Якобсон А.Л. О периодизации раннесредневековой архитектуры в Болгарии (V-VI вв.)

К содержанию 172-го выпуска Кратких сообщений Института археологии

Раннесредневековая архитектура Болгарии неотделима от архитектуры стран Средиземноморского бассейна — центральных районов Византии, Греции, всего Балканского полуострова, от архитектуры Малой Азии и Сирии; она подчинялась общему закономерному процессу развития зодчества в этой обширной области. В эпоху раннего средневековья архитектура во всех названных странах прошла ясно выраженные два этапа развития.

Первый из них, охватывающий IV и V столетия, характеризуют небольшие короткие или удлиненные однонефные храмы с выступающей или скрытой в толще стены апсидой. Однонефные храмы строились повсеместно (Малая Азия, Сирия, Закавказье), но всюду они своеобразной формы, что исключает объяснение общности их архитектуры влияниями, которые, конечно, имели место, но не определяли тенденцию и направленность процесса развития. Общность эта заключается в принципиальной близости такого рода храмов в различных странах. Прежде всего она сказывается в замкнутости внутреннего пространства, словно закованного в мощные непроницаемые стены, очень слабо освещенного немногими узкими окнами и погруженного в «божественный мрак», о котором еще в V—VI вв. писали идеологи христианства (Псевдодионисий Ареопагит) и который создавал в храме атмосферу мистицизма и, казалось, сближал верующих с самим божеством. В нарочитой отрешенности от внешнего мира сказывалась связь этой архитектуры с раннехристианской традицией, долго державшейся в народе, особенно на Востоке, еще слабо эллинизованном.

Эти сокровенные черты можно наблюдать и в архитектуре, сложившейся на болгарской почве. Они свойственны очень своеобразному по форме храму, расположенному на возвышенности Джанавартепе близ Варны, т. е. вдали от крупных византийских центров, и построенному, вероятно, в V в. Глухой и изолированный наос храма с мощными стенами (толщиной до 2,5 м) сближает его со столь же замкнутыми храмами Малой Азии, Месопотамии, Армении и Грузии IV—V вв., хотя типологически он далеко не совпадает с ними 1. Архитектура Джанавартепе типична именно для раннего этапа развития средневековой архитектуры (рис. 1—4).

Интенсивное распространение христианства вызвало необходимость также повсеместно строить наряду с малыми и более вместительные храмы в виде трехнефных базилик, но и они были весьма различными по размеру, а в разных странах — и по форме. В одних странах (Греция, Сирия) нефы разделялись колоннами, в других (Малая Азия и Закавказье, позднее Сирия) — столбами; апсидальное полукружие либо выступало наружу, либо (в Сирии и Закавказье) сооружалось в толще стены. Базилики эти возводились в монастырях, куда стекалось множество богомольцев, а наиболее крупные — в городах и епархиальных центрах.

На территории Болгарии также сохранились большие трехнефные раннесредневековые базилики, относящиеся к VI в. Это так называемая Старая Метрополия в Месемврии (Несебре) с часто поставленными удлиненными столбами, раделяющими нефы, перекрытая, вероятно, деревянными стропилами, и трехапсидная базилика в Большом Белове с массивными столбами, перекрытая некогда сводами 2. Базилики эти еще архаичны, но их обширный размер и монументальность показывают, что они уже отошли от раннехристианского этапа архитектуры и, скорее, характеризуют переходные формы — от первого этапа ко второму.

bolgaria

Со вторым этапом связаны принципиально новые явления в средневековом зодчестве, повсеместно наметившиеся во второй половине V в.

Рис. 4. Джанавартепе. Кладка храма

Рис. 4. Джанавартепе. Кладка храма

Они выразились не только в расширении базиликальных храмов, но и в создании большой купольной архитектуры, означавшей наступление принципиально нового этапа в архитектурном развитии. Появление купола было вызвано теми требованиями, которые стало предъявлять строителям само богослужение, сложившееся к тому времени: центр богослужения — литургическое действо — переместился под купол. Литургия, весь ее эмоционально-художественный комплекс, наполненный детально разработанной символикой и обращенный к верующим, должна была быть максимально доступной их глазу и слуху, отовсюду видной и слышной. В силу этого боковые пространственные объемы, где размещались молящиеся, стали ориентировать не вдоль храма (к алтарю в восточном конце здания), а обращать к подкупольному пространству в центре храма. Особенно отчетливо дает понять идейные основы архитектурной метаморфозы сложная и разветвленная символика храма, выработанная к VI в. и известная нам по сирийскому гимну того времени в честь храма в Эдессе (Северная Месопотамия) 3. Символы скрывали мистическое содержание богослужения.

Создана была новая концепция храма как микрокосма, как воплощении всего мироздания, существовавшего под «небесами небес», олицетворенными в куполе, и наполненного светом и красками. Храм должен был подавлять входящих в него величием форм и казаться нерукотворным чудом. Так купольный храм и воспринимали современники, о чем писал хронист VI в. Прокопий Кессарийский 4. Эта новая концепция стала определяющей для всей монументальной архитектуры раннего средневековья на втором этапе ее развития.

Становление купольной архитектуры в VI в. было длительным и сложным процессом. В разных странах композиция купольных храмов отличалась своеобразием и постепенно совершенствовалась. Смысл же всего архитектурного процесса заключался в объединении внутреннего- пространства и развитии центрического принципа. Таким образом, под воздействием новых идейных задач и соответственно новым требованиям церкви формировалась центрическая композиция монументального купольного здания. Этот новый этап архитектурного прогресса мы наблюдаем опять-таки повсюду — ив Малой Азии, и в Сирии, и в странах Закавказья, не говоря уж о собственно Византии, в столице которой была воздвигнута гигантская София (532—537 гг.), строительство ее явилось кульминацией в развитии купольной архитектуры.

Большую популярность в это время получила композиция, в которой центрическая концепция выражена особенно рельефно. Имею в виду композицию триконха, которую воспроизводит целая серия больших центрических зданий VI в. в Сирии, Палестине, Месопотамии (в Боере — 512 г., в Герасе, Русафе-Сергиополисе — около 553 г.), увенчанных, правда, еще деревянным куполом (конусовидным шатром), как и их западные предшественники IV—V вв. (церковь Сан Лоренцо в Милане и Стоа Адриана в Афинах). Но в середине VI в. в Апамее — крупном церковном центре северной Сирии — был возведен огромный тетраконх с мощными столбами, поддерживавшими каменный (или кирпичный) купол 5; в VII в. тетраконх в еще более совершенном виде, также с каменным куполом был построен в Армении (Звартноц). Вся эта центрическая архитектура, торжественная и величавая, с динамично устремленными ввысь массами, освещенными многочисленными окнами, создававшими градацию света от низа к верху, воплотила огромный прогресс в развитии средневековой архитектуры.

Этот этап представлен и в Болгарии. Имею в виду так называемую Красную церковь близ Перущицы (около Пловдива) 6, сложенную из кирпича и представляющую собой большую и сложную композицию (ширина здания 28,5 м) в виде триконха, две большие боковые экседры которого окружены обходом, предназначенным для молящихся. Массивные устои и толстые стены ясно указывают на то, что здание было завершено куполом (очевидно, кирпичным), а повышенные и выработанные пропорции позволяют говорить о зрелости форм этого здания. Наличие здесь кирпичного свода диаметром около 8 м можно связать с успехами куполостроения в византийской столице, и потому здание это вернее отнести ко второй половине VI в. Церковь близ Перущицы хорошо выраженный памятник нового (второго) этапа развития раннесредневековой архитектуры.

Зодчество Болгарии в V—VI столетиях, таким образом, полностью вписывается в историю архитектуры обширного района Присредиземноморья той эпохи и следует тем же закономерностям архитектурного прогресса.

К содержанию 172-го выпуска Кратких сообщений Института археологии

Notes:

  1. Миятев Кр. Архитектурата в средновековна България. София, 1965, с. 22, рис. 15. Средняя часть храма (его наос), вероятно, перекрывалась полуцилиндрическим сводом; восточные боковые помещения были двухэтажными (на что указывают внутристенные лестницы с узкими проходами в них). В северо-западном помещении находилась крещальня. Монументальная кладка состоит из крупных камней, подтесанных с лица, широкие слои которых чередуются с рядами кирпича (opus mixtum).
  2. Там же, с. 13—18.
  3. Dupont-Sommer A. Une hymne syria que sur la cathedrale d’Edesse. — Cahiers Archeol.. 1947, N II, p. 30—31.
  4. ВДИ, 1939, № 4, c. 210.
  5. Cm.: Kleinbauer W. E. The Origin and Fuctions of the Aisled Tetraconch Churches in Syria and Mesopotamia.— Dumbarton Oaks Papers, 1973, vol. 27, p. 98—101, fig. 6.
  6. Понайотова Д. Червената църква при Перущица. София, 1956; Миятев Кр. Указ. соч., с. 23.

В этот день:

Нет событий

Метки

Свежие записи

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика
http://arheologija.ru/yakobson-o-periodizatsii-rannesrednevekovoy-arhitekturyi-v-bolgarii-v-vi-vv/