Жиров Е.В. Об искусственной деформации головы

К содержанию 8-го выпуска Кратких сообщений Института истории материальной культуры

Морфологические разновидности, обусловленные преднамеренным или непреднамеренным деформированием, надлежит классифицировать сообразно распределению относительно головы деформирующего давления. Следуя этому принципу, я различаю 4 основных типа: 1) затылочную, 2) лобно-затылочную, 3) теменную и 4) кольцевую (циркулярную) деформации.

Затылочная деформация возникает в результате длительного лежания ребенка на спине. Характерное для нее одностороннее давление вызывается тем, что голова ребенка остается свободной и деформируется только под влиянием собственной тяжести. Морфологические отличия этого типа — уплощение и частая асимметрия затылочной области при отсутствии изменений в строении лба, а также общее укорочение и компенсаторное расширение мозговой коробки. Широкое распространение подобных особенностей формы головы объясняется бытованием колыбелей с мочеотводными приспособлениями. Народы, практикующие в наше время затылочную деформацию, обладают высокими головными указателями. Древнейшие следы этой деформации на территории СССР наблюдаются в катакомбных погребениях эпохи бронзы, а после многовекового перерыва яркий расцвет соответствующих обычаев наблюдается в раннем средневековье. Историко-географическое распределение затылочной деформации во второй период ее развития свидетельствует в пользу заноса ее в Европу с востока в связи с великим переселением народов.

Лобно-затылочная деформация вызывается: 1) фиксированием головы ребенка в колыбели при помощи дощечек или повязок и 2) применением двудощечного и сходных с ним аппаратов. В отличие от затылочной деформации, здесь имеет место двустороннее давление — от лба к затылку и обратно.

Древнейшее описание теменной деформации принадлежит Страбону, который пишет: „Говорят, что некоторые лица употребляют все усилия, чтобы сделаться более длинноголовыми, а также с выдающимся вперед лбом, так чтобы лоб выдавался над подбородком». 1 Относится ли эта фраза к одному из малоазийских народцев, сигиннам, как показал Бэр, является спорным. В специальной литературе этот тип описан сравнительно недавно на основе краниологических находок, сделанных на Крите и Кипре и относящихся к эпохе бронзы. Важнейшая особенность его это начинающееся кзади от брегмы понижение черепного свода. Сагиттальная кривизна теменных костей резко уменьшена, а кривизна лобной и затылочной увеличена. Лоб прямой или нависающий. Бакстон полагал, что давление вызывалось дощечкой, которая была привязана к темени повязкой, проходившей под подбородком. С этим как будто согласуется указание китайских летописей относительно обычаев туземцев Восточного Туркестана VIII—IX вв. Соответствующий текст, согласно Жюльену, гласит: „des qu’un enfant est ne, on lui comprime la tete avec une plan- chette de bois pour l’aplatir». 2 Однако Макдиси сообщает, что хорезмийцы употребляли для этой цели мешки с песком, которые привязывались с обеих сторон головы ребенка. Сопоставляя эти известия с результатами краниологических исследований, прихожу к следующим выводам. Техника деформирования была изменчива. „Кипрская» форма, отличающаяся компенсаторным расширением головы, достигалась при помощи дощечки, поверх которой накладывались мешки с песком. В иных же случаях дощечка отсутствовала и привязанные непосредственно к голове мешки содействовали ее удлинению. Наконец, часто мешки соскальзывали на затылок, благодаря чему получалась переходная к затылочной или даже чисто затылочная деформация. Хотя имеющиеся в настоящее время материалы достаточно скудны, все же следует предполагать, что теменная деформация была сильно распространена в Азиатской части СССР, начиная с эпохи бронзы. Особенно важное значение имеет находка трех париетально-деформированных черепов в андроновских погребениях близ Окунева улуса в Хакасском округе (раскопки Теплоухова в 1928 г.). Из более поздних находок упомяну прекрасную серию, собранную Григорьевым во время раскопок зороастрийского костехранилища XIII в. близ кишлака Фринкента в 55 км к югу от Самарканда (рис. 28, 1), а также черепа из несторианских кладбищ в Чуйской долине.

Кольцевая деформация обусловливается давлением, распределенным по поясам, которые охватывают голову в различных направлениях, что достигается применением давящих повязок или тесно прилегающих к голове чепчиков и шапочек. Различают две разновидности кольцевой деформации: высокую (так наз. „макрокефалию»), вызываемую лобно-затылочным поясом давления (рис. 28, 3 и 5), и низкую, которая в основном является следствием давления по поясу темя — нижняя челюсть (рис. 28, 6). Между этими двумя формами, реальность которых подтверждается их историко-географическим распространением, существуют, однако, бесконечные переходы. Так как некоторые авторы (Ранке, Шлиц) категорически отрицали преднамеренность всякой деформации, отметим, что в ряде случаев морфологическим анализом можно установить, что данная форма достигнута длительными, тщательными и несомненно обдуманными усилиями. Дело в том, что наложение повязки по одному и тому же поясу производит углубления в местах давления и сферическое компенсаторное выпячивание свода над ним. Если же, по мере деформирования головы, повязки периодически перебинтовываются, причем их постепенно передвигают выше, череп может принять форму почти идеального конуса (рис. 23, 5). Чепчик или шапочка в качестве орудия деформации распределяют давление по своей поверхности, способствуя возникновению цилиндрической формы (рис. 28, 2). Во время кольцевого или лобно-затылочного сжимания головы ребенка края лобной и теменных костей сдвигаются и изгибаются вдоль венечного шва, отчего возникают так наз. предвенечный валик и позадивенечное вдавление (рис. 28, 3), которые неопытными исследователями воспринимаются как следы от повязок. У детей признаки деформации бывают выражены резче, чем у взрослых; объясняется это тем, что деформирование обычно прекращается задолго до завершения роста головы, и поставленные вновь в нормальные условия развития органы и ткани стремятся к восстановлению соответствующих форм. В иных случаях кольцевая деформация комбинируется с затылочной. Возникающие при этом признаки — брахи- и акрокрания, сильная покатость лба, уплощение и частая асимметрия затылка — ошибочно принимаются за расовые (рис. 28, 2 и 4). Достоверно, однако, что армяне, как и некоторые другие народы Закавказья и Малой Азии, практикуют одновременно и кольцевую и затылочную деформацию. Радде наблюдал среди тифлисских армян живых „макрокефалов», представление о которых дают фотографии, опубликованные Лушаном и Шантром.

Рис. 28. Деформированные черепа. 1 — из зороастрийского костехранилища XIII в. бл. кишлака Фринкент; раскопки Г. В. Григорьева в 1936 г.; 2 — из катакомбного погребения бл. 5. Каменный Брод, в окрестностях г. Ворошиловграда; раскопки С. А. Локтюшева в 1928 г.; 3 — ив склепа IV в. в Херсонесе; раскопки P. X. Лепера В 1910 г., 4 - из склепа IV—V в. в Херсонесе; раскопки P. X. Лепера в 1910 г.; 5 — из Кенкольского могильника; раскопки А. Н. Бернштама в 1938 г,; 6 — с кладбища XI в. в старой Ладоге; раскопки В. И. Равдоникаса в 1938 г.

Рис. 28. Деформированные черепа. 1 — из зороастрийского костехранилища XIII в. бл. кишлака Фринкент; раскопки Г. В. Григорьева в 1936 г.; 2 — из катакомбного погребения бл. 5. Каменный Брод, в окрестностях г. Ворошиловграда; раскопки С. А. Локтюшева в 1928 г.; 3 — ив склепа IV в. в Херсонесе; раскопки P. X. Лепера В 1910 г., 4 — из склепа IV—V в. в Херсонесе; раскопки P. X. Лепера в 1910 г.; 5 — из Кенкольского могильника; раскопки А. Н. Бернштама в 1938 г,; 6 — с кладбища XI в. в старой Ладоге; раскопки В. И. Равдоникаса в 1938 г.

Сведения, которыми оперируют античные писатели в отношении искусственной деформации головы, касаются почти исключительно одного народа — макрокефалов или макронов, обитавших в I тысячелетии до н. э. в окрестностях Трапезунта. О них, если верить Страбону, упоминал еще Гезиод. Знаменитый текст Гиппократа содержит подробное описание обычая кольцевого деформирования у макрокефалов, но оставляет открытым вопрос о том, какая разновидность достигалась при этом — высокая или низкая. Непрекращающиеся доныне попытки поселить макрокефалов на побережье Азовского моря вызваны неправильным толкованием известия Гиппократа и недостаточным знакомством с литературой вопроса. В свое время блестящее опровержение подобных гипотез дал Бэр. Существенный пункт его аргументации — утверждение тождества макрокефалов с макронами — подкрепляется текстом из „Схолий к Аполлониеву походу аргонавтов»: „Другие говорят, что они называются макронами вследствие того, что у них есть довольно много длинноголовых (макрокефалов), как у персов — орлиноносых». 3 Непосредственное значение для нас имеет следующий отрывок из „Зиновьева Сокращения из Сборника пословиц Лукулла Таррейского и Дидима»: „Сираки дают царский венец самому рослому или, по словам некоторых, имеющему самую длинную голову». 4 Напомним, что, согласно Страбону, сираки обитали по р. Ахардею, которую Латышев предположительно отождествляет с Манычем. Сообщение это позволяет думать, что сираки культивировали кольцевое деформирование.

На территории СССР древнейшие циркулярно-деформированные черепа относятся к эпохе бронзы. Тот факт, что скорченные костяки имеют иногда „макрокефальные“ черепа, известен довольно давно. Такие находки были сделаны Бранденбургом, Покровским, Хойновским и Локтюшевым. Однако впервые достаточно обстоятельно осветил этот вопрос Артамонов, который при раскопках курганов в долине Маныча обратил внимание на массовый характер искусственной деформации в катакомбных погребениях. Ряд черепов из раскопок Локтюшева, Артамонова и Подгаецкого хранится в МАЭ Академии Наук, где я имел возможность их изучить. На ряду с довольно интенсивной кольцевой деформацией большинству из них свойственна также затылочная (рис. 28, 2). Кажется, что и в более поздних скорченных погребениях в насыпях курганов иногда встречаются циркулярно-деформированные черепа. Во всяком случае два таких черепа из раскопок Локтюшева в окрестностях Ворошиловграда имеются в МАЭ. Следующая по времени находка отделена от вышеописанных тысячелетним промежутком. В долине р. Таласа, в Казахстане, Гейкелем и Бернштамом были раскопаны курганные могильники с катакомбами начала н. э., которые Бернштам склонен приписывать гуннам. Процент деформированных черепов в них исключительно высок; на ряду с прекрасными коническими формами (рис. 28, 5) встречаются также переходные к низким, большинство черепов, кроме того, затылочно-деформировано. Расовый тип противоречит предположению Бернштама: бесспорная и довольно значительная примесь монголоидности все же не доминирует над основным европеоидным компонентом. А гунны — народ центральноазиатского происхождения, судя по описаниям современников и некоторым антропологическим материалам, — должны были быть монголоидны не менее современных бурятов или монголов. Аналогии для таласских черепов скорее всего нужно искать в Восточном Туркестане, население которого частично увлекли за собой продвигавшиеся на запад гунны.

Твердо установлен факт бытования кольцевой деформации у сарматов. В Сусловском могильнике до 20% черепов были деформированы. Рыков датирует их II—III вв. Рау, исследовавший курганы на территории Республики Немцев Поволжья, утверждает, что в погребениях римского времени до 70% черепов были циркулярно-деформированы. Общее впечатление, остающееся от серии черепов из раскопок Рау, — однообразность способа деформирования и незначительная степень деформации. Из других погребений, где были найдены курганные погребения сарматского времени с циркулярно-деформированными черепами, мне известны следующие: 1) г. Орск, 2) совхоз Березняки в б. Бугурусланском у., 3) ст. Шипово, Рязано-Уральской ж. д. на левом берегу Дерекула, 4) станица Мелеховская в Ростовской обл., 5) Кобяково городище близ станицы Аксайской в Ростовской обл., 6) г. Таганрог, 7) г. Моздок,
8) с. Алхан-кала в Чечено-Ингушской АССР, 9) с. Красногорка в б. Тираспольском у., 10) д. Богодар в б. Александровском у.

Особое внимание привлекает хранящаяся в МАЭ небольшая серия циркулярно-деформированных черепов, обладающих ярко выраженными монголоидными чертами. Один из них происходит из погребения сарматского времени близ д. Черненьки в б. Днепровском у., другой — из разрушенного богатого погребения III в. в долине р. Морского Чулека недалеко от Недвиговского городища, третий — из склепа IV в. в Херсонесе Таврическом. Для всех них характерно полное отсутствие изменений наружного рельефа, несмотря на значительную в некоторых случаях интенсивность деформации. К той же эпохе относятся деформированные черепа, найденные в греческих городах северного Причерноморья. В моем распоряжении было два недатированных ольвийских черепа, своеобразие деформации которых заключается в том, что лоб у них был уплощен деревянной или металлической пластинкой.

На обширных некрополях Босфора Киммерийского были сделаны первые на территории Советского Союза находки искусственно-деформированных черепов. Дюбркжс, описывая раскопки, произведенные им в 1826 г., замечает: „Вокруг этих курганов я находил длинные головы макрокефалов. Остовы были зарыты в землю без гробов и прикрыты только землею, толщиною аршина в 1.5. В дальнейшем керченские черепа описывали Блюменбах, Дюбуа де-Монпере, Ратке, Ашик, Мейер, Бэр, Богданов, Фрич, Анучин, Чугунов, Хомяков, Кожевников и Прибытков. Судя по литературным данным, в Босфоре встречались по крайней мере две разновидности кольцевой деформации: 1) весьма интенсивная, несомненно преднамеренная, достигавшаяся путем систематического перебинтовывания головы, 2) менее интенсивная, сопряженная с затылочной деформацией. Датировка керченских „макрокефалов» не совсем ясна, и пока остается в силе мнение Анучина, относившего их к I—IV вв. Племенная принадлежность их также не может быть сколько-нибудь точно определена, хотя несомненно здесь преобладают сармато-готские элементы.

Черепа из Херсонеса Таврического исследованы до сих пор весьма недостаточно. Упоминания о них имеются в отчетах Косцюшки-Валюжинича, Репникова и Лисина, а небольшое число было измерено Чугуновым и Хомяковым. Древнейшие из них относятся ко II в., большинство же к IV—V вв. В моем распоряжении было свыше 20 черепов из раскопок Лепера и Репникова. Давление, как правило, распределялось по окружности, проходившей через лоб и затылок. На многих черепах ясно различимы углубления, расположенные по указанному поясу, и потому особенности их можно приписать действию простой круговой повязки. В других случаях расплывчатость рельефа и округление верхней части свода заставляет предполагать влияние чепчика или шапочки. Ряд черепов имеет резко уплощенную затылочную область. Это, повидимому, наиболее поздний тип. Некоторые же стоят совершенно особняком, представляя различные редкие варианты кольцевой деформации. Не следует думать, что деформированные черепа встречаются в Херсонесе часто. Так, напр., в 1905 г. было вскрыто 492 погребения, а деформация была констатирована только в 3 случаях. В усыпальницах Херсонеса, которые весьма богато представлены в коллекциях Академии Наук, никаких следов кольцевой деформации я не нашел. Племенная принадлежность „макрокефалов» Херсонеса, вероятно, была столь же пестра, как в Босфоре, хотя готы там должны были бы преобладать.

Интересующие нас обычаи были широко распространены в граничившей с Херсонесом Крымской Готии. Репников нашел 11 деформированных черепов в нижнем слое могильника Суук-су, датируемом V—VII вв. К погребениям Суук-су очень близки по времени и культуре земляные склепы Эскикермена, где циркулярно-деформированные черепа, повидимому, встречаются часто. Из хранящихся в МАЭ 5 циркулярно-деформированных черепов из этого местонахождения 2 отличаются переходной к низкой разновидности формой, а остальные деформированы лобно- затылочным поясом давления. В усыпальницах Эскикермена кольцевой деформации нет.

Морфологические отличия деформированных черепов из некрополей Эскикермена в Суук-су от херсонесских и босфорских носят по преимуществу количественный, а не качественный характер. Мы застаем кольцевую деформацию в готских могильниках в период ее упадка и отмирания. Однако в некоторых глухих уголках Крыма она сохранилась, как справедливо указывал Репников, почти до наших дней. Об этом свидетельствуют находки в могильниках Алушты, Гурзуфа, Гугуша, Аутки, Инкермана и Бия-салы, где тип могильного сооружения и характер захоронения весьма однороден. Там обнаружены продолговатые ямы около 2 м. длиною, выложенные по стенкам небольшими камнями и перекрытые каменными плитами. Вероятно, что этот тип погребения сохранился до XVIII в. и сходные по внешним признакам могильники могут быть разделены тысячелетним промежутком. Черепа из них, помимо не очень значительной кольцевой деформации, в большинстве случаев затылочно-деформированы. Паллас наблюдал последних „макрокефалов» в деревнях Кикенеизе, Лименах и Симеизе.

На Самтаврском могильнике близ Мцхета вскрыто несколько слоев погребений, но пока остается невыясненным, как датируются найденные здесь искусственно-деформированные черепа. Думаю, что наиболее вероятное время их — раннее средневековье. Черепа из Самтавро поступили во многие музеи Европы и были описаны Анучиным, Сцепурой, Брока, Шантром, Фричем, Смирновым, Тельфером и Вирховым. Форма их представляется результатом давления одного пояса повязок, проходившего от лба к затылку. Интенсивность деформации весьма вариирует: на ряду с выраженными коническими формами имеются черепа, на которых следы деформации едва заметны. Я исследовал 8 находящихся в МАЭ черепов из грузинского могильника VII в. близ Мцхета. 3 из них деформированы, причем по характеру деформации и расовому типу они аналогичны самтаврским. Кроме того, мне известны 2 плохо обследованных местонахождения циркулярно-деформированных черепов в Закавказье. Это могильник („языческое кладбище») г. Череми в 50 км от Сигнаха и с. Сартачалы (Мариенфельд). Как упоминалось выше, кольцевая деформация сохранилась у некоторых закавказских народностей до наших дней.

Довольно многочисленны циркулярно-деформированные черепа в средневековых могильниках Осетии — Задалиске, Донифарсе, Дзивгисе, Лизгоре, Чми, Камбылте и Нижней Рутхе. Измерения этих черепов опубликованы Ивановским, Калужским и Вирховым. Интересно, что часть из них, напр, черепа из Камбылте, относится к сравнительно позднему времени, VIII—XIII вв. Еще более поздние и действительно массовые находки сделаны на территории Кабардино-Балкарской авт. обл. В верховьях р. Баксана В. Ф. Миллер указывает два могильника: „верхний» на склоне горы Каракол и „нижний» — у берега реки близ аула Озорукова (Былым). В обоих могильниках он вскрыл по одному коллективному погребению, в которых все черепа оказались циркулярно-деформированными. По мнению Миллера: „эти могилы едва ли могут восходить раньше, чем к XII—ХIII столетиям». Повидимому, с Озоруковскими синхроничен и Куркужанский могильник. Некоторые из черепов, открытых в последнем, изумительны по своей крайне высокой форме. Такую же форму имеет один череп из числа найденных М. М. Ковалевским в пещере €лиз аула Хасаут. Захоронение это датировано VIII—X вз. „Макрокефалические» черепа из Озорукова, а также из склепов близ с. Гунделен (Отлук-кала) опубликованы Анучиным. Недавно исследованы могильники V—VIII вв. в Карачаевской области: один в районе Хурзука, а другой в устье р. Гиляч. Судя по газетным заметкам, в них хорошо предста¬влена кольцевая деформация. Более или менее случайный характер носят находки циркулярно-деформированных черепов в Борисовском могильнике близ Геленджика (V—VII вв.) и в могильнике IX—X вв. близ с. Дуба-юрт, Чечено-Ингушской АССР.

Для северных областей СССР до сих пор известны только изолированные находки древних искусственно-деформированных черепов. Один из них найден на варяжском кладбище XI в. в Старой Ладоге (рис. 28, 6). Подобные находки были ранее сделаны в Швеции, Норвегии и Германии. После работ Фюрста выяснилось существование кольцевой деформации в средние века в северноевропейской провинции. Здесь бытовала низкая разновидность и кое-где во Франции, на о. Маркена и в Шлезвиге пережитки ее сохранились и в наше время. На ладожском черепе сильная покатость лба заставляет предполагать наличие также и лобно-затылочного пояса давления. Переходную к низкой разновидности форму имеет череп из финского могильника IX в. близ с. Полом, б. Глазовского у. Чугунов опубликовал циркулярно-деформированный череп, открытый в кургане VIII—IX вв. при д. Броды, б. Кунгурского у. Аналогичные черепа найдены в недатированных курганных погребениях в б. Шадринском у., б. Каннском округе и на Большереченском городище близ Барнаула.

Итак, древнейшие циркулярно-деформированные черепа СССР относятся ко II тысячелетию до н. э. и находки их ограничены областью южнорусских степей. В погребениях I тысячелетия до н. э. следов искусственной деформации головы не обнаружено. В первой половине I тысячелетия н. э. мы наблюдаем внезапный и блистательный расцвет обычаев, способствовавших искусственной деформации, которые вслед затем медленно отмирают. Наличный материал свидельствует о продвижении этих обычаев в данный период с востока на запад. Действительно, погребения с циркулярно-деформированными черепами располагаются в следующий хронологический ряд: 1) таласские могильники, 2) сарматские погребения Поволжья, Украины и Сев. Кавказа, 3) готские могильники, 4) средневековые могильники Сев. Кавказа и Закавказья, а также отдельные погребения на раннесредневековых некрополях в Западной Европе. Полагаю, что эта последовательность определена движением гуннов.

К содержанию 8-го выпуска Кратких сообщений Института истории материальной культуры

Notes:

  1. Страбон. География. Пер. Мищенко. М., 1879.
  2. S. Juliеn. Histoire de la vie de Hiouen-Thsang стр. 406, (сходный текст там же на стр. 396).
  3. Латышев, Известия древних писателей… Т. I. стр. 425.
  4. Там же, стр. 858.

В этот день:

Нет событий

Метки

Свежие записи

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика