Капошина С.И. Кельтский котёл из Садового кургана у Новочеркасска

К содержанию 116-го выпуска Кратких сообщений Института археологии

Среди предметов, использовавшихся на тризне в Садовом кургане, был обнаружен бронзовый большой котел с широким устьем, острореберным туловом и округлой нижней частью без поддона. В отличие от литых котлов сарматского типа издаваемый котел составлен из кованых полос металла, склепанных на остром ребре тулова при соединении с округлой нижней частью. Вокруг устья котла проложен железный обод, стягивающий кованую полосу. Две ручки, также из железа, выполнены в виде горизонтальных выступов с петлями, в которые продеты большие железные кольца (рис. 22). Клепаные котлы с железными ободками и ручками в виде колец известны как кельтские котлы 1. Техника клепки выделяет их среди других металлических сосудов, распространенных в Западной Европе.

Датировка кельтского котла из Садового кургана очень затруднена. В книге Эггерса, исследовавшего обильный западный материал, идентичной формы нет. Нам известны пока всего три экземпляра кельтских котлов, сходных с нашим. Почти идентичный по форме котел происходит из кастеля Кёнген (находка опубликована в 1907 г.). В работе «Три бронзовых сосуда раннего периода переселения народов из Бензгейма, Штаркенбург» Ф. Бен дает типологию котлов, в ряду которых определенное место отводится наиболее важному для нас котлу из Кёнгена 2. Описывая его, Ф. Бен отмечает, что такой же котел был найден в Эльзасе. Котел из Кёнгена датируется им временем разрушения Лимеса, второй половиной III в. н. э., точнее около 260 г. н. э. При этом основания этой датировки не раскрываются 3. Несмотря на очень большую близость котлов из Кёнгена и из Садового кургана, мы затрудняемся отнести нашу находку ко второй половине III в. н. э. Этому противоречит прежде всего весь инвентарь из Садового кургана. Не согласуется с данной датой ни литой сарматский котел 4, ни глиняная амфора широко распространенного типа, обычно датирующаяся I в. до н. э.— I в. н. э. 5

В своей типологии котлов Ф. Бен исходит из двух основных форм кельтских котлов из Кёрхова. Оба котла клепаные 6. От них он производит два типологических ряда. Но при этом не учитываются особенности техники их изготовления. В типологических рядах представлены котлы, сработанные в технике клепки и в технике литья. Говоря о клепаных котлах, Бен неоднократно отмечает, что они изготовлены в старой технике, но при этом подчеркивает, что технические детали не имеют значения для определения времени, что эти детали чисто конструктивны 7. С этим трудно согласиться.

Рис. 22. Кельтский котел из Садового кургана у Новочеркасска

Рис. 22. Кельтский котел из Садового кургана у Новочеркасска

Огарая техника, о которой говорит Бен, и есть техника выработки клепаных котлов, характерная для более раннего времени, чем техника литья котлов. Бен исследовал материал времени раннего переселения народов, т. е. уже в какой-то степени выходящий за рамки античной эпохи. Возможно, что поэтому он не приводит другие находки котлов более раннего времени. Близкая форма для типологического ряда Кёнген, Зольхейм, Вормс происходит из Мекленбурга 8.

Высокое развитие металлообрабатывающего, а также и керамического производства у кельтов общеизвестны 9. Кельтская форма котла из Садового кургана и из Кёнгена подтверждается и формами типичной кельтской керамики, распространенной, например, в местах обитания кельтов на территории Чехословакии. Среди кельтской керамики известна значительная труппа сосудов с острореберным туловом и округлой нижней частью, относящаяся к концу II и I в. до н. э. 10 Сосуды этой группы очень напоминают форму котла из Садового кургана, но принадлежат они значительно более раннему времени, чем котел Кёнгена, датированный Беном временем около 260 г. Но на территории распространения указанных форм керамики в конце II—I вв. до н. э. бронзовых котлов не найдено. Тем не менее необходимо отметить близость кельтских керамических форм кельтским бронзовым кот¬лам в столь раннее время.

В связи с выяснением даты кельтского котла из Садового кургана наибольший интерес представляет комплекс металлических сосудов из Помпей (Casa dei Capitelli Figurati) 11. В этом комплексе представлены три сходных бронзовых сосуда, три кельтских котла, два из которых очень напоминают формы типологического ряда Бена — Кёнген, Зольхейм, Вормс. Помпейские находки, естественно, не могут быть позднее 70-х годов I в. н. э. Бен упоминает об этом комплексе и объясняет наличие сходных форм в I в. н. э. и во второй половине III в. н. э. (котел из Кёнгена) живучестью их 12. Не отрицая живучесть форм, мы, однако, должны особо подчеркнуть, что типы котлов, близких по форме кельтскому котлу из Садового кургана, а также котлу из Кёнгена, бытовали значительно раньше III в. н. э. Виллерс, опубликовавший комплекс из Casa dei Capitelli Figurati, не дает ему точной датировки. Он считает, что такие ценные предметы могли очень долго храниться у владельцев. Но все же, по его мнению, опубликованный комплекс принадлежит более раннему времени, чем остальной, исследованный им материал 13.

Недавно К. Хоредт опубликовал очень интересный комплекс, добытый еще в 1840 г. и хранящийся в музее Брюкенталь. В этом комплексе имеется серия металлических сосудов, среди которых представлен и бронзовый кельтский котел, также очень близкий по форме котлу из Садового кургана; несколько отличается форма устья и форма укрепления кольцевой ручки 14. Кельтский котел из Брюкенталя, найденный в комплексе начала н. э., позволяет нам с полной уверенностью полагать, что и котел из Садового кургана относится к значительно более раннему времени, чем котел из Кёнгена. Но возможно, что котел из Кёнгена нуждается в некоторой передатировке 15.

Находки из Помпей, как и находка из Брюкенталя, показывают, что кельтские котлы с острореберным туловом изготовлялись в начале н. э., а может быть и ранее. Кельтский котел из Садового кургана, найденный в комплексе, принадлежащем, вероятно, эпохе Августа, не противоречит датировкам указанных находок из Помпей и из Брюкенталя.

Несмотря на хорошую изученность кельтского металлического производства, вопрос о центре или центрах происхождения кельтских котлов пока не решен. Виллерс считал, что они происходят из Южной Италии или из района Аквилеи. Некоторые исследователи полагали, что родиной их являлась Западная Европа вообще. Бен справедливо отмечает, что техника клепаных котлов была неизвестна на севере и процветала на юге 16.

Вероятно, ближе всех подошел к решению этого вопроса Эггерс, который полагает, что импорт кельтских бронзовых сосудов, шедший в Германию вместе с южноиталийским импортом, поставлялся туда через посредство кельтских торговцев. Германским потребителям никогда не было ясно, что различного рода бронзовые сосуды, которые они получали через посредничество кельтов, происходили из двух различных округов мастерских. В первое время занятия Галлии римлянами кельтская торговля продолжала играть большую роль, и кельтские мастерские еще работали на старый лад. Только на рубеже н. э., когда римские легионы оккупировали территорию до Эльбы, римские торговцы стали вытеснять кельтских. Тесный контакт между германцами и римлянами наступил после того, когда области южного Дуная стали римскими. Но еще какое-то время в I в. н. э. кельтские мастерские продолжали работать в привычной технике, вырабатывая клепаные котлы с железными обручами, пока в Галлии стали применять италийскую технику производства бронзовых сосудов 17. В связи с изложенной точкой зрения Эггёрса следует подчеркнуть, что он говорит лишь о I в. н. э. (даже не о всем первом столетии), в течение которого еще продолжалось производство кельтских котлов с железными обручами, имея в виду находки из Кёрхова.

Еще большую трудность, чем датировка котла из Садового кургана, представляет вопрос о путях, посредством которых эта находка попадала в Нижнее Подонье. Эггерс открыл пути проникновения италийского импорта и кельтских изделий на основании изучения огромного материала с неоднократно повторяющимися предметами. Этот материал убеждает, что кельтские изделия, в том числе и котлы, распространялись в результате налаженных торговых связей. В местах обитания сарматов в Восточной Европе находки кельтских котлов единичны. Котел из Садового кургана пока является уникальной находкой.

Едва ли можно думать, что он попал в нижнедонской курган в результате оживленной торговли с кельтскими центрами производства металлических сосудов такого рода. В Боспорском царстве, как и в степях, окружавших древнегреческие города, известно живое общение с галатами в конце III—II—I вв. до н. э. 18

Кельтский котел из Садового кургана, возможно, попал в южнорусские степи вместе с кельтскими наемниками. Кельтский отряд воинов был в армии Митридата 19. В своих военных планах Митридат рассчитывал опереться на союзные варварские племена и возлагал большие надежды на помощь кельтских племен 20. Очевидно, с появлением кельтских наемников связаны и находки в причерноморских и приазовских степях кельтских шлемов, как, например, шлем I в. до н. э. с Нижнего Побужья 21.

К содержанию 116-го выпуска Кратких сообщений Института археологии

Notes:

  1. Н. J. Еggrеrs. Der romische Import im freien Germanien. Hamburg, 1951, стр. 421, кольца ручек служили для подвешивания. Ср.: P. Vouga. La Тепе. Leipzig, 1923, табл. XXVII, 1, 2, 5.
  2. F. Веhп. Drei Bronzegefasse der friihen Volkoerwanderungszeit von Bensheim, Starkenburg, Germania, 1936, H. I, стр. 125, стр. 123, рис. 1 g.
  3. Там же, стр. 126.
  4. С. И. Капошина. Итоги работ Кобяковской экспедиции. КСИА, вып. 103, стр. 50. Е. D. Phillips. The Royal Hordes nomad peoples of the steppes.— London, 1965, стр. 103, рис. 119.
  5. И. Б. Зеест. Керамическая тара Боспора. МИА, № 83, 1960, табл. XXVII, 61а, Д. Б. Шелов. Некрополь Танаиса. МИА, № 98, 1961, табл. XV, 4; М. И. Вязьмитіна, Золота Балка. Київ, 1962, стр. 156, рис. 71, 30.
  6. F. Веhп. Указ. соч., стр. 124.
  7. Там же, стр. 126.
  8. Н. J. Еggегs. Указ. соч., табл.
  9. Ян Филип. Кельтская цивилизация и ее наследие. Прага, 1961, стр. 111 и сл.
  10. В. Вепadіk, Е. V1сек, С. Ambrоs. Keltske Pohrebisika по juhozapadnom Slovensku. Bratislava, 1957, стр. 163, табл. XI, //; стр. 167, табл. XV„ 27; стр. 171, табл. XIX, 1.
  11. Н. Willers. Neue Untersuchungen Ober die romische Bronzeidustrie von Capua und von Niedergermanien. Hannover und Leipzig, 1907, стр. 71, рис. 41, 7, 2, 3.
  12. F. Веhп. Указ. соч., стр. 127.
  13. Н. Wіllегs. Указ. соч., стр. 71.
  14. Kuhrt Ноrеdt. Un depozit de vase de metal din epoca Dacica de la Gu^terita- Sibiu. Studi ?i Comunicahi, 12, Arheologie-Istorie. Sibiu, 1965, стр. 35—45, рис. 1, З; рис 3, 3.
  15. Пользуюсь случаем выразить благодарность И. Вернеру, обратившему мое внимание на находку из Кёнгена.
  16. F. Веhп. Указ. соч., стр. 127.
  17. Н. J. Еggеrs. Указ. соч., стр. 42.
  18. Н. И. Сокольский. О боспорских щитах. КСИИМК, вып. 58; 1955, стр. 22; Т. Н. Книпович. К вопросу о датировке ольвийского декрета в честь Протогена. ВДИ, 1966, № 2, стр. 145, 149; В. И. Пругло. Позднеэллинистические боспорские терракоты, изображающие воинов. «Культура античного мира», 1966, стр. 208.
  19. Арр. Mithr. III.
  20. В. Ф. Гайдукевич. Боспорское царство, 1949, стр. 310.
  21. И. В. Фабрициус. Археологическая карта Причерноморья Украинской ССР. Киев, 1951, стр. 90, рис. 27.

В этот день:

Нет событий

Метки

Свежие записи

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика