П.Н. Старостин, Е.П. Казаков, Р.С. Габяшев — Игимский могильник

К содержанию журнала «Советская археология» (1973, №1)

Летом 1970 г. Татарским отрядом Нижнекамской археологической экспедиции обнаружены остатки могильника. Он расположен в 2 км к северо-западу от с. Игим (Мензелинский район ТССР, левый берег Камы) на низком мысу останца надлуговой террасы на месте неолитического поселения. Поверхность мыса до середины 30-х годов нашего столетия распахивалась, а позднее участок был отведен под лесопосадку. Могилы не имели никаких внешних признаков и были выявлены случайно.

Погребение 1 (рис. 1, I) обнаружено на глубине около 20 см от уровня современной поверхности, в слое серого песка. Костяк взрослого человека, ориентированный головой на юго-восток, лежал на спине, руки были вытянуты вдоль туловища. Слева у черепа найдены глиняный круглодонный сосуд (рис. 1, I, 9; 1, V) и кремневый «скребок» (рис. 1, I, 10). На правой стороне груди находились железный топор (рис. 2, 19), а также железный и костяной наконечники стрел (рис. 2, 11). В области пояса обнаружена бронзовая пряжка (рис. 2,14), около предплечья левой руки лежали костяные накладки, по-видимому от лука; справа от костяка найден железный наконечник копья (рис. 2, 21). Около черепа по обе стороны лежали бронзовое (рис. 2, 1) и серебряное (рис. 2, 2) височные кольца.

Погребение 2 (рис. 1, II) выявлено на глубине 25 см от уровня современной поверхности, в слое сильно гумированного песка. Очертания могильной ямы не прослеживались. Мужской костяк лежал вытянуто, головой на юго-восток, череп повернут на правый бок. Около черепа на-

Рис. 1. Планы погребений и сосуды Игимского могильника. I — погр. 1; II — погр. 2; III — погр. 4; IV — погр. 3; V — сосуд из погр. 1; VI — сосуд из погр. 2. I (1— серьга; 2— топор; 3 — наконечник копья; 4 — наконечники стрел; 5 — пряжка; 6 — оселок и остатки железных предметов; 7 — костяные накладки; 8 — серьга; 9 — сосуд; 10 — «скребок»). II (1 — наконечник копья; 2 — сосуд; 3 — топор; 4— костяная накладка; 5 — сабля; 6 — наконечники стрел; 7 — накладка; 8 — браслет; 9 — скоба; 10 — привеска; 11 — кусочки ножа; 12 — пряжка; 13 — накладки; 14 — береста; 15 — серьга; 16 — остатки пояса; 17 — нож)

Рис. 1. Планы погребений и сосуды Игимского могильника.
I — погр. 1; II — погр. 2; III — погр. 4; IV — погр. 3; V — сосуд из погр. 1; VI — сосуд из погр. 2.
I (1— серьга; 2— топор; 3 — наконечник копья; 4 — наконечники стрел; 5 — пряжка; 6 — оселок и остатки железных предметов; 7 — костяные накладки; 8 — серьга; 9 — сосуд; 10 — «скребок»). II (1 — наконечник копья; 2 — сосуд; 3 — топор; 4— костяная накладка; 5 — сабля; 6 — наконечники стрел; 7 — накладка; 8 — браслет; 9 — скоба; 10 — привеска; 11 — кусочки ножа; 12 — пряжка; 13 — накладки; 14 — береста; 15 — серьга; 16 — остатки пояса; 17 — нож)

ходились глиняный круглодонный сосуд с раковинной примесью (рис. 1, VI) и железный наконечник копья, аналогичный найденному в погребении 1. Справа от костяка расчищены железный топор (рис. 2, 18), три железных и один костяной наконечники стрел (рис. 2, 12), по-видимому, уложенные в колчан. Сохранившиеся у правого плеча остатки костяных пластинчатых накладок (рис. 2, 10), вероятно, свидетельствуют о том, что рядом с погребенным был положен лук. Под накладками выявлены остатки сильно коррозированной сабли (рис. 2, 20). На правой стороне

Рис. 2. Находки из погребений Игимского могильника. 1, 2, 11, 14, 10, 21 — из погр. 1, остальные из погр. 2.	1, 4—9, 13—15, 17 — бронза; 2, 3 — серебро; 10, 12 — кость; остальное — железо

Рис. 2. Находки из погребений Игимского могильника.
1, 2, 11, 14, 10, 21 — из погр. 1, остальные из погр. 2. 1, 4—9, 13—15, 17 — бронза; 2, 3 — серебро; 10, 12 — кость; остальное — железо

груди найдена железная скоба неизвестного назначения (рис. 2, 16);
в области локтя левой руки лежала бронзовая привеска с цепочкой (рис.
2, 17) и изъеденный ржавчиной нож. Второй железный нож лежал на левой стороне груди погребенного. Заслуживают внимания остатки кожаного пояса с накладками (рис. 2, 4—9) и фигурной пряжкой (рис. 2, 13). На предплечье правой руки обнаружен бронзовый браслет (рис. 2, 15). На черепе погребенного лежала серебряная серьга (рис. 2, 3).

Погребение 3 (рис. 1, IV) найдено на глубине 30 см от современной поверхности, в слое сильно гумированного песка. Очертания могильной ямы не прослежены. Часть костяка потревожена поздними перекопами. Кости черепа лежали около пояса. На некоторых костях были замечены следы огня. Судя по остаткам, погребенный был положен головой на юго-восток. Вещей не найдено.

Погребение 4 (рис. 1, III) выявлено на глубине 40 см от современной поверхности, в слое темного гумированного песка. Могильная яма подчетырехугольной формы прослеживалась очень слабо. На глубине около 50 см расчищены два костяка довольно плохой сохранности, лежавшие вытянуто, на спине, головами на северо-восток. Черепа повернуты лицевыми частями друг к другу. Вещей не найдено.

Глиняные круглодонные сосуды с примесью толченых раковин (рис. 1, V, VI), найденные в двух первых погребениях, близки по форме, размерам, примесям и орнаментации керамике поломско-ломоватовских памятников, а также посуде Танкеевского могильника на юге Татарии [2].

Из предметов вооружения следует отметить саблю (рис. 2, 20), два наконечника копий (рис. 2, 21), железные топоры (рис. 2, 18, 19), железные и костяные наконечники стрел (рис. 2, 11, 12). Сабля сильно коррозированная, с брусковидным черешком. Клинок лезвия обломан, длина сохранившейся части 48 см. Перекрестье прямое, черешок наклонен в сторону острия. Рассматриваемая слабля — разновидность раннесредневековых сабель Восточной Европы [3].

Наконечники копий однотипны: втульчатые с листовидным подромбическим в сечении пером. Длина их 28 см. Топор из погр. 1 узколезвиевый (рис. 2, 19), с граненым обушком и круглым проухом, близкий по форме топору из погр. 297 Танкеевского могильника [4], некоторым находкам Баяновского могильника [5], а также салтовским топорам [6]. Топор из погр. 2 (рис. 2, 18), более массивный, с трапециевидным лезвием, коротким бойком, сходен с топором из Стерлитамакского могильника [7]. Железные наконечники стрел — черешковые, сильно коррозированные, близки к так называемому гнездовскому типу, костяные трехгранные аналогичны многочисленным находкам с памятников I тысячелетия Прикамья.

Из украшений и принадлежностей костюма примечательны остатки поясов с бронзовыми пряжками и накладками, привески, браслет. Бронзовый браслет с утолщенными гранеными концами и кружковым орнаментом (рис. 2, 15), аналогичен браслетам из древнемарийских погребений [8], а также памятников последних столетий I тысячелетия бассейна р. Чепцы [9] и Верхней Камы [10].

В погребениях 1 и 2 встречены серьги трех типов. Одна из них (погр. 1; рис. 2, 1), в виде бронзового разомкнутого колечка, аналогична находкам из Танкеевского могильника [11], могильника Мадланьшай [12] и ломоватовских памятников [13]. Другая сережка из серебра, в виде колечка с грузиком (рис. 2, 2), также находит параллели в ломоватовских материалах и Танкеевском могильнике. Наконец, литая серебряная серьга с отломленной дужкой из погр. 2 принадлежит к типу, нередко встречающемуся в древностях Восточной Европы.

Привлекают внимание остатки поясных наборов (пряжки и накладки). Пряжка из погр. 1 бронзовая, восьмеркообразной формы (рис. 2, 14); из погр. 2 — бронзовая, позолоченная, с литой фигурной задней пластиной (рис. 2, 13). На лицевой поверхности последней изображены две личины с длинными волосами. Возможно, что одно изображение мужское, а второе женское.

Отмеченные выше особенности погребального обряда, а также вещевого материала позволяют утверждать, что данный памятник оставлен населением, близким по культуре племенам IX — начала X в. Верхней и Средней Камы, испытавшим, как уже было отмечено предшествующими исследователями, значительное южное влияние [14].

1. О. Н. Бадер, В. А. Оборин. На заре истории Прикамья. Пермь, 1958, стр. 160, рис. 43, 9; В. Ф. Генин г. Очерки этнических культур Прикамья в эпоху железа. Тр. КФАН СССР, сер. гуман. н., 2. Казань, 1959, стр. 192, табл. VI; Г. Т. Кондратьева, В. Е. Стоянов. Археологические работы на р. Чепце. ВАУ, 2. Свердловск, 1962, стр. 102, рис. 43, 1, 2.
2. Е. П. Казаков. Погребальный инвентарь Танкеевского могильника. Сб. «Вопросы этногенеза тюркоязычных народов Среднего Поволжья». Казань, 1971, стр. 94 сл.
3. Н. Я. Mepпeрт. Из истории оружия племен Восточной Европы. СА, 1955. XXIII, стр. 153.
4. Е. П. Казаков. Ук. соч., табл. VII, 3.
5. В. А. Оборин. Баяновский могильник на р. Косьве. Уч. зап. ПГУ, IX, 3. Харьков, 1953, стр. 150, табл. I, 3, 4.
6. Н. Я. Мерперт. О генезисе салтовской культуры. КСИИМК, XXXVI, 1951, стр. 24, 25, рпс. 2, 86.
7. Р. Б. Ахмеров. Могильник близ г. Стерлитамака. СА, 1955, XXII, стр. 169, табл. VI, 2.
8. М. В. Талицкий. Кочергинский могильник. МИА, I, 1940, табл. II, 15; A. X. Xаликов, Е. А. Безухова. Материалы к древней истории Поветлужья. Горький, 1960, рис. 29, 3.
9. В. Ф. Генинг. Мыдланьшай — удмуртский могильник VIII—IX вв. ВАУ, 3, Свердловск, 1962, табл. II, 9.
10 Р. Д. Голдина. Могильники VII—IX вв. па Верхней Каме. ВАУ, 6. Свердловск, 1970, табл. 36, 7.
11. Е. П. Казаков. Ук. соч., стр. 122.
12. В. Ф. Генинг. Мыдланьшай.., табл. I, 1.
13. Р. Д. Голдина. Ук. соч., табл. 34, 18.
14. А. П. Смирнов. Очерки древней и средневековой истории народов Среднего Поволжья и Приуралья. МИА, 28, 1952, стр. 188.

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1935 Родился Евгений Николаевич Черных — российский археолог, историк металла, член-корреспондент РАН.
  • Дни смерти
  • 2008 Умерла Людмила Семёновна Розанова — советский и российский археолог, кандидат исторических наук. Старший научный сотрудник Института археологии РАН, один из ведущих специалистов в области истории древнего кузнечного ремесла.

Метки

Свежие записи

Рубрики

Яндекс.Метрика