Старков В.Ф. В.П. Алексеев и изучение истории Арктики в Институте археологии РАН

К содержанию 218-го выпуска Кратких сообщений Института археологии

С самого начала своей работы в Институте археологии РАН академик В.П. Алексеев проявил большую заинтересованность в изучении проблемы истории освоения арктического региона. Это диктовалось целым рядом конкретных обстоятельств. Во-первых, В.П. Алексеев был к этому времени достаточно опытным полярником. Он неоднократно бывал в Арктике, где работал в ряде экспедиций, в том числе связанных с археологическими раскопками. Он прекрасно осознавал важность этих работ, слабую изученность региона и наличие там археологических культур, без которых невозможно осмысление общих проблем человеческой истории. Во-вторых, в институте к этому времени был уже накоплен значительный опыт работы в арктическом регионе и сложился коллектив исследователей, увлеченных этой тематикой.

Основателем этого направления исследований в Институте археологии явился В.Н. Чернецов. Его ямальские и североуральские археолого-этнографичесие экспедиции 1920-1930-х годов завершились в 1946 г. работами в заполярной Мангазее. Наряду с раскопками А.П. Окладникова русских памятников XVII в. в северных районах Таймыра, исследования В.Н. Чернецова положили начало направлению отечественной археологии, которое получило название “первоначальное освоение Арктики”.

В конце 60-х — начале 70-х годов XX в. Институт археологии принял участие в широкомасштабных раскопках Мангазеи. Результаты этих исследований трудно переоценить, до сих пор Мангазея является эталонным памятником при изучении первых русских городов азиатской части России.

Начиная с 1978 г., основным районом арктических исследований Института археологии становится архипелаг Шпицберген. В течение первого десятилетия работы Шпицбергенской экспедиции (до прихода в институт В.П. Алексеева) был получен огромный археологический материал, аналитическое осмысление которого позволило прийти к целому ряду принципиально новых выводов. Была доказана приоритетная роль русских людей в первоначальном освоении Шпицбергена, определен период промысловой деятельности поморов на архипелаге и выделены его этапы. Наконец, шпицбергенские находки до сих пор остаются единственным источником по материальной культуре русских поморов ХVI-ХVIII вв. Несомненную важность имеет интернациональный характер археологических исследований на Шпицбергене, где работают экспедиции из многих стран Европы: Норвегии, Голландии, Дании, Швеции, Польши. Это явилось в дальнейшем основой для многолетнего международного сотрудничества Института археологии РАН на территории Арктики.

В.П. Алексеев (1929-1991)

В.П. Алексеев (1929-1991)

К сожалению, ряд организационных трудностей не позволил в начале 1980-х годов развернуть на должном уровне изучение арктического региона. Единственным районом наших работ оставался архипелаг Шпицберген, где так и не удалось в то время наладить совместные международные исследования.

Предложенная в 1988 г. В.П. Алексеевым программа научной деятельности Института археологии РАН, всколыхнувшая весь его коллектив, намечала реальные возможности активизации нашей деятельности в области изучения истории Арктики. Особенно важными для нас были такие направления, как комплексный характер работ, сопоставление данных археологических исследований с конкретными природными (экологическими) факторами, развитие международного сотрудничества. В том же 1988 г. в институте была создана межсекторальная группа полярной археологии, которая в 1992 г. была реорганизована в отдельное подразделение института — группу
арктической археологии. Основная тематика группы была определена тремя научными направлениями: история освоения арктического региона, начальное освоение русскими территории Сибири, деятельность морских экспедиций XVI — начала XX в. на территории Арктики.

С самого начала работа группы была построена на основе комплексного международного и внутрироссийского сотрудничества. Этому В.П. Алексеев придавал особое значение.

В 1991 г. после десятилетнего перерыва были возобновлены археологические исследования на острове Беринга. Там находился так называемый Командорский лагерь Второй Камчатской экспедиции, где во время зимовки умер ее руководитель Витус Беринг (Белковский, 1996). Среди организаторов и участников экспедиции 1991 г. были многие российские и зарубежные учреждения, в том числе Международное общество “Подводный мир”, Институт археологии РАН, клуб “Приключение”, Исторический музей г. Хорсенса (Дания) и др. Раскопки позволили выявить остатки жилищ и хозяйственных сооружений лагеря, могилы погибших участников экспедиции, в том числе ее руководителя. Результаты этих работ были широко освещены как в нашей стране, так и за рубежом.

Большой комплекс мероприятий по развитию российско-голландских отношений в области полярных исследований был проведен под руководством и при непосредственном участии В.П. Алексеева. Нужно сказать, что голландские научные учреждения, прежде всего Рейксмузеум (Амстердам) и Институт до- и протоисторической археологии Амстердамского университета уже давно были заинтересованы в установлении двусторонних контактов с Институтом археологии РАН. Эта заинтересованность в значительной мере диктовалась тематикой, связанной с именем Виллема Баренца, юбилей которого (400 лет со дня гибели) приходился на 1996 г. Как известно, в двух российских музеях — Арктики и Антарктики (С.-Петербург) и Архангельском областном краеведческом музее — хранится большое собрание предметов материальной культуры с места зимовки экспедиции В. Баренца на Новой Земле, кроме того, имелась перспектива завершения раскопок этого памятника на базе совместной экспедиции.

Такая перспектива довольно четко обозначилась во время подготовки совместной советско-голландской выставки “Голландцы и русские. 1600-1917 гг.”, в подготовке которой Институт археологии играл заметную роль. В рамках этого мероприятия в июне 1989 г. в Амстердаме был проведен симпозиум, на котором В.П. Алексеев и автор настоящей статьи выступили с докладами. По завершении симпозиума его организаторы издали сборник докладов. В вводной статье этой книги, написанной голландскими авторами, сказано: “Сборник посвящен памяти профессора В.П. Алексеева, который при жизни был директором Института археологии Академии наук в Москве, и чья активная заинтересованность стимулировала развитие контактов между археологами и историками России и Голландии” (Russians and Dutchmen, 1993).

В октябре 1988 г. в Институте археологии РАН были проведены переговоры с руководством Рейксмузеума и подписан Протокол о развитии научного сотрудничества в области изучения истории Арктики. Этот договор послужил основой многолетних совместных работ российских и голландских научных организаций, объединенных единой программой “Виллем Баренц”. В рамках этой программы, продолжавшейся около 10 лет, проведено большое количество широкомасштабных мероприятий, два симпозиума, обработка археологических коллекций, организация выставки в Голландии, совместные научные издания, создание экспозиции, посвященной В. Баренцу, в музее пос. Баренцбург на архипелаге Шпицберген. Центральное место в ряду этих мероприятий занимала российско-голландская экспедиция, которая в 1993 и 1995 гг. осуществила раскопки места зимовки В. Баренца на севере Новой Земли. Работы экспедиции не были ограничены только археологическими раскопками — они носили комплексный характер. Специалисты из России и Голландии дополнили их геоморфологическими, палеоботаническими и палеозоологическими наблюдениями. Экспедиция имела первоклассное техническое оснащение. По итогам этих работ в Голландии и России был издан ряд специальных работ (Gawronski, Boyarsky et al., 1997; Behouden uit het Behouden Huys, 1998; Старков, Державин, 2003).

Основным районом работ Института археологии РАН на территории Арктики все эти годы был и остается до настоящего времени архипелаг Шпицберген. За первые десять лет своей работы Шпицбергенская экспедиция сумела обследовать целый ряд островов архипелага, в том числе удаленные и труднодоступные районы северной части острова Западный Шпицберген. В результате обнаружено около сорока русских поселений, многие из которых были исследованы раскопками, а также большое количество погребений и остатков судов. Это позволило решить ряд важных проблем в истории освоения архипелага, в частности, выявить целый пласт памятников XVI в., которые являются наиболее древними историческими объектами Шпицбергена, а также наметить периодизацию освоения русскими этого архипелага.

Начиная с 1987 г. основные усилия экспедиции направлены на изучение восточных районов Шпицбергена: островов Эдж, Баренца и Рик-Ис. Такая смена акцента не являлась случайной. Во-первых, это были районы, практически не обследованные археологами. Во-вторых, в исторических документах ХVIII в. содержатся упоминания о русских промысловых поселениях на южном, западном и восточном берегах острова Эдж (Keilhau, 1831; Lamont, 1876; Jle Руа, 1975). В третьих, исследования восточных участков архипелага могли дать ответ на вопрос о путях проникновения первооткрывателей этих земель из северных районов России.

Дело в том, что первые походы поморов к Шпицбергену (как и в другие районы Севера Восточной Европы и Сибири) не являлись следствием стремления к открытию неведомых земель — это был процесс расширения зоны морских промыслов. Отсюда возникла гипотеза о том, что первоначальное появление поморов на Шпицбергене было связано с развитием новоземельских промыслов, откуда они проникли на Шпицберген по кромке паковых льдов, соединяющих оба архипелага (Зубов, 1953; Белов, 1956). Существует и другая точка зрения о возникновении поморского хода на Грумант-Шпицберген: через северный берег Кольского полуострова — Варангерфьорд — остров Медвежий (Старков, 2001). Проверка первой гипотезы требовала исследований на трех указанных выше островах.

Нужно сказать, что разведочные работы на самой восточной окраине Шпицбергена — островах Рик-Исдали в какой-то мере обнадеживающий результат. Там были обнаружены слабо сохранившиеся следы какой-то постройки, несомненно, русской, поскольку поблизости находилось довольно крупное скопление расщепленных моржовых черепов (морж являлся основным объектом поморских промыслов на Шпицбергене). Раскопки памятника не были произведены, поэтому говорить о его раннем возрасте пока нет никаких оснований.

В 1989 г. в работе экспедиции принял участие директор Института археологии РАН В.П. Алексеев. Целью его поездки было общее знакомство с нашей деятельностью на Шпицбергене, непосредственное участие в полевых работах и переговоры с губернатором Шпицбергена.

В конце июля один из отрядов экспедиции на борту морского буксира “Заря” вышел из порта Баренцбург в многодневный поход к восточным островам архипелага. Его первая остановка была на восточном берегу острова Эдж в заливе Экролхамна, где уже второй сезон проводились раскопки русского становища, одного из самых крупных на Шпицбергене. Он включал в себя восемь жилищно-хозяйственных сооружений, остатки большого приметного креста и несколько погребений.

Раскопки 1989 г. завершили вскрытие большого трехкамерного сооружения, в состав которого входили холодные сени и два теплых помещения: жилая изба и костерезная мастерская. Последний факт очень примечателен и характерен только для становищ ХVIII в. Специализированные мастерские существовали в этот период в нескольких крупных поселках, таких как Руссекейла-1 (кузница), Хабенихтбукта (токарная мастерская). На Экрол-хамне функционировала костерезная мастерская, которая специализировалась на производстве гребней из местного сырья — китовой кости. Последнее определенно свидетельствует о том, что в ХVIII в. поморы переходили от типично сезонного зверобойного промысла к круглогодичной производственной деятельности, основанной на изготовлении товаров рыночного характера. Это был переход к новой, постоянной форме обитания на Шпицбергене. В пользу этого говорит и появление там большого количества крупных поселений, а также наличие явных признаков присутствия женщин и детей.

Следующим районом полевых работ 1989 г. был остров Баренца. Это было первое посещение острова, и оно было посвящено обследованию его западного и южного побережий в районе реки Глома на полуострове Франкен и на побережье Баркхамодден. Следы поселений обнаружены не были, на побережье Баркхамодден зафиксировано большое количество судовых деталей.

Важной составной частью посещения В.П. Алексеевым архипелага Шпицберген был его визит в поселок Лонгиербюен, где он имел беседу с губернатором Л. Елдрингом. В ходе этой беседы был поднят целый ряд проблем, представляющих взаимный интерес: совместные археологические исследования на территории Норвегии и России, совместные публикации шпицбергенских археологических материалов, сохранение исторического наследия на Шпицбергене, создание объединенного археологического хранилища.

Последние два вопроса особенно актуальны для норвежской администрации, поскольку в это время происходила подготовка нового закона об охране памятников истории и культуры на Шпицбергене, который сильно ограничил производство раскопок на этой территории, практически сведя их только к спасательным работам. В.П. Алексеев отметил, что ему понятно стремление сохранить памятники для будущих поколений и стратегически такая позиция представляется правильной, хотя она должна быть увязана с потребностями науки сегодняшнего дня. С пониманием отнесся он и к идее объединенного археологического хранилища в поселке Лонгиербюен, хотя наши материалы и так не вывозятся со Шпицбергена. Более целесообразно, отметил он, создать общий банк данных не на основе общего хранилища, а единого каталога с указанием места хранения материала. После продолжительного обсуждения было также решено приступить к совместному созданию археологического атласа архипелага Шпицберген.

С тех пор прошло более десяти лет. Не все, что было задумано удалось реализовать. Но дух сотрудничества, стремление к взаимодействию при изучении и сохранении исторического наследия на территории Арктики сохранился. И в этом большая заслуга академика В.П. Алексеева.

ЛИТЕРАТУРА

Белковский А.Н., 1996. Русские морские экспедиции. М.
Белов М.И., 1956. История открытия и освоения северного морского пути. М. Т. I.
Зубов Н.Н., 1953. Отечественные мореплаватели — исследователи морей и океанов. М.
Ле Руа П.-Л., 1975. Приключения четырех российских матросов, к острову Шпицбергену бурею принесенных. М. изд. 4.
Старков В.Ф., 2001. Очерки истории освоения Арктики. М. Т. П: Россия и северо-вос¬точный проход.
Старков В.Ф., Державин ВЛ., 2003. Экспедиция Виллема Баренца на Новой Земле. М.
Behouden uit het Bethouden Huys, 1998. Amsterdam.
Gawronski J.H.G., Boyarsky P.V. et al., 1997. Nortbound with Barents. Amsterdam.
Keilhau В М., 1831. Reise I 0st og Vest Finnmarken samt til Beeren-Einland og Spitsbergen I arene 1827og 1829. Christiania.
Lamont /., 1876. Jachting in the Arctic Seas. London.
Russians and Dutchmen, 1993. Groningen.

К содержанию 218-го выпуска Кратких сообщений Института археологии

В этот день:

Нет событий

Метки

Свежие записи

Рубрики

Updated: 21.08.2016 — 19:30

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика
http://arheologija.ru/starkov-alekseev-i-izuchenie-istorii-arktiki-v-institute-arheologii-ran/