Молодин В.И. К вопросу о соотношении кротовской и андроновской культур

Молодин В.И. К вопросу о соотношении кротовской и андроновской культур // Новое в археологии Сибири и Дальнего Востока. Новосибирск, 1979, с. 75—79.

О времени существования кротовской культуры существует две точки зрения. Так, в одной из своих последних работ М. Ф. Косарев высказал мнение, что кротовская культура более древняя, чем самусьская 1. Говоря о времени перехода от неолита к бронзовому веку в Западной Сибири, он пишет, что «эпоха ранней бронзы характеризуется появлением первых бронзовых изделий (Степановский могильник в Васюганье, кусковский комплекс Новокусковской стоянки на Чулыме) и широким распространением плоскодонных сосудов (одиновский, кусковский, кротовский типы памятников) 2. Далее, правда, он высказывается более осторожно: «Видимо, кротовская культура сложилась раньше самусьской, и начало ее существования совпадает со временем распространения кусковских памятников в Томско-Нарымском Приобье и одиновских в Тюменском Притоболье и Среднем Приишимье» 3.

Вторая точка зрения принадлежат автору настоящей статьи. Мы считаем кротовскую культуру синхронной самусьской. Данная концепция аргументировалась в ряде работ 4.

Этот вопрос, естественно, пока еще невозможно решить окончательно. Только надежные серии радиоуглеродных дат и хорошо стратифицированные многослойные памятники могут окончательно поставить точки над i. Однако уже сейчас имеются дополнительные, весьма интересные свидетельства в пользу последнего мнения.

Останавливаясь на данном вопросе, необходимо знать, в каком соотношении (не только хронологическом, но и культурном) находится кротовская культура с культурами предшествующими и последующими на территории ее распространения.

Общеизвестно, что каждая археологическая культура проходит в своем развитии определенные стадии, и в этом смысле кротовская культура, конечно же, не исключение. Но в данном случае сложность заключается в том, что никто из исследователей пока не видит истоков ее возникновения 5. Правда, в свое время В. Ф. Генинг и его свердловские коллеги высказали предположение о том, что «керамика кротовского типа по мотивам орнаментации продолжает логиновскую линию развития» 6.

Но если данная мысль и заслуживает внимания, то, несомненно, требует серьезной дополнительной аргументации. Поэтому, касаясь проблемы генезиса кротовской культуры, следует идти ретроспективно.

Кротовскую культуру в Барабе сменяет андроновская, что подтверждается стратиграфически 7. В настоящее время большинство исследователей единодушны в том, что андроновцы появились на данной территории не ранее XIII в. до н. э. 8 Следовательно, таким пределом мы должны ограничивать и время существования кротовской культуры. Андроновцы скорее всего ассимилировали кротовцев ввиду более развитой экономики. В пользу этого говорит и тот факт, что следов материальной культуры кротовцев мы не находим в материалах последующих культур эпохи бронзы в Западной Сибири, в том числе в известных андроновских памятниках на данной территории, чего, например, нельзя сказать о керамике могильника Ур в Кузбассе, где на дне одного из андроновских сосудов нанесен явно архаичный, не типичный для андрона орнамент 9.

Разумеется, это был весьма длительный процесс. Видимо, какое-то довольно продолжительное время андроновцы и кротовцы сосуществовали на сопредельных территориях, где, впрочем, могли быть и взаимопроникновения отдельных групп населения.

К тому же, на большинстве известных нам памятниках кротовской культуры как в Прииртышье, так и в Приобье наблюдаются некоторые андроновские черты в кротовской керамике. Так, наличие треугольников по венчику сосуда отмечала еще М. Н. Комарова на материалах памятника Кротово-7,-8 10. Аналогичная черта кротовской керамики не раз подчеркивалась и нами, при анализе памятников Преображенка-3, Ордынское, Венгерово-2 11. Подобная керамика известна на памятнике Черноозерье-IV 12.

Исследование еще одного памятника кротовской культуры дало этому положению новое важное подтверждение. Раскапывая поселение в Туруновке, которое представляет из себя сложное напластование жилищ различных эпох, удалось выявить помимо обильного кротовского материала и непотревоженные остатки культурного слоя кротовского поселения.

В плане настоящей работы особый интерес представляла хозяйственная яма, не нарушенная жилищем эпохи финальной бронзы (рис. 1), где вместе с обильными находками глиняной пластики были обнаружены два археологически целых сосуда. Факт их одновременного использования несомненен.

Оба сосуда (рис. 2) выполнены из одинакового теста, характерного для кротовцев. Они одинаково обожжены и имеют одинаковый цвет — как внешней поверхности, так и излома. Идентична выделка сосудов. Она тоже типична для кротовской культуры. Внутренняя сторона сосуда заглаживалась щепой, травой или гребенкой — факт характерный, как известно, для кротовской посуды 13. Оба сосуда баночные, с чуть одутловатым туловом — форма типично кротовская 14. Один из сосудов орнаментирован в типичной для Кротово манере, т. е. параллельными рядами отступающей гребенки, дно не орнаментировано (рис. 2,1). Второй сосуд, несмотря на перечисленные выше характерные кротовские черты, имел типично андроновский орнамент, характерный для баночных сосудов этой культуры,— так называемый «елочный» орнамент, выполненный гребенчатым штампом (рис. 2, 2).

Рис. 1. Хозяйственная яма, пос. Туруновка.

Рис. 1. Хозяйственная яма, пос. Туруновка.

Этот факт ярко свидетельствует о несомненно сильном влиянии андроновских племен на кротовцев. Влияние это было, по-видимому, односторонним, по крайней мере в андроновских памятниках Барабинской лесостепи и Верхнего Приобья какие-либо проявления кротовской культуры нам не известны.

Рис. 2. Сосуды из пос. Туруновка.

Рис. 2. Сосуды из пос. Туруновка.

Заслуживает пристального внимания тот факт, что кротовекий керамический комплекс из Туруновки лишен валиков, столь характерных для других кротовских памятников. Этот факт, конечно же, не случаен. Видимо, на позднем этапе кротовской культуры валики постепенно исчезают.

Проведенная нами статистическая обработка кротовской посуды показывает различный процент валиков на ней 15. Важно, что на тех памятниках, где процент валиков меньше, штрихованных треугольников по венчику больше. Особенно показателен в этом отношении памятник Ордынское. Его, несомненно, следует отнести к позднекротовским. На этом памятнике обнаружены целые сосуды, профилировка которых близка андроновским горшкам 16.

В этой связи удревнение кротовской культуры нам представляется неверным.

Исходя из всего сказанного, можно сделать еще один, не менее важный вывод о двух (по крайней мере) этапах существования кротовской культуры. Правда, трудно пока провести четкую грань между данными этапами, думается — это дело недалекого будущего.

Notes:

  1. Косарев М. Ф. Бронзовый век Западной Сибири. Автореф. док. дис. М., 1976, с. 11, 13. 14.
  2. Там же, с. 11.
  3. Там же, с. 14.
  4. Молодин В. И. Эпоха неолита и бронзы лесостепной полосы Обь-Иртышского междуречья. Автореф. канд. дис. Новосибирск, 1975, с. 20—21. Он же. Стратиграфия памятников эпохи бронзы лесостепной Барабы. (В печати).
  5. Косарев М. Ф. Указ. соч., с. 14; Молодин В. И. Эпоха неолита и бронзы лесостепного Обь-Иртышья. Новосибирск. 1977, с. 79.
  6. Генинг В. Ф., Гусенцова Т. М., Кондратьев О. М., Стефанов В. И., Трофименко В. С. Периодизация поселений эпохи неолита и бронзового века среднего Прииртышья. — В кн.: Проблемы хронологии и культурной принадлежности археологических памятников Западной Сибири. Томск, 1970, с. 32.
  7. Молодин В. И. Преображенка-3 — памятник эпохи раннего металла.— «Из истории Сибирн», Томск, 1973, вып. 7, с. 29.
  8. Косарев М. Ф. Указ. соч., с. 18. Там же и перечень авторов.
  9. Елькин М. Г. Памятники андроновской культуры на юге Кузбасса.— В кн.: Известия лаборатории археологических исследований, вып. 1. Кемерово, 1967, с. 95; Матющенко В. И. Древняя история населения лесного и лесостепного Приобья (неолит и бронзовый век). Ч. III. Андроновская культура на Верхней Оби. — «Из истории Сибири», Томск, 1973, вып. 11, рис. 12, 7.
  10. Комарова М. Н. Неолит Верхнего Приобья. — КСИИМК, №64. М., 1956, с. 93-103.
  11. Молодин В. В. Эпоха неолита и бронзы лесостепного Обь-Иртышья, с. 68.
  12. Генинг В. Ф., Гусенцова Т. М., Кондратьев О. М. и др. Указ. соч., табл. I.
  13. См.: Молодин В. И. Эпоха неолита и бронзы…, с. 54.
  14. Там же.
  15. Молодин В. И. Эпоха неолита и бронзы…, с. 55.
  16. Там же, табл LIV, 2; LVI, 1; LVII, 2.

В этот день:

Нет событий

Метки

Свежие записи

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика