Авилова Л.И. Золото и медь Трои

К содержанию 215-го выпуска Кратких сообщений Института археологии

Нет необходимости говорить о том месте, которое занимает Троя в древней истории Анатолии и Юго-Восточной Европы. Этот памятник, впервые археологически исследованный Генрихом Шлиманом более 130 лет назад (с 1870 г.; Schliemann, 1881), поныне остается одним из важнейших для Западной Азии и Балкан, несмотря на неверные представления Шлимана о датировке исследованных им древностей. Эпоха Троянской войны, известная по гомеровской “Илиаде”, соотносится со слоем Трои VII (ранний железный век), в то время как наиболее мощные и выразительные напластования датируются бронзовым веком. К этому периоду относятся пять нижних слоев древнего города (Blegen et al., 1950; 1951; 1953). Хронологическая колонка Трои является основой датировки многих культур и памятников, соседних и территориально удаленных, она до сих пор разрабатывается и уточняется, в том числе с использованием современных методов датирования, таких как радиоуглеродный анализ (Korfmann, Kromer, 1993).

Особый интерес представляет тема троянских металлических находок, в том числе драгоценных изделий, входивших в состав многочисленных кладов, также ошибочно отнесенных Шлиманом к гомеровской эпохе. В последние годы проблема коллекций Трои обсуждается в нашей стране, в частности, в связи с прошедшей в 1996 г. в ГМИИ им. А.С. Пушкина выставкой и конференцией “Троя и ее сокровища” (Сокровища Трои из раскопок Генриха Шлимана, 1996). Пожалуй, данное исследование может показать в новом свете место ювелирного ремесла в древнем обществе: именно его продукция служила видимым воплощением и яркой манифестацией важнейших понятий — высокого социального статуса, власти, ее идеологического обоснования и связанного с ней материального богатства.

Многолетние разработки, связанные с тематикой Циркумпонтийской металлургической провинции, ведущиеся в лаборатории естественнонаучных методов Института археологии РАН, не могли не привлечь наше внимание к троянскому металлу. Автором на материалах многочисленных публикаций в течение последних 15 лет создана и пополняется компьютерная база данных (БД), содержащая в том числе подробные сведения о находках из Трои. Результаты сборов уже публиковались {Авилова, Черных, 1989; Cernyh et al., 1991), при этом троянский металл включался в общую БД по Малой Азии, но не был предметом отдельной публикации. Данная работа может отчасти восполнить этот пробел. Выход в свет подробного каталога выставки 1996 г., содержащего также сведения о троянских находках, хранящихся в музеях Афин и Филадельфии, позволил значительно уточнить количественные и морфологические характеристики троянской БД. Они публикуются в настоящей статье, где предлагается по возможности наиболее точная на сегодняшний день оценка коллекции изделий из цветного и драгоценных металлов из Трои на фоне культурно близких памятников Анатолии.

Очень кратко поясню структуру компьютерной БД. Все металлические изделия делятся по функциональному назначению на классы, которые включают набор категорий. 1-й класс — орудия труда и оружие (топоры втульчатые, плоские тесла, долота, копья, ножи/кинжалы, шилья, серпы и др.). 2-й класс — украшения и детали костюма (бусы, булавки, подвески, кольца-серьги, пряжки и т.д.). 3-й класс — защитный доспех (шлемы, пластины панцыря и др.). 4-й класс — конское снаряжение (псалии, детали упряжи). 5-й класс — металлические сосуды. 6-й класс — предметы культового назначения и знаки высокого социального статуса (статуэтки, печати, детали музыкальных инструментов и т.д.). 7-й класс — полуфабрикаты (слитки, заготовки). 8-й класс — негативы изделий на литейных формах, каменных и глиняных. 8-й класс — предметы неопределенного назначения, обломки.

В работу заложен принцип: один предмет — одна запись, содержащая его характеристику. Однако его не всегда удавалось придерживаться, так как ряд предметов оказалось невозможно подсчитать точно. В основном это касается поврежденных (окислившихся, обожженных) мелких украшений — ожерелье из многих бус, набор колец-серег и т.п.). Таких случаев немного, но они есть. Для них пришлось искать выход в приблизительных подсчетах, в результате чего создается возможность дать понятие о порядках количества этих находок — единицы, десятки, сотни. Конечно, это вносит некоторый элемент неопределенности, но при значительной численности коллекции, в целом, решающего значения не имеет, основные цифры вполне точны.

Структура каждой записи в БД включает около 50 полей, описывающих сам предмет (его форму, способ крепления), культурно-историческую принадлежность (археологический комплекс, культура, датировка), ряд фактических сведений (памятник, автор раскопок, публикации), материал изготовления, в том числе химический состав бронзы по 10 элементам при наличии спектрального анализа, и др. Обработка базы велась с помощью ряда специальных программ поисково-статистического характера, разработанных в лаборатории естественнонаучных методов ИА. Результаты ее отражены в публикуемых таблицах.

При подсчетах все материалы рассматриваются по двум основным периодам — ранний и средний бронзовые века (далее РБВ и СБВ). Первому периоду соответствует слой Трои I, второму — слои II—V. Период поздней бронзы (Троя VI) и раннего железа (Троя VII) в рамки работы не входит.

База данных включает 32 381 находку из Трои. За исключением 4 каменных топоров из клада L, все учтенные предметы изготовлены из меди и сплавов на ее основе, золота, серебра, свинца.

Поразительно, прежде всего, несоответствие общего количества находок по периодам: если в РБВ их всего 10, то в СБВ — 32 371. Ситуация выглядит еще более контрастной при учете представленных в обеих коллекциях металлов: в РБВ имеются только изделия из меди/бронзы и одна свинцовая находка (колечко), тогда как в СБВ массово представлены драгоценные металлы — золото и серебро, причем золото составляет подавляющую массу находок, практически 99% (табл. 1).

Таблица 1. Троя. Распределение общего числа находок по периодам

Таблица 1. Троя. Распределение общего числа находок по периодам

Значительный контраст наблюдается также и в представительности различных функциональных классов изделий. Основными индикаторами являются 1-й класс орудий/оружия и 2-й класс украшений. Картина снова оказывается резко контрастной: если в РБВ при малом числе находок, только эти классы представлены в коллекции, причем поровну, то в последующий период наблюдается значительное расширение функционального репертуара находок. Кроме орудий/оружия и украшений, появляются металлические сосуды, предметы культово-религиозного назначения, а также полуфабрикаты — стандартные по форме и весу серебряные слитки и золотая проволока с равномерными насечками для изготовления мелких украшений. Это говорит не только о бурном количественном росте производства металлических изделий, но и о расцвете разнообразия их репертуара (табл. 2).

Таблица 2. Троя. Распределение функциональных классов находок по периодам

Таблица 2. Троя. Распределение функциональных классов находок по периодам

Класс украшений имеет подавляющий перевес над всеми остальными — свыше 99%. Может возникнуть вопрос, правомерно ли считать все мелкие серийные изделия (бусины, подвески в диадемах и ожерельях) отдельными находками. Но каждая из них изготовлялась индивидуально: отливалась или отковывалась с последующей доработкой, с затратой определенной нормы труда мастером-профессионалом. Нельзя не учитывать и ценность сырья — золото и серебро высоко ценились в древности, соотношение цены золота к меди в древней Вавилонии составляло приблизительно 1 : 1000, серебра к меди — 1 : 180 СЯнковская, 1986). Поэтому бусы и подвески подсчитываются по возможности с точностью до одной.

К интересующей нас эпохе СБВ, кроме отдельных находок из слоя, от¬носится 14 комплексов, традиционно называющихся кладами (о достоверно¬сти такого определения будет сказано ниже). Приведем в сжатом виде состав комплексов.

Клад А. 27 259 находок (27 210 Аи, 7 Ag, 42 бронза): 10 ножей, 15 тесел, 3 долота, 8 копий, 1 пила бронзовая, 13 сосудов (5 бронзовых, 4 Аи, 4 Ag), 8130 бусин Аи, 16 подвесок Аи, 44 бляшки конических Аи, большая диадема Аи (включает 16 441 деталь: 12 271 кольцо, 4066 чешуек, 90 цепочек, 14 подвесок-идолов), малая диадема Аи (включает 2211 деталей: 1750 колец, 354 чешуйки, 64 цепочки, 1 лента, 42 подвески- идола), 2 серьги-корзиночки Аи (в сумме включают 158 деталей: 11 цепочек, 118 чешуек, 18 трубочек, 11 подвесок-идолов), 2 серьги-корзиночки Аи (в сумме включают 145 деталей: 11 цепочек, 107 чешуек, 16 трубочек, 11 подвесок-идолов), 51 кольцо-серьга дольчатое Аи, 3 браслета Аи, 3 гривны (браслета?) Аи, 4 “заклепки” Аи, 3 слитка Ag.

Клад В. 3 находки: 3 сосуда (1 бронзовый, 2 Ag).

Клад С. 1 находка: 1 тесло бронзовое.

Клад D. 832 находки Au: 1 булавка, 5 колец-серег дольчатых, 2 кольца- серьги с зернью, 1 пронизь четырехспиральная, 373 бусины полых крупных, -450 подвесок петлевидных.

Клад F. 12 находок Au: 1 браслет, 1 булавка, 2 серьги-корзиночки, 2 кольца-серьги, 1 стержень с отверстиями — слиток, 5 стержней с насечка¬ми — слитков.

Клад На. 169 находок Аи: 9 подвесок-идолов, 5 цепочек, 48 чешуек.

Клад J. 171 находка: 169 находок Аи (5 подвесок-лунниц, 5 серег-колец дольчатых, 1 серьга-корзиночка, 5 цепочек, 85 чешуек, 5 подвесок-идолов, 1 пронизь четырехспиральная, 61 кольцо, 1 браслет (гривна?)); 2 находки Ag (украшения бесформенные).

Клад К. 5 находок бронзовых: 3 тесла, 1 статуэтка антропоморфная, 1 украшение ажурное неопределенное.

Клад L. 104 находки: 4 топора каменных, -50 украшений Аи (конгломерат мелких предметов), -50 украшений Ag (конгломерат мелких предметов).

Клад N. 39 находок: 37 находок Ag (1 браслет, 2 гривны, 1 кольцо-серьга, 12 колец-серег в конгломерате, 20 бусин (бисер) в конгломерате); 2 находки Au (1 серьга-кольцо дольчатая, 1 серьга-лунница).

Клад О. 2 находки Аи: булавки (с сосудиками, биспиральная с розеткой).

Клад R. 8 находок: 6 находок Au (1 булавка, 1 серьга-кольцо дольчатая, 1 пронизь четырехспиральная, 3 проволоки, свернутых спиралью); 2 находки бронзовые — булавки.

Клад в помещении 206: 151 находка Аи — бусы.

Клад в помещении 252. 1284 находки Аи: бусы, 2 булавки, 1 кольцо-серьга.

Еще 2 клада из слоя VI эпохи поздней бронзы не включены в подсчеты; это клад Н b — 1 находка (большая золотая бляха с орнаментом в виде розетки) и клад Р — 5 находок из бронзы: 1 топор-лабрис, 1 тесло, 3 серпа.

Археологический контекст кладов, найденных в ходе раскопок Шлимана, недостаточно ясен, что вполне понятно, учитывая уровень полевых исследований того времени. Противоречивость в записях и публикациях Шлимана привела даже к обвинениям его в том, что, желая поразить научный мир сенсационностью своих результатов, он сам сформировал, по крайней мере, один самый крупный комплекс — так называемый “клад Приама” (клад А) из отдельных предметов, обнаруженных в разных местах древнего города. Полемика по этому поводу продолжается до настоящего времени {Traill, 1983), однако представляется, что более правы те исследователи, которые отвергает подозрения в фальсификации СEaston, 1984), тем более что позднейшие раскопки также дали клады драгоценных украшений в помещениях 206 и 252 слоя II g СBlegen et al., 1950). Бесспорный клад драгоценных предметов обнаружен и на поселении Эскияпар в Центральной Анатолии, относящемся к той же эпохе (слои Трои II-III) (Ozgiic, Temizer, 1993).

Более обоснованы сомнения в определении вскрытых Шлиманом богатых комплексов как кладов. Скорее всего, ученый не сумел определить, что имеет дело с погребениями элиты, “царским некрополем”, подобным исследованному в Аладже-хейюк (Ко§ау, 1951) и Хорозтепе (Ozgiic, 1965), тем более что кладбище периода бронзового века на территории Трои существовало: погребение в каменном ящике, хотя и без сопровождающего инвентаря было открыто раскопками экспедиции К. Блегена (Blegen et al., 1950. P. 255).

Приведу краткую характеристику анатолийских памятников, сопоставимых с Троей эпохи СБВ.

Клад Эскияпар. 1765 находок: 1531 Аи, 234 Ag. Это украшения (99,5%), 7 сосудов и парадный золотой топор-молот — символ власти.

Царские захоронения Аладжи-хейюк. Оказалось возможным учесть 853 находки (330 бронза, 1 железо, 491 Аи, 31 Ag). Это украшения (74%), предметы культового назначения (13,6%), орудия/оружие и сосуды.

Остатки разграбленного царского некрополя Хорозтепе. Учтено 110 находок (96 бронза, 6 Аи, 8 Ag). Состав инвентаря не совсем сходен с троянским, это объясняется тем, что вещи в основном происходят из грабительских раскопок. Украшения стоят на последнем месте (7%), преобладают предметы культового назначения (38%), орудия/оружие (33%) и сосуды (21%).

Таблица 3. Соотношение числа находок СБВ из всей Анатолии и из Трои по материалу

Таблица 3. Соотношение числа находок СБВ из всей Анатолии и из Трои по материалу

Приведенные сопоставления позволяет считать, что поразительные по богатству находки Шлимана в Трое все же не являются совершенно изолированным феноменом для Анатолии периода средней бронзы. Обратимся к количественной характеристике троянской коллекции металла на фоне всей Анатолии. Из всех 22 учтенных памятников анатолийского РБВ происходит 373 находки, в том числе из Трои ничтожное количество — 10 предметов (2,7%). В СБВ картина кардинально меняется: в 54 учтенных памятниках зафиксировано 36 586 находок, в том числе в Трое — 32 371 (88,5%). Остальные 53 памятника дали 4215 находок (табл. 3).

Рис. 2. Распределение находок по регионам в СБВ

Рис. 2. Распределение находок по регионам в СБВ

Таким образом, оказывается, что в период РБВ Троя была рядовым, более того, весьма скромным поселком, и Анатолия в целом далеко не выделялась многочисленностью и богатством металлических изделий; ее опережали такие регионы, как Месопотамия и Левант (580 и 700 находок соответственно) (рис. 1). Но в эпоху средней бронзы Анатолия резко вырывается вперед и выходит на те же позиции, что и Месопотамия, достигая уровня развития цивилизаций ранних государств, с поселениями городского типа, дворцовыми постройками, могильниками социальной элиты. Индикатором этого прорыва служат и богатейшие коллекции металлических изделий, в том числе золотые и серебряные сокровища (рис. 2).

ЛИТЕРАТУРА

Авилова Л.И., Черных Е.Н., 1989. Малая Азия в системе металлургических провинций // Естественнонаучные методы в археологии. М.
Сокровища Трои из раскопок Генриха Шлимана: ГМИИ им. А.С. Пушкина — Леонардо Арте. М., 1996.
Янковская Н.Б., 1986. К проблеме оптовой торговли Каниша // ВДИ. № 2.
Blegen C.W., Caskey J.L., Rawson М., Sperling J., 1950. Troy. Princeton. Vol. I: The first and se¬cond settlements.
Blegen C.W., Caskey J.L., Rawson М., 1951. Troy. Princeton. Vol. II: The third, fourth and fifth settlements.
Blegen C.W., Caskey J.L., Rawson М., 1953. Troy. Princeton. Vol. III. The sixth settlement.
Cernyh E.N., Avilova L.I., Bareeva T.B., Orlovskaja L.B., TenejSvili T.O., 1991. The Circumpontic metallurgical province as a system // East and West. Vol. 41.
Easton D.F., 1984. “Priam’s treasure” // Anatolian Studies. Vol. 34.
Korfmann М., Kromer B., 1993. Demircihoyuk, Besiktepe, Troia — eine Zwischenbilanz zur Chronologie dreier Orte in Westanatolien // Studia Troica. Mainz am Rhein. Bd. 3.
Ko§ay H.Z., 1951. Alaca Hoyiik kazisi 1937-1939: Les fouilles d’Alaca Hoyiik. Ankara.
Ozgiic Т., 1965. New finds from Horoztepe // Anatolia. Vol. 8.
Ozgiic Т., Temizer R., 1993. The Eskiyapar treasure // Aspects of art and iconography: Anatolia and its neighbours: Studies in honour of Nimet Ozgiic. Ankara.
Schliemann H., 1881. Ilios: The city and country of the Trojans. London.
Traill DA., 1983. Schliemann’s “discovery” of “Priam’s treasure” // Antiquity. Vol. 57.

К содержанию 215-го выпуска Кратких сообщений Института археологии

В этот день:

  • Открытия
  • 1862 И. А. Забелин приступил к раскопкам царского скифского кургана Чертомлык.

Метки

Свежие записи

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика