Переходный период от бронзового к железному веку на территории Западно-Сибирской равнины

Переходный период от бронзового века к железному веку на территории Западно¬Сибирской равнины в среднем падает на конец VIII — начало VI в, до н.э. Климатические условия в это время изменились в сторону дальнейшего увлажнения, что привело к обводнению и сокращению лесных угодий. По этой причине в VIII — VII вв. до н.э. северное лесное население вынуждено было переселиться. Оно продвигалось на юг и юго-запад но прибрежной лесной полосе в поисках новых охотничьих угодий. По своему содержанию это время было для Западной Сибири продолжением бронзового века, но к югу и западу от нее уже начался железный век, складывался новый скифо-сибирский мир. И в западносибирском материале пусть редко, но встречаются привозные предметы этого мира: типичные «скифские» бронзовые наконечники стрел, обломки бронзовых котлов и др. Перейдем к характеристике культур переходного периода.

ПОЗДНЕИРМЕНСКАЯ КУЛЬТУРА

Фактически является последним этапом ирменской культуры. Она представлена неукрепленными поселениями, городищами и курганными могильниками. Почти все они находятся на территории Барабы. В Верхнем Приобье их встречено очень мало, хотя к предшествующему периоду относится значительное количество памятников. Это заставило некоторых исследователей считать, что в переходный период происходил значительный отток населения из Приобья в Барабу. Позднеирменский материал можно датировать второй половиной VIII — началом VI в. до н. э.

Совершенно уникальным оказалось городище Чича-1 в Барабе, расположенное близ оз. Малая Чича, Его исследованием руководит В.И. Молодин. На поверхности самого городища и прилегающей к нему неогражденной части поселения прослежены остатки (западины) 32 жилищ. Раскопки одного из них показали, что оно было в одночасье покинуто (вероятно, из-за военной опасности), а потом сгорело.

В 1999 г. на Чиче-1 при помощи немецких специалистов впервые на территории Сибири произведено детальное геофизическое обследование археологического памятника. В результате удалось, не вскрывая поверхность, получить его примерный план. Оказалось, что жилищ было не 32, а более сотни. Прослежена планировка улиц и переулков. Зафиксирована мощная система оборонительных сооружений. Раскопки подтвердили правильность снятого геофизиками плана. Общая площадь памятника более 30 га.

На поселении Туруновка-4 раскопано огромное двухкамерное жилище в виде полуземлянки. Оно, видимо, свидетельствует о сохранении традиции зимнего содержания скота в домах. Обращает на себя внимание обломок бронзового котла, типичного для скифо-сибирского мира. Большое количество обломков костей домашних животных говорит о том, что скотоводство, как и прежде, имело большое значение в хозяйстве населения. Вероятно, занимались местные жители и земледелием, хотя прямых свидетельств этому нет. В Барабе раскопано лишь несколько курганов позднеирменского времени, материал которых свидетельствует о сохранении прежних ирменских традиций. Керамика характеризуется значительной близостью к ирменским материалам, но имеет и своеобразные черты. Это исчезновение резко профилированных сосудов с раздутым туловом, появление горшков с вертикальной шейкой. Возросла роль гребенчатой орнаментации при общем преобладании речной техники нанесения орнамента. Наблюдается уменьшение удельного веса геометрических фигур. Их постепенно заменяют зигзаги, наклонные линии и «елочный» узор. Появились сосуды с двумя рядами «жемчужин». Произошло общее обеднение орнаментации, выражающееся в сокращении орнаментальных мотивов и увеличении числа сосудов с неорнаментированным туловом. Реже применялось лощение внешней поверхности сосуда. Предложенная В.И. Молодиным характеристика позднеирменской керамики Барабы (особенно ее второй и третий типы) полностью совпадает с материалами Верхнего Приобья. Отличие заключается в том, что среди барабинских сосудов встречается керамика, которая в раннем железном веке «переросла» в материалы саргатской культуры.

Характерная особенность переходного периода — появление миниатюрной глиняной скульптуры. Начало этой традиции, как указывалось выше, было отмечено в конце ирменской культуры. На городище Чича-1 и на поселении Туруновка-4 обнаружены схематичные изображения медведей и медведицы, а также несколько мужских скульптур, изготовленных из глины.

В лесостепном Притоболье, как и в Приишимье, аналогичной культурой переходного периода является баитовская культура, предшествовавшая саргатской культуре.

ПРОДВИЖЕНИЕ ТАЕЖНЫХ ПЛЕМЕН И СЛОЖЕНИЕ НОВЫХ КУЛЬТУР В ЛЕСОСТЕПНОЙ ПОЛОСЕ

В VIII — VI вв. до н.э. в Западной Сибири значительно изменился климат. Наступил период увлажненности, повысился уровень озер и рек. В таежной местности резко увеличилась площадь болот, сократились охотничьи угодья. Это отрицательно сказалось на жизни населения, для которого охота являлась одним из главных источников питания. Началось относительное перенаселение. Переход к производящему хозяйству в условиях тайги был невозможен. Оставался один путь — миграция избыточного населения.

Видимо, из районов Сургутского Приобья (мест распространения атлымской культуры) часть таежного населения стала передвигаться на юг. Передвижение шло по привычной лесной территории, расположенной вдоль Оби, Иртыша и их притоков. Группы переселяющегося населения, видимо, были экзогамными, вынужденными вступать в браки с местным населением, что привело к интенсивному слиянию пришлой и местных культур. В результате этого сложились культуры, в орнаменте керамики которых особое место заняли оттиски крестового штампа. Все их можно объединить в культурную общность, которая сложилась в результате синтеза пришлого и местного населения. Самая западная культура, вошедшая в ее состав (гамаюнская), находится в Зауралье, поэтому мы на ней останавливаться не будем. Некоторые исследователи называют эту общность гамаюно-молчановской. Необходимо сразу же указать, что в Приобье и Прииртышье культуры, относящиеся к указанной общности, не занимали сплошных территорий. Они не вытеснили основное местное население, а представляли собой лишь определенные недолговременные островки, которые потом растворились в местной среде.

Первым свидетельством появления северного населения является молчановская культура на юге Среднего Приобья. Для нее характерны горшки с выгнутой дугообразной шейкой.

В их орнаментации сочетаются северные еловские, южные андроноидные и позднеирменские черты. Реже встречаются баночные сосуды, в орнаментации которых известны оттиски крестового и струйчатого штампа.

Продвижение таежного населения на юг далее пошло по р. Чулым и, возможно, по р.Томи, а на территории Кузнецкой котловины осталось несколько памятников, в керамике которых встречено некоторое количество обломков сосудов с крестовым штампом. К сожалению, пока они мало изучены. Можно лишь отметить, что крестовый штамп на сосудах из Кузнецкой котловины отличается от приобского штампа: линии тоненькие, как бы прорезанные. Аналогичный штамп встречен и в поселении Линево (Новосибирская область) на р. Иня, материал которого хорошо датируется по наконечнику стрелы VIII — VII вв. до н. э. Видимо, заселение данного региона шло из Кузнецкой котловины, а не из Приобья, т.к. крестовый штамп на изделиях завьяловской культуры отличался по своему виду от кузнецкого штампа. Среди находок из поселения Линево особое место занимает выполненное из рога скульптурное изображения лося с коротким хвостом. Голова животного отломана. Туловище украшено орнаментом из цепочки ромбов и параллельных насечек на крупе.

Завьяловская культура открыта Т. Н. Троицкой в Новосибирском Приобье. Представлена она лишь двумя городищами у с. Завьялове на берегу Обского водохранилища и Томским могильником. Незначительное количество керамики, орнаментированной крестовым штампом, встречено в некоторых других поселениях вместе с позднеирменскими материалами (Ивановка-3). Мы остановимся на завьяловской культуре более подробно, так как располагаем достаточным количеством материала для реконструкции жизни населения в переходный период.

Городище Завьялово-1 полностью разрушено при затоплении ложа Новосибирского водохранилища. Ко времени его открытия сохранялся лишь небольшой участок с оборонительной системой и прилегающей к нему территорией. В настоящее время и он обрушился в воду. Городище Завьялово-5 было расположено у устья р. Каракан при ее впадении в Обь. Оно частично размыто водой. Исследована почти вся сохранившаяся часть памятника. Раскопки производились Е.А. Сидоровым и Т.Н. Троицкой, материал подытожен Т.В. Мжельской. Городище было ограждено оборонительной системой, состоявшей из двух рвов и вала. Раскопано 10 жилищ. Это подквадратные полуземлянки площадью от 72 до 200 м . Одно жилище двухкамерное. Следы перестроек на Завьяловском городище не были обнаружены. Можно предположить, что все жилища существовали одновременно. Подсчитано, что число проживавших здесь людей достигало 350 — 400 человек. Судя по большому количеству золы, сажи и горелого дерева, городище погибло от пожара, после чего было заброшено.

Основная масса находок Завьяловского городища — керамика. Среди нее выделяется группа небольших сосудов с округлым или уплощенным дном и дугообразной в профиле шейкой. Встречаются слабопрофилированные горшки, смыкающиеся с банками, сосуды баночных форм, кувшины с раздутым туловом и небольшие миски. В технике нанесения орнамента преобладает гребенчатый штамп. Примерно пятая часть сосудов орнаментирована фигурным штампом: прежде всего крестовым, значительно реже — струйчатым. В ряде случаев сосуды орнаментированы двумя рядами «жемчужин». Встречен и архаический способ нанесения орнамента отступающим штампом. В целом керамику можно разделить на две группы. Первая группа — повторяющая как по своей форме, так и по орнаменту поздненеирменские сосуды. Вторая группа — сосуды, типичные для северного таежного населения. Все это свидетельствует о том, что завьяловская культура сложилась в результате слияния этих двух элементов.

Известен лишь один могильник завьяловской культуры. Это Томский грунтовый могильник, раскопанный в 1887 — 1889 гг. В его состав входило 47 неглубоких могил. Погребенные лежали на правом боку, головой на юг и юго-запад; в нескольких случаях зафиксировано трупосожжение. Этому есть аналоги в ирменских и позднеирменских материалах. Найдена мять целых и обломки двух сосудов. Четыре из них орнаментированы крестовым штампом, который водном случае нанесен отступающей техникой. Обнаружен многочисленный бронзовый инвентарь: оружие (чеканы, кинжалы, наконечники копий), орудия (ножи), украшения (браслеты) и зеркала.

Среди находок завьяловской культуры надо отметить большое количество каменных грузил для рыболовных сетей, нижнюю плиту зернотерки и роговые мотыжки. предназначенные для вторичной обработки земли. Датировать завьяловские городища помогли двухлопастные бронзовые наконечники стрел скифского типа, относящиеся к концу VIII — началу VI в. до н. э. Интересны предметы мелкой глиной пластики: полумесяц, модель каменного грузила и схематично выполненной животное с длинной шеей. Как указывалось выше, именно на период поздней бронзы и переходного периода падает появление мелкой глиняной пластики. Встречены кости диких и домашних животных и рыб.

Остеологический материал говорит о значительном отличии завьяловского скотоводства с преобладанием коневодства от ирменского, в котором ведущую роль играл крупный рогатый скот. Подобное преобладание в остатках костей лошади типично для «верного скотоводства. На территории Средней Оби, откуда, по всей вероятности, пришли носители керамики с крестовым штампом, лошадь являлась единственным домашним животным. Подобный характер скотоводства можно считать типичным для всех культур гамаюно-молчановской общности.

О существования земледелия говорят роговые мотыжки, предназначенные для вторичной обработки почвы, и нижняя плита зернотерки. Охота занимала большое место в экономике населения. Среди костей диких животных по количеству особей первое место занимал лось, дававший много мяса. Значительную роль в питании завьяловского населения играло рыболовство. В результате промывки грунта через сито удалось обнаружить больше количество костей крупных и мелких рыб. Характер сохранившими костных остатков позволяет считать, что рыба I, перетиралась в порошок и использовалась в виде персы, известной обитателям тайги до настоящего времени. Таким образом, в хозяйстве завьяловского населения сочетались северные таежные черты с местными лесостепными особенностями.

Значительное количество памятников переходного периода выявлено в Барнаульском или Алтайском Приобье. Это бескурганные могильники, поселения и культовые места. М.П. Грязнов, первый, кто открыл здесь памятники переходного времени, отнес их к первому этапу большереченской культуры раннего железною века и датировал VII — VI вв. до н.э.

В настоящее время памятники переходного периода Алтайского Приобья изучаются А.Б. Шамшиным, который датирует их VIII — VI вв. до н.э. и относит к мыльниковской культуре (названа по поселению Мыльниково). По мнению этого исследователя, данная культура является результатом слияния корчажкинской и ирменской культур эпохи поздней бронзы и проникшего сюда в небольшом количестве северного таежного населения с крестовой орнаментацией керамики.

Первым раскопки памятников этой культуры провел М.П. Грязнов, исследовавший поселения и бескурганные могильники в урочище Ближние Елбаны к югу от г. Барнаула. Сейчас на всей территории Алтайского Приобья исследовано значительное количество погребений этого времени. Погребальный обряд в них в определенной степени перекликается с обрядом захоронения в рассмотренном выше Томском могильнике, только коллекция находок значительно беднее. Активные раскопки памятников переходного периода ведутся Алтайским государственным университетом.

В настоящее время известно более 40 памятников этого времени, среди которых поселения Ближние Елбаны-1, Мыльниково, Бобровка и др. Раскопанные жилища содержат полуземлянки площадью до 100 м: и более. Хозяйство носило комплексный ха¬рактер и было аналогично завьяловскому.

Другой путь продвижения северных таежных племен шел по Иртышу. В Среднем Прииртышье открыта серия поселений, среди керамики которой встречаются сосуды с таежным крестовым штампом. Культура получила название красноозерской по одноименному поселению. В настоящее время исследовано несколько поселений у урочища Инберень. Новотроицкое поселение и др. Обнаружены небольшие подчетырехугольные полуземлянки. Судя по найденному материалу, большое место в экономике занимали охота и рыбная ловля. Хозяйство было комплексным. Стадо состояло в основном из коней, а также из крупного и мелкого рогатого скота. Было весьма развито металлургическое производство.

Среди находок красноозерской культуры хорошо представлены керамические комплексы. Встречаются сосуды с дугообразно выгнутым венчиком. В небольшом количестве встречены крестовый и мелкий струйчатый штамп, оттиски гребенчатого штампа, резной орнамент, шагающая гребенка, отступающий штамп. В керамике явно сочетаются северные таежные и ирменско-сузгунские черты, Встречены бронзовые наконечники стрел скифского и протокулайского типов. Особый интерес представляет полое внутри глиняное навершие в виде головы лошади с длинной шеей. Морда лошади раскрошилась. Длина навершия достигает 19 см. Оно сплошь покрыто подтреугольными вдавлениями, В целом навершие отличается схематизацией. Это типичное произведение искусства, характерное для северных мигрантов. Как отмечает В.И. Молодин, скульптура населения переходного периода свидетельствует о достаточной адаптации пришлого северного населения к новым условиям: появляется совершенно новая тематика — изображение лошади.

Выводы

Период перехода от бронзового века к железному веку характеризуется активным перемещением населения, миграциями и формированием новых историко-культурных общностей. Основной культурой Верхнего Приобья и Среднего Прииртышья являлась позднеирменская культура. Пришлое северное таежное население селилось небольшими группами в лесной полосе по берегам рек. Оно освоило скотоводство и земледелие, но значительную роль играли также рыболовство и охота. Постепенно пришлое население растворилось в местной среде, все больше заимствуя черты позднеирмвнской культуры — в Новосибирском Приобье, а на территории лесостепного Алтая — позднеирменской и корчажкинской культур. Для искусства переходного периода характерна сильная схематизация. Основным материалом, из которого выполнены дошедшие до нас произведения искусства, являлась глина.

Рекомендуемая литература

Коников Б.А. Основы археологии Западной Сибири. — Омск, 1997.
Косарев М.Ф. Древняя история Западной Сибири: человек и природная среда. М.: Наука, 1991.
Матющенко В.И. Древняя история Сибири.- Омск, 1999.
Молодин В.И, Бараба в эпоху бронзы. — Новосибирск, 1985.
Молодин В.И. Древнее искусство Западной Сибири. -Новосибирск: Наука, 1992.
Молодин В.И., Новиков А.В,, Софейков О.В. Археологические памятники Здвинского района Новосибирской области. — Новосибирск, 2000.
Троицкая Т.Н. Завьяловская культура и ее место среди лесостепных культур Западной Сибири // Западная Сибирь в древности и средневековье. -Тюмень, 1985. — С. 54-69.
Труфанов А.Я. Культура эпохи поздней бронзы и переходного времени к железному веку лесостепного Прииртышья: Автореф. дис. … канд. ист. наук. — Кемерово, 1990.
Шамшин А. Б. Переходное время от эпохи бронзы к эпохе железа в Барнаульском Приобье (VIII- VI вв. до н э.) //Западносибирская лесостепь на рубеже бронзового и железного веков. — Тюмень, 1989. — С. 116 — 129.

chihca

chihca-2

chihca-3

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1935 Родился Евгений Николаевич Черных — российский археолог, историк металла, член-корреспондент РАН.
  • Дни смерти
  • 2008 Умерла Людмила Семёновна Розанова — советский и российский археолог, кандидат исторических наук. Старший научный сотрудник Института археологии РАН, один из ведущих специалистов в области истории древнего кузнечного ремесла.

Метки

Свежие записи

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика