Ю.П. Зайцев — Неаполь скифский в последней четверти II в. н. э. — первой половине III в. н. э.

К оглавлению книги / К следующей главе

Археологическая ситуация

Последний период жизни Неаполя скифского представлен двухслойным горизонтом, который зафиксирован практически на всех участках городища и пригорода.

При раскопках оборонительной стены были открыты многочисленные землянки и хозяйственные ямы, часто пристроенные прямо к фортификационным сооружениям, погребения младенцев в сосудах. Сами оборонительные стены в это время уже не функционировали и представляли собой каменистую валообразную насыпь, над которой возвышались остатки башен и участки стен.

В это время Неаполь был большим неукрепленным поселением с неплотной хаотичной застройкой, в которой выделялись отдельные хозяйственно-жилые блоки определенной структуры. Каждый из таких блоков предположительно состоял из группы небольших примитивных строений, объединенных дворами и оградами, и примыкающих к ним обширных комплексов зерновых ям. Один такой комплекс открыт на раскопе А-Б-В (Рис. 7, А), другой — на раскопе VIIа-VIIв (Рис. 11, 1, А).

На фоне рядовой застройки выделяется архитектурный комплекс раскопа Д. Его основу составляли три больших мегарона А, Б и В в сочетании с другими помещениями и сооружениями (Рис. 10, А). Как неоднократно упоминалось, с I в. до н. э — I в. н. э. здесь существовало два больших мегарона А и В, предположительно составлявших ядро дворцового комплекса. В период В стены мегарона А были украшены фресковой росписью. Период А был отмечен активной, но довольно хаотичной строительной деятельностью. В результате упомянутые мегароны были плотно окружены различными хозяйственно-жилыми постройками.

Наиболее значительным новым сооружением был мегарон Б. Он расположен к юго-востоку от мегарона А и достигал размеров 15х7,6 м. Его внутреннее устройство неясно: при раскопках не прослежено ни полов, ни очагов, ни столбовых ям. К юго-востоку от мегарона Б находился двор, покрытый известняковой крошкой. На его поверхности найдены человеческий череп и лепная глиняная маска.

Мегарон А сохранил прежнее устройство и роспись стен. В центре основного помещения находился круглый очаг из глины, вокруг которого зафиксировано 16 ямок. Пол был перекрыт завалом черепицы с большим количеством железных гвоздей. Перед входом, среди разбитой черепицы, были найдены два мужских костяка в произвольных позах и железный наконечник копья (Рис. 132, 4).

Мегарон В в период А также имел черепичную крышу. Его внутреннее устройство неизвестно. С северо-востока к зданию примыкала вымостка двора, под которой обнаружен денарий Пертинакса (Рис. 17, 65).

В северо-западной части раскопа Д сохранились остатки сложного комлекса наземных построек. С ними связан разнообразный керамический комплекс боспорских, светлоглиняных и «самосских» амфор, лепных сосудов и грузил, рельефных и расписных краснолаковых блюд [Раевский 1970], сопровождаемый денариями Траяна и Геты (Рис. 17, 65, 66; 135). В завале черепицы и камней, к северу от упомянутых помещений, было обнаружено серебряное блюдце с изображениями сюжетов дионисийского культа и надписью: «царица Гепеперия» (Рис. 134) [Яценко 1962], а также терракотовая фигура собаки.

Архитектурно-археологический контекст этого комплекса позволяет считать его дворцовым сооружением [Яценко 1962, 113] — Северным дворцом Неаполя скифского [Зайцев 1995, 74].

Архитектурные сооружения. Строительная техника

Несмотря на большое количество открытых при раскопках каменных кладок, полов, очагов, закрытых керамических комплексов, только для отдельных объектов можно определить тип и планировку.

Мегароны. Зданий этого типа, построенных в период А, известно три — мегарон Б на раскопе Д, мегарон П на раскопе А-Б-В (Рис. 14, 32) и мегарон И на раскопе VII (Рис. 14, 31).

Мегарон Б — строгой и типичной планировки, полностью повторяет устройство соседних мегаронов А и В. Здание П небольших размеров. Сочетание с закрытым двориком и хозяйственной пристройкой свидетельствует о его жилом назначении. Мегарон И размерами 12х5,2 м при толщине стен 0,6-0,7 м. В центре находился прямоугольный столик-очаг, а северная часть основного помещения была как бы приподнята и образовывала невысокую ступеньку. Под глинобитным полом найдена фибула с завитком на конце приемника (Рис. 17, 47).

Наземные дома равнозначно-параллельного принципа планировки. Такие сооружения достоверно реконструированы только в двух случаях — на раскопах Д и В (Рис. 14, 35, 37). Очевидно, к этому типу может быть отнесено еще до десяти сооружений, план которых не может быть полностью восстановлен (Рис. 14, 38, 40). Все постройки этого типа имели небольшие размеры и не отличались строгой прямоугольной разбивкой на местности. В составе Северного дворца на раскопе Д это были хозяйственные помещения. Функции таких сооружений, исследованных на раскопе А-Б-В, были смешанными хозяйственно-жилыми.

Наземные однокамерные постройки. Для горизонта А известно пять таких сооружений (Рис. 14, 36, 39). Еще примерно десять могут быть определены такими условно. Их основные признаки: сравнительно небольшая площадь (до 35-40 кв. м), неправильная планировка, произвольные пропорции. Очевидно, они имели хозяйственно-жилое или хозяйственное назначение.

Землянки и полуземлянки. В разных местах городища таких сооружений известно восемь (Рис. 1 4, 41, 42, 43, 44). Для объектов этого типа характерны: округлая планировка, глубина около 1-2 м, облицовка стенок мелким камнем на глиняном растворе, площадь до 3,5 кв. м. В одной из землянок зафиксированы скамьи-полки вдоль стен. Все известные землянки горизонта А были вспомогательными хозяйственными сооружениями. Большинство из них выполняло функции погребов, являясь, по сути, усложненной разновидностью хозяйственных ям.

Зернохранилища. Известны на всех участках раскопок. Общее число известных хозяйственных ям горизонта А достигает трехсот единиц. Значительная их часть сгруппирована в два обширных упорядоченных комплекса (на раскопах А-Б-В и VII-VIIв). В других случаях ямы также составляли группы, часто расположенные рядом с остатками построек. Все ямы могут быть разделены на специальные зерновые и более универсального применения. Первые были строгой геометрической формы, с каменными крышками (Рис. 125) и отличались большим объемом. Их внутренние поверхности всегда тщательно покрыты глинистой обмазкой. Вторые — упрощенной конструкции; они могли использоваться в качестве частных погребов, сборников очажного мусора, отхожих мест и т. п.

Строительная техника горизонта А отличалась обшим низким уровнем, даже более примитивным, чем в периоды Е-В. Античные приемы строительства — предварительная разбивка плана, прямолинейность кладок стен, использование черепичных крыш, штукатурка и фресковая роспись стен — в полной мере были использованы только в мегаронах А, Б и В Северного дворца. Для всех остальных строительных объектов Неаполя характерна кривизна планировки и кладок, небольшие размеры, свидетельствующие о конструктивном несовершенстве сооружений. Зерновые ямы и землянки-погреба выглядят более аккуратно. Многие зернохранилища в плане идеально круглой формы, тщательно и аккуратно вырублены в скале, их верхняя часть сложена из камней в виде узкой горловины с бортиком. Строительные материалы традиционны: необработанный и обработанный (вторичного использования) известняк, грязевой и глинистый раствор. Глина и известняковая крошка использовались также для покрытия поверхностей дворов и полов. Все известные кладки горизонта А сложены из камня, в иррегулярной трехслойной технике. Иногда в них использованы отдельные обработанные блоки, взятые из сооружений эллинистического времени. Применение дерева лучше всего прослежено при раскопках мегаронов Северного дворца на раскопе Д. Там зафиксированы остатки балок крыш с большим количеством железных гвоздей и дубовый брус у входа мегарон А. В остальных случаях использование деревянных конструкций предполагается по наличию столбовых ям, оснований деревянных лестниц и дверных рам.

В целом, археологическая ситуация Неаполя скифского горизонта А демонстрирует крайнюю степень деградации архитектуры и строительного дела в последний период жизни городища, их абсолютно кустарный, непрофессиональный и варварский характер. Определенные достижения и приемы античного домостроительства прослежены только в мегаронах — главных зданиях аристократического комплекса — предполагаемого Северного дворца. Подобная ситуация, характерная для всех позднескифских памятников этого времени, свидетельствует о серьезных изменениях в жизни варварского населения Таврики.

Некрополи — погребальный обряд и инвентарь

На могильниках Неаполя скифского горизонт А отмечен несколькими характерными признаками. Самый главный из них — появление и функционирование нового типа погребальных сооружений — скальных вырубных склепов [Эрнст 1927, 13; Бабенчиков 1957, 94-118; Пуздровский 1994, 119-121; 1999, 111]. Они расположены небольшими группами, по 3-5 камер в ряд, устроенных в верхних террасах склонов Петровской и Восточной балок, выше грунтовых могильников. Двадцать таких склепов известно на Восточном некрополе, более двадцати — на Западном. Конструкция этих склепов в основном одинакова: прямоугольная или трапецевидная в плане камера с плоским потолком, небольшое округлое входное отверстие, входная яма длиной 1,5-3 м. В одну группу со склепами №№ 42-44 входили две конские и две детские вырубные могилы.

В некоторых случаях внутреннее оформление камер усложнено прямоугольными или стрельчатыми нишами (№№ 1, 2, 8, 9, 43, 44), пилястрами (№№ 9, 43, склеп 1927 г.), жертвенником (?) (№ 2). В одном случае (склеп № 6) стена камеры быта украшена примитивным рельефом всадника. Стены склепов №№ 1, 2, 8, 9 быпли украшены росписями на различные сюжеты. Так, в склепе № 1 сохранились изображения грифонов, змееногих богинь, человеческих фигур в лучистом венце, орнаментальные мотивы [Попова 1987], в склепе № 2 изображен лучник, танцующие фигуры, конь, а в склепе № 8 — человек с конем, другие антропоморфные фигуры [Бабенчиков 1957, рис. 10, 11]. Полихромная роспись склепа № 9 наиболее совершенна и является своеобразным шедевром варварской монументальной живописи (Рис. 136) [Шульц 1947, 276; Попова 1984, 129-145]. В сочетании со сложным орнаментальным оформлением здесь изображены всадник с копьем, мужская фигура с лирой, сцена охоты собак на кабана, два «шахматных ковра» и два архитектурных сооружения — башенные постройки (?).

Полное ограбление почти всех вырубных склепов не позволяет дать характеристику погребального обряда. Однако сохранившиеся предметы, происходящие из скальных камер, ничем не отличаются от находок из грунтовых некрополей. Среди множества теорий о происхождении и социальной принадлежности вырубных склепов [Шульц 1947а, 28; Бабенчиков 1957, 97, 140; Высотская 1987, 55; Попова 1984, 129; Раевский 1971а, 14] привлекает внимание версия об их алано-боспорском происхождении и принадлежности рядовому населению [Пуздровский 1999, 111]. Для определения этих склепов в качестве гробниц знати и жрецов [Раевский 1971а, 14-15] прямых данных нет. Только изолированное расположение нескольких склепов с росписями делает вероятной их принадлежность аристократической верхушке. Однако ничтожные остатки погребального инвентаря никак не способствуют решению этого вопроса.

Для грунтовых могильников горизонта А характерно дальнейшее распространение подбойных могил (Рис. 138; 139): на Восточном некрополе их открыто до 50, на Битакском могильнике — 46 [Пуздровский и др. 1993]. В это время также известны отдельные склепы-катакомбы [Дашевская 1951, 131-135], простые грунтовые могилы и могилы с заплечиками.

Основные датирующие предметы горизонта А в погребениях: подвязные лучковые фибулы с резким изгибом спинки, сплошной или фигурной обмоткой [Амброз 1966, табл. 9, 12], краснолаковые кувшины с грушевидным туловом, краснолаковые тарелки с горизонтальным отогнутым венчиком, крупные стеклянные бусы с фестонообразным орнаментом, римский денарий Септимия Севера, некоторые типы подвесок и бронзовых пряжек (Рис. 138, 4,9) [Сыманович 1983, 107, 108].

С хроноиндикаторами горизонта А повсеместно встречены различные украшения и предметы, известные и в более ранних комплексах. Это бронзовые кольца с выступами, зеркала-подвески с изображениями, пирамидальные колокольчики, антропоморфные подвески, детали шкатулок, орудия труда, браслеты и перстни с окончаниями в виде змеиных голов (Рис. 138, 5,6; 139, 13-15) [Труфанов, 2001, рис. 1].

Устройство подбойных могил и основные элементы погребального обряда остались такими же, как и в периоде В [Пуздровский 1994, 118]. Погребальный инвентарь представлен краснолаковой и лепной посудой, фибулами, перстнями, бусами, серьгами, браслетами, зеркалами и амулетами, железными ножами, иглами, пряслицами, шильями, оселками. Предметов вооружения в погребениях этого периода нет, имеются наборы конской упряжи.

В целом захоронения грунтовых могильников периода А по сравнению с периодом В демонстрируют более устойчивый погребальный обряд в сочетании с более скромным и стандартным инвентарем.

Материальная культура

Весь археологический контекст горизонта А Неаполя скифского свидетельствует о развитом оседлом земледелии и скотоводстве. Это подтверждается стационарными зернохранилищами большого объема, находками зернотерок, жерновов и ручных мельниц (Рис. 133). Наличие виноградарства и садоводства в Неаполе подтверждено неоднократными находками обугленных плодов яблок и виноградных лоз, известна находка виноградного железного ножа (Рис. 131, 6). Изготовление лепной керамики, примитивная обработка кости и других материалов, прядение и ткачество (Рис. 131, 8, 19), судя по всему, носили преимущественно домашний, непрофессиональный характер.

Керамический комплекс Неаполя в это время отражает интенсивные связи с Боспором (многочисленные красноглиняные амфоры и кувшины) (Рис. 126, 1,6; 128, 6; 129, 1; 130, 3,4), с Южным Понтом (узкогорлые светлоглиняные амфоры типа Д) и Херсонесом (краснолаковая керамика). Кроме того, известны амфоры с воронковидным горлом и одноручные кувшины (Рис. 126, 2, 3), вероятно, средиземноморского происхождения.

Культы и обряды. Заметно значительное увеличение захоронений младенцев в пределах жилой зоны [Пуздровский 1999, 112] — для периода А их известно более пятидесяти — и ритуальных погребений костей домашних животных в ямках и сосудах (Рис. 128, 3). Специальные святилища и культовые комплексы в Неаполе периода А отсутствуют. Выразительных зольников в указанное время также не известно.

Таким образом, в последний период своего существования Неаполь скифский представлял собой большое неукрепленное поселение, для которого очевидна земледельческая основа, определявшая облик, структуру и основные направления деятельности его населения. Наличие здесь аристократического комплекса — Северного дворца — могло определять и основную экономическую функцию Неаполя, как центра аграрной территории и места концентрации запасов зерна.

Материальная культура неапольского населения демонстрирует общие синхронные тенденции, характерные для всей территории Северного Причерноморья: деградацию жизненного уровня, варваризацию его основных проявлений, выработку единого культового пространства, основанного на глубоком религиозном синкретизме.

К оглавлению книги / К следующей главе

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1928 Родился Эдуард Михайлович Загорульский — белорусский историк и археолог, крупнейший специалист по памятникам средневековья, доктор исторических наук, профессор.
  • 1948 Родился Сергей Степанович Миняев — специалист по археологии хунну.
  • Дни смерти
  • 1968 Умерла Дороти Гаррод — британский археолог, ставшая первой женщиной, возглавившей кафедру в Оксбридже, во многом благодаря её новаторской научной работе в изучении периода палеолита.
  • Открытия
  • 1994 Во Франции была открыта пещера Шове – уникальный памятник с наскальными доисторическими рисунками. Возраст старейших рисунков оценивается приблизительно в 37 тысяч лет и многие из них стали древнейшими изображениями животных и разных природных явлений, таких как извержение вулкана.

Метки

Свежие записи

Рубрики

Яндекс.Метрика