Холостенко Н.В. Исследования Борисоглебского собора в Чернигове

К содержанию журнала «Советская археология» (1967, №2)

Интереснейший памятник древнего зодчества — Борисоглебский собор в Чернигове до последнего времени оставался малоизученным. Историк Г. А. Милорадович 1 называл его одним из древнейших (в Чернигове). Другие дореволюционные авторы — М. Марков, А. Ярыгин, Е. Голубинский, Р. Васютинский 2 — несколько осторожнее писали о его дате. А. Шафонский 3 даже относил его сооружение к XVII в. Эти противоречия объяснялись большим искажением первоначального вида памятника и разрозненностью исторических сведений о нем. Д. В. Айналов справедливо отметил, что «…редко искажение приводило столь изящную, совершенно зрелую по своим строительным формам наружность… к столь уродливому и неузнаваемому виду…» 4. Это суждение подтвердил Ф. Ф. Горностаев 5, который утверждал, что памятник сохранил древние хоры, часть апсид и что «…снаружи открыты части древнего карниза…». Обмеры, изданные при докладе П. Лашкарева 6 о черниговском зодчестве, показывали храм после реконструкции и были весьма приблизительны.

Прямых исторических сведений о времени сооружения храма нет, но «Слово о князьях», (XII в.) сообщает, что умерший в 1123 г. князь Давид Святославович был погребен в построенном им Борисоглебском соборе. Следовательно, храм был построен до 1123 г. Можно ограничить и раннюю дату строительства. Отец Давида Святослав Ярославич был инициатором постройки огромного каменного храма Бориса и Глеба в Вышграде, а сам Давид в 1115 г. участвовал в перенесении мощей Бориса и Глеба в новый собор. Можно думать, что после этого Давид и решил построить на своем дворе храм-усыпальницу, посвященный также Борису и Глебу. Таким образом, храм был сооружен между 1115 и 1123 гг. 7

После разгрома монголами Чернигова и разрушения Борисоглебского собора в 1239 г. он был возобновлен во второй половине XIII в. митрополитом Максимом 8. В XV в. о нем упоминается как о монастырском храме. Во время захвата Чернигова польской шляхтой в 1611 г. он сгорел, а в 1627—1628 гг., будучи переданным доминиканцам, превращен ими в костел. После освобождения от оккупации он был передан православным и в 1659 г. восстановлен и реконструирован Л. Барановичем. В 1702—1703 гг. 9 при храме была построена колокольня, при копке котлована для которой был найден «серебряный идол» 10. В 1857 г. восточная часть собора была разобрана и заменена новой с увеличением ее длины на восток, а в 1889 г. храм был заново расписан, причем были стесаны ребра крестовых сводов под хорами.

Собранные нами графические материалы 11 показывают план здания уже после реконструкции 1659 г. Особенно интересен обмер, сделанный перед реконструкцией 1857 г. (рис. 1). Из него видно, что тогда была снесена не древняя восточная часть, а относящаяся к XVIII в. Внешний вид храма также показан с большими изменениями первоначального облика. Обмеры П. Лашкарева фиксировали собор после всех перестроек XIX в., в каком виде он и дошел до пожара и разрушений 1941—1945 гг.

Исследования И. В. Моргилевского остались неопубликованными. Поэтому, когда в 1946 г. встал вопрос о восстановлении собора, то в первую очередь потребовалось его обмерить и изучить. Первый этап исследований был проведен мною в 1947—1948 гг. 12 Но тогда многое еще осталось невыясненным, а по ряду вопросов нами высказывались лишь предварительные соображения. В 1961 г. В. А. Богусевич, пользуясь публикацией моих материалов М. А. Остапенко и своими наблюдениями, выступил с утверждением, что дошедший до нас Борисоглебский собор был «…заново построен во второй половине XII века (после 1175 г.)». Это свое утверждение он обосновывал ошибочными аргументами 13. После 1948 г. в течение ряда лет нами проводились как специальные раскопки, так и исследования в процессе восстановительных работ и разборки поздних кладок. В эти же годы раскопки на территории между Спасским и Борисоглебским соборами открыли однокамерный терем XI в. и башню с проездом, второй половины XII в., а внутри Борисоглебского собора — двухкамерный терем начала XI в. 14 Сам собор исследован нами от низа фундамента до верха купола.

Исследования показали, что основное ядро памятника сохранилось в первоначальном виде и никогда не перекладывалось заново. Остались все наружные стены до верха арочного карниза под закомарами, а местами и нижние части закомар с основаниями окон, вся центральная часть храма с барабаном и куполом. Западные пилоны дошли до нашего времени вместе с пятами подпружных арок, а местами и их нижними частями. Уцелели хоры и поддерживающие их своды. От древней алтарной части сохранились стены на высоту 60—80 см и обрубленные их части, примыкающие к торцам наружных и междуапсидных стен на всю их высоту. На рис. 2 показаны древние части западного фасада.

Рис. 1. Собор до реконструкции 1857 г.

Рис. 1. Собор до реконструкции 1857 г.

Рис. 1. Собор до реконструкции 1857 г.

Рис. 2. Западный фасад. Древние части

Рис. 2. Западный фасад. Древние части

Все древние части памятника выложены из кирпича одного сортамента (рис. 3), формованного из глины каолинового типа (в обжиге светложелтоватого тона) и характеризующегося высоким качеством 15. Приводим данные химического анализа кирпичей Борисоглебского собора: Водопоглощение (среднее) —14,5%; временное сопротивление на сжатие — 52—54 кг/см2 (кирпич из наружных частей кладки).

Основные размеры кирпича 32 X 28 X 4,0—4,5; 31 X 27 X 4,5; 29 X X 26 X 4,0—4,5. Кирпичная кладка очень характерна для определенной группы памятников 16: это порядовая кладка с односторонней верхней подрезкой шва и затертой до блеска его поверхностью. Этот тип кладки не имеет прямой связи с техникой кладки киевского круга памятников. Связующий раствор однороден, хорошего качества, с цемянкой, изготовленной из того же кирпича. Приводим химический анализ раствора 17:

Рис. 3. Таблица сортамента плинфы

Рис. 3. Таблица сортамента плинфы

Состав раствора, определенный при изучении шлифа образца под микроскопом (в %): 1) цементирующее вещество — 77, 2) кварц — 5, 3) обломки кирпича — 15, 4) черное непрозрачное вещество — 3. Обломки кирпича от 3 мм и меньше, распространены равномерно. Прочность на раздавливание — 25,75 кг/см2.

Весь кирпич меченый. Немеченый встречается лишь в единичных экземплярах. Метки на кирпичах двух типов — писанные пальцем на постелистой стороне по сырой глине и рельефные знаки на боковых сторонах кирпича 18.

Среди меток интересна группа, воспроизводящая знаки Кирилловского алфавита (рис. 4). Характерна также группа меток типа княжеского знака («знака Рюриковичей»; в общем одного типа, лишь с индивидуальной манерой написания) (рис. 4). Наиболее многочисленны знаки типа «черт и резов» (рис. 5). Интересно, что прямые аналогии им есть среди знаков на кирпичах и черепице памятников средневекового Причерноморья, на стенах зданий древнеболгарской столицы Плиски, на кирпичах саркельской крепости и на среднеазиатских, в частности хорезмийских, кирпичах (рис. 5). Возможно, что здесь сказались южные связи Чернигова, имевшего прямые контакты с Северным Причерноморьем, Византией, Хозарией, Кавказом и Средней Азией 19.

Рис. 4. Верхние четыре ряда — метки типа букв Кирилловского алфавита, нижние три ряда — метки «трезубцы»

Рис. 4. Верхние четыре ряда — метки типа букв Кирилловского алфавита, нижние три ряда — метки «трезубцы»

Обследование расположения меченой плинфы в кладке показало, что некоторые части здания, например, полуколонны, пилоны, уступы порталов, простенки барабана и др., выполнены из кирпича с определенными типами меток, а другие части, особенно стены, имеют разнообразные метки. Распределение меток по частям сооружения показано на рис. 6 20. Возможно, что такое распределение знаков объясняется тем, что наиболее ответственные части сооружения и фасонные детали выполнялись основными мастерами, а более простая работа (например, кладка стен) — рядовыми работниками.

Отметим еще некоторые конструктивные особенности памятника. Боковые части хор основаны на крестовых сводах. В их пяты положены амфоры-корчаги «киевского» типа горловиной наружу. Аркосолии под хорами устроены в утолщенных стенах. Амфоры-голосники расположены в определенной системе (рис. 7). Сами хоры открыты в храм большими проемами. Паруса центрального купола сложены нависающими рядами, в их пяты также заложены корчаги и еще по две корчаги как голосники заложены на одной трети высоты парусов. Перекрытие лестницы на хоры и все прокладные пояса-карнизы сделаны из шиферных плит. Барабан, возведенный на прямоугольном основании, имеет бочкообразную форму, слегка суживаясь вверх и в плане постепенно приближаясь к кругу. Купол сложен в один кирпич и в разрезе близок по очертанию к форме перевернутой цепной линии, что является следствием правильного выбора кривой образующей и хорошей пластичности раствора.

Рис. 5. Верхние три ряда — метки на постелистой стороне кирпичей; нижние четыре ряда — сопоставление борисоглебских и хорезмийских (слева) знаков на кирпичах

Рис. 5. Верхние три ряда — метки на постелистой стороне кирпичей; нижние четыре ряда — сопоставление борисоглебских и хорезмийских (слева) знаков на кирпичах

Наружные поверхности стен сразу после их возведения покрывались тонкой штукатуркой-затиркой с разбивкой белым известково-алебастровым раствором на квадры, имитирующие кладку из тесанного камня с правильной перевязкой швов, а в местах арок — с разрезкой их на клинчатые камни 21.

Приводим химический анализ штукатурки 22:

Изучение под микроскопом в шлифе образца показало, что он состоит из зерен кальцита и каолинита, в которых есть отдельные кусочки известняка. Состав образца в %: 1) цементирующее вещество — 90, 2) кварц — 2, 3) обломки кирпича — 8, 4) черные непрозрачные зерна — незначительное количество.

Уступы порталов и декоративные ниши были расписаны, фрагменты росписи найдены при исследованиях. Внутри храм был оштукатурен и также покрыт фресковой росписью, которая исполнялась по дополнительно нанесенному слою штукатурки и прописывалась корпусной техникой. Фрагменты росписи уцелели на притолоках окон и двери с хор на «гульбище» 23, небольшие фрагменты наблюдались на стенах и простенках барабана. Основные цвета росписи — коричневый, красный, желтый, для фонов — синий и голубой. Много фрагментов фресок найдено при внутренних раскопках, некоторые из них с граффити.

Внутри храма обнаружены остатки нескольких сменявших друг друга полов: остатки сгоревшего пола 1941 г., полов XIX в., XVIII в. (первой и второй его половины), середины XVII в., XVI—XV вв., пола XIII в.; под ним лежал первоначальный пол из шиферных плит. Плиты положены на слое песка, под которым была подготовка из мелкого битого кирпича и раствора. Ниже — планировочный слой из земли, строительных остатков, лежащих на культурной прослойке, покрывающей слой сгоревшего поселения VIII—X вв. Отдельные части полуземлянок, попавшие в раскоп, врезаны в материковый лёсс. Ниже лёсса — уплотненный суглинок; под ним — прослойка серого песка, на которой и заложены фундаменты собора.

Пол из шиферных плит в самом храме лучше всего сохранился в центральном нефе (рис. 8). Плиты толщиной 6—8 см; размеры их разные, но выдержанные по длине в древнерусских мерах (152, 176, 183, 216 см). В центральном подкупольном пространстве сохранились остатки омфалия из резных шиферных плит с мозаичным набором. Бордюр его состоял из четырех последовательно примыкавших друг к другу плит размером 262 X 105 см, а центр — из двух плит по 152 X 76 см. Среди фрагментов плит найдены в россыпи смальты желтого, зеленого, красного, кремового и черного цветов. На обломке бордюрной плиты уцелел фрагмент мозаичного набора. Общий вид омфалия реконструируется по найденным фрагментам (рис. 9).

В алтарной части храма осталась лишь небольшая часть подготовки под пол и часть основания синтрона 24. На подготовке под пол сохранились отпечатки и фрагменты керамических поливных плиток размерами
19 X 19,5 X 1,8 и 20 X 19,5 X 1,8—2,0 см зеленого и желтого цветов. В центральной апсиде найдены шиферные плиты от престола, положенные как подкладки под пол 1627—1628 гг.; под закладкой (из кирпича этого же времени) проема между апсидами обнаружена часть верхней плиты престола с резным орнаментом под мозаику. Престол было сделан из четырех боковых плит и верхней плиты, соединенных между собой в паз.

Исследования по линии алтарной преграды показали, что она была деревянная. На месте сохранились части брусьев основания. Уровень пола в алтаре был на 20—22 см выше пола собора, т. е. храм имел солею.

Раскопы в северном нефе выявили здесь епископские гробницы XVII—XVIII вв., лежавшие на различных высотах по отношению к уровню пола времени захоронения 25.

Под остатками же древнего пола лежали части сооружения, предшествовавшего строительству собора. Это был двухкамерный княжеский терем начала XI в. От его северной половины сохранился фундамент и стены на высоту от 50 до 70 см, а от южной — нижние части фундаментов в местах, где они не попали под пилоны собора (рис. 10). Кладка с западающим рядом opus mixtum. В основание фундаментов положен ростверк, деревянная же связь положена в основание стен. Очевидно, терем был двухэтажным с лестницей в средней стене 26. Опыт его реконструкции дан на рис. 11.

Рис. 7. Схема размещения голосников над аркосолиями

Рис. 7. Схема размещения голосников над аркосолиями

Одновременно с понижением уровня пола производились работы по разборке закладок северного и южного порталов и понижение закладки порога западного портала. Из закладки южного портала были вынуты в 1950 г. две капители 27, при последующих работах в 1956 г.— два фрагмента одной из капителей, найденной в 1950 г. (с пальметтой), и фрагмент третьей капители, выполненной в манере ранее найденных. При понижении порога западного портала, кроме ранее обнаруженной здесь же капители с растительным орнаментом и фрагмента резной колонки, был найден угловой камень портала 28. Восточнее, в засыпке срубной гробницы XVII в. была найдена половина капители со львом (рис. 12). Эта капитель по манере резьбы солиями с ранее найденными двумя реконструировать общую схему третьей капители (рис. 13). Схемы изображений на этих капителях, в общем очень широко распространенные, в частности, весьма близки по композиции к шитым медальонам ризы Антония Римлянина начала XII в. 29 При расчистке слоя пола XVII в. в южной части трансепта были найдены использованные как подкладки под лаги этого пола три куска резного камня. Составленные они образовали угловой камень от плинтовой капители, очевидно, угловых пилястр собора. Таким образом, от возможных восьми фасадных капителей найдено целыми и во фрагментах пять, один камень плинтовой капители пилястры, а также угловой камень и фрагмент полуколонны от портала. Все эти находки связаны с полом и закладками 1627—1628 гг., когда были разобраны закомары, сделан горизонтальный карниз на уровне канителей полуколонн, а сами полуколонны сбиты до уровня земли того времени.

Раскопками вокруг Борисоглебского собора была вскрыта площадь около 1300 м2 (не считая раскопок между ними и Спасским собором), выявлен весь комплекс его обстроек. Раскопы были доведены до уровня их пола и отмосток и лишь выборочно опущены до материка у северной и южной каплиц и северного портала галереи.

Галереи шли вдоль северного и западного фасадов собора (рис. 14). Северная галерея заканчивалась одноапсидной каплицей, западная доходила лишь до юго-западного угла собора. На южной стороне у южного портала обнаружены остатки паперти, к которой с востока примыкала продолговатая каплица, оканчивающаяся апсидой 30.

Северная и западная галереи почти одинаковой ширины (внутри 3,9—4,1 м) и имеют сходное конструктивное решение. У стен собора путем обкладки полуколонн по ширине пилястр создавался пилон, на который упиралась пята арки, переброшенной с него на пилястру наружной стены. Каждый такой отсек перекрывался крестовым сводом, образующим сверху плоское покрытие. Остатки этих конструкций лежали на полу и у стен. Здесь же найдены фрагменты арочного карниза галереи. Снаружи и внутри стены расчленены пилястрами, совпадающими но разбивке с пилястрами собора. Между пилястрами, внутри стен, размещены ниши-аркооолии такого же размера, как и внутри храма (186 X 60 — 65 см). Сохранились лишь их нижние части, а около северного портала — и нижние части их арочных завершений. Захоронений не сохранилось; найдены лишь мелкие кости, фрагменты гробов и отдельные предметы. В изголовьях подкладывались плинфы, частью современные их постройке, частью второй половины XII и XIII вв.: аркосолии заполнялись захоронениями постепенно. Своды и стены были покрыты фресками; найдено много их фрагментов и часть росписи на северной стене галереи в виде панели (завеса).

Рис. 8. Общий вид древнего пола

Рис. 8. Общий вид древнего пола

В остатках стен галереи сохранились низы норталов: в северной стене — одноуступчатого шириной 138 см и западного из полуколонок (рис. 15). Найден угловой камень и фрагмент полуколонии, видимо происходящие от западного портала галереи. Двери порталов ставились на подпятники: северная — на каменный, западная — на мраморный.

Полы галереи — из поливных керамических плиток (размерами 20 X Х20 X 2,0—2,2 и 19 X 19 X 2,3—2,5 см), которые постилались нацемяночном растворе по слою мелкого боя. В тех местах, где они перекладывались при устройстве под ними захоронений 31, они положены на глине. Плитки лежали рядами, параллельными стенам. Их расцветка: красно-коричневые, желтые, зеленые (в западной галерее попадались черные). Изучение сохранившихся остатков пола показало, что при наборе он делился на участки. В каждом участке ряды одного цвета укладывались по диагонали, но менялись направлением. Два диагональных ряда одного цвета разделялись рядом другого. Очень интересно, что такое разнообразие раскладки перекликается с мотивом раскладки цветов в украинских плахтах.

Рис. 9. Омфалий (реконструкция)

Рис. 9. Омфалий (реконструкция)

На уровне пола сделано много находок: фрагменты подсвечников, части хороса, кресала, обломки стеклянных браслетов и посуды, а также бронзовые подвески и пр. 32

Каплица северной галереи отделялась от стены галереи двухуступчатой пилястрой. Каплица квадратная, 5,3 X 5,3 м. С востока полуциркульная маленькая апсидка, расчлененная по оси тонкой тягой. Внутри апсиды сохранилось основание престола из кирпича. С галереей каплица была связана нешироким проемом, а с собором — еще более узким, однако заложенным при строительстве собора. В наружной стене каплицы сделан аркосолий (185 X 85 см). Общая структура каплицы перекликается с решением Ильинской церкви 33. Пол в каплице не сохранился, но на его уровне найдены в россыпи смальты кремового, зеленого и желтого цветов; возможно, пол был мозаичный.

Южная каплица вытянутой формы (ширина внутри около 3 ле). Снаружи она имеет угловые пилястры. Внутри пол сильно поврежден захоронениями, остались лишь небольшие фрагменты подготовки и в россыпи смальты кремового, желтого и зеленого цвета; вероятно, как и в северной каплице, пол был мозаичный.

Рис. 10. Остатки двухкамерного терема

Рис. 10. Остатки двухкамерного терема

Рис. 11. Реконструкция терема

Рис. 11. Реконструкция терема

Рис. 12. Фрагмент капители со львом

Рис. 12. Фрагмент капители со львом

Рис. 13. Развертки двух капителей и схема капители со львом

Рис. 13. Развертки двух капителей и схема капители со львом

Стены южной паперти и ее внутренность сильно повреждены поздними захоронениями. Хорошо сохранился лишь ее юго-западный угол с раскрепованными пилястрами и фрагменты пола из таких же, как в галереях, керамических плиток. В развале ее стен найден богатый клад, уже описанный нами 34.

Рис. 14. Общий плав собора с галереями

Рис. 14. Общий плав собора с галереями

Реконструкция плана всего комплекса собора представлена на рис. 16, где показаны и соразмерности собора, полученные анализом его размеров и пропорций. Мастера приняли за единицу измерения простую тмутараканскую сажень — 152 см 35. Это размер стороны пилонов, ему кратны и размеры собора. Разбивка его плана могла производиться с помощью шеста и веревки простыми геометрическими построениями с использованием закономерности квадрата и равностороннего треугольника с общим размером стороны. Перенос того же принципа на высотное построение показан на чертеже реставрации разреза (рис. 17). Общий вид собора со всеми обстройками реконструируется на основе найденных фрагментов и сохранившихся частей (рис. 18).

Анализ конструкций обстроек, техники кладки, строительных материалов, в частности кирпича и знаков на нем, показывает, что галереи строились вслед за собором, во всяком случае, через незначительный промежуток времени. В третью очередь строилась южная каплица.

Рис. 15. Косяк западного портала галереи

Рис. 15. Косяк западного портала галереи

Рис. 16. План комплекса собора (реконструкция)

Рис. 16. План комплекса собора (реконструкция)

Анализ конструкций обстроек, техники кладки, строительных материалов, в частности кирпича и знаков на нем, показывает, что галереи строились вслед за собором, во всяком случае, через незначительный промежуток времени. В третью очередь строилась южная каплица.

Установлено, что фундаменты собора глубиной 2,4 м были сложены в нижней части из плит известняка и дикого камня (встречаются также обломки кирпича и блоки кладки от разрушенных теремов), а выше идут 16 рядов из кирпича. В подошву фундаментов положена «основа» из двух бревен по всему их периметру. Фундамент галерей глубиной 1,1 л* основан на культурном слое, покрывающем отложения сгоревшего поселения. Он сложен в нижней части из такого же плитняка, затем из кирпичного боя на растворе, перекрытого шестью рядами кладки. Фундамент южной каплицы глубиной 1,2 м имеет аналогичную конструкцию, но сверху перекрыт двумя рядами кирпича.

Рис. 17. Разрезы собора (реконструкция)

Рис. 17. Разрезы собора (реконструкция)

В процессе раскопок галерей установлено, что в них был произведен большой ремонт с закладкой поперечных арочных проемов (см. рис. 15).

При этом для прохода оставлялись проемы шириной 72—76 см. В угловых отсеках заложены были и ниши между пилонами у стен собора. Кладки эти выполнены очень характерным красным кирпичом (размерами 27 X 19 X 4,5—5,0 и 26 X 20 X 5,0 см) с рельефными знаками на торцах (рис. 19). Закладки делались порядовой кладкой, без подрезки швов, на розоватом растворе с крупной цемянкой. Кирпичи и тип кладки хорошо датируются второй половиной XII в. По размерам и меткам они весьма близки к кирпичу здания с проездом, открытого раскопками между однокамерным теремом и Спасским собором 36, кирпичам и знакам Михайловской церкви (1173 г.) 37, Пятницкой церкви 38 и других памятников этого времени. Особенно близки они к кирпичам и знакам на них Михайловской церкви. В этом отношении весьма характерен имеющийся на кирпичах обоих памятников знак в виде двузубца с отрогом внизу. Такие знаки совершенно отсутствуют среди знаков Борисоглебского собора п обычны для памятников 60—80 гг. XII в. 39

Ремонт галерей хорошо датируется 70—80-ми годами XII в. Для того, чтобы возникла необходимость в ремонте, должно было пройти 30—40 лет, следовательно, галереи строились в 20—30-е годы, что подкрепляет дату постройки памятника до 1123 г.

Раскопками установлено, что под застройку собора была отведена и наново спланирована часть территории княжеского двора с находивпшмися здесь и сильно обветшавшими сооружениями, разобранными при его постройке (рис. 20). Собор был поставлен таким образом, что одна из обнаруженных пока построек (двухкамерный терем) оказалась внутри его, а вторая — примерно в 15 м от его южной стены.

Рис. 19. Образцы меток кирпичей из закладок арок галерей

Рис. 19. Образцы меток кирпичей из закладок арок галерей

Что же вызвало необходимость такой реконструкции княжеского двора? Мы связываем ее с борьбой Владимира Мономаха за Черниговское княжество, кульминационным пунктом которой был бой за Чернигов в 1096 г., так красочно описанный самим Мономахом 40. Давид Святославович, укрепившись на Черниговском «столе», к концу своего княжения предпринял капитальную реконструкцию «своего двора» и строительство «своего» храма — княжеской родовой усыпальницы.

Исследования памятника позволили установить характер и объем перестроек и реконструкций, которым подвергался собор за все время его существования. О ремонте XII в. мы уже говорили. В пожар 1239 г. выгорели все деревянные части, обрушились коробовые своды и пострадали галереи. В XIII в. покрытия были восстановлены в дереве, переложены тимпаны порталов и при ремонте обстроек северная галерея не восстанавливалась. При перестройке в костел (1627—1628 гг.) верхние своды были возобновлены, но поставлены значительно ниже древних, восточная же часть здания была заменена удлиненной на восток новой с устройством в ней католического престола. Отметим, что при устройстве новых сводов и других ремонтных кладок были применены плинфы от разобранных древних сооружений; часть плинф была от разобранного в это время Благовещенского собора 41, а часть использована из руин неизвестного пока сооружения, находившегося, по-видимому, невдалеке. Сортамент кирпича этого здания показывает, что оно относилось к концу XII в. и по характеру архитектурных форм было близко к типу Пятницкой церкви. Кирпич его имел писанные острым инструментом знаки на их постелистой стороне, что является его характерной чертой (рис. 21).

Рис. 20. План расположения сооружений между Спасским и Борисоглебским соборами: 1 — Спасский собор, 2 — Борисоглебский собор, 3 — терем однокамерный второй половины XI в., 4 — терем двухкамерный начала XI в., 5 — здание с проездом второй половины XII в., 6 — развалы кладок, 7 — колокольня XVII в., 8 — остатки стены ограждения

Рис. 20. План расположения сооружений между Спасским и Борисоглебским соборами: 1 — Спасский собор, 2 — Борисоглебский собор, 3 — терем однокамерный второй половины XI в., 4 — терем двухкамерный начала XI в., 5 — здание с проездом второй половины XII в., 6 — развалы кладок, 7 — колокольня XVII в., 8 — остатки стены ограждения

Рис. 21. Знаки неизвестного здания

Рис. 21. Знаки неизвестного здания

При реставрационных работах после Великой Отечественной войны восточная часть XIX в. была разобрана и восстановлены древние апсиды. Была разобрана и поврежденная авиабомбой западная пристройка, а архитектурные формы по возможности реконструированы. Внутри здания пол оставлен на древнем уровне, а его сохранившиеся части реставрированы. Оставлены также для обозрения остатки кладок двухкамерного терема в северном нефе.

Notes:

  1. Г. А. Милорадович. Черниговский Борисоглебский храм. Чернигов, 1889; его же. Описание черниговских соборов Спасопреображенского и Борисоглебского. Чернигов, 1890.
  2. М. Марков. О достопримечательностях Чернигова. Чернигов, 1816; А. Ярыгин. Путеводитель по Чернигову. Чернигов, 1900; Е. Голубинский. История русской церкви. I, М., 1901, Приложение; В. Васютинский. Чернигов, его святые храмы, чудотворные иконы и местночтимые святыни. Чернигов, 1911.
  3. А. Шафонский. Описание Черниговского наместничества. 1786.
  4. Из речи, произнесенной на заседании Комитета по устройству XIV Археологического съезда 10 августа 1906 г. «Труды предварительного Комитета по устройству XIV археологического съезда в г. Чернигове». Чернигов, 1906.
  5. Ф. Горностаев. Об архитектуре древних храмов Чернигова домонгольского периода. Тр. XIV АС, III, М„ 1911.
  6. П. Лашкарев. Церкви Чернигова и Новгород-Северска. Тр. XI АС, II, М., 1902.
  7. «Слово о князьях». Художественная проза Киевской Руси XI—XIII вв. М., 1957, стр. 239; Сборник XII века Московского Успенского собора. 39, 1, М., 1899, стр. 35.
  8. Амвросий. История российской иерархии, III, М., 1811, стр. 426.
  9. Во время реставрации колокольни, проводимой нами в 1955 г., архитектор М. Александрова нашла заложенную кладкой керамическую доску с прекрасной лепкой с указанием времени ее сооружения — 1702—1705 гг.
  10. М. Марков. Ук. соч. Из «серебряного идола» были отлиты царские врата собора.
  11. 1) Выкопировки из планов Черниговской крепости (Московский Военно-исторический архив) с изображением центральной части кремля 1751, 1771, 1776 и 1788 гг.; 2) планы Чернигова XVIII и начала XIX в., приложенные к статье А. Шугаевского. Чернигів XVIII стор.— кілька подробиць його топографії. «Науковий збірник за 1927 р.», Київ; 3) план центральной части Чернигова со Спасским и Борисоглебским соборами (кабинет Дома архитектора в Киеве) — из материалов И. В. Моргилевского; 4) обмер храма до реконструкции 1857 г.
  12. Материалы моего отчета использованы в публикации М. А. Остапенко. Дослідження Борисоглібського собору в Чернігові. «Архітектурні пам’ятники». Київ, 1950, стр. 64.
  13. В. А. Богусевич. Забраження Сімаргла в древньоруському мистецтві. «Археологія», XII, Київ, 1961, стр. 82. Автор, очевидно, принял ремонтные кладки и кладки переложенных сводов за основные кладки собора.
  14. В. А. Богусевич. Раскопки в Чернигове. КСИА, 4, 1955, стр. 9 (раскопки здания с проездом); В. А. Богусевич, Н. В. Холостенко. Черниговские каменные дворцы XI—XII вв. КСИА, 1, 1952, стр. 32; Н. В. Холостенко. Черниговские каменные княжеские терема XI в. «Архитектурное наследство», 15, М., 1963, стр. 3—17.
  15. Исследования кирпичей и растворов производились лабораторией силикатов киевского Политехнического института.
  16. Таблица памятников и их плинф — см. Н. В. X о л о с т е н к о. Архитектурноархеологическое исследование Успенского собора Елецкого монастыря в Чернигове. «Памятники культуры», З, М., 1961, стр. 65.
  17. Анализ выполнен лабораторией киевского Политехнического института.
  18. Сопоставление собранных рельефных и писапых на постелях меток показало, что по типу начертаний они идентичны.
  19. Б. А. Рыбаков. Первые века русской истории. М., 1964, стр. 196. Вспомним, что в 1117 г. на Черниговщину в устье Остра переселялись жители Саркела — Белой Вежи. Не они ли участвовали в строительстве Борисоглебского собора и не им ли обязано сходство знаков на его плинфе с восточными?
  20. На рис. 6, а метки, вынесенные на южном, западном и северном фасадах, расположены в гнездах от пальцев лесов (ур. ±0); метки у апсид находятся в первом верхнем ряду остатков стен апсид XII в. на ур. —2,52 м\ кирпичи с метками на торцах прослежены по всей высоте подкупольных столбов; метки у полуколонн от —2,52 м до +8 м\ у южного портала с уровня порога (—3,12 м).
  21. Аналогичное покрытие фасадов имели Успенский собор Елецкого монастыря и Ильинская церковь в Чернигове. Обследование поверхности стен и изучение образцов штукатурок по всем трем памятникам показали, что раствор наносился сразу вслед за возведением кладки и состоял из тех же компонентов, что и кладочные растворы.
  22. Анализы проведены лабораторией силикатов киевского Политехнического института.
  23. М. А. О с т а п е н к о. Ук. соч., стр. 67, рис. 68.
  24. Пол здесь поврежден склепом XVII в., в котором была захоронена целая бемья польского шляхтича в период, когда собор был костелом.
  25. Здесь была гробница Л. Барановича (№ 2), Ф. Иннокентиевича (1708) (№ 1) и одна неопределенная (№ 3), относящаяся к началу XVII в. Гробницы № 1 и № 2 перенесены в северную апсиду, а гробница № 3 повернута параллельно западной стене. Это дало возможность открыть остатки двухкамерного терема.
  26. Н. В. Холостенко. Черниговские каменные княжеские терема…, сгр.З—114.
  27. Н. В. Холостенко. Неизвестные памятники скульптуры древней Руси. «Искусство», 3, 1951, стр. 84—91.
  28. Там же, рис. на стр. 84 и 86.
  29. В. Н. Л а в а р е в. Искусство Новгорода. М.— Л., 1947, табл. 132, б.
  30. Западный угол южного фасада остался незастроенным, что, может быть, не случайно, а связано с окружавшей храм застройкой. При понижении грунта к югу от юго-западного угла собора начали попадаться строительные остатки, но дальше раскопы не расширялись, и выяснение этого — дело дальнейших исследований.
  31. При расчистке пола выявлено, что под полом северной галереи захоронения лежат рядами поперек галереи, разделенные стеночками в полкирпича. Захоронения не раскапывались в связи с ограниченными возможностями экспедиции.
  32. После окончания раскопок были взяты образцы плиток, а пол прикрыт слоем песка, грунта и кирпичной выстилки.
  33. Северная каплица по общей композиции и размеру также близка к Боннской церкви (5,6 X 5,6 м). К. Миятев. Роспись Боннской церкви. София, 1961, табл, в конце текста.
  34. . В. X о л о с т е н к о. Клад у Борисоглебского собора в Чернигове. СА, 1962, 2, стр. 235.
  35. Б. А. Рыбаков. Русские системы мер длины XI—XV веков. СЭ, 1949, 1.
  36. В. А.Богусевич. Раскопки в Чернигове, стр. 9.
  37. Многочисленные метки на кирпичах собраны нами осенью 1955 г. на открытых траншеями для прокладки водопровода частях стен.
  38. Н. В. Xолостевко. Архитектурно-археологические исследования ‘Пятницкой церкви в г. Чернигове. СА, XXVI, 1956, рис. 18,1.
  39. Н. Н. Воронин. Оборонительные сооружения Владимира XII в. МИА, И, 1949, рис. 6; С. Н. Ильин. Новый эпиграфический памятник XII в. в верховьях Волги. КСИИМК, XVII, 1947, стр. 181, рис. 76; Н. Н. Воронин. Древнее Гродно. МИА, 41, 1954. рис. 74, а; Б. А. Рыбаков. Знаки собственности в княжеском хозяйстве Киевской Руси X—XII вв. СА, VI, 1940 (знаки из Родни, Селигера и Изяслава).
  40. ПВЛ, 1, М,— Л., 1950, стр. 160. 161.
  41. Б. А. Рыбаков. Благовіщенська церква у Чернігові 1186 року за данимв розкопок. «Архітектурні пам’ятники», Київ, 1950, стр. 55.

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1935 Родился Евгений Николаевич Черных — российский археолог, историк металла, член-корреспондент РАН.
  • Дни смерти
  • 2008 Умерла Людмила Семёновна Розанова — советский и российский археолог, кандидат исторических наук. Старший научный сотрудник Института археологии РАН, один из ведущих специалистов в области истории древнего кузнечного ремесла.

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика
Археология © 2014