Кузьмина Е.Е. Динамика экономики и социальной стратификации пастушеских племен Азиатских степей

Кузьмина Е.Е. Динамика экономики и социальная стратификация пастушеских племен Азиатских степей // Социально-экономические структуры древних обществ Западной Сибири. – Барнаул: изд-во АГУ, 1997. – С.41-45.

1. Динамика экономики степных племен Азиатских степей определяется изменениями и взаимовлияниями факторов экологических и антропогенных.

В эпоху энеолита завершился переход к производящему хозяйству. Специфика экологии степей предопределила доминирующую роль скотоводства. Условием формирования скотоводческой отрасли в экономике явилось освоение колесного транспорта и доместикация коня, первоначально как мясного животного.

2. Вопреки мнению А.. Хейслера, М. Левина, Х.П. Юрпманна, в Припонтийско-Каспийском регионе лошадь была доместицирована еще в IV тыс. до н.э. [В.И. Бибикова, В.И. Цалкин, А.Г. Петренко, Ш. Бекони, Н. Бенеке, А. фон ден Дриш].

Вопреки мнению Д. Энтони, Д. Браун, И.В. Кузьминой и др., нет достоверных данных о ранней доместикации лошади в Азиатских степях (Ботай). В Казахстане домашняя лошадь известна лишь во второй половине III — начале II тыс. до н.э., в Сибири — в афанасьевской культуре.

3. Вопреки мнению П.М. Кожина, Д.Я. Телегина, В.Н. Даниленко, Н.Н. Шмаглия, М. Гимбутас, Д. Энтони, Д. Браун, Д. Лихардуса, костяные предметы с отверстиями, известные от Сибири до Центральной Европы, псалиями не являются (Л. Дитц). Следовательно, в IV-III тыс. до н.э. конь не мог использоваться под верх воинами-всадниками. Таким образом, данных о переходе носителей ямной и афанасьевской культур к стадии номадизма и выделении в их среде воинов-всадников нет.

4. В свете новых свидетельств массового распространения повозок в погребениях в Прикаспийских степях (Е.В. Избицер) требует более осторожного отношения предположение Е.Е. Кузьминой о том, что погребения с повозками отражают социальную стратификацию племен ямной культуры. По заключению Э.Б. Вадецкой нет оснований говорить и о социальной стратификации племен афанасьевской культуры.

5. Однако анализ погребального обряда и инвентаря показывает, что в могильниках как ямной, так и афанасьевской культур выделяются отдельные сооружения, отличающиеся от стандартных величиной, сложностью конструкции, сопровождающиеся жертвоприношениями, в том числе коня, и иногда наличием инсигний власти, что дает основания говорить о зарождении вождей, хотя дифференциация социальная еще не сопровождается дифференциацией имущественной.

6. Следующий этап развития Азиатских степей — формирование и развитие андроновской общности. Благоприятные экологические условия в третьей четверти II тыс. до н.э. обусловили формирование комплексного земледельческо-скотоводческого хозяйства. Вторым важным экологическим фактором было богатство ареала месторождениями меди, что явилось условием бурного развития металлургии бронзы. Это, во-первых, выделило раннеандроновские племена, во-вторых, потребовало защиты рудников, металла и скота. В результате на западе Азиатских степей появляются укрепленные поселения и выделилась элитарная группа воинов-колесничих, захороненных в обширных могилах сложной конструкции вместе с набором вооружения и колесницами с колесами со спицами и запряженными конями.

7. Вопреки возражению ряда ученых, локализующих прародину индоевропейцев в Индии в культуре Хараппа (Лураигобинда Део и др.), в Туркмении и Иране (В.И. Сарианиди, И.Н. Хлопин, Г.Н. Курочкин) или в Передней Азии (А.Д. Пряхин, Г. Григорьев), происхождение индоариев в Азиатских степях надежно аргументируется, прежде всего, отсутствием в их культуре гончарного круга (И. Рау, Э.А. Грантовский) и сходством со степными других категорий материальной культуры (тип поселения, жилища, транспорт, костюм, тип экономики, виды домашних животных) и комплексным системным отличием их культуры от культуры земледельцев всего Индо-Переднеазиатского региона (Е.Е. Кузьмина).

8. Индоиранская принадлежность носителей степных культур, прежде всего, андроновской, признается сегодня ведущими лингвистами и индоевропеистами, даже по-разному локализующими индоевропейскую прародину (И.М. Дьяконов, Г.М. Бонгард-Левин, Т.Я. Елизаренкова, В.А. Лившиц, Д. Меллори, К. Ренфрю, В. Рау, А. Парпола, М. Бойс и др.).

Это делает методически корректным привлечение индоиранских данных для реконструкции социальной структуры раннеандроновского общества, позволяя видеть в воинах-колесничих социальную группу кшатриев-ратайштар (К.Ф. Смирнов, Е.Е. Кузьмина); термин и сам социальный институт сохранился у скифов (Э.А. Грантовский).

Другую социальную группу составляли рядовые общинники — пастухи, название которых восходит к общеиндоевропейскому термину вестара — пастух (В.В. Иванов). С этой группой могут быть соотнесены рядовые андроновские погребения, характеризующиеся стандартным набором инвентаря (Алекшин). Захоронения третьей социальной группы жрецов, к сожалению, пока не выявляются, так как атрибуты жрецов — головной убор и деревянная чаша не сохраняются в земле.

9. Во второй четверти II тыс. до н.э. обстановка в степи стабилизируется. Экологический фактор — обширность просторов степи — обусловил дальнейшее развитие андроновекой культуры не по интенсивному пути становления городской цивилизации, а по экстенсивному пути расширения территории. Андроновские племена расселяются вплоть до Енисея.

10. Картографирование андроновских памятников позволяет выделить ряд локальных вариантов с устойчивым набором этнографических особенностей в каждом, что типично для племенной территории, а внутри варианта — микрорайоны — группы поселений по малым рекам, соответствующие родовым территориям.

11. Характер больших жилищ свидетельствует о сохранении большой семьи численностью 30-60 человек. Наличие парных разнополых погребений, в том чиЬле с детьми, указывает на выделение малой семьи.

12. Устойчивость традиций женского гончарства в жилище, поселке и относящемся к нему могильнике позволяет ставить вопрос о матрилокальном характере брака, а обычай погребения детей вместе с матерью — о матрилинейном счете родства.

13. Имущественная дифференциация жилищ не прослеживается, но в могильниках выделяются большие курганы или ограды, составляющие около 5% сооружений. Они содержат отличный от стандартного набор инвентаря (бронзовые и золотые изделия, многочисленные богато орнаментированные большие сосуды), что указывает на наличие социальной стратификации.

14. В ХІІІ-ІХ вв. до н.э. экологическая ситуация в степях резко ухудшается, повышается уровень воды в реках, наступает похолодание. Экологический кризис приводит к смене типа хозяйства; часть населения продвигается на юг и переходит к седентаризации и интенсификации земледелия. Основная часть переходит к кочеванию, условием чего было
освоение коня под верх и появление всадничества.

В условиях кочевого скотоводства скот становится легко отчуждаемой собственностью, усиливается борьба за скот, пастбища, воду. Археологические свидетельства роста социальной дифференциации и военных столкновений — увеличение количества оружия и быстрая смена его типов, появление семейных кладов быстрого накопления.

16. В ХІІІ-ІХ вв. до н.э. в андроновском обществе происходит разделение труда: из общины выделяются кланы работающих на продажу специалистов ремесленников-металлургов, о чем свидетельствуют клады литейных форм и однотипных и бракованных изделий.

В этот день:

  • Дни смерти
  • 1898 Умер Габриэль де Мортилье — французский антрополог и археолог, один из основоположников современной научной археологии, создатель классификации каменного века; также считается одним из основателей французской школы антропологии.

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика
Археология © 2014