежде всего стрелы. Эти погребения можно рассматривать как захоронения гиппотоксотов, то есть конных стрелков-лучников.

По-видимому, прежде относительно мирные сношения со Средним Днепром, выражавшиеся в проникновении туда степных форм бронзы (копий, кельтов, ножей и кинжалов срубного и «киммерийского» типов) и даже отчасти керамики (культурный слой Субботовского городища), теперь стали настолько неустойчивыми, что чернолесские племена начали строить городища-убежища.

В савроматском и степном скифском быту сохранились черты предшествующего периода 2. Как в савроматской, так и в скифской степной культуре, но в обоих случаях совершенно по-своему формы новой керамики связаны генетически с позднейшей посудой срубной культуры. До начала V в. до н. э. погребения и рядовых скифов и царей совершаются в курганах эпохи бронзы. Погребенных по-прежнему клали головой преимущественно на запад и восток. Иногда костяки еще скорченны (впрочем, довольно редко). Вместе с тем следует вспомнить, что в эпоху поздней срубной культуры попадаются и вытянутые погребения. Зародившись в конце того же времени, погребения гиппотоксотов остаются в основе такими же, но приобретают типичную скифскую «паноплию». Кое-где новые скифские поколения тянутся к старым селищам, но оставляют на них лишь слабый поверхностный след.

К рубежу VII — VI вв. до н. э. в степях установился собственно скифский облик быта. Из скифских степей он проник к лесостепным племенам Приднепровья. Об этом свидетельствует вполне «скифский» характер вооружения и конской сбруи.

Обычаи и навыки населения срубной культуры стали сменяться на рубеже VIII — VII вв. до н. э. новыми, а на значительной части территории, от Поволжья до Нижнего Днепра, кочевое скотоводство вытеснило прежние формы земледелия и оседлого скотоводства. Даже скифские земледельческие племена степей вели, по-видимому, только полуоседлый образ жизни. По всем степным просторам бродили кочевые поезда царских скифов и их царей, таких, например, как Иданфирс, Скил, Атей, Сайтаферн. Вероятно, некоторые изменения в хозяйственном укладе произошли и в Среднем Приднепровье. Аристократия могла перенять кочевой образ жизни, тогда как основная масса населения прочно сохраняла оседлый быт. Так, хозяйственный и бытовой переворот в недрах племен срубной культуры за столетие отразился не только у них самих, но и у их северных лесостепных соседей.

Мы уже видели, что кое-где во втором периоде срубной культуры возникли подвижные кочевые группы. Но точно установить их положение в недрах собственно срубных племен, преимущественно оседлых, трудно. Может быть, они жили бок о бок с земледельцами и даже на одних поселениях (например, Кобяково).

Прочная оседлость и невоинственность ритуала племен срубной культуры очевидны, хотя оружие хорошо известно по случайным находкам и кладам. Отсутствие его в погребениях как будто бы свидетельствует, что оно редко было в личной собственности, разве что только у военных вождей (по крайней мере, мечи, копья, кельты). Видимая нерасчлененность внутри племен срубной культуры заставляет предполагать сохранение родовых отношений. Отчасти они, может быть, отразились в склонности хоронить в одном кургане нескольких покойников и рассматривать курганы всей степи как извечное кладбище предков.

Рост скотоводства и некоторые черты погребального ритуала свидетельствуют о существовании у населения срубной культуры патриархальной родовой общины. Однако элементы матриархальных отношений у некоторых степных племен, очевидно, сохранялись. Таковы «амазонки» Паросской хроники. Таковы савроматы, происходящие от племен срубной культуры.

Воинственный образ жизни скифских и савроматских потомков этих племен, явное расслоение на аристократию и рядовых общинников — все это указывает на зарождение вместе с погребальным ритуалом гиппотоксотов начал военной демократии. В какой-то мере этому способствовала несомненная победа в течение VII в. до н. э. железного оружия — на первых порах менее совершенного, но более доступного каждому общиннику.

Кто же были носители позднейшей срубной культуры? Их сплошь да рядом считают киммерийцами, во всяком случае в степях Приазовья и Северо-Западного Причерноморья. Между тем греческие авторы прямо говорят о том, что скифы находились в этих степях задолго до установления их полного господства в этой области в конце VII в. до н. э. Гомеровские млекоеды — доители кобылиц — не названы по имени, но поэт VIII в. до н. э. Гесиод прямо называет их скифами. Геродот передает в первой легенде о происхождении скифов, что они уже тысячу лет, как обосновались здесь. В скифские племена, хотя бы частично, вошли местные этнические элементы, как об этом можно судить по первому и второму преданиям о происхождении скифов у Геродота. Хотя третье предание относится в основе к событиям VIII — VII вв. до н. э., в нем могли отозваться и, вероятно, отозвались продвижения племен из-за Волги до Дуная уже в конце II тысячелетия до н.э. Все эти передвижения археологически мало или совсем незаметны в однокультурной среде 3.

Между тем здесь же находятся и киммерийцы. Они живут в Причерноморских степях, где их знает Гомер. Какая-то более древняя традиция говорит об их более ранних походах под именем «амазонок». Последнее продвижение скифов, упоминаемое в третьей легенде Геродота, застает киммерийцев к западу от Днепра и в степях Крыма, особенно на Керченском полуострове. Может быть, они же занимали дельту Дона, где вариант срубной культуры близок крымскому 4. В настоящее время мы не можем разграничить территории между киммерийцами и первыми группами проникших сюда скифов, да, вероятно, и долго не сможем. Очевидно одно, киммерийцы и скифы долго жили на смежных землях украинских степей. Только в результате последней экспансии скифов киммерийцы на одно-два поколения раньше их показались на историческом горизонте Передней Азии.

На всем пространстве степей Северного Причерноморья и Приазовья с XII до начала VII в. до н. э. господствовала довольно единообразная срубная культура. Отсюда следует, что и киммерийские и скифские племена были охвачены одной этой культурой 5. Во всей письменной традиции нет никакого намека на приход киммерийцев откуда бы тони было в Северное Причерноморье. Скифы, напротив, по третьей и, вероятно, второй легендам Геродота, явились с востока. Та же версия по-своему повторена Диодором Сицилийским, да и вообще всей античной письменной традицией. Поэтому, конечно, считать срубную культуру созданной киммерийцами нельзя. Правы те, кто рассматривает ее как принесенную в Причерноморье предками скифов. Мы видели, что продвижение с Волги было постепенным, но достаточно быстрым: племена срубной культуры достигли западных границ экспансии в конце II тысячелетия, вероятно, уже в XII в. до н. э. Из дальнейшей судьбы этой культуры ясно, что она была полностью воспринята киммерийцами, хотя в Крыму и Донской дельте в формах посуды и ее орнаментике наблюдаются черты пережитков более ранней, многоваликовой керамики позднейшей катакомбной культуры. Со своей стороны, киммерийцы могли хотя бы отчасти быть распространителями некоторых западных форм керамики, таких, например, как цилиндрически-узкогорлая посуда, кувшинчики гальштатского типа, и некоторых видов бронзовых оружия и украшений.

Некоторые исследователи считают, что киммерийцы до принятия срубной культуры жили в условиях катакомбной, особенно позднейшей, культуры, а именно делали и употребляли соответствующую посуду, в частности многоваликовую 6. Известны подражания острореберным сосудам с многоваликовой орнаментикой. Они есть и на поселениях этого позднего времени катакомбной культуры, например на селище Бабино III — поселении с чисто многоваликовой посудой, и в Сабатиновке с ее собственно срубным обликом. Часто многоваликовые сосуды встречаются на поселениях с керамикой срубной культуры в порожистом Приднепровье. Нередки они в нижних слоях позднейших поселений срубной культуры (у пристани с. Большая Знаменка на Днепре, на селище у Белозерского лимана и т. д.). Что эта поздняя стадия катакомбной культуры доживает на Днепре и на Керченском полуострове до встречи со срубной, можно судить не только по керамике, но и по стратиграфии поселений и по некоторым другим вещам. Например, костяные пряжки изредка встречаются в катакомбах и в таких поселениях, как Бабино III; в то же время эти вещицы происходят главным образом из курганных захоронений поздней срубной культуры 7. По Тясмину, Роси и среднему течению Днепра поселения с многоваликовой керамикой встречаются довольно часто на дюнах поймы, но иногда и на коренном берегу. По этому поводу было высказано мнение, что часть киммерийцев ушла с таким культурным обличьем на север под напором прошлых племен срубной культуры 8. Носили ли тогда эти народы имя киммерийцев и вся ли катакомбная культура принадлежала одной группе племен — неясно. Но эта гипотеза кажется резонной. Можно предполагать, что некие протокиммерийские племена до наступления в Северном Причерноморье эпохи господства племен срубной культуры составляли одну из групп населения катакомбной культуры.

Савроматы и степные скифы принадлежали к иранской группе языков индоиранской ветви. Поэтому их предки среди племен срубной культуры в Поволжье и частью в Приазовье и Причерноморье должны были говорить на тех же языках. О неясности языковой принадлежности киммерийцев упоминалось выше. На их языке, естественно, говорила киммерийская часть племен срубной культуры.

Процесс перехода к воинскому строю и быту военной демократии шел одинаково и у киммерийцев и у скифов. Киммерийцы исчезли и неизвестны после своих неудач в Малой Азии в VII в. до н. э. Эпизод, связанный в повествовании Геродота с последним нападением скифов на киммерийцев, где киммерийское общество распалось на консервативных царей-басилеев и склонный к уходу с родины народ-демос, как бы ни был фантастичен этот рассказ, отражает внутреннюю борьбу старых родовых органов власти с новой подвижной конной аристократией. Скифы же достигли полного развития военно-демократического управления и господствовали в Северном Причерноморье с начала VII до II в. до н. э.

Мы отдали столько внимания срубной культуре потому, что она во втором периоде совпадает с одновременным бытованием на территории Северного Причерноморья киммерийцев и скифов, и потому, что она, несомненно, относится ко времени, когда железо победило бронзу, хотя от нее самой так мало осталось собственных железных вещей. Эта эпоха часто, в силу показанного выше исторического недоразумения, называется киммерийской. Также условно и наименование ее предскифской. Коль скоро эта общая культура и киммерийских и скифских, а отчасти в дельте Дона, может быть, и некоторых меотских племен есть поздняя срубная культура, то до нахождения более удачного термина мы сохраняем это название, хотя сооружения в могилах в виде срубов в это время, если и применялись, то очень редко.

Notes:

  1. Т. Н. Книпович. Опыт характеристики…, стр. 188.
  2. К. Ф. Смирнов. Савроматы. М., 1964, стр. 182 — 188; И. В. Яценко. Ук. соч., стр. 82 — 84; Б. Н. Граков. Ук. соч., стр. 80 — 81; Б. Н. Граков и А. И. Mелюкова. Об этнических и культурных различиях в степных и лесостепных областях Европейской части СССР в скифское время. В кн.: «Вопросы скифосарматской археологии». М., 1954, стр. 66 — 70.
  3. Геродот, IV, 5 —11; М. И. Артамонов. К вопросу о происхождении скифов. ВДИ, 1950, № 2, стр. 37 — 39.
  4. О. А. Кривцова-Гракова. Степное Поволжье и Причерноморье…, стр. 108 — 109; И. Т. Кругликова. Ук. соч., стр. 108 — 118. В связи с появлением большого нового материала некоторые исследователи отрицают близость нижнедонского и крымского вариантов срубной культуры (Э. С. Шарафутдинова. Кобяковская культура эпохи поздней бронзы…, 1971, стр. 20).
  5. О. А. Кривцова-Гpакова. Степное Поволжье и Причерноморье…, стр. 162.
  6. Т. Б. Попова. Племена катакомбной культуры. Труды ГИМ, вып. 24. М., 1955, стр. 176 — 177.
  7. С. С. Березанская. Об одной из групп памятников средней бронзы на Украине. СА, 1960, № 4, стр. 29, рис. 4; В. В. Двоpниченко. Погребения с подбоями эпохи поздней бронзы в Северном Причерноморье. Сборник докладов на IX и X Всесоюзной археологической студенческой конференции. М., 1968, стр. 8 — 10, рис. 1, 1, 4, 7; рис. 2, 1, 5.
  8. Т. Б. Попова. Ук. соч., стр. 75 — 78.

В этот день:

Нет событий

Метки

Свежие записи

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика