Работы советских исследователей

К оглавлению книги «Этнография народов СССР»

Советская наука сделала, особенно за последние годы, очень много для исследования этногенеза восточнославянских народов. Эта проблема поставлена на совершенно новую методологическую почву. Конечно, советские ученые не отбрасывают всех выводов буржуазной науки по вопросам восточно-славянского этногенеза, а критически принимают наиболее обоснованные из них. Такими выводами, установленными уже в буржуазной науке, являются положения: а) что восточнославянские народы составляют неотделимую часть славянского круга народов и вместе с западными и южными славянами входят в индоевропейскую семью народов; б) что они сформировались в Европе, а не пришли откуда-то из Азии; в) что они связаны историческими корнями с древними народами Восточной Европы.

Но советские исследователи, принимая эти выводы, углубляют и расширяют их, подходя к проблеме с новых позиций марксистско-ленинской исторической науки. Это дало возможность прийти к принципиально новой, гораздо более широкой концепции происхождения восточнославянских народов.

Прежде всего, впервые прослежены глубокие исторические корни восточного славянства на его территории — Восточно-Европейской равнине. Корни эти многие исследователи пытаются искать в этнонимике и в языке. Но в этой области, к сожалению, достигнутые результаты пока невелики. Было сделано много гипотез, смелых сопоставлений (А. Д. Удальцов и др.). Эти сопоставления подлежат еще строгой проверке, тем более что они нередко связывались с ненаучными положениями «нового учения о языке» Марра. Возможно, что проверка подтвердит правильность сближения некоторых названий народов античной эпохи (сколоты, споры, спалы и др.) с названиями позднейших «склавов» «славов» и отдельных славянских племен. Но в этой области, как и в области чисто лингвистической, основная работа еще впереди.

Зато гораздо лучше прослежены глубокие исторические связи восточнославянских народов советскими археологами, такими, как А. В. Арциховский, Т. С. Пассек, В. И. Равдоникас, Б. А. Рыбаков, П. Н. Третьяков и др. Можно считать доказанным, что непосредственными предками восточнославянских народов были носители так называемой культуры «полей погребальных урн», господствовавшей в Южном Поднепровье и Поднестровье в первые века нашей эры. Установлены исторические связи культуры восточнославянских племен и с другими археологическими культурами того времени, существовавшими на Верхнем Днепре, на Верхней Волге и пр. Но все они в свою очередь связываются с более древними стадиями культурного развития. Непрерывная преемственность тянется от эпохи неолитических культур 3-го тысячелетия до н. э. и вплоть до появления заведомо славянских памятников.

Наконец, особенно существенное доказательство древности исторических корней славянства в Восточной Европе дает антропология. Советские антропологи (Г. Ф. Дебец, Т. А. Трофимова, Н. Н. Чебоксаров) установили, что еще в эпоху неолита и в эпоху бронзы в Восточной Европе существовали расовые типы — не меньше трех, — занимавшие определенные ареалы и впоследствии сохранившиеся в типах славян курганной эпохи. Таким образом, славянские племена 1-го тысячелетия нашей эры сформировались из древних аборигенных элементов, восходящих к неолиту.

2. Второе, существенно новое положение, доказанное советскими исследователями, — это то, что ареал формирования восточного славянства был значительно шире, чем это предполагалось раньше. Этот ареал охватывал не только Среднее Поднепровье, как полагали некоторые буржуазные ученые (например, Нидерле, а другие отрицали и это), но и весь бассейн Днепра до его верховьев, и области, расположенные дальше к северу и к востоку. Правда, вопрос о границах ареала, на котором протекал процесс восточнославянского этногенеза, остается не совсем ясным. Одни из советских ученых, например Третьяков (по крайней мере в своих прежних работах), считают, что и весь бассейн Верхней Волги и Оки включался в этот ареал; другие полагают, что Окско-Волжское междуречье было заселено восточными славянами лишь позже — во 2-й половине 1-го тысячелетия. Неясно также, насколько древним является славянское население на Нижнем Дону и в Приазовье: одни исследователи (С. П. Толстов, В. В. Мавродин) стоят на точке зрения его аборигенности, другие (М. И. Артамонов) это отрицают. Но эти частные разногласия не устраняют единодушие советских ученых по основному и принципиальному вопросу.

3. Принципиально новым и очень важным тезисом советского учения об этногенезе является отрицание «чистого» как в расовом, так и в языковом и культурном отношениях, происхождения народов. Восточнославянские народы сформировались на пестрой, разнородной этнической основе. В них вошли различные расовые компоненты. В славянских курганах (X—XIV вв.) разных областей Т. А. Трофимова обнаружила не меньше шести антропологических типов, из них четыре европеоидных и два монголоидных. Что касается языкового развития, то в русском и других восточнославянских языках прослеживаются, по-видимому, и древние иранские, и кавказские, и финские элементы, не говоря уже о позднейших тюркских.

В этом смысле заслуживает серьезного внимания попытка академика А. И. Соболевского по-новому решить вопрос о происхождении славянских языков и народов («Русско-скифские этюды», 1924; «Заметки по славянским древностям. Новые русско-скифские этюды», 1926). На основании очень тщательного изучения индоевропейских языков и восточноевропейской топонимики Соболевский пришел к выводу, что в образовании славянских народов очень крупную роль сыграли ираноязычные скифы, предшествовавшие славянам на занимаемых последними землях. От этих своих предшественников славяне заимствовали названия рек, озер и пр. Мало того: сами славянские языки произошли, по мнению Соболевского, из слияния двух языков, принадлежавших к двум разным ветвям индоевропейской семьи; один из этих языков (характеризовавшийся сохранением древнего звука «с») относился к балтийской ветви, другой (где древнее «с» перешло в «х») — к иранской, — это и были скифы. Вот почему, — полагает Соболевский, — в славянских языках встречаются в равной мере и слова с древним «с» и слова с «х», тогда как в других индоевропейских языках отдается предпочтение либо одному, либо другому из этих звуков. Наконец, Соболевский считал, что многие из древнеславянских племен были по происхождению никем иными, как ославяненными скифами, сохранившими притом свои скифские (иранские) названия.

Наконец, крупным достижением советской науки является то, что она не замыкает процесс этногенеза восточнославянских народов узкими географическими и этническими рамками. Этот процесс происходил на фоне широких культурно-исторических связей. Связи эти шли как в сторону запада и северо-запада (с Прибалтикой, западными славянами, Центральной Европой), так и в сторону юго-запада (античный Средиземноморский мир, Византия, южные славяне) и юго-востока (Кавказ, Средняя Азия). Последние, юго-восточные, связи проследил наиболее обстоятельно С. П. Толстов.

Работам советских исследователей до недавнего времени сильно вредило влияние «яфетической» теории Н. Я. Марра. Оно сковывало прежде всего работу языковедов, но дурно отражалось и на исследованиях археологов, многие из которых старались вытягивать конкретные факты раскопок на прокрустовом ложе марровских схем «единого глоттогонического процесса», разных стадиальных «взрывов», «скрещений» и т. п. пустых фраз. Сторонники теории Марра не интересовались конкретными языковыми и вообще историческими связями между народами, априорно отрицали всякие передвижения, «миграции» племен, считали недопустимым говорить о «прародине», т. е. о первоначальном ареале формирования того или иного народа или группы народов. Однако и в годы засилья марризма продолжалась плодотворная исследовательская работа советских ученых.

Из более частных вопросов, связанных с интересующей нас проблемой, надо отметить некоторые ложные теории, для преодоления которых много сделали советские ученые: а именно «готскую» и «норманскую» теории.

О готах существовало мнение, что они принесли с собой в III—IV вв. в Восточную Европу более высокую культуру, повлиявшую на развитие местных, в том числе славянских, племен. Это старались доказать в особенности немецкие буржуазные ученые. В настоящее время, хотя готская проблема в целом еще не разрешена, но советские археологи убедительно показали, что «готская эпоха» в Приднепровье представлена древностями, отнюдь не чуждыми, не иноземными, а составляющими дальнейшее развитие местных культур. Кто бы ни были по происхождению готы (некоторые даже пытались отрицать их германскую принадлежность, но это несерьезная попытка), во всяком случае их вторжение нисколько не нарушило нормального хода культурного развития местных племен.

Подобной же полезной критике подверглась и «норманская» теория. Последнюю иногда сводят к вопросу о происхождении термина «Русь» — вопрос сам по себе интересный, но особый — о нем будет сказано ниже. По существу же и историками, и археологами установлено с полной бесспорностью, что норманны-варяги не оказали и не могли оказать сколько-нибудь заметного культурного влияния на славянские племена. Влияние, конечно, было, но оно было поверхностным, захватывало быт только господствующей верхушки, и кратковременным, ибо пришельцы-варяги, откуда бы они ни были родом, очень скоро совершенно ославянились: уже князь Святослав был вполне славянин, а при Владимире и в составе княжеской дружины осталось мало варяжских элементов.

В этот день:

  • Дни смерти
  • 2000 Умер Герман Алексеевич Фёдоров-Давыдов — советский и российский историк, археолог, специалист по нумизматике Золотой Орды и средневековой Восточной Европы, один из основателей и руководитель Поволжской археологической экспедиции. Доктор исторических наук, профессор Московского государственного университета.

Рубрики

Свежие записи

Счетчики

Яндекс.Метрика

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Археология © 2014