Трубникова Н.В. К вопросу о назначении «кобанских сечек»

К содержанию 18-го выпуска Кратких сообщений Института истории материальной культуры

Предметом настоящей статьи являются так называемые «кобанские сечки» — плоские, с широким круглым лезвием, ножи.

Ножи подобной формы встречаются в довольно большом количестве в коллекциях кобанской культуры Зап. Грузии конца II и начала I тысячелетия до н. э. и представляют интерес в связи с вопросом об их назначении.

В Гос. историческом музее в Москве имеется 6 экземпляров поделок этого рода. Все они, кроме одной, происходят из района города Кутаиси, но не связаны с определенными раокопочными комплексами. В собрание ГИМ они поступили из Кутаисского музея в декабре 1933 г. и записаны в книгу поступлений за № 75702; одна такая же поделка неизвестного местонахождения имеется среди старых поступлений музея (инв. № 65246).

[adsense]

Все они отлиты из красной меди[ref]О результатах анализа, давшего чистую медь, см. работу А. А. Иесссна «К вопросу о древней металлургии меди на Кавказе». ИГАИМК, Л., 1935, вып. 120.[/ref] в форме и имеют одинаковые очертания в виде плоского прямого стержня с округлым лезвием. Вероятно, первоначально на стержень насаживалась деревянная рукоятка, и в таком виде орудие употреблялось при работе. В результате отливки в форме одна сторона орудия имеет более выпуклую поверхность.

Предметов этого рода в настоящее время известно довольно много, и друг от друга они отличаются мало. Обычно эти различия касаются степени округлости лезвия, реже — формы самого орудия.

«Сечки» Исторического музея, как пока совершенно условно я их буду называть, также по своему внешнему виду близки друг другу. Все они грубой работы, на своих боковых гранях сохранили шероховатости, неровности — результаты недостаточно тщательной обработки после отливки. Лезвие заточено. Этот момент при выяснении вопроса о назначении указанных предметов будет очень существенным.

Насколько можно судить по сохранившимся частям, край затачивался то с одной, то с двух сторон (из «сечек» Исторического музея в двух случаях край заточен с обеих сторон). Средний размер предметов этого рода 8Х 10—12 см.

Упоминания о них в литературе довольно часты. Б. А. Куфтин говорит о них, приводя ряд мнений относительно их назначения, одно из которых было высказано еще Е. А. Пахомовым в 1907 г.[ref]Б. А. Куфтин. К вопросу о древнейших корнях грузинской культуры на Кавказе. Вестник Гос. музея Грузии, Тбилиси, 1944.[/ref] А. А. Иессен посвящает этим «сегментовидным орудиям», как он их называет, целые страницы.[ref]А. А. Иессен. К вопросу о древней металлургии меди на Кавказе. ИГАИМК, Л., 1935, вып. 120.[/ref] Район распространения их — Западное Закавказье, точнее — район Кутаиси (по Риону), Черноморское побережье в районе Батуми; Сухуми (пункты: Махинджаури, Самеба, Зенита, Тагилони, Чубурисхиди, Сухуми).

Из района Кутаиси происходят и «сечки» Исторического музея (пункты с. Опшквити, Гора, Багдади, Сакара, район Шаропаяи) (рис. 10).

В настоящее время район распространения этого рода предметов можно еще расширить, включив в него Вост. Анатолию, где в с. Sazazakale были найдены совершенно аналогичные предметы.[ref]Stefan Przeworski. Die Metallindustrie Anatoliens in der Zeit von 1500—700, 1939, табл. 3, рис. 2.[/ref] Любопытно, что почта всюду они связаны с литейными мастерскими, в местах которых их находят; им сопутствует обычно материал кобанского типа, характерный для Колхиды.[ref]См, перечень мест находок у Иессена. А. А. Иессен. Указ. соч., стр. 120—121, карта IV и в тексте стр. 118, 122, 124, 126, 127, 128.[/ref] О назначении их до сих пор не существует определенной общей точки зрения. Признать в них мотыжки, к чему, повидимому, склоняется Б. А. Куфтин, невозможно. Этому препятствуют и самая форма их, и способ прикрепления рукояти, и, самое главное, сравнительная тонкость и непрочность этих предметов. К тому же мотыжки, совершенно бесспорные, известны в этих местах. Но они при сходных очертаниях имеют совершенно иной профиль и круглое отверстие для насаживания на палку. Поэтому же трудно допустить, чтобы они когда-либо могли служить в качестве топоров или секир, как это предполагает Пржеворский.[ref]St. Przeworski. Указ. соч., стр. 33.[/ref] Крайняя грубость в обработке подобных изделий говорит против таких соображений. Затруднительно признать в них денежные знаки, как это пытался сделать Е. А. Пахомов, ссылаясь на этнографический материал. Зачем, опрашивается, в этом случае затачивался край?[ref]Б. А. Куфтин. Указ. соч., стр. 318—319.[/ref]

Рис. 10. Ножи для разрезания кожи («сечки»). 1 — из с. Опшквити; 2 — из с. Сакара; 3 — из с. Гора; 4 — из с. Опшквити (в районе г. Кутаиси)

Рис. 10. Ножи для разрезания кожи («сечки»). 1 — из с. Опшквити; 2 — из с. Сакара; 3 — из с. Гора;
4 — из с. Опшквити (в районе г. Кутаиси)

Пожалуй, наиболее вероятным было бы признать в них сечки, тем более что А. А. Иессен упоминает о находке сечки с двумя ручками, а подобной формы сечки употребляются и в настоящее время. К возможности применения «сегментированных» орудий в качестве сечек он склоняется, не уточняя вопроса о том, что, собственно, ими могли рубить.

[adsense]

Рис. 11. Современный стальной нож для разрезания кожи, употребляемый в седельном производстве.

Рис. 11. Современный стальной нож для разрезания кожи, употребляемый в седельном производстве.

Рис. 12. Нож для разрезания кожи (из книги Paul Vouga — La Тёпе)

Рис. 12. Нож для разрезания кожи (из книги Paul Vouga — La Тёпе)

Но мне кажется, что при суждении о назначении этих предметов следует обратить внимание не только на форму, но и на обработку их поверхности, а также на степень сохранности края. Правда, в этом случае материал для непосредственного анализа слишком мал, так как в Историческом музее, как сказано выше, имеется всего шесть подобного рода предметов, да еще два из них имеют край совершенно испорченный. На трех экземплярах он слегка зазубрен по концам (что едва ли является результатом употребления их в качестве сечек) и на одной по середине.

Их можно сравнить с ножами для разрезания кожи, так как ножи аналогичной формы встречаются даже в настоящее время у закройщиков-шорников.[ref]На это мне любезно указал Е. И. Крупнов, за что приношу ему благодарность.[/ref] Округлое лезвие дает возможность мастеру действовать ножом, не отрывая руки.

Подобный современный стальной нож (рис. 11), употребляющийся в кожевенном производстве, а именно — седельном, воспроизведен в работе Пфейффера.[ref]L. Pfeiffer. Die Werkzeuge des Steinzeitmenschen. Jena, 1920, стр. 15, рис. 17.[/ref] Что касается самой формы этих предметов в виде стержня с широким закругленным лезвием, то она является чрезвычайно распространенной и встречается в самых различных местах, применяясь, повидимому, всякий раз, когда возникала необходимость в широком режущем крае.

Так, кремневый нож в форме, близкой к полумесяцу, известен из швейцарских свайных построек, так же как приведенный Пфейффсром северный шиферный нож.[ref]Там же, стр. 15, рис. 14.[/ref] Во всех случаях ножи эти употреблялись для разрезания шкур и кож путем надавливания и протяжения, а округлая форма лезвия всякий раз давала возможность резать, не отрывая ножа.

Рис. 13. Ножи для разрезания кожи (А, В, С, D — употреблявшиеся в древнем Египте; Е, F — ножи римские)

Рис. 13. Ножи для разрезания кожи (А, В, С, D — употреблявшиеся в древнем Египте; Е, F — ножи римские)

Небезынтересным и немаловажным будет несомненный факт сходства кобанских «сечек» с ножами для разрезания кожи, употреблявшимися в древнем Египте. На древнеегипетских рельефах существуют изображения мастеров, работающих по коже, причем они разрезают кожу ножами, совершенно подобными описываемым нами. Такой древнеегипетский нож для разрезания кожи имел форму нашей кобанской «сечки» (рис. 12, 13), вставленной сверху в деревянную рукоятку. Эти ножи воспроизведены в работе И. М. Лурье,[ref]И. М. Лурье. Обработка кожи в древнем Египте. ИГАИМК, т. VII, вып. 1, Л., 1931, стр. 10—11, рис. 16, А, В, С, D.[/ref] а весь процесс разрезания кожи дают изображения на стенах гробницы Рехмара (Новое царство).[ref]P. Н. Viгеу. Le Tombeau de Rehmara. Memoires de la mission archeologique francalse au Caire, Paris, 1899, табл. XV.[/ref]

Перед нами мастер-кожевник, сидящий на низенькой скамеечке; среди его инструментов нож с полукруглым лезвием, которым разрезают растягиваемую на невысокой подставке шкуру животного. Сходство наших ножей с древнеегипетскими очень велико и едва ли случайно. Особенно близким является нож № 4 Исторического музея ножам В и С на рис. 16[ref]И. М. Лурье. Указ. соч., стр. 11, рис. 16.[/ref] в работе И. М. Лурье и ножу, изображенному на рис. 19 в той же работе (рис. 14).

Это сходство перестает быть случайным, если привлечь аналогичные ножи для разрезания кожи — римские (рис. 13).

Такие же ножи известны по находкам в Помпеях и Ныостэде, так же как и Латене,[ref]Flinders Petrie. Tools and weapons. London, 1917, табл. LXII, LXIII, стр. 50—51.[/ref] только там они уже не бронзовые, а железные, имеют несколько меньший размер и более длинную рукоять.[ref]Paul Vouga. La Тёпе, Leipzig, 1923, табл. XLV, № 28.[/ref] Сходные ножи дают находки в Богемии и во Франции (особенно из Оверни и Компьенсчого леса) и т. д.
Эти ножи в свое время были определены Шампьоном,[ref]B. Champion. Outils en fer dpi, Musee de Saint-Germain. Revue Archeologique, t. Ill, 1916, стр. 411—446, табл. XIII, стр. 233, табл. XIV, стр. 242.[/ref] который даст и способ насадки рукояти. Современные этнографические ножи для разрезания кожи такие же (например, в Гренландии).

Рис. 14. Мастер-кожеЕник и его инструменты. Изображение из гробницы Рехмара

Рис. 14. Мастер-кожеЕник и его инструменты. Изображение из гробницы Рехмара

Уже указывалось, что даже в современном кожевенном производстве ножи для разрезания кожи имеют ту же чрезвычайно устойчивую и определенную форму.

Форма эта отвечает совершенно определенной цели, вследствие чего, начиная с глубокой древности, она дожила в кожевенном производстве до наших дней. Мне кажется, нет основания придумывать какое-либо другое назначение поделкам эпохи кобани, они, так же как и ножи, такой же формы и даже почти того же времени (конца II — начала I тысячелетня), служили для разрезания кожи и в Египте и на Кавказе, тем более, что развитое скотоводческое хозяйство в условиях горных районов Кавказа делало возможным выделение специальных орудий обработки кожи с совершенно точно определенными функциями.

К содержанию 18-го выпуска Кратких сообщений Института истории материальной культуры


Warning: Undefined array key "show_age" in /var/www/u2165507/data/www/arheologija.ru/wp-content/plugins/this-day-in-history/tdih-widget.php on line 22

В этот день:

Дни рождения
1895 Родился Роман Михайлович Гиршман — французский археолог русского происхождения, специалист по археологии Ирана, исследователь древних Суз, доисторического селения Тепе-Сиалк.
1906 Родилась Фредерика де Лагуна — американская учёная антрополог, этнограф и археолог; участница Второй мировой войны, исследователь искусства древних индейцев на северо-западе США и Аляске.
1908 Родился Алексей Павлович Окладников — советский археолог, историк, этнограф, основатель школы исследователей истории, археологии и этнографии Сибири, Дальнего Востока, Средней и Центральной Азии. Открыл многочисленные памятники эпохи палеолита, неолита и бронзового века, в том числе первых на территории страны останков неандертальца (1938, грот Тешик-Таш, Узбекистан). Открыл и исследовал основные ареалы петроглифов (наскальные изображения) разных стилей от палеолита до средних веков.
1909 Родилась Ядвига Вацлавовна Станкевич - кандидат исторических наук, специалист в области древнерусской археологии центральных и северо-западных областей Европейской России.
Дни смерти
1914 Погиб на фронте Жозеф Дешелет — французский археолог, который стоял у истоков керамологии. Занимался также исследованием культурных связей между древнеримской и кельтской цивилизациями.

Рубрики

Свежие записи

Счетчики

Яндекс.Метрика

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Археология © 2014