Распад племенных общностей и сложение народностей

К содержанию учебника «История первобытного общества» | К следующему разделу

Основным типом этнической общности, свойственным классической первобытности, было племя. Как и другие исторические типы этносов, племя было осознанной общностью языка и культуры, сложившейся на определенной территории в процессе материального производства и воспроизводства самого человека. Но по сравнению с другими, позднейшими типами этнической общности племя отличалось двумя особенностями. Во-первых, оно не было расчленено на общественные классы и соответственно этому его культура еще была вполне однородной. Во-вторых, оно было или по крайней мере считало себя кровнородственной общностью и соответственно этому его самосознание было самосознанием кровных родственников, потомков одного предка.

Разложение первобытнообщинного строя повело к стиранию племенной специфики этноса. С развитием внутриплеменного расслоения и вызреванием классового неравенства началось расщепление общенародной культуры, стали складываться различия в культуре социальной верхушки и широких слоев населения. Это было началом процесса, заключительную стадию которого В. И. Ленин образно назвал наличием двух культур в каждой национальной культуре. Одновременно вступили в действие многочисленные механизмы разрушения кровно-родственной общности племен. В процессе перехода от родовой общины к соседской стали ослабевать и рваться связи между сородичами. С развитием грабительских войн, сопровождавшихся передвижением населения и завоеваниями, началось массовое смешение родов и племен. Этническому смешению способствовало также примитивное рабовладение с его широко практикующимся отпуском рабов на волю, браками между свободными и рабами и использованием рабынь как наложниц. Племенная эндогамия переставала быть нормой, рядом с общеплеменными родословиями возникали отличные от них благородные генеалогии знати. Словом, социально однородные кровнородственные общности — племена сменялись новыми этническими образованиями, в которых, по характеристике Энгельса, «повсюду были перемешаны роды и племена, повсюду среди
свободных граждан жили рабы, лица, находившиеся под покровительством, чужестранцы».

Эти возникавшие в распаде первобытнообщинного строя новые образования обозначаются в этнографии различными терминами: группа или семья племен, межгрупповая или межплеменная общность. Наиболее удобен предложенный С. А. Арутюновым и H. Н. Чебоксаровым термин «соплеменность». Соплеменность занимала промежуточное место между племенем и первым историческим типом этнической общности классовых обществ — народностью, была переходной формой от племени к народности. Поэтому ее специфика была противоречива, В соплеменностях уже имелось социальное, но еще не было классового расслоения; уже существовала культурная дифференциация, но еще отсутствовало противостояние двух классовых культур. Соплеменности еще по большей части состояли из родственных между собой, близких по происхождению, языку и культуре племен, но в них уже нередко включались также и чуждые по происхождению племена и роды, которые в целях консолидации объединения обычно привязывались к другим племенам вымышленными родословиями. Как и всякая этническая общность, соплеменность характеризовалась определенным единством языка, культуры и самосознания, однако это единство было теперь выражено слабее. Составлявшие соплеменность племена имели свои диалектные отличия, особенности материальной и духовной культуры, сохраняли остатки прежнего племенного самосознания.

Некоторая часть советских этнографов (H. Н. Чебоксаров, В. Ф. Генинг и др.) считает, что соплеменности как совокупности родственных племен были характерны уже для классической первобытности, более того, именно они, а не племена являлись основным типом этнической общности в эпоху первобытнообщинного строя. Часть зарубежных исследователей (В. Нэррол, М. Фрид и др.) идет еще дальше. Они обращают внимание на иерархичность племенной организации и считают искусственным разграничение соподчиненных племенных структур по территориальному, языковому, культурному, брачно-регулирующему, потестарному и другим признакам в их совокупности или хотя бы даже только в их преобладающей части. Действительно, уже у аборигенов Австралии некоторым группам племен была свойственна известная языковая и культурная близость, возникшая отчасти вследствие их родства, отчасти вследствие тесных контактов. Но эта близость имела очень ограниченный характер (по свидетельству одного из крупнейших австраловедов А. Элькина, главным связующим звеном была общность мифологии) и еще далеко не привела к сложению единого надплеменного самосознания. Кроме того, даже такие зачатки межплеменной общности имелись не всюду. Часть зарубежных этнографов вообще усматривает в племени «вторичную» общность, обязанную своим происхождением главным образом сплочению аборигенов в борьбе с европейскими колонизаторами. Но это несомненное преувеличение, основанное на смешении собственно этнического (культурно-языкового) и потестарного (организационного) аспектов племени. Первый из них, как сказано было выше, зародился вместе с дуальной организацией; второй действительно определился сравнительно поздно, в эпоху позднеродовой общины, и вскоре стал теряться в соподчинении племенных структур. Тогда же начал меняться и этнический облик племени. Поэтому скорее правы те исследователи (Ю. В. Бромлей, В. И. Козлов, Л. П. Лашук и др.), которые связывают возникновение соплеменностей как особого типа этнической общности с охарактеризованными выше социально-этническими процессами и относят его только к эпохе разложения первобытно-общинного строя.

Чака — вождь зулу

Чака — вождь зулу

Соплеменности хорошо известны по античным и ранмесредневековым историческим источникам. Ими были, например, ахеяне и доряне древнейшей Эллады или летописные восточнославянские «племена» полян, древлян, вятичей, кривичей, дреговичей и др. Процесс складывания соплеменностей прослеживается и на этнографическом материале, например у одной из групп южноафриканских племен банту. В XVII—XVIII вв. они жили родоплеменным строем, уже перешедшим в стадию своего разложения. В начале XIX в. вождь одного из племен, Дингисвайс, чтобы дать отпор английской агрессии, стал «вооруженной рукой» объединять соседние племена. Ему, а затем его знаменитому полководцу Чаке и их преемникам, продолжавшим бороться с англичанами и бурами, удалось подчинить себе несколько племен и создать сильную военную организацию. Подобное же сильное объединение создали в тех же целях другой вождь — Моселекатсе и его сын Добенгула. В ходе межплеменной и внутриплеменной борьбы усиливалась социальная дифференциация, развивались отношения эксплуатации, происходило массовое перемещение и смешение отдельных групп. В то же время в ходе объединения завязывались экономические связи, шли процессы языковой и культурной интеграции. Весь этот процесс, значительно ускоренный необходимостью обороны от внешнего врага, уже к началу XX в. привел к образованию четко выраженной межплеменной общности, по наименованию родного племени Чаки получившей название амазулу, или зулу (зулусов).

Превращение соплеменностей в народности в основном совпадало с расколом общества на антагонистические классы и появлением государства. Это сопровождалось дальнейшей социально-культурной дифференциацией и замещением еще сохранявшихся кровнородственных связей территориальными. Большую роль в этом процессе играло само государство, почти всегда вводившее взамен племенного деления деление по территориальным округам и в той или иной степени регламентировавшее культурное развитие. В тех случаях, когда государственные границы охватывали несколько соплеменностей, последние превращались в областные общности («земли», «княжества», «графства» и т. д.), долго сохранявшие, но и постепенно изживавшие свои языковые, культурно-бытовые и иные особенности и свое особое самосознание. Соплеменности, разрезанные государственными границами, также постепенно утрачивали свое этническое единство. Но вообще конкретный механизм становления народности изучен пока плохо, как, впрочем, и сам этот тип этнической общности докапиталистических классовых формаций. Ведутся споры о критериях выделения народности вообще и рабовладельческой и феодальной народности в частности; нет единства мнений даже по таким кардинальным вопросам, как правомерность включения в состав античных народностей рабов, а в состав средневековых — феодальной аристократии.

К содержанию учебника «История первобытного общества» | К следующему разделу

В этот день:

Нет событий

Метки

Свежие записи

Рубрики

Updated: 30.10.2014 — 14:34
Яндекс.Метрика