Средневековые государства Южной Сибири и Дальнего Востока

К оглавлению книги

Огромные пространства Евразии, раскинувшиеся к востоку от Урала, осваивались людьми по-разному: в соответствии с географическими поясами — тундры, тайги, степей и полупустынь. Во главе прогрессивного развития этой части Азии оказались горные районы Южной и Восточной Сибири и Дальнего Востока, в силу вертикальной зональности обладающие всеми названными природными условиями, а также богатейшими полезными ископаемыми.

В эпоху Средневековья в развитии местных обществ резко возросло воздействие политико-экономических факторов. Сильные, культурно развитые и, следовательно, исторически значимые государства сложились у народов всех языковых семей горно-степной зоны: тюркских, монгольских, тунгусо-маньчжурских.

Государства степной полосы уже в раннем железном веке распространяли на северную и горную тайгу свое политическое и экономическое влияние (дань пушниной брали уже носители саргатской и тагарской культур). Позднее в сферу централизованной государственности были втянуты новые племена и народы (на то указывают поселения колонистов-хунну в Бурятии и на Алтае, наместнический центр хунну в Хакасии, введенные хунну в Южной Сибири бронзолитейные и художественные стандарты). В раннем Средневековье степные государства закрепили и расширили свое владычество в лесостепной и горно-таежной зоне.

Этнические традиции продолжали сохраняться главным образом в памятниках погребального и поминального обряда, типе поселений и домостроительства, в сельском гончарстве. Отличия же эпохи состоят в том, что археологические культуры региона нередко сливаются или почти сливаются друг с другом в материальных проявлениях сословного характера — в атрибутах аристократического и дружинного быта. Особенно показательны здесь черты мужского обихода: детали костюма, металлического снаряжения и утвари, конской сбруи, вооружения и т.п.

Причина в том, что, оказываясь в тех или иных государствах эпохи (т.е. в обществе многонациональном), народы утрачивали собственные социальные показатели и принимали сословные признаки господствующей, государственной культуры (ср. салтово-маяцкую культуру). Таким образом, по отношению к Средневековью можно говорить о новой сути археологических культур — складываются государственные археологические культуры. Единство их вещевых комплексов, указывая на общность знати, не исключает многообразия погребальных и поселенческих памятников, отражающих этническую пестроту населения, объединенного политически, но сохраняющего привычный образ жизни.

История материальной культуры встречается здесь с историей письменной: в средневековых сочинениях от Византии до Китая любые государства, исключительно пестрые по этническому и языковому составу, именуются по создавшему их народу или его правящему сословию (династийному роду). В современных российских пределах особенно сильна была роль аристократических родов у народов Сибири и части прилегающей к ней Азии.

Назовем другие археологические проявления социальных и идеологических изменений эпохи. На орнаменте и сюжетах металлопластики широко сказалось распространение в Сибири и на Дальнем Востоке мировых религий — манихейства и буддизма. Облик материальной культуры дополнился монетами и различными эпиграфическими памятниками. Деревянная архитектура дополнилась монументальной: города и крепости, монастыри и храмы, дворцы и усадьбы сооружаются из глино-галечных, пахсовых , земляно-бутовых материалов, кирпича и камня. Распространились памятники монументального письма и каменная портретная скульптура. Они отразили осознание роли отдельной личности, присущее аристократическим кругам раннесредневековых обществ.

Следует учитывать, что, изучая Средневековье, археология в определении своих материалов во многом идет за летописями и иными официальными источниками, которые доносят имена (пусть иноземные) народов — создателей крупных государств. Стремление отыскать их древности нередко приводит ученых к отказу от археологических наименований культур и замещению их этническими (реже — государственными) именами. Эта тенденция накладывает на археологические исследования чуждый им политический отпечаток, сдерживая специальный источниковедческий анализ, а то и вызывая ошибки этно-исторического и историко-культурного плана.

Культурообразующее воздействие на степную и лесостепную Сибирь в VI-VIII вв. имела культура государств-каганатов тюркских народов — I Тюркского и II Восточнотюркского, в VIII-IX вв. — Уйгурского, в IX- XII вв. — Древнехакасского государства, в XIII-XVII вв. — Монгольской империи и ее последователей. На Дальнем Востоке, при воздействии китайской и древнекорейской государственности, этапы культурного развития во многом определялись государствами тунгусо-маньчжурских народов: Бохай (698-926 гг.) и Цзинь (1115-1234 гг.).

ЮЖНАЯ СИБИРЬ (ГОСУДАРСТВА ТЮРКОЯЗЫЧНЫХ НАРОДОВ)

Поныне южносибирская и центральноазиатская археология по преимуществу основана на изучении курганов. Поселения исследованы мало, в большинстве своем они не найдены. Объясняется это малочисленностью археологов-сибиреведов и их былой убежденностью в кочевом образе жизни всех местных народов, что не побуждало искать поселения. В действительности оказалось, что жилища повсеместно были наземными и деревянными, потому и не оставили заметных следов.

Тюркские каганаты (552-745 гг.)

Сегодня слово «тюрки» нередко воспринимается как обобщающий термин. Однако эту роль он, строго говоря, играет только в языкознании, условно обозначая народы, говорящие на родственных, тюркских, языках. Историк должен помнить, что в раннем Средневековье имя «тюрки» носил только один народ, объединивший многие тюркоязычные и иные по языку народы в огромную евразийскую империю и этим расширивший значение своего имени. Далее мы говорим о тюрках в узком смысле, описывая древности одного единственного народа.

Имя тюрок появляется в китайских летописях в 40-х гг. VI в. К тому времени этим народом уже 450 лет управлял аристократический род Ашина. Состав племен менялся из века в век, но и в дальнейшем тюркские императоры-каганы происходили из того же рода. До 551 г. тюрки были подданными Аварского (жуань-жуаньского) каганата, затем восстали и в 552-555 гг. уничтожили прежнее и создали новое государство. Историки называют его I Тюркским каганатом. В непрерывных войнах к 576 г. тюркская конница вышла к Корейскому заливу на востоке и проливу Боспор на западе. Северную границу владений составили Саянские горы, южную — Китайская стена. Византия, Иран и Китай в равной мере считались с великим соседом. К 603 г. междоусобицы разломили державу надвое: Западнотюркский каганат (в Средней Азии) и Восточнотюркский каганат (в Центральной Азии). Первый был покорен Тюргешским каганатом в 699 г., второй пережил два этапа: I Восточнотюркский каганат в 630 г. погиб в борьбе с Китаем, II Восточнотюркский каганат возродился в 682 г. и был уничтожен уйгурами в 745 г.

Общественный строй каганатов был строго иерархическим, с разветвленной управленческой системой, верхние ступени в которой занимала родовитая знать. Она же составляла цвет профессионального воинства, подчиненного особому этикету. Идеология превозносила верховную власть, тюрки считали себя богоизбранным народом. Их законы далеко ушли от родовых установлений, защищали государство и собственность. Хозяйство было комплексным. Появившись на страницах истории как рудознатцы и металлурги («Ты мой раб-плавильщик», — кричал последний аварский правитель будущему владыке каганата), тюрки и позднее торговали железом, изумляли мир выносливостью своих лошадей. И по сей день поражают остатки каналов, орошавших высокогорные пашни Алтая. Владея трассами Шёлкового пути, тюрки знали толк в торговле и хорошо постигли особенности Востока и Запада. Если в I Тюркском каганате канцелярию вели согдийцы и письменность была согдийской, то II Восточнотюркский каганат официально ввел собственное письмо (так называемое руническое орхонское), издревле известное жречеству тюркских народов. Древняя религия, остающаяся неведомой, не позволила тюркским каганам принять иную веру, хотя они знали буддизм, зороастризм, христианство, ислам и не трогали их общин и храмов.

Тюрки владели землями со множеством городов, жили в них (включая каганов) и управляли их хозяйством. В языке бытовало собственное слово «балык», означавшее «город». Однако в Центральной Азии археологам еще предстоит отыскать города и поселения тюрков. За пределами полупустынь, где жилищем служила войлочная юрта, в горно-таежных районах домом тюрка была рубленая бревенчатая постройка, многоугольная в плане. Такое жилище, основанное на 6 столбах, раскопано в Туве.

Археологии нет нужды следить за подробностями политических событий эпохи. Но ее материалы точно устанавливают расселение и культурное
влияние тюрок, поскольку памятники этого народа в VI-VII вв. всюду едины. Где бы ни селились тюрки, там появлялись отличающие их подкурганные захоронения в сопровождении коня и поминальные сооружения в виде квадратных оградок, иногда с каменными фигурами людей и рядами каменных столбиков-балбалов, отходящих на восток.

Курганы тюрок не составляют больших могильников, нередко вовсе бывают одиночными. Это всегда правильная круглая выкладка из камня (диаметром от 5-7 до 10м), имевшая отвесные стенки небольшой высоты (от 30 см до 1м). Ниже раскрывается большая, почти квадратная яма, в одной половине которой вытянуто на спине погребен человек, а в другой, слева от него, на животе с подогнутыми ногами — верховой конь или две лошади. Обычно лошади лежат на одном уровне со скелетом человека, за перегородкой из частокола или плит, но иногда выше, на специально оставленной земляной ступени, или ниже. Тело умершего могло быть уложено в выкопанный в стенке ямы подбой. Конь погребался взнузданным и оседланным, снабженным стременами, походным набором и припасами в дорожных сумах. Вероятно, по тюркским представлениям умершего ожидал на том свете далекий путь. Возможно, он даже должен был поспеть к сроку: на то указывает погребение второго коня, взнузданного, но не оседланного, т.е., как говорят, заводного — бегущего вслед всаднику для замены уставшей лошади. Так погребались и мужчины, и женщины. В могилы к детям вместо коня иногда укладывали барана — видно, он служил «скакуном» в детских играх.

Погребение тюрка с конем

Погребение тюрка с конем

Изредка там, где тюрки жили среди иного народа, в головах погребенного оставляли один-два глиняных сосуда с питьем и едой. Чаще, и то не всегда, в могилы ставили деревянные блюда с куском мяса и ножиком. Отмечены находки проса. Собственно тюркские горшки лепные. Они цилиндричны, лишь несколько сужены у горлышка и донца. Мужчины снабжались только почетной посудой: редко клепаным котлом — древним признаком власти, чаще — личным кубком, похожим на кружку с кольцевой ручкой (у большинства — деревянным, у знати — серебряным). Признаком мужского достоинства был пояс, украшенный (в зависимости от ранга) бронзовыми, серебряными или золотыми бляхами. К свисавшим с пояса ремешкам, идущим от бляшек с прорезями, крепились постоянно носимые вещи (карманов не было): нож, оселок, огниво. Стальные кресала только в VIII в. вытеснили деревянные приборы для добывания огня. Пояса с металлическими накладками широко распространились по Евразии. Колчан и налучье носили на портупейном поясе, надеваемом поверх обычного. Мужчин украшали бронзовые и серебряные серьги. За внешностью следили — нередко на поясе висел обломок бронзового китайского зеркала (целые были дороги, в могилы их клали редко).

Алтай. Тюркский инвентарь: 1 — наконечники стрел с костяными свистульками; 2 — роговая накладка на переднюю луку седла, украшенная резьбою (могильник Кудыргэ); 3 — железные удила; 4 — котел; 5 — серебряные накладки, подвески, пряжки пояса; 6 — серебряный пиршественный сосуд; 7 — железное стремя; 8, 9 — глиняные горшки

Алтай. Тюркский инвентарь:
1 — наконечники стрел с костяными свистульками; 2 — роговая накладка на переднюю луку седла, украшенная резьбою (могильник Кудыргэ); 3 — железные удила; 4 — котел; 5 — серебряные накладки, подвески, пряжки пояса; 6 — серебряный пиршественный сосуд; 7 — железное стремя;
8, 9 — глиняные горшки

Археология в определенной мере противоречит летописям, выявляя оторванность обряда от повседневности: в смерти тюрки не выглядят столь уж воинственными — в могиле обязателен только сложносоставной лук с берестяным колчаном, полным стрел. Особенностью лука были три пары роговых накладок: две по краям (с вырезом для тетивы) и пара с косыми срезами — посередине. Другой тип знал только центральные накладки. От Китая до Африки описания полны восторга от тюркского искусства стрельбы на скаку, но лук был и основным средством охоты. Вопреки расхожим представлениям, в ближнем бою тюрки сражались не саблями, а узкими прямыми мечами-палашами, в отчаянный момент пуская в ход коленчатые кинжалы. Но находки тех и других в курганах редки, как и боевых топориков или наконечников копий и пик, составлявших силу закованной в панцири тяжелой конницы. Обычно нет в могилах и воинских доспехов, бывших пластинчатыми и кольчужными.

Тува и Монголия. Поминальные оградки тюрок с изваяниями и балбалами: 1 — общий вид; 2 — план типичного комплекса (а — оградка, б — изваяние, в — ряд балбалов); 3-5 — изваяния

Тува и Монголия. Поминальные оградки тюрок с изваяниями и балбалами:
1 — общий вид; 2 — план типичного комплекса (а — оградка, б — изваяние, в — ряд балбалов);
3-5 — изваяния

Монголия. Двор поминального комплекса Кюль-тегина (реконструкция)

Монголия. Двор поминального комплекса Кюль-тегина (реконструкция)

Своеобразие удил состоит в их петельчатых концах. В них вставлялись L- и S-образные псалии, роговые или железные. Богатая узда украшалась бронзовыми и серебряными бляшками. Считается, что тюрки научили железным стременам Европу. Большинство стремян, гнутых из стержней, имеют форму восьмерки, другие крепились при помощи петли в особо выделенной прямоугольной пластине. Седла делались из березы, с высокой арочной передней лукой, резной или украшенной металлической окантовкой, костяными пластинами. В могильнике Кудыргэ на Алтае такие пластины оказались гравированы сценами мифической охоты двух конных лучников на все живое.

Особенно примечательны и многочисленны поминальные сооружения тюрок. Важно отметить, что они находятся не в местах тюркских захоронений. В полном виде они состоят из трех частей: оградки, изваяния и балбалов. Двух последних может не быть, но квадратная оградка, составленная из вкопанных на боку каменных плит, имеется обязательно. Ее обычные размеры 2×2 м, а высота — 0,1-0,3 м. Середина тщательно выложена камнем. Оградка была местом жертвоприношений, но каковы они были, пока загадка: находки вещей исключительно редки, возлагали что-то тленное, встречается лишь несколько угольков. Сторонами (реже, углами) оградки ориентированы по краям света и могут образовывать ряды, вытянутые на
север. Каменное изображение человека ставилось у восточной стенки, спиной к оградке. Хотя такие скульптуры зовут каменными бабами, они всегда изображали мужчину — самого погибшего героя. Балбалы означали убитых им врагов, имели вид необработанных камней и ставились (по числу побежденных) вертикально рядком перед лицом скульптуры. Иногда длина ряда составляет сотню метров, а у полководца Кюль-тегина (умершего в 731 г.) — 4,5 км. Правда, каждый воин мог даровать павшему товарищу собственного убитого врага. Выходит, бой состоял из поединков.

Орхонское письмо. Начало надписи Тоньюкука

Орхонское письмо. Начало надписи Тоньюкука

Поминальное изваяние при всей условности всегда портретно — каждый герой был узнаваем современниками. В степи возникли галереи славных предков, но не живописные, а камнерезные. Лица (важнейший элемент ритуала!) высекались даже на совершенно необработанных камнях и валунах. Каноническая фигура в эпоху каганатов изображалась только по пояс. Поскольку кушак обозначал ранг, он обычно вырезан на скульптуре, а вот ниже уже ничего нет: полы кафтана и скрещенные ноги сидящей (как полагалось) фигуры лишь подразумевались. У тюркского изваяния VI-VIII вв. левая рука лежит на рукояти подвешенного к поясу меча, а правая удерживает перед грудью кубок. Считалось, что окаменевшая душа участвует в собственном поминальном пиру. Сидящие перед нею живые участники тризны славили умершего, потому у изваяния всегда есть уши. Помимо антропологического типа, тюркские изваяния характеризуют костюм, прически, личное оружие и виды пиршественной посуды.

Вместо изваяния перед оградкой часто вертикально стоит неотесанный камень — именно он обрядово первичен. Каменные бабы столбообразны не потому, что их ваяли неумело, а оттого, что подчинены изначальному символизму менгира (бывшего у всех тюркоязычных народов посмертным изображением — еще на рубеже н.э.) (см. таштыкскую культуру). Ту же природу имели камни-балбалы. Следует знать, что балбалы не ставили другие народы Тюркских каганатов и вид их изваяний не был похож на собственно тюркские (см. Уйгурский каганат). Потому по ареалу оградок, тюркских изваяний и балбалов определяются земли Тюркских каганатов, заселенные самим народом тюрков. Этих памятников особенно много в Монголии, Туве, на Алтае, в Восточном Казахстане и Киргизии. Они изредка встречаются на Южном Урале и в Донских степях.

Особой пышностью и культурной значимостью отличаются поминальные памятники высшей аристократии II Восточнотюркского каганата. Большинство их открыто в центре страны — на р. Орхоне в Монголии. Более скромные, созданные в честь наместников и иных чиновников, обнаружены в Туве и на Алтае. Всюду это прямоугольные площадки, окруженные невысоким валом с внутренним рвом. При прочих деталях на них создавали те же главные компоненты: оградку могло дополнять здание (часто крытое черепицей), изваяние умершего — сопровождать фигуры супруги и подданных, перед радом балбалов — выситься стела с описанием личных деяний. Облик стел и характер их надписей испытали сильное воздействие Китая, но орхонское руническое письмо самобытно. Вместе с енисейским (см. Древнехакасское государство) и таласским письмом, распространенным в Кыргызстане и южном Казахстане, оно составляло азиатскую группу самобытных рунических алфавитов тюркоязычных народов.

С крушением каганатов в середине VIII в. тюрки перестают создавать поминальные оградки и изваяния, но курганы, содержащие погребения с конем, продолжают отличать этот народ в составе более поздних держав Сибири и Центральной Азии. Вплоть до XI в. такие захоронения встречаются на землях Уйгурского каганата и Древнехакасского государства, где тюрки служили местным правителям.

Уйгурский каганат (745-840 гг.)

Уйгуры — один из древнейших тюркоязычных народов Центральной Азии. Их предки известны с IV в. как скотоводы, жившие к северу от пустыни Гоби. Так же как тюрки, входя в IV-VI вв. в состав каганата аваров, уйгуры постоянно боролись за свободу, но после создания Тюркского каганата оказались в его власти. Летопись сообщает, что тюрки «их силами геройствовали в пустынях севера». С начала VII в. известно имя династийного рода уйгуров — Яглакар. Попытки освободиться особенно усилились в 30-е гг. VIII в. и привели в 745 г. к убийству последнего кагана Восточнотюркского каганата. Уйгурское господство установилось на территории от Монгольского Алтая до Маньчжурии и от Байкала до Китая. В 750-751 гг. уйгуры обратились на северо-запад и в кровопролитной борьбе подчинили тюркоязычных чиков Тувы, в 758 г., перейдя Саяны, победили древних хакасов. Власть над Хакасией была недолгой — северная граница прошла в Туве у южного подножия Саянских гор, где уйгуры возвели 16 крепостей и глинобитную стену длиною более 230 км. Эти масштабные действия были прозорливы, но не смогли уберечь страну. Крепости не успели стать полноценными городами. Начатая древними хакасами большая война продолжалась 20 лет и в 840 г. привела к гибели Уйгурского государства. Преодолев Саяны, древнехакасские конные корпуса преследовали разбегавшихся уйгуров до Амура, Китайской стены и оазисов Туркестана. Лишь в Восточном Туркестане в X-XII вв. сохранялись и процветали уйгурские княжества,
без боя сдавшиеся затем войскам Чингисхана. Культура Уйгурского каганата имела большое влияние на монголоязычные народы.

Уйгурский каганат был высококультурным, хорошо организованным государством, с развитым историческим самосознанием. Страна восприняла политическое и культурное наследие Восточнотюркского каганата, сохранив чиновничий штат, расположив столицу в той же долине Орхона, применяя орхонское руническое письмо и продолжая установку официальных памятных стел. Держава имела активные связи с Китаем и Средней Азией, осознанно обогащая свою культуру их достижениями. В ней планово развивалось градостроительство (к которому привлекали согдийцев) и ряд отраслей экономики (прежде всего земледелие и горное дело), контролировались торговые пути, была создана сеть почтовых станций. В 763 г. страна приняла одну из мировых религий того времени — манихейство, отличавшееся особой книжностью и энциклопедичностью, развитой церковной организацией и монашеством. Проповеди и службы велись на национальных языках, применялись письмена приобщаемых к вере стран. Возникнув в Вавилонии в III в., а к VIII в. наиболее связанная со Средней Азией, эта религия широко раздвинула культурные горизонты населения. Тогда же манихейство приняло и Древнехакасское государство.

Уйгурские крепости Тувы. Реконструкция и план III Шагонарского городища (1, 3), план IV Шагонарского городища (2). Расположение крепостей вдоль стены на реках Хемчик и Енисей и тропах через Саяны (4)

Уйгурские крепости Тувы. Реконструкция и план III Шагонарского городища (1, 3), план IV Шагонарского городища (2). Расположение крепостей вдоль стены на реках Хемчик и Енисей и тропах через Саяны (4)

Археологические памятники Уйгурского каганата выделены лишь в середине XX в. и не получили специального наименования. Они известны в Туве, Забайкалье и Монголии (но в двух последних почти не исследованы). Это прежде всего города. До прихода уйгуров Тува не знала монументальной архитектуры, ими же были сразу возведены 17 крепостей. Все они правильного четырехугольного плана и ориентированы по странам света. Их высокие стены (уцелевшие на 2,5-2,8 м) глинобитны или сложены из сырцового кирпича. Углы и ворота (которых обычно двое) укреплялись полукруглыми башнями. Особенно защищено III Шагонарское городище — у этого небольшого (126×119 м) замка 10 башен и внутренняя цитадель. Памятник входит в куст из 5 крепостей, четыре из которых защищали его. Вероятно, здесь была ставка каганского наместника в Туве. Внутри цитадели открыты остатки здания столбовой конструкции, крытого черепицей. В остальных крепостях также были наземные постройки. В городищах найдены следы ремесленного, металлургического и гончарного производств, плуги, зернотерки, ручные жернова.

Крепости были разных размеров (от 80×80 до 538×375 м), но строились по единому плану. Первый город — опора проникновения в новую страну — ставился сразу по пересечении ее границ и служил защитой прибывавшим войскам. Такова крепость Бажын-Алак, расположенная в Туве близ уйгурской тогда Монголии, на лучшем пути через хребты Танну-Ола. Крепость была застроена длинными строениями, разделенными частоколами на отсеки, — возможно, казармами. Второй форпост был уже к северу от Саян (у с. Шушенское), на берегу Енисея, служившего зимней дорогой. Периметр этого городища достигал 800 м. Других крепостей уйгурам в Хакасии создать не довелось. В Туве же города и замки образовали единую, обращенную на север, к враждебному Древнехакасскому государству, дугу и были соединены упоминавшейся длинной стеной.

Для крепостей выбирались низкие, хорошо защищенные водою места: поймы рек, острова, затопляемые луговины. Рвы сопровождали стены городов и полевые фортификации. Такой ров протяженностью 3,3 км имел, например, вал, уходящий в обе стороны от I Шагонарского городища. Он соединял Енисей с р. Шагонарчик. Участки длинной пограничной стены также имели рвы.

Материальная культура уйгуров изучена мало. Однако вполне очевидны ее глубокие центральноазиатские корни. Близ Шагонарских крепостей раскопаны два могильника уйгуров, резко отличавшихся от захоронений местных племен. Это низкие земляные курганы, перекрывавшие глубокие ямы с боковыми подбоями и сводчатыми катакомбами для тел умерших. Мужчин, женщин и детей погребали поодиночке, укладывая спиной на дощатые настилы или в деревянные гробы. В головах ставили питье в вазообразных гончарных сосудах со штампованным ромбическим узором, а густую пищу — в широкогорлых горшках с уступом под венчиком. В деревянных блюдах оставляли куски мяса овец, коз или коров да ножи для их разрезания. Вход в катакомбу закладывали досками, частоколом, камнями.

Уйгуры Тувы. Инвентарь: 1-7 — наконечники стрел; 8-10 — лепные сосуды; 11 — гончарная ваза; 12 - плужный отвал (1-6, 12— железо, 7— кость)

Уйгуры Тувы. Инвентарь:
1-7 — наконечники стрел; 8-10 — лепные сосуды; 11 — гончарная ваза; 12 — плужный отвал
(1-6, 12— железо, 7— кость)

Инвентарь малочислен. Характерно полное отсутствие конского снаряжения. Хотя многие погребенные убиты на войне (их черепа рассечены мечами или пробиты стрелами, разрублены кости рук и тела), из оружия (и то лишь у избранных) находят одни роговые накладки лука и несколько наконечников стрел из железа и кости. В женских погребениях бывают глиняные или каменные пряслица, костяные игольники, стеклянные и каменные бусы, подвески из клыков животных, у детей — бусы, ожерелья из клыков медведя и косточек грызунов. Младенцев захоранивали в колыбелях общетюркского типа (с мочеотводными трубками из бараньих костей). Физический тип погребенных принадлежит европеоидной расе с монголоидной примесью, т.е. близок к современным уйгурам и узбекам.

Уйгурское изваяние. Розовый гранит. Тува, р. Барлык

Уйгурское изваяние. Розовый гранит. Тува, р. Барлык

Памятники аристократам уйгуры, как и тюрки, ставили не на могилах, а одиночно в степи, где и вершили поминки. В отличие от тюрок, они не строили оградок и не устанавливали балбалы. Каменные, всегда мужские изваяния уйгуров, стоящие лицом на восток, известны в Монголии и Туве. От тюркских скульптур их отличает тщательная объемная отделка, а также поза (сосуд удерживается двумя руками), отсутствие клинкового оружия (хотя изображены наборные пояса со многими привесками и сумочками), а также головные уборы с пробором и чехлом для одной косы. Скульпторы обычно использовали гранит.

В противовес этой поминальной традиции, водружение каменных стел с пространными надписями о деяниях деятелей государства (прежде всего каганов) следовало тюркскому обычаю. Также на вершине стелы вырубалась личная тамга, строки, начертанные руническим орхонским алфавитом,
шли сверху вниз, постаментом служили каменные черепахи (на них высечены тамги авторов текстов). Известно 5 таких памятников, все они найдены в Монголии. В столице страны Орду-Балыке в 821 г. была создана стела с надписями на трех языках: к орхонскому письму добавилось согдийское и китайское. Важно отметить, что возникший при уйгурах у населения Тувы обычай надгробных надписей вершился совсем иначе — там следовали собственным правилам в размещении и содержании надписей. В Восточном Туркестане, куда отступили разбитые уйгуры, открыты манихейские рунические рукописи IX и X вв. на бумаге и изысканные фресковые росписи в храмах. Они воспроизводят различные, не всегда понятные сюжеты, многие детали быта и костюм, которые, как можно думать, восходят еще к VIII-IX вв.

Древнехакасское государство (VI-ХIII вв.)

Имя страны и народа Хакас (Хягяс и др.) появляется в китайских источниках IX в., составленных по сочинениям VI-VIII вв. Так именует себя народ, сложившийся во время хунну при смешении местных динлинов с пришлыми кыргызами. Археологически это отмечено памятниками тесинского переходного этапа и завершено появлением таштыкской культуры, т.е. относится ко II — середине I в. до н.э. Хунну переселили кыргызов и утвердили правителями Южной Сибири. После смешения с аборигенами они перестали быть отдельным народом, но сохраняли властные функции до XX в. Еще в середине IX в. посол в Китай заявил, что кыргызы правят на Енисее с I в. до н.э. По имени династии Древнехакасское государство в большинстве письменных источников именовалось Кыргызским (Хыргыс, Хиргиз и др.). Став обозначением знати, это имя после распада огромной страны перешло на некоторые другие азиатские народы (кыргызов Тянь-Шаня, киргиз-кайсаков, т.е. казахов).

Древнехакасское государство — одно из самых крупных, экономически развитых и долговременных государств Сибири. Всю историю (по XIX в.) здесь вершился обряд трупосожжения с захоронением праха под каменными курганами. Стабильность населения и его традиций знаменуют три преемственные археологические культуры Средневековья, условно (по археологическим критериям) расчленяющие единый социальный организм государства и его самобытно развивавшуюся историю. Таковы культуры чаатас (VI — первая половина IX в.), тюхтятская (середина IX — конец X в.) и аскизская (конец X-XVII в.). Сложившись в долинах Среднего Енисея, государство расширяло границы, достигнув наибольших размеров в IX-X вв. Археологические материалы доходят до присоединения Древнехакасского государства к Российской державе (1718 г.), коренным образом изменившего развитие местной культуры.

Культура чаатас (VI— первая половина IXв.)

Поселения практически не изучены. Могильники же, заметные издали, имеют весьма живописный вид: развалины каменных мавзолеев смотрятся кольцевыми курганами, каждый из которых окружен 8-12 менгирами высотою до 4-5 м. Гробницы воспроизводили в камне круглые юрты и многоугольные срубные жилища с пирамидальными крышами. Такие дома, известные уже в таштыкской культуре, поныне существуют у всех народов Саяно-Алтая. Археологическая культура обязана своим названием каменным стелам. По преданию богатыри метали друг в друга куски скал, и те, что не долетали, вонзались среди долин. Хакасы назвали их чаа тac («камни войны»).

Хакасия. Общий вид могильника-чаатас Красный Камень

Хакасия. Общий вид могильника-чаатас Красный Камень

Уйбатский чаатас. Стремя, инкрустированное золотом, серебром и медью

Уйбатский чаатас.
Стремя, инкрустированное золотом, серебром и медью

Ряды мавзолеев тянутся с юга на север, каждый ряд — это захоронения одной княжеской семьи. Курганы полностью разграблены в XVIII-XIX вв. переселенцами — утварь средневековой знати была богата и изысканна. В саянской стране, древнем горнорудном центре, изделий из металла было множество. Попав на погребальный костер, железо не ржавеет, потому курганные вещи — хорошей сохранности и очень разнообразны. Специфичны коленчатые кинжалы, удила со спаренными кольцами на концах, псалии, украшенные головками травоядных животных. Часть вещей укладывали в ямки на борту могил (их называют тайниками). При раскопках даже ограбленных курганов найдены шедевры прикладного и ювелирного искусства. Мастера были высокими профессионалами, знали художественную ковку и литье, инкрустацию и аппликацию, чеканку, скань, горячее золочение (на ртути). Особенно знамениты находки из Уйбатского и Копёнского чаатасов: инкрустированные серебром и золотом стремена, бронзовые бляшки с лук седел, изображающие космогоническую охоту конных лучников, набор золотых сосудов на серебряном блюде.

Копёнский чаатас. Бронзовые бляхи передней луки седла

Копёнский чаатас. Бронзовые бляхи передней луки седла

Стенки кубических могильных ям укреплены вертикальными бревнами. Поверх перекрытия многослойно уложен плитняк. Дно выстлано берестяными полотнищами. На них лежат кучки пережженных человеческих косточек (иногда в сосудах, берестяных коробках, а чаще, вероятно, были в мешочках). Основное место в могиле занимал запас пищи — можно встретить части 10-12 туш овец, коров или свиней. Видно, обычай предполагал загробное пиршество: в могилах кроме лепных горшков обычен узкогорлый сосуд для вина («кыргызская ваза») и глиняные кубки. Вазы изготовлены на гончарном круге и принадлежат к столовой посуде — они прекрасной работы, особого обжига, украшены узором, вдавленным при прокатке валика. Наборы из 4 кубков, бытовавшие в течение семи веков (с VIII по XIV), указывают на существование застольного этикета.

Женские погребения лишены металлического инвентаря. Детей не сжигали. Рядовые курганы, образуя плотную «застройку» вокруг мавзолеев знати, отмечены только каменными выкладками и лишены вертикальных стел. Их бедный инвентарь дополняет археологическую картину социального расслоения. Орудия труда, прежде всего земледелия (сошники, лемехи, отвалы плугов, серпы, косы, ручные жернова), встречены не в могилах, а в выкладках курганов. В общие могильники входят захоронения по чуждому обряду трупоположения и трупоположения с конем — это курганы иноплеменников: слуг, клиентов или союзников.

В эпоху чаатас — время обороны от каганатов тюрок и уйгуров — создаются горные крепости-убежища. Их строят профессионалы-фортификаторы. Стены выложены из плитняка без раствора на высоту до 2,5 м и отсекают площадки на краю обрывов. Ширина стен кратна 40 см («древнехакасский локоть»): 120, 160, 200 см. Кладка внутренней и внешней сторон велась с наклоном внутрь, что придавало ей прочность, применены способы удержания кладки на склонах. Зигзагообразность стен обеспечивала защитникам перекрестный обстрел врага без возведения башен. Мастерство строителей дополнялось единством фортификационного замысла: с одной крепости видны две другие. Общая стратегия обороны выступает в небольших размерах крепостей: войска распределялись по множеству твердынь и тем сохраняли воинов и удерживали земли. Пограничные укрепления перекрывали горные тропы в Саянах и долину при выходе Енисея из теснин. В степях известны укрепленные районы — стены Оглахтинской крепости тянутся на 25 км.

Кыргызские вазы и баночные сосуды

Кыргызские вазы и баночные сосуды

Несмотря ни на что, в середине VIII в. Уйгурскому каганату удалось на время подчинить страну. В древнехакасской культуре произошли важные изменения: государственной религией стало манихейство. С этой религией, имевшей Писание, знавшей астрономию и почитавшей планеты, на Среднем Енисее возникли монументальные храмы, сложенные из сырцового кирпича. По их руинам были обнаружены два древнехакасских города,
основные постройки в которых оказались деревянными и не оставили следов. Храм в котловине Сорта, посвященный планете Марс, выстроен на платформе из гранитных валунов и снабжен всходами-пандусами. Прямоугольный зал освещался потолочным люком, расположенным против входа и опиравшимся на 4 колонны. Вдоль стен, за колоннадой, были пьедесталы для икон, выполненных на тканях. Другой храм, в устье р. Уйбат, поначалу был квадратом кирпичных стен, скрывавшим двор со святилищем — плетеной сферической хижиной. Затем его перекрыли плоской крышей, а возникший зал заняли рядами из 169 колонн. По описаниям арабов, таков был манихейский храм Солнца. С юга у него был квадратный двор с въездными воротами и жилищами монахов вдоль стен.

Копёнский чаатас. Золотые сосуды: 1 — чеканка и резьба; 2 — накладной узор, пайка

Копёнский чаатас. Золотые сосуды:
1 — чеканка и резьба; 2 — накладной узор, пайка

К эпохе чаатас относятся первые известные нам памятники енисейской рунической письменности — одной из разновидностей самобытного древнего письма тюркских народов (см. Тюркские и Уйгурский каганаты). На прикурганные стелы стали наносить поминальные надписи — горестные слова от имени самого умершего. Самая ранняя эпитафия и первое имя, встающее из небытия, найдены на Ташебинском чаатасе близ г. Абакана. Текст гласит: «Моё мужественное имя — Анар Таз-огя. Моё владение и имеющееся [у меня] золото [я покинул]». В курганах Копёнского чаатаса найдены золотые кубки с надписями на донцах: «[Это] — чистейшее золото» и «Предназначенную князю подать мы даровали». Речь вдет о дани, выплачиваемой драгоценными изделиями. В этих кратких письменных памятниках отражается сложное устройство феодального государства. В VII в. страна устанавливает регулярные дипломатические и торговые связи с Китаем, в ней распространяются импортные предметы роскоши.

Уйбатский город: 1 — план манихейского храма Первопричины (с купольным святилищем внутри); 2 — его план после перестройки в колонный зал храма Солнца, VIII в.; 3 — каменная крепость на горе Хызыл хая, а, б— поперечные разрезы ее стен у входов

Уйбатский город:
1 — план манихейского храма Первопричины (с купольным святилищем внутри); 2 — его план после перестройки в колонный зал храма Солнца, VIII в.; 3 — каменная крепость на горе Хызыл хая, а, б— поперечные разрезы ее стен у входов

Тюхтятская культура (вторая половина IX — конец Хв.)

Разгромив Уйгурский каганат в 840 г., Древнехакасское государство занимает огромную территорию от Иртыша до Байкала и от Ангары до пустыни Гоби. Размещение воинских могильников (по правому берегу Иртыша, например) определяет нахождение приграничных гарнизонов. Могильники теперь состоят из немногих курганов, содержащих только мужские погребения, — таковы археологические свидетельства регулярности армии и начальных стадий обладания чужими землями.

Памятники енисейского письма: 1,2 — золотые сосуды Копёнского чаатаса с надписями на донцах {увеличено); 3 — эпитафия на каменной стеле Ташебинского чаатаса VIII в.

Памятники енисейского письма:
1,2 — золотые сосуды Копёнского чаатаса с надписями на донцах {увеличено); 3 — эпитафия на
каменной стеле Ташебинского чаатаса VIII в.

Принятие манихейства изменило погребальный обряд. Курганы по-прежнему круглы или многоугольны, но у них уже нет вертикальных камней. Захоронения знати сохранили единственную стелу с восточной стороны — расцветает обычай наносить на нее надгробные надписи. Пережженные кости помещаются в неглубокие ямы, сопроводительная пища скромна и обнаруживается редко. Над могилой часто вывешивалась шкура коня, о чем свидетельствуют находимые кости черепа и ног (при отсутствии других костей туши). Инвентарь (в погребениях знати обильный) составляют металлические изделия — пиршественные чаши, детали воинского и конского снаряжения. Сохраняются ямки-тайники со сбруей и клинковым оружием, согнутым вдвое.

Достигнутые объем и качество кузнечного и бронзолитейного производства удивительны. Изученные в Хакасии металлургические печи предназначены для многоразовых плавок и, занимая большие площади, указывают на специализированные поселения. Вооружались и оснащались армии, доходившие до 100 тыс. всадников. Палаши, предназначенные для рубки и фехтования, кинжалы и боевые топоры ковались из булатной стали, стрелы имели трехгранные и трехлопастные наконечники, поражавшие броню противника и его коня. Отверстия в лопастях вращали стрелу в полете, подобно винтовочной пуле, увеличивая дальность и прицельность стрельбы, а вой костяных свистулек, надетых под наконечники, внушал ужас. Атаку развивали бронированные конные копейщики. Строгость управления конем обеспечивали витые удила и вертикальные псалии.

Курганный тайник (1) и бронебойные наконечники стрел (2)

Курганный тайник (1) и бронебойные наконечники стрел (2)

Бронзовые бляхи и накладки сбруи, составляя единый набор, блистали рельефными растительными узорами. В ходу были крупные сердцевидные подвески, кисти в бронзовых зажимах, уздечные султаны. Стремена имели легкие прорезные подножки.

Женским захоронениям сопутствует сбруя, монеты, пряслица и головные булавки, крепившие тяжелые прически. Для погребального костра женщина обряжалась невестой. В курганах найдены ручные жернова, серпы, косы, топоры, тесла и прочие инструменты. Утонченность быта отмечают двузубые вилки для еды, зеркала и пинцеты для выщипывания волос. В мужской костюм входил наборный пояс с ножом и кожаной сумкой для огнива, кремня и трута. Снаружи сумки имели бронзовые или железные накладки, низ которых мог служить огнивом.

Наскальный рисунок рыцаря (Хакасия, Сулекские горы)

Наскальный рисунок рыцаря (Хакасия, Сулекские горы)

Витые удила с псалием, украшенным серебряной аппликацией. Железо. Хакасия

Витые удила с псалием, украшенным серебряной аппликацией. Железо. Хакасия

Поэтапно закрепляя новые границы, древние хакасы распространили на Туву, Алтай и Монголию строительство каменных горных крепостей.

Бронзовые бляхи уздечного набора. Хакасия

Бронзовые бляхи уздечного набора. Хакасия

Длинные стены, защищавшие долины, тянутся до 17 км. Внутреннее деление страны реконструируется по высеченным на скалах и стелах тамгам. Их простая форма (круг, дуга, крест) отличала каждую родовитую семью. Сын дополнял тамгу отца одним отводком, внук привносил следующую черту. По тамгам видно, какая семья и в скольких поколениях владела землями. Так, Тува, захваченная в начале IX в., была поделена между 6 княжескими семьями, уделы которых удерживались по 100-150 лет.

Подвески сбруи. Золоченая бронза. Хакасия

Подвески сбруи. Золоченая бронза. Хакасия

Письменные источники повествуют об облике городов и быте каганов, сложном чиновничьем и военном аппарате, законах и нравах государства, занятиях его народов (от таежной охоты до пахотного земледелия), празднествах и музыкальных инструментах, приходах посольств и торговых караванов, династийных браках с правителями Средней Азии. Археология не имеет подобных красок, но рисует детальный вещественный мир. Он дополняется петроглифами (изображающими рыцарей, охотников и зверье) да высеченными и вырезанными на стелах, скатах, металлических предметах руническими надписями, которых известно около 300. Енисейская письменность была официальным письмом Древнехакасского государства и внедрялась в Азии с ростом его границ. Обычай надмогильных надписей распространился по Туве и Монголии, охватывая местную знать. Эпитафии каноничны: они коротки (до 8-12 строк), помечены личной тамгой. От имени умершего в них выражается сожаление о том, чего он лишился. Надписи лишены психологии рода-племени и сугубо индивидуальны. В качестве высшей ценности они утверждают личное «мужественное имя и богатырскую доблесть», затем — семью (супругу и детей), личное владение, подданных и хана-сюзерена, боевых товарищей. И лишь после всего — богатство (коней и скот, но и пашни, деньги и др.): «(Вот) моё имя: я — Эль Тоган-тутук. В моем божественном владении я был его правителем, и у народа шести уделов я был князем. О горе, с моим владением, моей супругой, моим сыном и моим народом, в мои 60 лет (я был разлучен, т.е. умер)»; «(Я -) столь суровый Тёлеш Тириг. С моей супругой, (живущей) в тереме, я был разлучен, о горе! Моими тремястами свободно пасущимися конями я не насладился».

Бронзовая накладка на сумочку для огнива. Хакасия

Бронзовая накладка на сумочку для огнива. Хакасия

О широкой грамотности свидетельствуют надписи на предметах. Письмом владела знать и простонародье, монахи и воины. Хотя рукописи не сохранились, в курганах найдены чернильницы и перочинные ножики, а на скалах — строки, выполненные красной и черной тушью. Наскальные надписи рисуют мир горячих молитв и духовных исканий. Есть и отметки миссионеров. Все камнеписные строки порождены манихейством — религией, учившей поклоняться Истине Мира и в храмах, и под открытым небом.

В IX-X вв. продолжали существовать два храмовых города, возникшие в эпоху чаатас. В низовьях Уйбата храмы ранней поры были превращены в оправленную кирпичом высокую платформу (60×30 м), к которой с востока пристроили четыре новых храма: по углам Луны (восьмиугольного плана), а в середине — Воздуха (трапециевидные с колоннами). Наверху воздвигли святилище Миропорядка — круглую арену с алтарем, огражденную стенами и трибунами для прихожан. Храм, чтение в нем стихотворных молитв, поклонение планетам и огню описывает побывавший в 942 г. на Енисее араб Абу-Дулаф. Археологи не нашли пока других городов, названных иранскими авторами X и XI вв.: столицу Кемиджкет (т.е. «Енисейский город») и центр в 7 днях пути от Саян на север.

Стела с древнехакасской эпитафией. Конец IX в. Тува

Стела с древнехакасской эпитафией. Конец IX в. Тува

План манихейского храма Миропорядка. Уйбатский город. Хакасия

План манихейского храма Миропорядка. Уйбатский город. Хакасия

Торговлю государства отмечают китайские монеты, ходившие в стране, и редкие среднеазиатские монеты (тюргешские и хорезмийские), китайские зеркала, раковины каури с Индийского океана. Изделия самой тюхтятской культуры оказали сильное воздействие на культуру подвластных народов Алтая, Тувы и Монголии, а также соседних стран — Западной Сибири, Казахстана и Джунгарии, монголоязычных киданей и тунгусо-маньчжуров Приамурья. Древнехакасские изделия найдены и в Европе (Приднепровье, Подонье), они оказали известное влияние даже на культуру викингов.

Аскизская культура (конец X-XVII в.)

Аскизские курганы занимают те же земли. Изучены два этапа культуры (конец X-XII и XIII-XIV вв.), но она доживает до XVIII в. и сменяется этнографической культурой современных хакасов. В аскизской культуре пропадают стелы с надгробными надписями, а кости погребений лежат в курганах не в ямах, а на уровне земли. Могильники (не более 10 курганов) из долин поднимаются на пригорки и вершины сопок. По-видимому, это семейные кладбища. Известны и очень крупные могильники из полутора сотен курганов. Они указывают на близость пока не найденных городов.

Инвентарь захоронений целиком из железа (даже то, что ранее было бронзовым): детали снаряжения, бляхи пояса, накладки сбруи. Кардинально меняется орнаментация: из растительной она становится геометрической. Большинство железных изделий украшено серебряной или золотой аппликацией — фольгой, набитой на густо насеченный фон. Ювелирная технология изменяет форму самих предметов: они превращаются в широкие, тонкие пластины. Распространяются многие самобытные изделия. Таковы удила, концы которых проходят сквозь псалии, подвесные уздечные бляхи на шарнирных щитках. Особым знаком древнехакасской армии были конские султаны, крепящиеся на наносном ремне узды. Поступая в войско кагана, воины других народов так же украшали своих коней. Распространены крюки-застежки на пластинах и пряжки с длинными щитками, типичны крюки для шнурования ремней, завершающиеся конской головкой, кресала в виде стальных скоб, двузубые вилки. Сохраняются узкие палаши (редко попадающие в могилы).

Форма других предметов подчинена особенностям эпохи: арочные стремена с прорезью в уплощенной дужке, плоские наконечники стрел ромбических очертаний (в набор входит напильник для их заточки). Тенденции

Убранство коня. Железо, аппликация серебром. XI в.

Убранство коня. Железо, аппликация серебром. XI в.

Убранство коня. Железо, аппликация серебром и золотом. XIII в.

Убранство коня. Железо, аппликация серебром и золотом. XIII в.

евразийской общности в оформлении сбруи и парадной утвари нарастают после монгольского нашествия — добавляются удила с кольчатыми псалиями (плоскими в аскизской культуре), поясные бляхи-обоймы с нижним кольцом, пряжки с подвижным щитком, S-образные серьги, серебряные кубки на конических поддонах и др. Во всем этом вновь проявляется влияние государственной, на этот раз официальной монгольской, материальной культуры.

Набор женских изделий подобен тюхтятской культуре. Но и в нем бронза сменилась железом: даже головки булавок для причесок выковывались из него и украшались серебряной аппликацией. Так украшены и пинцеты. Ониксовые, сердоликовые и хрустальные бусы привозили из Средней Азии, а стеклянные — из Сирии. По наследству передавались убранства женских свадебных лошадей: в захоронениях XII в. встречаются бляхи уздечек IX-X вв. Выходит, и в аскизской культуре женщин хоронили как невест. По-прежнему умерших сжигают, при курганах встречаются кости конских шкур, а в погребениях отсутствует сопроводительная пища.

При раскопках храмового города на Уйбате получена коллекция лепной и столовой круговой посуды. Это широкогорлые горшки и красноглиняные вазы, желтоглиняные кувшины. Есть крупные тарные формы. Посуда здесь не только древнехакасская, но и среднеазиатская — население города было смешанным. Кости животных, употребленных в пищу, показывают состав стада: разные породы овец, коров, лошадей. Присутствие свиней указывает на оседлость. Кости верблюдов связаны с караванной торговлей.

Самым поздним в городе был прямоугольный храм Марса, в зале которого 12 колонн на каменных базах образовывали квадрат с выложенным из кирпича возвышением. Близ входа горел огонь. Религия Света, как называли манихейство, не менее пяти веков поддерживала на Уйбате свой священный центр.

Палаши, согнутые для погребений, и детали ножен. XII—XIII вв.

Палаши, согнутые для погребений, и детали ножен. XII—XIII вв.

 Руины манихейского храма Марса. XI в. Уйбатский город. Хакасия


Руины манихейского храма Марса. XI в. Уйбатский город. Хакасия

XI-XII вв. были расцветом Древнехакасского государства. Его известность достигла Китая и Средней Азии, Закавказья и Средиземноморья. Средневековые авторы описывают цветущий край с городами и орошаемым земледелием, знавшим множество видов злаков, применявшим водяные мельницы и вывозившим хлеб на продажу. Горное дело и металлургия также создавали славу страны. Государственная
власть поддерживала торговлю — в это время, как показывает археология, древнехакасские караваны, охраняемые воинскими конвоями, достигали Восточной Европы: городов Волжской Болгарии и Руси. В Поволжье и Приуралье широкое проникновение аскизских изделий вызвало местные подражания их формам.

Развитие страны остановило монгольское нашествие. Оно началось в 1207 г. и встретило в Древнехакасском государстве упорное сопротивление. Вооруженная борьба вспыхивала с каждым новым поколением до 1293 гг. При подавлении восстаний и угоне населения люди прятались в тайгу — найти археологические памятники той эпохи сложно.

КУЛЬТУРА МОНГОЛОЯЗЫЧНЫХ НАРОДОВ И ЮАНЬСКАЯ ИМПЕРИЯ (XIII-XIV BB.)

Нередко историю монголов начинают с XIII в., когда они были степными скотоводами. Но в древности монголоязычные народы — это оседлые обитатели лесов в верховьях и бассейне Амура, живущие в землянках, занимающиеся рыболовством, охотой, придомным скотоводством, собирательством и земледелием. На то указывает исконный словарь, в котором есть свои термины для крупных речных рыб, таежных животных, собак и лошадей (разводимых на мясо). Особенно разработана лексика для дикой и домашней свиньи. Письменные источники единодушны: древние монголы были южными соседями тунгусо-маньчжурских народов. Однако выделить их древности из ранних археологических материалов Приамурья и Маньчжурии пока не удается.

До X в. всю территорию Монголии, Джунгарии и Восточного Туркестана заселяли тюркоязычные племена. Выйдя в степь и за два века став кочевниками, монголы заимствовали от них названия степных животных, скотоводческий лексикон. От тюркских народов были восприняты как навыки земледелия, так и переносные войлочные юрты. Тюркский вклад в духовную культуру привел к восприятию мировых религий (манихейства, несторианства, буддизма) и уйгурского шрифта, а в социальной сфере — титулатуры, управленческого аппарата и канцелярий. Планировка уйгурских городов повлияла на градостроительство монголоязычных киданей. Именно их вторжение, произошедшее в 924 г., положило начало коренным этническим переменам в Центральной Азии. Государство киданей называлось Ляо (916-1125 гг.), лежало за пределами современной России, и его древности мы рассматривать не будем, но следует знать, что его материальная культура испытала сильное воздействие Уйгурского каганата и Древнехакасского государства. С конца XII в. монголоязычные народы господствовали в центральноазиатских степях и пустынях, а их граница с тюркоязычным миром стала такой, как ныне.

Корни многих явлений монгольской культуры, в XIII-XIV вв. распространившихся по Евразии, надо искать в лесном периоде истории народа. Таковы «тайные» погребения (включая могилу самого Чингисхана) — грунтовые захоронения, лишенные надмогильных сооружений. В отличие от курганов, создаваемых степняками, такие могилы — признак лесных народов. Понятно, что достоверно монгольских захоронений найдено крайне мало. Надежным поисковым признаком монгольских кладбищ в таких условиях становятся города, что при обыденных оценках кочевой жизни звучит парадоксально. Однако если не возводить в абсолют подвижные черты быта, то станет заметна и другая отличительная черта монгольской культуры — повсеместное создание городов. Только в Золотой Орде их было более 100, и в 20 из них чеканилась монета. Археолог, желающий отыскать монгольские кладбища, должен изучать городские могильники. Так найдены два могильника в Туве, на которых оказались каменные статуи чиновников, львов и баранов, стоявших парами вдоль прохода к невидимым могилам. Захоронения совершались в деревянных гробах, установленных в боковые подбои. Надо сказать, что третий городской некрополь, в Забайкалье, был курганным, т.е. отражал постороннее влияние.

План жилого дома с широкой П-образной лежанкой-каном и дымоходными каналами. Тува, Эртине-Булак

План жилого дома с широкой П-образной лежанкой-каном и дымоходными каналами. Тува, Эртине-Булак

Своеобразие монгольских городов состоит не только в отсутствии укреплений (что порождено сильной центральной властью), в применении обожженного квадратного кирпича в бытовом и общественном зодчестве (черта эта воспринята извне), в богатстве инвентаря, соединившем достижения ремесел и искусств Запада и Востока (что присуще любой городской культуре).

Специалист отличает монгольский город по типу жилищ, единому для всей империи — от Забайкалья до Молдавии. И это не юрты, а квадратные дома с каркасными, столбовыми стенами, поставленные без фундаментов.

Вдоль трех стен устроены сплошные глиняные лежанки с внутренним обогревом: в продольные каналы направлялся горячий дым из специальной печи. Такие лежанки называют кан, возникли они на северной монгольской прародине и известны еще у хунну, в культуре мохэ, киданей и чжурчжэней. Степной быт не отучил монголов от древнего домостроительства и оседлой жизни.

Многочисленность домов с канами показывает, что в Европу монголов пришло немало и среди них были строители. Инженерные части сопровождали войска. Так, в 1218 г. в отрогах Тянь-Шаня монголы возвели 48 бревенчатых мостов, пропускавших по две телеги.

Монгольские города, два из которых найдены в Забайкалье (Хирхира, Кондуй) и шесть в Туве (Оймак, Дён-Терек, Межегей и др.), частью были сооружены уже в начале XIII в. и расцвели при династии Юань (1260-1368 гг.). Страна от Алтая до восточных морей делилась на 12 провинций (а те — на области, округа, префектуры и уезды). Центром провинции Лин-бэй (Монголия и Саяно-Алтай) был Каракорум на р. Орхоне, также изучавшийся археологами. Хотя ни один из этих памятников не раскопан в полной мере, они рисуют развитую управленческую, духовную, производственную и торговую жизнь городов той эпохи. Административные здания, прежде всего дворцы наместников, сооружались на грунтовых платформах, имели кирпичные полы и крылись желобчатой черепицей. Тяжелые крыши (удерживаемые колоннадами на каменных базах) украшались терракотовой скульптурой, стены белились и расписывались фресками. На центральных площадях стояли каменные стелы с высеченными указами. В каждом городе открыты храмы — с 1269 г. буддизм был официальной религией империи. С новой верой пришли ее философия и искусство. В городах многочисленна глиняная и каменная буддийская скульптура, скальная часовня, обнаруженная в Туве, сохранила красочное изображение Будды.

Реконструкция Кондуйского дворца. Забайкалье.

Реконструкция Кондуйского дворца. Забайкалье.

Саяно-Алтайское нагорье было необходимо монгольскому государству как сырьевая база, поставлявшая металл и хлеб. В ремесленно-хлебопашеских колониях здесь селили местных и угнанных из Китая мастеровых и земледельцев. В Туве, на р. Межегей, в шахтах добывался уголь, в городах плавился металл, выжигался кокс, отливались чугунные изделия, в том числе плужные лемехи и отвалы. На них есть иероглифические надписи (китайское письмо было международным), выявляющие задачу поселенцев: «Напрягайте все усилия для обработки полей». Восприняв от чжурчжэней технику чугунной плавки, именно монголы познакомили с ней Европу. В Южной Сибири возникли фактории мусульман, получивших монополию на скупку хлеба. Они найдены в Туве и Бурятии по среднеазиатской посуде и исламским захоронениям. Огромные жернова мельниц, вращаемые животными, говорят о высокой продуктивности земледелия. Велась добыча соли, алебастра, гипса, строительного камня и, конечно же, глины. Гончарство давало превосходную посуду, использовало различную поливу, изготовляло черепицу, облицовочные плиты, кирпич и скульптуру. Массовым было кузнечное дело, каменотесное и другие ремесла. Денежное обращение, став повседневным, основывалось на серебряных слитках и бронзовой расхожей монете.

Буддийская глиняная химера с крыши храма. Тува, Дён-Терек.

Буддийская глиняная химера с крыши храма. Тува, Дён-Терек.


Земледельческий инвентарь монголов: 1 - каменный жернов (Каракорум); 2, 3 - чугунные плужные лемехи; 4 - отвал плуга (Тува).

Земледельческий инвентарь монголов: 1 — каменный жернов (Каракорум); 2, 3 — чугунные плужные лемехи; 4 — отвал плуга (Тува).

Присутствие монголов по всей Евразии обнаруживается по ряду характерных изделий. Таковы трехногие чугунные котлы и литые втулки-цуны (в виде шестеренок) к осям телег, широкие пятиугольные наконечники стрел укороченных пропорций, серые круговые сосуды со звонким черепком. Пояса с бляхами-обоймами (низавшимися на ремень) и петлями для подвешивания предметов стали признаком служилой знати и быстро стерли этнические границы. Наборы поясов были каменными, бронзовыми или серебряными, украшались рельефным и резным узором, растительным и зооморфным. В их оформлении смешалось несколько восточных традиций (Маньчжурии, Китая, Ирана, Южной Сибири). На разнородной основе сложился специфический официальный художественный стиль евразийского государства. Аристократической принадлежностью стали и наборы серебряной пиршественной посуды: кубок, широкая чаша, ковш, подвешивавшийся к поясу. По разным культурам распространились боевые луки с центральной веслообразной накладкой, длинные костяные пряжки подпруг, женский инвентарь: туалетные щеточки, шарнирные ножницы, S-видные серьги.

Характерные формы монгольских предметов: 1,2 — бляхи поясов; 3 — костяная туалетная щеточка; 4 — наконечники стрел; 5 — костяная подпружная пряжка; 6 — стремя; 7 — гончарные сосуды

Характерные формы монгольских предметов:
1,2 — бляхи поясов; 3 — костяная туалетная щеточка; 4 — наконечники стрел; 5 — костяная подпружная пряжка; 6 — стремя; 7 — гончарные сосуды

К монгольскому языку приспособили существовавшие письмена (курсивное уйгурское — при Чингисхане) и изобрели на их основе собственные (иероглифическое от китайского — в Ляо, квадратное от тибетского — в Юань). Сложилась своя литература, включая историческую. Эпиграфические памятники уйгурского и квадратного письма монголов во множестве найдены и в Азиатской, и в Европейской России. Таковы, например, пай-цзы — металлические пластины— пропуска для посланцев с лаконичной надписью: «Силою Великого Неба, волею Великого Хана — кто ослушается, умрет».

Сибирь: 1 — золотой ковш; 2, 3 — серебряные кубки с золоченым узором

Сибирь:
1 — золотой ковш; 2, 3 — серебряные кубки с золоченым узором

С упадком государственности в XIV-XV вв. монголоязычные народы были частью ассимилированы в областях древних держав (таких, как Китай и Иран), а частью вновь вытеснены в сухие горностепные районы, где географические условия вернули их быт к единственно возможным формам кочевого скотоводства. В лесостепных районах, однако, не был забыт опыт ни городской жизни, ни земледелия. Сохранились и достигнутый социальный уровень, и развитие религиозно-духовной и письменной культуры.

ДАЛЬНИЙ ВОСТОК (КУЛЬТУРЫ ТУНГУСО-МАНЬЧЖУРСКИХ НАРОДОВ)

Образцы монгольского квадратного письма. Печати из Каракорума (1 — костяная, 4 — деревянная), их щитки (2 — увеличено, 5) и оттиск (3)

Образцы монгольского квадратного письма. Печати из Каракорума (1 — костяная, 4 — деревянная), их щитки (2 — увеличено, 5) и оттиск (3)


Географически восток нашей Родины не представляет единого целого, таежные и приречно-лесные культуры, занимающие наибольшее место, соседствуют здесь со степными и приморскими. Запад Восточной Сибири издревле занимали тюркоязычные народы, а в горах жили племена, говорящие по-самодийски. Развитие первых приводит к формированию средневековых курыкан и родственных им народов, во многом определивших сложение якутов-саха и, после омонголивания, бурят. Историческая судьба самодийцев состоит в их постепенной тюркизации. Центральная часть региона к рубежу развитого Средневековья уже монголоязычна. Эта южная волна разрезала тюркоязычный мир, изолировав от степей таежников-якутов. Лесное море с неведомых времен заняли тунгусоязычные предки эвенков, вытеснив к северо-востоку палеоазиатов. Археологически указанные процессы исследуются недавно и изучены недостаточно.

Культура мохэ. Наконечники копий и стрел

Культура мохэ. Наконечники копий и стрел

Восточная часть рассматриваемых земель также была занята тунгусо-маньчжурскими народами. Она может быть разделена на две культурные зоны: лесостепное Приамурье и горное Приморье. Первую отличало давнее взаимодействие с тюркскими народами, Кореей и Китаем, а другую — также и с островами Японии, Сахалином и Курилами. Следует знать, что
современные государственные границы делят Приамурье и Приморье без связи с прежними историко-культурными и политическими рубежами. Российская археология изучает северную периферию средневековых держав, занимавших Маньчжурию и север Кореи, а также древности народов, оставшихся за пределами этих государств.

Государство Бохай и культура мохэ (VIII-X вв.)

Это государство (698-926 гг.) захватывало Приамурье в большой излучине и проникало в Южное Приморье. Сложилось оно южнее, после уничтожения Китаем государства Когурё (668 г.), из нескольких разнородных групп. Главной была восточная ветвь мохэ (существенна роль и древних корейцев, других племен, китайских переселенцев). Название Бохай, географическое по происхождению («Далекое море»), с 713 г. воскресило имя древнего владения, вассального Китаю.

Бронзовое убранство амурских поясов: 1-10— накладки; 11-12— подвески; 13, 14— пряжки

Бронзовое убранство амурских поясов:
1-10— накладки; 11-12— подвески; 13, 14— пряжки

Мохэские сосуды

Мохэские сосуды

Народ, китайцами называемый мохэ, жил от р. Сунгари до низовьев Амура, состоял из семи племен и упоминается с I в. до н.э. как северный сосед корейцев и восточный — древних монголов. К Среднему Амуру вплотную подходили границы Тюркских и Уйгурского каганатов. В борьбе с последним сюда приходили и древнехакасские войска. В государство Бохай вошло лишь одно подразделение мохэсцев, остальные продолжали жить своей жизнью, и именно их памятники наиболее исследованы на российском Дальнем Востоке. Здесь выделяется пять культурных групп, соотносимых с племенами. Хозяйственный тип мохэ сложился внутри континента, и выход части их к морю не сказался на культуре народа. Устойчивость бытовых норм мохэской общности веками противостояла пришлым, в том числе и государственным формам жизни.

Конские бабки с резным узором

Конские бабки с резным узором

Согласно летописям, богатство в обществе определялось числом свиней (в одном хозяйстве достигавшем сотен голов) и домашних рабов. Возделывали просо, пшеницу, коноплю. Разводили лошадей и, в отличие от Китая, пахали на них, а не на волах. Особенно отмечают прекрасную конницу и охотничье искусство. Наряду со стальными и костяными, использовали и каменные наконечники стрел. Копья занимают второе место после лука и стрел, их находят больше, чем в предшествующее и последующее время. В могилах найдены длинные однолезвийные мечи без перекрестий, доспех присутствует ритуально — по нескольку разрозненных пластин. Распространены наборные пояса как тюркского, так и самобытного, амурского типа. У них бронзовые квадратные прорезные пластины с подвесками и большие дугообразные пряжки с пластинчатым, заполняющим рамку язычком.

Археологические памятники мохэ выделяются с IV по XII в. Их отличают вытянутые лепные горшки с широким воронковидным горлом и налепными валиками под венчиком. Другую группу составляют сероглиняные круговые сосуды. Ямные погребения образуют грунтовые могильники. В большинстве это вторичные захоронения костей после выставления умершего на помосте. Мог также производиться обряд культового обезвреживания умершего — разрывания могилы и разрушения скелета. Устраивались и первичные захоронения (полные скелеты лежат на спине с согнутыми ногами). Третье место занимает кремация на месте или на стороне, доля которой с X в. возрастает. Под внешним влиянием начинают хоронить под курганами. Своеобразны орнаментированные конские фаланги-бабки, нередко сопровождающие погребения. Хотя мохэ торговали лошадьми и имели конницу, предметы упряжи у них неотличимы от тюркских. В других сферах культуры VI-X вв. также очень заметны влияния тюркоязычных соседей — самих тюрок, курыкан и древних хакасов: деревянные рамы в погребениях, берестяные покрытия, головы лошадей, поминальные кострища. Встречаются заимствованные горшки, пряжки и бляшки поясных наборов, серьги, пуговицы. Жилища мохэ также демонстрируют культурный синкретизм: то это квадратная полуземлянка с каркасом из четырех столбов и открытым очагом, то наземный дом с отопительной системой внутри П-образной лежанки-кана.

Образцы пластического искусства: 1,2 — бронзовое с позолотой и каменное изображения Будды; 3 — бронзовая фигурка чиновника; 4 — черепичный диск буддийской кумирни

Образцы пластического искусства:
1,2 — бронзовое с позолотой и каменное изображения Будды; 3 — бронзовая фигурка чиновника;
4 — черепичный диск буддийской кумирни

Государство Бохай сложилось как самостоятельная сила, противостоящая Китаю политически, но не культурно. Страна создала собственную письменность, историческую службу и летописи, но они не дошли до нас. Сохранились надгробные камнеписные стелы и описания, сделанные соседями, с каждым из которых (включая Японию) держава имела дипломатические отношения. Наиболее тесными они были с Китаем. Посольства вместе с пушниной не раз даровали рабов. Уже это указывает на сложность государственного устройства и полновластие правителей. Страна делилась на 15 областей, 62 округа, 125 уездов, чиновники — на 9 рангов и 18 степеней, сановники получали кормление и податных крестьян. В державе изобрели систему из 5 столиц (центральной и 4 по странам света). Два бохайских округа располагались в Приамурье и Приморье. Их столицы, как полагают, были на месте г. Уссурийска и в бухте Посьет (юго-западнее Владивостока). Российские археологи обнаружили развалины и портового города. Градостроительная культура была высокой. Квадратные города делились на кварталы. Крепостные стены были без башен и имели две облицовки — наружную и внутреннюю. Внешняя всегда была каменной, внутренняя могла быть деревянной; пространство между ними заполнялось землей. В столичных центрах находилось до десятка храмов и монастырей — исповедовался буддизм. Остатки четырех сельских храмов, занимавших возвышенности на краю поселений, исследованы в Приморье, где вообще больше раскапывается рядовых поселений. Храмы окружались каменными оградами и крылись черепицей.

Городские могильники курганные, числом могут превышать 200 насыпей. Гробницы знати имеют несколько каменных помещений: прихожую, коридор и основную камеру с четырьмя колоннами. Обычны же образованные плитами камеры, к которым ведет короткий ход. Умершие положены в гробы. Среди захоронений простолюдинов есть сожжения, помещенные в простые или облицованные плитами ямы. Часты парные захоронения, известны и вторичные, совершенные через три года после смерти. Инвентарь, кроме 1-2 сосудов, содержал конскую сбрую (для мужчин) и личные украшения (для женщин). Царские погребения, воспринимая китайский ритуал, сопровождались каменной стелой с иероглифической надписью и скульптурами львов. Сельские кладбища грунтовые и из внешних признаков имеют только каменную обкладку по краям могил. Погребенных кремировали на стороне, возможно, также по прошествии трех лет после смерти. Курганы сохраняют древнекорейскую традицию (с китайским влиянием), грунтовые могильники — обычай мохэских племен.

Бохайское хозяйство было многоплановым, с определенной специализацией областей. Пахотное земледелие (суходольный рис, просо, ячмень, гречиха) велось чугунными лемехами и железными серпами, процветало огородничество и садоводство. При раскопках поселений кости коров, лошадей, свиней и собак составляют равные доли. Много костей диких животных и птиц — охота была делом общедоступным. Внешняя торговля являлась государственной, вывозились меха, тюленьи шкуры, панты оленей, мускус, ловчие соколы. Гончары производили круговую керамику (возможно, поливную и фаянсовую). Основные ее формы и орнаментация связаны с предшествующими. Открыты печи для обжига черепицы. Существовали шелкоткацкое ремесло, горное, литейное и ювелирное дело (отливались даже статуи из золота и серебра). Самобытные ажурные бляхи на мужских поясах знаменуют смену тюркской моды тунгусо-манчжурской. Своеобразны наконечники стрел, особенно плоские, с Z-образным сечением.

Государство пало под ударом киданьской державы Ляо, но политическая история впрямую не соотносится с археологией: бохайская культура оказалась самостоятельной, высокоразвитой и стойкой. Пережив 200-летнюю государственность, она питала своими соками не только соседей, но и последующие поколения. Так, на поселениях Приморья непрерывные культурные отложения достигают толщины 2,5 м и бохайские слои плавно переходят в чжурчжэньские. Преемственная эволюция отмечена и в формах материальной культуры.

Государство Цзинь (1115-1234 гг.) и культура чжурчжэней

Типичная планировка городищ: 1 — равнинного бохайского (Брусиловское); 2 — горного чжурчжэньского (Екатириновское), с башнями и внутренними укреплениями; 3 — основные формы канов в жилищах

Типичная планировка городищ:
1 — равнинного бохайского (Брусиловское); 2 — горного чжурчжэньского (Екатириновское), с башнями и внутренними укреплениями; 3 — основные формы канов в жилищах

Политически империя Цзинь наследует многонациональному государству Бохай и прекращает владычество киданей (Ляо), затем, захватывая большую часть земель китайской династии Сун, культура Цзинь питается соками всех названных держав. Эволюция материальной культуры всюду вызвана усилением государственного воздействия: распространением ремесленного производства, ростом и развитием городов, расселением колонистов.

Чжурчжэни фигурируют в летописях с VI-VII вв. как потомки народа, известного Китаю с I тыс. до н.э. С IX-X вв. они заселяют земли к востоку от центральной Маньчжурии, их имя вытесняет этноним мохэ. Архаизм общества, описанный источниками, противоречит данным археологии и 300-летнему государственному опыту населения. Наименьшей административной единицей была пятерка дворов, а наибольшей — 10 тысяч, таково (от пятерок до тумена) было и членение армии. Тягчайшими считались преступления против личности (убийство) и имущественные (ограбление). Семью преступника ожидало рабство, получившее в Цзинь огромное развитие — по два-три раба имел каждый двор. Существовала каторга. В 1135 г. был перенят китайский управленческий аппарат. Население делилось на пять разрядов: чжурчжэни — бохайцы — кидани — китайцы, бывшие в Ляо — китайцы из сунских областей.

Жилища сохраняют два прежних типа: полуземлянки с очагами и наземные жилища с канами. Обогреваемые через каналы лежанки проходят по трем или двум сторонам прямоугольного дома. Согласно летописям, дома целиком деревянные (с дощатой, берестяной, соломенной крышей), входами обращены на восток или юго-восток. Археология выявляет и южные входы. На некоторых поселениях насчитываются углубления от 50 жилищ.

Металлические изделия: 1 — чугунная втулка (цун); 2-6 — железные наконечники стрел; 7 — ножницы; 8 — нож; 9 — топор

Металлические изделия:
1 — чугунная втулка (цун); 2-6 — железные наконечники стрел; 7 — ножницы; 8 — нож; 9 — топор

Сохраняются прежние виды кладбищ: курганные, число которых растет, и грунтовые. По-прежнему погребения бывают трех разновидностей: трупоположения на спине, вторичные (содержащие разрозненные кости) и трупосожжения на стороне. Доля последних нарастает. Под насыпями хоронили в мелких, на высоту гроба, ямах или на горизонте. Курганам с сожжениями придана прямоугольная или квадратная форма. Такие погребения устраивались на подсыпках и имели столбовые постройки (типа помостов или навесов). В захоронениях по-прежнему находится пара сосудов и ограниченный личный инвентарь: бронзовые украшения, наконечники стрел, части портупеи, нож. Преобладает гончарная сероглиняная керамика, лощеная и ангобированная: горшки, корчаги, вазы и кувшины. Украшает их валик на шейке, пояски штампованного и линейно-волнистого орнамента по плечикам. Сохраняются лепные баночные сосуды мохэского типа.

«Когда выходят в бой — все в тяжелых панцирях, искусны в стрельбе с коня», — пишут летописи о чжурчжэнях. Перед нами регулярная армия, выученная в центральноазиатских, а не дальневосточных традициях. В колчанах трехлопастные стрелы сменились гранеными бронебойными и срезнями, используются наконечники z-образного сечения. Хотя по летописям бой начинали конные бронированные копейщики, в памятниках встречается мало копий, зато много боевых топоров (занимающих второе место после лука со стрелами). Личное оружие отличалось от состава государственных арсеналов, рассчитанных на гарнизон, — только из городов происходят своеобразные пики с крюками или ножами на втулках, требовавшие особой строевой выучки. Отряд в 50 воинов был самостоятельным и разделялся на две группы: 20 бронированных копейщиков и 30 панцирных лучников.

Чжурчжэньские городища, продолжая мохэскую традицию, разделяются на равнинные, горные и укрепленные пункты. От предшествующих их отличают башни (полукруглые выступы: угловые и регулярные фронтальные), значительное увеличение высоты валов (до 4-8 м) и их крутизна. Стены периметром до 2 км образованы утрамбованными чередующимися слоями земли и глины толщиной по 5-6 см. Снаружи они поливались водой и зимой становились ледяными. Перед воротами строился полукруглый вал — прием, перенятый от киданей. Часто равнинные городища окружены неукрепленными поселениями. Горные городища в Приморье составляют большинство и принадлежат периоду борьбы с монголами. Они создавались на севере и востоке страны по общему плану. Хотя укрепления имели свободную форму, т.к. зависели от конфигурации вершины, они подчинены строгому канону. Внутри стен выделяются три зоны: жилая (для которой на склонах создавались террасы), административная (защищенная дополнительным валом прямоугольной формы) и военная ставка (2-3 жилища в квадрате самостоятельных стен). Идею укреплений на горах чжурчжэни получили от корейцев, террасирование склонов — черта китайская, создание слоеных валов — китайское изобретение, воспринятое через киданей, планировка валов, идущих либо по гребню, либо по устью распадка, — признак аборигенных мысовых городищ. На примере чжурчжэньских крепостей вновь хорошо видна роль государства в органичном объединении разнородных культурных традиций.

Чжурчжэньские поясные наборы. Бронза

Чжурчжэньские поясные наборы. Бронза

О размерах городов свидетельствует не только величина укреплений, но и плотность застройки. На наиболее изученном Шайгинском городище в Приморье раскопками вскрыто 278 жилищ, 86 амбаров, 65 хозяйственных дворов, 6 общественных зданий, 8 мастерских.

Китайские летописи утверждают, что до XI в. у чжурчжэней не было железа. Археология опровергает тенденциозные свидетельства. В многоотраслевом хозяйстве решающую роль играла металлургия. В государстве Цзинь усовершенствовали и развили чугунное литье. Массовость и стандартизация металлического инвентаря — следствие узкой специализации ремесленников. Наиболее крупные города (как Шайгинское городище) были административными и торгово-ремесленными центрами, в которых ремесленники работали на заказ, на рынок и, видимо, объединялись в профессиональные корпорации. Качество продукции было очень высоким, контроль над ним осуществляло государство. Так, один из департаментов ведал литьем, т.е. металлообработкой. На бронзовых зеркалах отмечены место отливки и имя контролера. Развитие производства обусловило расцвет внутренней и внешней торговли. Чжурчжэньские зеркала достигали на западе Древнехакасского государства. В стране отливалась своя и ходила китайская бронзовая монета, обращались серебряные слитки. Существовали мощеные дороги. Гонцам выдавались серебряные пластины — пайцзы, подтверждавшие их полномочия. На них гравировались два слова: «Должно спешить», — и им никто не перечил. Издавна вывозились золото, жемчуг и лошади.

В стране был распространен буддизм. Культовые изделия находят не только в городах, но и в поселениях. Однако мировая религия захватила далеко не все общество. В империи Цзинь создали две разновидности иероглифического письма — так называемое большое (с 1119 г.) и малое (1138 г.) чжурчжэньское письмо. В них средствами китайской (словесно-слоговой) письменности велась запись некитайской речи, что привело ко многим вариантам записи одних и тех же слов. Письмо существовало дольше государства — до середины XVII в. В России его памятник (стела с надписями об основании буддийского храма в 1413 г.) известен в местности Тыр на Нижнем Амуре.

Империя Цзинь гибнет в борьбе с монгольским нашествием. Часть страны, защищаясь от врага, на короткий срок выделяется в чжурчжэньское государство Восточное Ся (1217-1234). К его памятникам в Маньчжурии и Приморье относится большинство горных городищ.

К оглавлению книги

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1900 Родился Василий Иванович Абаев — выдающийся советский и российский учёный-филолог, языковед-иранист, краевед и этимолог, педагог, профессор.
  • Дни смерти
  • 1935 Умер Васил Николов Златарский — крупнейший болгарский историк-медиевист и археолог, знаменитый своим трёхтомным трудом «История Болгарского государства в Средние века».

Метки

Свежие записи

Рубрики

Яндекс.Метрика