А.И. Мартынов — Основные этапы развития археологии

К оглавлению учебника «Археология» // К следующей главе

Слово «археология» появилось в Древней Греции задолго до возникновения самой науки. В разные времена в него вкладывался различный смысл, и сейчас в мировой практике тоже нет единства в представлениях о предмете и задачах археологии, в частности об ее хронологических рамках. Так, существует «современная» археология, изучающая современный культурный слой. В ряде стран археология рассматривается как часть антропологии — науки о человеке.

В России в XIX в. сложилось представление об археологии как исторической науке, изучающей в основном ископаемые остатки, связанные с деятельностью человека с глубокой древности и до средневековья включительно. Русская археология являлась частью мировой науки. Тесно связанная с другими науками, она зависела от развития общественной мысли в России, потребностей общества и той или иной политической системы.

В развитии русской археологии можно выделить несколько периодов, которые различаются не только хронологически, но и по своей философско-методологической направленности, приемам научного исследования, методам извлечения информации, целям и задачам исторической реконструкции и связью науки с обществом.

Первый период (XVIII — начало XIX в.) — возникновение и начальный этап развития европейской и русской археологии. В это время произошел переход от интереса к научным поискам археологических материалов.

Археологические исследования в Европе начались в эпоху Просвещения. В начале XVIII в. во время раскопок городов Помпеи и Геркуланум, погребенных в 79 г. при извержении вулкана Везувий, впервые удалось восстановить картину жизни людей, погибших более 1600 лет назад. Ученые осознали, какое большое значение имеет изучение предметов быта, восстановление картины исторического события.

Первые сведения по археологии в России и отдельные собранные предметы относятся к XVII в. Однако с ними еще нельзя связывать возникновение науки. Многое было сделано так называемыми землепроходцами — простыми, но предприимчивыми русскими людьми, которые уходили на вольные, еще не освоенные земли, на юг и за Урал, в Сибирь. В составленных ими «скасках» и «отписках» описаны природа и география, минеральное сырье, люди, их обычаи и археологические памятники. Среди этих первопроходцев яркие и колоритные фигуры — В. Поярков, Е. Хабаров, С. Дежнев и многие др.

На вновь осваиваемых Россией землях проводились раскопки курганов с целью поисков «могильного золота». Вырытые из курганов без соблюдения каких-либо научных правил вещи продавались на рынках городов. Скупкой археологических предметов занимались послы и губернаторы. Так были собраны первые в России археологические коллекции. Среди них находились предметы знаменитой Сибирской коллекции Петра I, подаренной царской семье предпринимателем Демидовым. Археологические предметы пересылались в Петербург сибирским воеводой М.П. Гагариным.

В XVIII в. были предприняты первые попытки организовать охрану памятников и сбор археологических материалов в государственном масштабе. Начало этому процессу положили указы Петра I. В первом из них от 1718 г. говорилось: «Ежели кто найдет в земле или в воде какие старые вещи… тако же бы приносили, за что будет довольная дача, смотря по вещи». Вторым указом предписывалось не только собирать древние вещи, но и, «где найдутся такие, всему делать чертежи, как что найдут». В 1722 г. в Сибири у дер. Абакано-Перевозное Мессершмидтом и Страленбергом были проведены первые раскопки курганов с научной целью.

С 1733 по 1743 г. работала Великая Северная экспедиция под руководством В. Беринга. В задачу этого грандиозного научного мероприятия входило изучение географии, природы, геологии, истории огромного края, присоединенного к России. Участники экспедиции Г. Миллер, С. Крашенинников, И. Гмелин, Г. Стеллер и Я. Линденау собрали огромный по тем временам материал по археологии Сибири: в их трудах нашли отражение сведения о расположении курганов, писаниц, каменных стел и других памятников. Немного позже, в 1763 г., А. Мельгунов раскопал с научной целью огромный скифский курган на Украине. С этого времени началось изучение скифских древностей.

Большое значение для становления археологии как науки имела деятельность русского историка В.А. Татищева, уделявшего внимание собиранию разного рода исторических источников, в том числе и археологических. Татищев составил инструкцию по сбору археологических материалов. Для него было характерно изучение истории в единстве с географией, археологией и этнографией.

В тот период археология в современном понимании еще не возникла, не сложились еще методика научного исследования и представления о процедуре, целях и задачах археологии. Однако был проявлен определенный интерес к археологическим памятникам и предметам прошлого, возникли первые, вполне научные для своего времени теории. В частности, Н. Витзен высказал предположение о переселении в древности в Сибирь народов с высокой культурой, а В. Татищев и М. Ломоносов изложили научные гипотезы о происхождении скифов, сарматов и славян.

Дальнейшее развитие археологии как науки связано с крупномасштабными раскопкамии археологических памятников. Вслед за раскопками Помпеи и могильника Вульчи блестящие результаты дали исследования столицы Ассирии Ниневии, произведенные Г. Лэйярдом, находки клинописных текстов из библиотеки Ашшурбанипала. Начались первые систематические археологические работы в Египте.

С 30-х годов XIX в. осуществляются систематические научные раскопки археологических памятников. И.А. Стемпковский, обследовавший археологические памятники Черноморского побережья, стал основоположником античной археологии в России. В 1830 г. близ Керчи был раскопан один из грандиозных южнорусских курганов Куль-Оба. Одним из зачинателей отечественной археологии является и 3. Ходаковский. Он впервые обратился к археологии как важнейшему источнику по истории славян: вел раскопки курганов, обследовал славянские городища.

Большое значение в становлении археологической науки имела разработка методики раскопок, периодизации и методов хронологии, что отличало науку от простого интереса.

Второй период (середина XIX в,— середина 30-х годов XX в.) можно рассматривать как демократический в развития русской археологии. Он характеризуется возникновением археологических обществ, местных музеев и изданий, большими по тем временам раскопками, открытиями памятников палеолита, неолита, эпохи бронзы, формированием русской археологии как науки, сложением ее основных направлений (скифская, славяно-русская, античная археология), зарождением палеолитоведения и региональной археологии Кавказа, Средней Азии, Сибири.

В середине XIX в. под руководством графа А.С. Уварова проводятся огромные по своему размаху раскопки курганов во Владимиро-Суздальской земле. За четыре года раскопаны 7729 курганов. Эти раскопки не имели тогда равных в России и показали, что страна богата археологическими памятниками. А. С. Уваров был инициатором создания Археолого-нумизматического общества в Петербурге (1846), переименованного в Русское археологическое общество (РАО, 1851), и Московского археологического общества (1864), ставившего целью «исследование археологии, преимущественно русской, и распространение в России археологических знаний». Археологические общества и кружки возникают в Казани, Харькове, Екатеринбурге, Киеве, Тифлисе, Ташкенте и других городах. Они финансируют раскопки, издают труды, организуют выставки, открывают музеи. По инициативе Московского археологического общества с 1869 по 1911 г. в разных местах России проведены 15 всероссийских археологических съездов и изданы 40 томов Материалов археологических съездов. Вся эта работа по изучению и пропаганде археологии велась на общественных началах.

С 1854 г. работает и государственное учреждение при Министерстве двора — Археологическая комиссия (АК). Она субсидировала исследования, выдавала разрешения (Открытые листы) на право проведения раскопок, принимала ценные археологические материалы и издавала Отчеты археологической комиссии (всего 392 тома). В Известиях Археологической комиссии печаталась информация о проводимых раскопках и интересных находках.

В 1871 г. И.Д. Черский и А.П. Чекановский открыли палеолитические стоянки в Иркутске. В 1879 г. К.С. Мережковский обследовал памятники каменного века в пещерах Крыма, И.С. Поляков — палеолитическое поселение в Костенках. Большая работа по исследованию памятников старины и научной пропаганде собранных материалов привела к открытию в 1883 г. Московского исторического музея.

Для русской науки XIX в. характерны два основных направления: официальное, государственное, которое олицетворяла Императорская археологическая комиссия, и общественное, народное, включавшее археологические общественные музеи, общества, археологические съезды России.

Вторая половина XIX в. в археологии связана с открытием Г. Шлиманом памятников древнейших цивилизаций в бассейне Средиземного моря. Вторым крупнейшим мировым событием явились работы английского археолога А. Эванса на о. Крит. Он открыл царские дворцы, города, мастерские и храмы, создававшиеся на протяжении нескольких тысячелетий.

В русской археологии в это время четко выражено стремление использовать археологические предметы для исторических выводов. Представителем этого направления был И.Е. Забелин, раскапывавший курганы в Подмосковье и знаменитый скифский курган Чертомлык. Забелин разработал научную методику раскопок южнорусских курганов, выдвинул идею изучения бытовой истории по археологическим памятникам. Другой представитель отечественной науки Д.Н. Анучин попытался выявить параллели между археологическими и этнографическими материалами и, исходя из этого, объяснить общность путей исторического развития различных народов.

В 1847 г. М.А. Кастрен побывал на Енисее и в Саянских горах, вел исследования в Уйбатской степи. Он собрал материалы по археологии, этнографии и топонимике, которые рассматривал в единстве.

В Сибири проводил исследования В.В. Радлов, сочетавший знания ученого-языковеда, археолога и этнографа. Им была начата расшифровка забытой древнетюркской письменности. Это событие можно поставить в один ряд с величайшими научными открытиями. Экспедиция Радлова раскопала много курганов раннего железного века и тюркского периода в Хакасии и на Алтае. Заслугой ученого является монографическое издание «Сибирские древности», куда вошли большинство известных тогда археологических материалов и предложенная Радловым типология погребальных сооружений и характеристика археологического инвентаря. Радлов пришел к выводу о существовании в Приенисейском крае высокой культуры эпохи бронзы, которая имела самостоятельное развитие.

В конце XIX в. при исследовании курганов в Новгородской земле и в Гнездове под Смоленском были обнаружены погребения древнерусских дружинников IX—XI вв. Эти открытия принадлежат В.И. Сизову. Кроме того, Сизов обнаружил близ пос. Цимлянского остатки, как он полагал, древнего хазарского города Саркела, а под Москвой исследовал знаменитое Дьяковское городище, по имени которого названа культура раннего железного века в Восточной Европе.

Русские археологи подтвердили содержащиеся в «Повести временных лет» сведения о расселении древнеславянских племен, восстановили черты быта и культуры древних славян. Колоссальную работу по систематизации курганов и археологических материалов проделал археолог А.А. Спицын. На основании так называемых височных колец — специфических женских украшений, которые отличались у разных славянских племен,— он составил карту расселения тринадцати древнеславянских племен, упоминаемых в летописи.

Значительные успехи были достигнуты в исследовании древнегреческих городов-колоний, расположенных на юге России, на побережье Черного моря. Работами здесь руководил талантливый русский археолог Б.В. Фармаковский.

На Украине и Кавказе, в городах Сибири и Средней Азии работали местные археологи-любители, чей профессиональный уровень был высоким по тем временам.

В последней четверти XIX в. русская археология окончательно складывается как самостоятельная наука с определенными целями и задачами, с ярко выраженной исторической направленностью и со своим предметом исследования. Возникают исследовательские центры в Петербурге, Москве, Киеве, Тифлисе, Казани, Томске, Минусинске, Красноярске, Иркутске. Археологи тогда работали главным образом в музеях.

Этот период отмечен находками античных памятников в Причерноморье, Закавказье, Средней Азии (Анау), на юге Западной Сибири и на Алтае (раскопки курганов), на Дальнем Востоке (раскопки так называемых раковинных куч). Высоким профессиональным уровнем отличалась работа Д.А. Клеменца и А.Д. Андрианова, которые на протяжении многих лет систематически исследовали Южную Сибирь. Ими открыты и частично скопированы многие памятники наскального искусства. Значительные по масштабам раскопки курганов скифской эпохи проводились в Южной Сибири на Тагарском острове, в Долинах Уйбат, Туба, у горы Самохвал и Оглахты на Енисее. Районом интенсивных исследований стало в конце XIX в. Забайкалье.

Особенность этого периода состоит в том, что исследовались в основном внешне заметные археологические памятники, в частности курганы, поселения на холмах — тепе, остатки античных поселений.

Археологи высказывали немало идей относительно интерпретации археологических материалов. Исследователи видели в них важный исторический источник, выделяя в качестве направлений работы:
1) определение уровня развития древней культуры;
2) составление хронологии и периодизации археологических памятников;
3) установление, каким этносам или протоэтносам принадлежали те или иные археологические предметы.

Русская археология конца XIX в. была частью европейской археологической науки. В это время в европейской археологии шел активный процесс создания различных теорий происхождения культур и народов. Возникли концепции миграций, диффузионизма, географического детерминизма, экологическая школа. Их сторонники при объяснении исторических явлений, как правило, преувеличивали роль каких-либо одних факторов, например определяющего влияния геосреды или миграций. Наибольшее развитие получила теория стадиальности как объяснение эволюционного взгляда на историю и археологию. Ее приверженцы рассматривали исторический процесс как эволюционно последовательный. Эволюционизм оказал влияние на развитие культуры и общества, а в дальнейшем и на советскую археологическую науку, — эволюционизм вошел как составная часть в марксистскую философию.

Представители венской культурно-исторической школы (В. Шмидт, Ф. Гребнер, Б. Анкерман и др.) сходные явления в культурах разных народов часто объясняли их происхождением из единого центра, а возникновение новых культур рассматривали как результат влияний и переноса культурных явлений. Близкие и очень далекие культуры они объединяли в большие общности — «культурные круги», а в истории человечества определенное значение придавали миграциям народов. На рубеже веков русская археология обратила внимание на факт сходства археологических материалов Южной Сибири со скифскими. На этом основании возникла теория о сибирском происхождении скифской культуры и всей скифо-сибирской общности (Ядринцев, Минц). Не меньшую известность получила теория распространения скифской культуры на восток (Б.В. Фармаковский).

Крайние позиции в археологии наметились в оценке влияния географических условий на историю. Некоторые ученые полностью отрицали какое-либо влияние географической среды, другие, напротив, придерживались концепции географического детерминизма, считая, что географическая среда предопределяла развитие культуры и общественной жизни людей. В последующем для советской археологии характерна недооценка роли географического фактора в археологии.

Конец XIX — начало XX в. отмечены рядом достижений в развитии теоретической археологии: открытием новых археологических культур, началом изучения культурных комплексов и успешным применением метода сравнительного анализа, признанием роли миграций в истории, попытками проследить распространение культур во времени и пространстве, выявить причины смены культур. Эти достижения получили отражение в работах крупнейшего европейского археолога первой половины XX в. Г. Чайлда.

В России наблюдалось увлечение типологическими построениями и созданием на их основе периодизаций археологических памятников. Так, В.В. Радлов дал развернутую периодизацию курганов Южной Сибири, выделив несколько типов. Свою классификацию курганов предложили Д.А. Клеменц и И. Савенков. В отличие от других исследователей И. Савенков допускал, что разные типы могил могли принадлежать разным народам. Кроме того, Савенков обозначил два периода палеометаллической эпохи — медный и бронзовый, трактуя последний хронологически широко.

Финский археолог А.М. Тальгрен дал свою периодизацию истории Сибири. Бронзовый век он разделил на три больших периода: древнейший — 2500—1500 гг. до н. э.; средний — 1500—1000 гг. до н. э.; поздний — 1000—500 гг. до н. э. Тальгрен считал, что с 500 г. до н. э. начинается скифский период.

В.М. Флоринский датировал бронзовую эпоху в степях Евразии II—I тысячелетиями до н. э., а большинство курганов степной зоны России относил к I тысячелетию до н. э. Ученый полагал, что культура эпохи железа сохраняла преемственность с предшествующей ей культурой эпохи бронзы. В V в. до н. э., по его мнению, произошла смена населения, в Сибири появились монголоиды, распространился кочевой образ жизни. М. Флоринский ввел понятия «курганная культура», «курганные племена», и считал что все курганы Южной Сибири оставлены одним древним народом. Он отрицал его монгольское, татарское и финское происхождение, относя курганные племена к предкам древних славян. В 80-х годах XIX в. более глубокий и стройный характер приняла теория о Южной Сибири как прародине финно-угров. Несомненно, многое дали науке три финские научные экспедиции, проведенные в 1887—1889 гг. Их участники И. Аспелин, Я. Апельгрен, А. Гейкель, А. Виркунен широко трактовали прародину финских народов, подразумевая под ней всю Западную Сибирь.

Русскими археологами в это время были открыты многие памятники эпохи камня, палеометалла, средневековья. Возникали школы исследователей, строились концепции использования археологических данных в исторических реконструкциях. Археология складывалась как наука со своими методами, теориями и кадрами ученых-самоучек. Намечались основные направления развития русской археологии: славянорусская, античная, скифская, археология палеолита с ее особой проблематикой, археология отдельных территорий — Кавказа, Средней Азии, Сибири, Дальнего Востока.

В особый историографический этап выделяется развитие русской археологии в 20-е—30-е годы XX в., точнее, до середины 30-х годов, до появления постановлений большевистской партии, которые положили конец существованию различных направлений в науке и свободному развитию археологии в стране. Советская историческая наука, в том числе и археология, унифицировалась и приобрела официальное, так называемое марксистско-ленинское направление, стала государственной наукой. Сам Октябрьский переворот не внес особых изменений в ее развитие: кадры археологов до 30-х годов оставались прежними, а место царской Археологической комиссии заняла Российская академия истории материальной культуры (РАИМК). Созданный советской властью государственный орган, переименованный немного позже в ГАИМК — Государственную академию истории материальной культуры, объединил несколько научно-исследовательских институтов.

Увлечение теоретическими проблемами и внедрение в науку марксистской методологии привели к схематизму и социологизму. Определяющую роль при рассмотрении проблем истории и археологии стал играть классовый подход. Перенесение марксистских философских концепций на историю, в том числе и на археологию, выразилось, в частности, в искусственной социализации археологических материалов. Конкретные археологические материалы старались привязать к этапам развития первобытного общества в соответствии с эволюционной схемой, воспринятой марксизмом.

Вместе с тем нельзя не отметить краеведческого интереса к памятникам археологии, активизацию деятельности музеев, создание научных обществ. Изучалось прошлое отдельных территорий. Успешно работали местные школы археологов, краеведов. Основным достижением этого периода стало выделение археологических культур палеометаллической эпохи в России.

В 1918—1920 гг. пленный австрийский археолог Г. Мергарт, С.И. Руденко и С.А. Теплоухов исследовали поселения и курганы по Енисею. Мергарт обобщил все имевшиеся и вновь полученные материалы в монографии о бронзовом веке на Енисее, изданной в 20-х годах в Вене. Этот труд не получил должной оценки в советской историографии. Между тем в нем были даны систематизация основного археологического инвентаря, интересные выводы по технологии изготовления и применения различных палеометаллических изделий и вывод о существовании своеобразной минусинской бронзовой культуры, которая прошла рад этапов в своем эволюционном развитии. Мергарт рассматривал археологические культуры как явление территориальное, связывая их с конкретными физико-географическими зонами.

В начале XX в. была разработана основа периодизации археологии России. В европейской части России В.А. Городцов на материалах раскопанных им курганов выделил древнеямную, катакомбную и срубную культуры палеометаллической эпохи. В Сибири С.А. Теплоухов, раскопав более 70 могил в районе Батени на берегу Енисея и используя типологический метод, выделил несколько комплексов, включавших формы погребального сооружения, обряд погребения и инвентарь. Эти комплексы, расположенные в хронологической последовательности, были обоснованы им как археологические культуры: афанасьевская, андроновская, карасукская, курганная и таштыкская.

Эти периодизации определили все последующее развитие советской археологии.

Периодизации В.А. Городцова и С.А. Теплоухова были качественно новым подходом к рассмотрению древней истории с помощью археологических материалов. В их основе лежал прогрессивный эволюционный взгляд на историческое развитие как переход от одной археологической культуры к другой.

Третий период (середина 30-х — конец 60-х годов) — период тоталитаризма в науке. Он характеризуется стремлением идеологизировать археологию и внедрить в нее марксистские и большевистские взгляды. Сталинизм в археологии и, как его выражение, «лысенковщина» привели к уничтожению научного разнообразия.

Фактически исчезли сложившиеся в начале XX в. различные научные школы археологов, многие ученые были репрессированы, в том числе С. Теплоухов, Б. Петри, позже С. Руденко, М. Грязнов и др., уехал на родину Г. Мергарт. Изменился характер краеведения. Из его арсенала исчезли археология и этнография, музеи были переориентированы на показ достижений в социалистическом строительстве. Археологическая наука, развивавшаяся на местах, теперь сконцентрировалась в основном в Москве и Ленинграде. Местных кадров археологов фактически не было. Археологические исследования в регионах страны на протяжении нескольких десятилетий проводили экспедиции из Москвы и Ленинграда.

Изменения произошли и в методико-методологическом освещении науки. Были «забыты» этнологический подход, увлечение концепциями миграционизма и географического детерминизма. Историческая наука в целом и археология в частности приобрели идеологическое единообразие. Господствующим в археологии стал эволюционизм, который и был объявлен марксистским методом. В процедуру научного исследования прочно вошел типологический метод, как наиболее полно отвечающий эволюционным концепциям, а основная задача сводилась к выделению археологических культур, периодов, этапов. Вместе с тем потеряли актуальность примитивные привязки археологических материалов к схемам социально-экономического развития, однако понизился интерес и к изучению крупных этнических передвижений, застоев, регрессов в истории, отразившихся в археологических материалах.

Сложилась соответствующая советской плановой централизованной структуре система организации и проведения археологических исследований. Все археологические исследования послевоенных лет в Поволжье, Сибири, на Дальнем Востоке, на юге России и в других местах организовывались московским Институтом археологии и его Ленинградским отделением. Среди них Приднепровская, Волгоградская, Верхнеобская, Ангарская, Красноярская археологические экспедиции в зонах строительства гидроэлектростанций, Южно-Туркменская археологическая комплексная экспедиция (ЮТАКЭ), Киргизская археолого-этнографическая экспедиция (КАЭЭ), Тувинская комплексная экспедиция (ТКАЭЭ), Прибалтийская объединенная комплексная экспедиция (ПОКЭ), Камская, Дальневосточная и другие экспедиции.

Археологические исследования носили вспомогательный характер в связи с промышленным строительством, а задача сохранения археологического наследия вообще не ставилась.

Четвертый период (с конца 60-х годов) — современный — отмечен децентрализацией науки, увеличением количества научных кадров в центре и на местах, открытием кафедр в университетах, научных археологических обществ, созданием научных школ и научных археологических центров в Поволжье, на Урале, Сибири и на Дальнем Востоке.

С созданием Сибирского отделения АН СССР и переездом в Сибирь А. Окладникова принципиально новое развитие получила археология на этой огромной территории России. Были открыты уникальные памятники палеолита, доказано существование раннего палеолита в Сибири. Неолитические культуры Дальнего Востока, многочисленные памятники эпохи бронзы, раннего железного века и средневековья получили известность благодаря деятельности академиков А. Деревянко и В. Молодина.

В русской археологии возникли новые научные направления. Так, открытие новых палеолитических памятников позволило сделать вывод об общностях мустьерской эпохи и выделить культуры верхнего палеолита. Почти повсеместно (в некоторых местах довольно детально) изучен неолит. Значительные успехи достигнуты в изучении памятников древнего и средневекового наскального искусства. В результате работ по исследованию петроглифов мировая наука узнала о наскальном искусстве Кавказа, Сибири, Дальнего Востока.

Плодотворно изучалась история ранних земледельцев и скотоводов Правобережной Украины. Раннеземледельческие (энеолитические) культуры были открыты в Средней Азии и на Кавказе.

Большой вклад внесла археология в изучение экономики, социального строя и истории античных городов Северного Причерноморья. Работы по истории и археологии античного мира Северного Причерноморья представляют значительную ценность, поскольку в них слиты воедино дополняющие друг друга археологические и исторические источники.

Ученых всегда привлекали огромные курганы скифской знати, но, к сожалению, дореволюционные исследователи мало интересовались поселениями и могилами простых скифов. Археологи Б.Н. Граков, М.И. Артамонов и др. восстановили картину их жизни, показали уровень развития ремесла и строительного дела у скифских племен.

В Поволжье и в Приуралье была исследована история и культура савроматов, а в Казахстане и Таджикистане — саков. На Алтае изучались уникальные курганы вождей, в которых сохранились изделия из ткани, ковры, деревянная утварь. Неизвестные ранее культуры скифского времени были открыты в Туве, культуры раннего железного века — на Дальнем Востоке.

В Средней Азии и Казахстане проводились раскопки памятников разных эпох: палеолита, мезолита и ранних государственных образований. Были открыты оросительные каналы, города-крепости, изучены высокоразвитые земледельческие культуры Средней Азии.

За последние десятилетия открыт и исследован ряд культур, свидетельствующих о сложном пути формирования славянского этноса. Большое значение при изучении процесса культурогенеза восточных славян и образования государства имеют работы академиков Б.А. Рыбакова и В.В. Седова. Картина возникновения и развития древнерусского города была воссоздана на основе раскопок, проведенных в Новгороде, Киеве, Рязани, Смоленске, Пскове, Старой Русе и других городах.

Многие десятилетия сначала под руководством А.В. Арциховского, а потом академика В.Л. Янина, ведутся раскопки древнего Новгорода. На площади города открыты культурные слои, наиболее ранние из которых относятся к глубокой древности. Раскопки многое рассказали о торговой и ремесленной роли Новгорода на Северо-Западе Руси. Среди собранных материалов принципиальное значение имеет открытие и исследование памятников древнерусской письменности на бересте.

В отечественной археологии появились новые методические приемы, широко стали применяться методы естественных наук, возникла экспериментальная археология, начались постепенные изменения в методологии истории, которые повлияли и на развитие археологии.

Археология России в настоящее время представлена несколькими направлениями, отличающимися задачами и методами исследования: палеолитоведение, античная, скифо-сарматская, славяно-русская, средневековая археология. Эти направления сложились исторически, по каждому из них накоплен значительный опыт, определенные представления об объекте, предмете и методах исследования.

Оформилась археология географических регионов и республик бывшего СССР: Кавказа и Закавказья, Украины, Поволжья, Урала, Средней Азии, Восточной Европы, Сибири, Дальнего Востока. Она развивалась как сфера российской археологии, под непосредственным влиянием центра.

Необходимо отметить, что в российской археологии характерным является культурологический подход — деление всего археологического материала на археологические культуры. Количество культур огромно и постоянно увеличивается. Вместе с этим наблюдается некоторый схематизм и отход от историзма, от изучения общих тенденций, масштабных исторических процессов, таких, как Великое переселение народов, распространение номадизма, развитие и смена этносов и др.

Определенный вред археологии был нанесен односторонней методологической направленностью. С точки зрения марксистской философии, история развивается только поступательно, и в этом движении общество совершенствуется. По этой причине из науки исчез интерес к исследованию явлений застоев, регрессов в истории. Господствовавший в марксистской философии эволюционный взгляд на историю почти исключал роль диффузии, а критика в адрес географического детерминизма привела к недооценке роли географических факторов как культурообразующих элементов. Недостаточно изучались взаимоотношения природы и человеческих коллективов в разные археологические периоды.

Русская археология развивалась как история материальной культуры, поэтому накоплен весьма незначительный опыт научной реконструкции общественных структур. Засилье в науке штампов исторического материализма негативно сказалось на разработке исторических категорий «цивилизация», «социальные структуры» и привело к определенному схематизму в археологических реконструкциях.

Литература

Альмарик А.С., Монгайт А.Л. Б поисках исчезнувших цивилизаций. М., 1966.
Археология в российских университетах. Воронеж, 2002.
Брей У, Трамп Д. Археологический словарь. М., 1990.
Гарден Жан Клод. Теоретическая археология. М., 1983.
Генинг В.Ф. Очерки по истории советской археологии. Киев, 1982.
Институт археологии сегодня. М., 2000.
Институт археологии: история и современность. М., 2001.
Институт истории материальной культуры. СПб., 1997.
История и археология Дальнего Востока. Влацивосток, 2000.
Керам К. Боги, гробницы, ученые. М., 1986.
Коников Б. А. Основы археологии Западной Сибири. Омск, 1997.
Крамер С. История начинается в Шумере. М., 1991.
Мартынов А.И. Историография археологии Сибири. Кемерово, 1983.
Массон В.М. Исторические реконструкции в археологии. Самара, 1996.
Матющенко В.И. 300 лет сибирской археологии. Омск, 2001.
Монгайт А.Л. Археология СССР. М., 1995.
Очерки истории отечественной археологии. Вып. 1. М., 1991; Вып. 2, 1998; Вып. 3, 2002. Познание исторического процесса в археологии. М., 1998.
Пряхин А.Л. История советской археологии. Воронеж, 1986.
Теория и методы археологических исследований. Киев, 1982.
Традиции российской археологии. СПб., 1996.
Формозов А.А. Очерки по истории русской археологии. М., 1961.
Формозов А.А. Страницы истории русской археологии. М., 1986.
Эрлих В.А. Изучение Северной Азии и развитие науки в Сибири и на Дальнем Востоке в дореволюционный период: Учебное пособие. Новосибирск, 2003.

К оглавлению учебника «Археология» // К следующей главе

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1900 Родился Василий Иванович Абаев — выдающийся советский и российский учёный-филолог, языковед-иранист, краевед и этимолог, педагог, профессор.
  • Дни смерти
  • 1935 Умер Васил Николов Златарский — крупнейший болгарский историк-медиевист и археолог, знаменитый своим трёхтомным трудом «История Болгарского государства в Средние века».

Метки

Свежие записи

Рубрики

Яндекс.Метрика