Седов В.В. Формирование восточнославянской народности

К содержанию 198-го выпуска Кратких сообщений Института археологии

История восточного славянства начинается с того времени, когда из общеславянского языка стал выделяться и постепенно оформился самостоятельный восточнославянский (древнерусский) язык. Начало формирования восточнославянской народности и ее языка, согласно данным лингвистики, относится к IX—X вв. На протяжении последующих столетий в восточнославянском языке происходили процессы эволюции, свойственные только территории древней Руси 1.

Проблема образования восточного славянства интересовала исследователей давно. До накопления археологических материалов в науке господствовало мнение о том, что на какой-то ограниченной территории после распада общеславянского языка существовала единая племенная группировка, обычно именуемая общерусской, внутри которой и была выработана лингвистическая и этнографическая общность восточного славянства.

Так, согласно представлениям А. А. Шахматова, «колыбелью русского племени» были анты, которые, спасаясь от аваров в VI в., поселились на Волыни и Киевщине, и эта земля была «русской прародиной». Отсюда восточные славяне начали расселяться по всей Русской равнине, а их широкое расселение привело к членению древнерусского языка на диалектные зоны — северную, восточную и южную 2.

В 50-х годах XX в. Б. А. Рыбаков высказал предположение, что ядром восточнославянской народности было Среднее Поднепровье (исторические Киевская, Черниговская и Северская земли), где в VI—VII вв. существовал союз под главенством одного из славянских племен — русов. Позднее к формированию древнерусской народности подключились другие славянские племена Восточной Европы и часть славянизированных финских племен 3.
Согласно гипотезе П. Н. Третьякова, формирование восточного славянства было результатом внутрирегионального взаимодействия славян, расселившихся в землях Верхнего Поднепровья, с местным восточнобалтским населением, которое оказалось славянизированным. Из Верхнеднепровского региона восточные славяне расселились в северном, северо-восточном и южном направлениях и, таким образом, образовали население древней Руси 4.

Лингвист Ф. П. Филин в одной из последних своих статей высказал догадку о том, что в основе восточного славянства были племена зарубинецкой культуры. Однако это представляется невероятным и по хронологическим мотивам, и особенно в связи с тем, что значительная часть раннесредневековых древностей, ставших основой культуры восточных славян, не восходит к зарубинецким древностям.

Новейшие археологические и лингвистические исследования, в том числе анализ культуры раннесредневековых славян, заставляют отказаться от мысли о «русской прародине», от поисков истоков восточно-славянской народности внутри праславянского мира. Археологические данные отчетливо свидетельствуют, что материальная и духовная культура славян уже в римское время была далеко не монолитной. А в начале средневековой поры славянские племенные группировки в культурном отношении различались между собой весьма серьезно 5. Лексические материалы показывают, что праславянский язык к началу средневековья членился на целый ряд диалектов 6, что очевидно и по другим языковым данным.

Русская равнина, на обширных пространствах которой сформировалась восточнославянская народность, была освоена славянским населением неодновременно, несколькими миграционными потоками, шедшими из разнокультурных регионов праславянского мира 7.

Так, Волынь и правобережная часть Среднего Поднепровья в V—VII вв. были восточной окраиной большой диалектно-племенной группировки славян, характеризуемой прежде всего лепной керамикой пражско-корчакского облика. Территория расселения ее простирается широкой полосой от верхнего и среднего течения Эльбы на западе через земли верхней Вислы до Киевщины на востоке. Эта этнографическая группировка славян состояла из нескольких весьма близких по облику культуры племен. На Волыни и правобережной части Киевского Поднепровья это были дулебы русских летописей. В процессе их дальнейшего расселения сложились волыняне, поляне, древляне и дреговичи. В культуре каждого из этих племен формируются слабозаметные особенности, проявляемые в деталях курганной обрядности. Вместе с тем сохраняется единообразие одежды и украшений. Всем этим племенам свойственны перстнеобразные полутораоборотные височные кольца, скромность в украшениях, отсутствие нагрудных украшений, малочисленность браслетов и перстней.

Другая культурно-племенная группировка праславян отчетливо выделяется в лесостепной зоне, между нижним Дунаем и Северским Донцом. В V—VII вв. она характеризуется пеньковской керамикой, исключительно полуземляночными жилищами и бескурганными (биритуальными?) захоронениями. Этноним этой праславянской группировки известен. Это анты, неоднократно упоминаемые в трудах византийских авторов VI—VII вв. и в сочинении готского историка Иордана. Начало формирования антов как отдельной праславянской племенной группировки восходит к римскому времени, когда на части территории, принадлежащей ираноязычному населению Северного Причерноморья, расселяются славяне. Результатом двух-трехвекового симбиоза славян с потомками скифо-сарматского населения и явилось сложение антской диалектно-племенной группировки 8.

Анты и их потомки активно участвовали в заселении Балканского полуострова. Но значительная часть их вошла в состав формирующейся восточнославянской народности. Из антской племенной группировки вышли известные по летописям хорваты, тиверцы, уличи и, по всей вероятности, радимичи и вятичи.

Весьма отчетливо выделяется и третья племенная группировка славян V—VII вв., заселявшая части Русской равнины. Локализуется она в бассейнах рек, впадающих в озера Псковское и Ильмень. Наиболее яркими атрибутами культуры этой группировки являются длинные курганы, самые ранние погребения которых относятся к V в. Поскольку славяне, расселившиеся на территории древней Новгородской земли, в какой-то мере смешались с местным прибалтийско-финским населением, в их памятниках, естественно, обнаруживаются отдельные элементы, свойственные прибалтийско-финской культуре.

Анализ современных псковских говоров и берестяных грамот из новгородских раскопок показывает, что одним из существенных моментов в характеристике древненовгородского диалекта, т. е. говоров племен—носителей культуры длинных курганов V—VII вв. и их потомков, является отсутствие второй палатализации. На этом основании можно утверждать, что славянская группировка, расселившаяся в Новгородской земле, в языковом отношении какое-то время развивалась обособленно от остального славянского мира. Древненовгородский диалект характеризуется и рядом морфологических и синтаксических особенностей. Этот диалект был еще диалектом общеславянского языка, предшествуя по времени образованию восточнославянского языка 9.

Непосредственно из племен культуры ранних (псковских) длинных курганов эволюционировали кривичи псковские. Потомками тех же племен были также кривичи смоленские и полочане, которые формировались в условиях сильного взаимодействия с местным восточнобалтским этносом.

В бассейне оз. Ильмень и в более восточных землях древней Новгородчины, по всей вероятности, в конце VII или в VIII в. расселилась еще одна культурно-племенная группировка славян, основными памятниками которой являются сопки. Это была вторая волна славянского освоения северо-западных земель, захватившая и часть ареала культуры ранних длинных курганов. Это были словене ильменские, о которых русский летописец писал: «Седоша около Илмеря, и прозвашася своим имянем и сделаша град и нарекоша Новъгород» 10.

Вопрос о том, откуда и какими путями расселялись славяне по территории древней Новгородской земли, остается открытым. Можно только со всей определенностью утверждать, что миграция шла не из днепровских областей. Скорее всего как первая, так и вторая волны славянского расселения направлялись откуда-то с юго-запада — может быть, из Повисленья или районов Висло-Одерского междуречья.

Таким образом, в основе восточного славянства оказываются четыре разнокультурные племенные группировки праславян. Не исключено, что со временем выявится и пятая праславянская группировка, участвовавшая в генезисе восточнославянской народности. Ситуация формирования последней усложняется еще и тем, что славяне, расселившиеся на Русской равнине, застали здесь восточнобалтское и финноязычное население, смешались с ним, постепенно ассимилировав аборигенов. При этом культура и говоры славянского населения в разной степени подверглись некоторым видоизменениям под воздействием субстрата.

Следовательно, формирование восточного славянства не было результатом расселения однородной праславянской массы из какого-то сравнительно небольшого региона — «русской прародины», а протекало в условиях интеграции разнокультурных диалектно-племенных группировок славян при участии неславянского этноса.

Такая интеграция началась в IX—X вв. с образованием Древнерусского государства с центром в Киеве, политически объединившего все земли славян, расселившихся в Восточной Европе. Государственная власть, организующая походы дружины, войска, которые собирались из различных земель Руси, расширение сбора дани, распространение княжеской администрации и суда, строительство крепостей и т. п. активно способствовали консолидации населения в единое целое.

Весьма существенно, что процессы формирования государственности и народности на Руси протекали в условиях бурного развития экономики. Уже начальный период сложения восточного славянства (IX—X вв.) характеризуется активным развитием торговли и судоходства. Волховско-Днепровская магистраль с многочисленными разветвлениями связала разнокультурное население Руси. Она становится и военно-политической артерией, служившей целям укрепления и консолидации древнерусской государственности.

На этой водной магистрали сосредоточивается русское дружинное сословие. Исследования дружинных могильников Гнездова, Шестовиц, Киева и других свидетельствуют, что русская дружина объединила в своих рядах разноплеменное население и способствовала нивелировке различных этнических традиций. Дружина стала первым надплеменным сословием, сформировавшимся на разноплеменной основе. Это — первый шаг в объединении неоднородного славянского населения Восточной Европы в единую народность.

Такими же неоднородными по племенной структуре стали и города, и еще раньше — протогорода. Исследования Новгорода, Киева, Суздаля, Пскова, Изборска и других городов показали, что городское население древней Руси в основном формировалось из разных племен. Городское население в целом было новообразованием, в котором постепенно нивелировались прежние племенные и культурные различия.

Скандинавские источники называют древнюю Русь «страной городов». Действительно, общее количество городов на территории домонгольской Руси исчислялось сотнями. С ростом числа городов, их развитием вырастает новая общественная и культурная сила — горожане. Они вместе с военно-дружинным сословием и стали движущей силой в создании единой материальной культуры на всей территории древней Руси, в формировании восточнославянской народности и языка.

Целостность культуры древней Руси обусловлена прежде всего бурным развитием городского ремесла, его достаточно высоким уровнем. Уже распространение гончарного круга и глиняной посуды, изготовленной с его помощью, привело к определенному единству керамического материала всего восточного славянства — одинаковому ассортименту изделий, однотипной орнаментации их и однонаправленности эволюции.

О формировании единства древнерусской городской культуры говорят и изделия железообрабатывающего ремесла, однотипность кузнечных технологических приемов. Особенно ярко общность культуры восточного славянства проявляется в изделиях ювелирного и бронзолитейного ремесел. На всей территории Руси — от Ладоги до северопричерноморских степей — в XII—XIII вв. получают распространение одинаковые украшения. Почти каждому восточнославянскому племенному образованию были свойственны специфические украшения женского костюма. Феодальная деревня бережно сохраняла этнографические особенности, которые сложились в предшествующее время, в догосударственную эпоху племенных союзов. Городская культура с первых шагов своего развития разрывает рамки племенной замкнутости. Meталлическое убранство костюма горожанок единообразно во всем восточнославянском ареале. Характерное городское украшение — трехбусинные височные кольца, выполненные в разном стиле и различной техникой,— не обнаруживает при картографировании каких-либо региональных различий. Бронзовые и серебряные браслеты и перстни из древнерусских городов принадлежат к многим типам, но одинаковым на всей территории древней Руси. Во всех городах Руси встречаются стеклянные браслеты, ставшие излюбленным украшением горожанок. Ювелирные изделия, выполненные в сложной технике (чернь, зернь, скань, эмаль), получили распространение опять-таки по всей Русской земле. Древнерусские города были тесно связаны между собой торговыми узами. В многочисленные малые города из крупных постоянно поставлялись стеклянные браслеты и бусы, костяные и самшитовые гребни, бронзовые крестики и дорогие энколпионы, различные украшения, шиферные пряслица и другие товары.

Города стали местами, где создавалась древнерусская архитектура, развивалось каменное строительство.

Города оказывали заметное культурное воздействие на сельскую округу, содействовали развитию деревенского ремесла. Постепенно единая городская культура древней Руси в той или иной степени проникала в толщу сельских масс.

Города не только были носителями и распространителями древнерусской материальной культуры, но и оказывали существенное воздействие на развитие духовной жизни всего восточного славянства. В формировании восточнославянской народности и ее языка большая роль принадлежала христианской религии и письменности. Очень скоро после «крещения» Руси понятия «русский» и «христианин» стали отождествляться. Христианская церковь — организация, способствовавшая усилению русской государственности, многогранно влиявшая на развитие единой культуры восточного славянства, сыгравшая положительную роль в развитии просвещения, создании важнейших литературных ценностей и произведений искусства и архитектуры. Несомненна роль церкви и в приобщении Руси к культурным богатствам Византии. Все это активно способствовало консолидации славянских племен древней Руси в единую народность. Христианская идеология и искусство вместе с распространением письменности и просвещения стали мощным импульсом формирования культурной и языковой монолитности славянского населения Восточной Европы. При этом диалектные различия бесспорно сохранялись главным образом в сельской местности.

Начало образования восточнославянского культурного единства по археологическим данным можно датировать X в. В XI—XII вв. окончательно оформляется единая древнерусская культура. Этими столетиями и нужно датировать формирование восточнославянской народности.

Согласно изысканиям Н. С. Трубецкого, в X—XII вв. славянская речь, несмотря на заметные диалектные различия, переживала общие языковые процессы. Только после завершения такого общеславянского языкового явления, как падение редуцированных гласных, т. е. после X—XII вв., можно говорить об окончательном оформлении отдельных славянских языков 11, в том числе и восточнославянского. Эту точку зрения поддержали многие лингвисты. Начиная с XI в. различия внутри общеславянского языка, отмечают исследователи, увеличиваются настолько, что можно уже говорить о существовании восточнославянского языка 12. Таким образом получается, что праславянский язык продолжал развиваться вплоть до XII в. включительно, а восточнославянский начал оформляться в IX—X вв. и в XI—XII вв. существовал как самостоятельный язык. В этом не следует видеть какое-то противоречие. Если восточнославянский язык сформировался в результате интеграции нескольких диалектов общеславянского, то так оно и должно быть. Приведенная точка зрения о сложении восточнославянской народности не обособлена. Формирование восточнославянского языкового единства в условиях нивелировки нескольких диалектов славянских племенных группировок, проживавших на Русской равнине, допускает лингвист Г. А. Хабургаев, правда, не раскрывая этих условий 13.

Арабские источники употребляют этнонимы славяне и русы. Согласно изысканиям А. П. Новосельцева, во второй половине X в. русами восточные авторы называли восточных славян, входивших в состав Древнерусского государства, а славянами — весь раннесредневековый славянский мир. Для более раннего времени (IX — начало X в.) разграничение этих терминов сложно и часто непонятно 14. Очевидно, восточные славяне—русы (на первых порах — военно-дружинное сословие и жители городов) — начали осознавать свое единство уже в начальной стадии формирования восточнославянской народности и языка.

О происхождении термина «Русь» в научной литературе написано много, но вопрос этот нельзя считать решенным. Наиболее вероятным представляется, что этот термин первоначально применялся только к части Среднего Поднепровья — устойчивому территориальному образованию «Русская земля», как она очерчена для IX в. А. Н. Насоновым по летописным данным 15. После того как новгородский князь Олег закрепился в Киеве, объединив славянские земли Восточной Европы в единое государство, термин «Русь» постепенно распространился на всю территорию Древнерусского государства. Может быть, этому в какой-то мере способствовало и то, что близким термином Riotsi именовало финское население скандинавов, которые проникали в восточно славянские земли в качестве купцов и воинов и сыграли известную роль в развитии международной торговли в Восточной Европе.

Этноним Русь стал самоназванием восточного славянства. В этом значении он известен автору Повести временных лет.

К содержанию 198-го выпуска Кратких сообщений Института археологии

Notes:

  1. Филин Ф. П. Образование языка восточных славян. М.; Л., ‘1962. С. 226— 290.
  2. Шахматов А. А. К вопросу об образовании русских наречий и русских народностей // Журнал Министерства народного просвещения. СПб., 1899. Т. 4. С. 324—384; Он же. Введение в курс истории русского языка. Пг., 1916.
  3. Рыбаков Б. А. Проблема образования древнерусской народности // Вопросы истории. 1952. № 9. С. 40—63; Он же. Древние русы // СА. М.; Л., 1953. Т. 17.
  4. Третьяков П. Н. У истоков древнерусской народности. Л., 1970.
  5. Седов В. В. Происхождение и ранняя история славян. М., 1979. С. 53—143.
  6. Трубачев О. Н. О составе праславянского словаря // Советское языкознание: V Международный съезд славистов: Докл. советской делегации. М., 1963. С. 159—196.
  7. Вопросы истории славян, расселившихся во второй половине I тысячелетия н. э. по Русской равнине, рассмотрены мною в кн.: Седов В. В. Восточные славяне в VI—XIII вв. Сер. Археология СССР. М., 1982.
  8. Седов В. В. Анты // Проблемы советской археологии. М., 1978. С. 164—173; Он же. Славяне и иранцы в древности // История, культура, этнография и фольклор славянских народов: VIII Международный съезд славистов: Докл. советской делегации. М., 1978. С. 227— 240.
  9. Зализняк А. А. К исторической фонетике древненовгородского диалекта // Балто-славянские исследования, 1981. М., 1982. С. 61—80; Он же. Наблюдения над берестяными грамотами // История русского языка в древнейший период. М., 1984. С. 36—153.
  10. Повесть временных лет. М.; Л., 1950. Ч. 1. С. 11.
  11. Troubetzkoy N. Essai sur la chronologie de certains faits phonetiques du slave commun // Revue des etudes slaves. Paris, 1922. T. 2, N 3/4.
  12. Вайян А. Руководство по старославянскому языку. М., 1952. С. 18; Топоров В. Н. Некоторые соображения относительно изучения истории праславянского языка // Славянское языкознание. М., 1959. С. 19, 20.
  13. Хабургаев Г. А. Становление русского языка. М., 1980. С. 70—115.
  14. Новосельцев А. П. «Худуд-ал-алам» как источник о странах и народах Восточной Европы // История СССР. 1986. № 5. С. 99—103.
  15. Насонов А. Н. «Русская земля» и образование территории Древнерусского государства. М., 1951. С. 32, 33.

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1816 Родился Лудольф Эдуардович Стефани — российский филолог и археолог, хранитель Отделения классических древностей Эрмитажа.
  • 1904 Родился Евгений Игнатьевич Крупнов — советский археолог, доктор исторических наук, профессор, создатель московской археологической школы кавказоведения.
  • Дни смерти
  • 1870 Умер Поль-Эмиль Ботта — французский дипломат, археолог, натуралист, путешественник, один из первых исследователей Ниневии, Вавилона.
  • 1970 Умер Валерий Николаевич Чернецов - — советский этнограф и археолог, специалист по угорским народам.
  • 2001 Умер Хельге Маркус Ингстад — норвежский путешественник, археолог и писатель. Известен открытием в 1960-х годах поселения викингов в Л'Анс-о-Медоузе, в Ньюфаундленде, датированного XI веком, что доказывало посещение европейцами Америки за четыре века до Христофора Колумба.

Метки

Свежие записи

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика