Протонеолитические культуры (IX—VIII тысячелетия до н. э.)

К оглавлению книги / К следующей главе

По сравнению с по-прежнему несколько неясными мезолитическими культурами культуры следующего, протонеолитического периода известны нам гораздо лучше. Новый термин «протонеолит» введен для обозначения периода, в который произошла «неолитическая революция». Хотя есть данные о начале доместикации животных в этот период, но остатки культурных растений пока еще не найдены, возможно по археологической случайности. Во всяком случае, в Иордании, Иране и Анатолии к концу VIII тысячелетия до н. э. мы находим уже вполне установившееся земледелие. Даже несмотря на отсутствие остатков зерен, наличие многочисленных ступок и пестиков, зернотерок и курантов, впервые появившихся в это время, а также существование ям для хранения запасов и вкладышей для серпов, все говорит об изменениях в экономике. В это же время возникают первые многократно перестраивавшиеся постоянные поселения. Появляются могильники и отдельные погребения, содержащие украшения — бусы и подвески, что указывает на то, что у человека было время не только для удовлетворения голода. К этому времени относятся произведения искусства — резные изображения животных и статуэтки верховного божества — богини-матери. Развивается торговля, а в конце периода строятся первые города, обнесенные оборонительными стенами, часто массивными.

Протонеолит в горах Загроса

В это время продолжается культурная дихотомия Ближнего Востока, существовавшая уже в предшествующий период. В предгорьях Загроса различные культуры сменяют зарзийскую. На севере, в Шанидаре (слой Bi) и поселении Зави Чеми Шанидар, найден более богатый материал, чем в поселении Карим Шахир, расположенном на вершине холма, недалеко от Киркука. Аналогичные находки сделаны в Тепе Асьябе, в долине Керман-шаха (Западный Иран); многообещающи новые раскопки в Али Коше (Дех Луран) в Сузиане, поскольку они содержат глубокие слои, которые недоступны на других памятниках. Пока нет окончательных отчетов ни об одном из этих местонахождений, и то, что будет о них говориться, основано на предварительных сообщениях.

Неизвестно, что послужило толчком к переходу от мезолита к неолиту, но потепление, происшедшее к концу X тысячелетия до н. э., после окончания ледникового периода, могло оказать стимулирующее воздействие на население, уже перешедшее к более интенсивному собирательству. По-видимому, путь развития от мезолита к протонеолиту, прослеженный в Шанидаре, прошли и другие поселения, не слишком от него удаленные. Одомашненные овцы появились в нижнем слое поселения Зави Чеми (он датируется 8900 или 9200 гг. до н. э. при новом периоде полураспада 5730 лет). Это поселение, возможно, использовалось только часть года, а расположенная вблизи пещера Шанидар служила более надежным убежищем во время суровой зимы. Овальные или круглые каменные основания жилищ на поселении имели очаги. Стены этих хижин или домов были из обмазанных глиной плетней. Следы тростниковых циновок или корзин найдены в слое Bt пещеры Шанидар. Как в пещере, так и на поселении обнаружены ямы для хранения запасов; новые предметы — зернотерки, ступки и пестики — позволяют предполагать, что жители употребляли в пищу желуди, ягоды, орехи, бобы или хлебные злаки. Некоторые из каменных терочников предназначались для измельчения охры. Красная охра, терочник и ожерелье из мелких бус найдены в пещере Шанидар, в погребении молодой женщины, лежавшей в скорченном положении. Это погребение не было единственным в Шанидаре: здесь найден целый могильник с 28 захоронениями. Каменные стенки и дугообразные выкладки, кажется, связаны с культом мертвых.
Высоко была развита каменная индустрия. Оббитые кремневые клиновидные топоры с полированными лезвиями применялись как плотничьи орудия, а более грубые топоры могли использоваться при возделывании земли. Цельные вкладыши вставлялись в костяные основы; в одном погребении в Шанидаре найден вкладышевый костяной нож длиной 20 см, а на поселении Зави Чеми обнаружена несколько более длинная основа для серпа. Вкладыши для серпов здесь встречены впервые, и часть каменного инвентаря продолжает оставаться микролитической, хотя эта черта не столь ярко выражена, как в предшествующем периоде. О существовании торговли говорит использование обсидиана, привозимого с севера, и битума, которым укреплялись в основах каменные вкладыши: он доставлялся с юга, по крайней мере за 160 км. Особенно интересны украшения: бусы и подвески из камня разных пород — стеатита, порфира, известняка, мрамора (?) и даже меди; шиферные подвески с гравированным орнаментом, каменные кольца и браслеты из Карим Шахира и желобчатые полировальные плиты или выпрямители древков стрел.

Характерные орудия и предметы культуры Карим Шахир в Северном Ираке: каменные бусы; кольца; браслеты; зернотерки и желобчатый полировальный камень.

Характерные орудия и предметы культуры Карим Шахир в Северном Ираке: каменные бусы; кольца; браслеты; зернотерки и желобчатый полировальный камень.

Картину дополняют костяные бусы, кольца, шилья и булавки, просверленные зубы животных, фрагмент орнаментированной палетки (?) и несколько фрагментов фигурок животных из необожженной глины.

Материал других памятников мало отличается от описанного: на поселении Гирд Чай найдено некоторое количество обсидиановых орудий, но жилища здесь не обнаружены, как и в Карим Шахире. Несколько культурных горизонтов также без следов жилищ обнаружено в Малефаате, который Р. Брейдвуд рассматривает как заключительную фазу реконструируемой им культуры Карим Шахира. Материалы, свидетельствующие об охоте, здесь незначительны, но нет и определенных данных об одомашнивании животных. Наконец, в Тепе Асьябе (долина Керманшаха, в Западном Иране) найдено несколько ям, одна из которых содержит многочисленные человеческие копролиты. При анализе их не обнаружено остатков растительной пищи или хлебных злаков. Жители питались ящерицами, лягушками или жабами, которые, видимо, служили сезонной пищей полубродячих пастухов. В данном случае, очевидно, представлено хозяйство, нетипичное для первого оседлого населения этого района, поселения же с типичным хозяйством пока не обнаружены.

Наши сведения об этом культурном периоде в горах Загроса очень неполны, многое еще предстоит выяснить. Прежде чем перейти к описанию следующего периода, необходимо обратиться к западным районам и остановиться на протонеолитической натуфийской культуре — палестинском эквиваленте загросской.

Протонеолит в Палестине и Иордании: натуфийская культура

Мезолитическая культура Кебары сменилась здесь столь же широко распространившейся натуфийской культурой. Генетическая связь между двумя этими культурами не прослеживается, и происхождение натуфа остается неясным. Пришельцы селились в пещерах и на площадках перед ними (на горе Кармел и в Иудейских горах) или сооружали жилища на открытых местах, где отсутствовали естественные укрытия. Предпочитали террасы, обращенные в сторону болот и богатых охотничьих угодий, недалеко от водных источников. Пещеры горы Кармел — Эль Вад, Вади Фалла (Нахаль Орен) и Кебара — выходят на болота побережья Средиземного моря, а поселение Эйнан (Айн Маллаха) обращено к топям и болотам оз. Хуле.

План части натуфийского поселения в Эйнане с круглыми жилищами и ямами для хранения: а — гробница вождя; б — очаг в круглом доме. Обратите внимание на использование в качестве могил ям для хранения припасов

План части натуфийского поселения в Эйнане с круглыми жилищами и ямами для хранения:
а — гробница вождя; б — очаг в круглом доме. Обратите внимание на использование в качестве могил ям для хранения припасов

Иерихон обязан своим возникновением мощному водному источнику, а Бейда, близ Петры, расположена на террасе, выходящей к воде. Радиокарбонная дата 9551 г. до н. э., полученная из возможного «святилища», построенного в Иерихоне, на материке, дает основание предположить, что натуфийская культура, как и ее загросские аналоги, возникла ненамного позже начала X тысячелетия до н. э., так как орудия из этого слоя относятся к раннему натуфу.

Культура эта с большим основанием считается протонеолитической: хотя животные еще не были приручены (установлено, что так называемая натуфийская собака была на самом деле палестинским волком), наличие серпов и вкладышей для них, ступок и пестов, зернотерок и курантов с несомненностью свидетельствует о сборе, приготовлении и употреблении в пищу съедобных растений — дикой пшеницы и ячменя, бобовых и орехов. Обмазанные глиной ямы предназначались для хранения излишков пищевых продуктов, но самих остатков хлебных злаков, бобовых или орехов и ягод до сих пор не найдено. Более того, набор оружия и орудий позволяет считать, что охота и рыболовство были основными источниками пропитания.

Во время раскопок важной ранненатуфийской деревни—поселения Эйнан — были получены следующие данные о местной фауне или, скорее, «рационе» жителей: дикий бык, козел, лань, газель, дикий кабан, гиена, лиса, заяц, мелкие хищники и грызуны, бесчисленные птицы и рыбы, черепахи, ракообразные и улитки из оз. Хуле. Находки с горы Кармел добавляют к этому списку еще медведя и леопарда, благородного оленя, косулю и лошадь (или осла?). Примечательно, что овца, уже одомашненная в Зави Чеми, здесь отсутствует. Фауна из открытого ранненатуфийского поселения Бейда еще не изучалась, но, видимо, здесь мог быть дикий козел.

Очевидно, рыболовство имело большое значение для ранних натуфийцев, особенно для жителей Эйнана, на оз. Хуле, и поселения Вади Фалла, на побережье Средиземного моря. Частой находкой являются рыболовные крючки, а гарпуны встречаются даже в удаленном от побережья Иерихоне (натуфийская культура — единственная ближневосточная культура, где они применялись).
В пещерах и на террасах перед ними найдены остатки примитивных строений. В Вади Фалла (Нахаль Орен) края террасы поддерживали внушительные подпорные стены, но в других местах следы сооружений незначительны. Поэтому исключительную важность приобретают раскопки открытого поселения в Эйнане. Здесь были тщательно изучены три сменивших друг друга поселения с бесчисленными полами и перестройками; все они относятся к раннему и, возможно, частично к среднему натуфу. Поселение состояло приблизительно из 50 круглых домов диаметром около 7 м каждый, располагавшихся вокруг площадки с большим количеством обмазанных глиной ям колоколовидной формы — видимо, для хранения пищи. Площадь всего поселения составляла не менее 2000 кв. м.

Погребение натуфийской культуры в Эйнане, принадлежащее вождю IX тысячелетия до н. э. Помещение с обмазанным глиной и окрашенным в красный цвет парапетом после размещения покойного было заложено камнями и на них сложен очаг. Возможно, первоначально сооружение служило домом вождю, затем в нем похороненному.

Погребение натуфийской культуры в Эйнане, принадлежащее вождю IX тысячелетия до н. э. Помещение с обмазанным глиной и окрашенным в красный цвет парапетом после размещения покойного было заложено камнями и на них сложен очаг. Возможно, первоначально сооружение служило домом вождю, затем в нем похороненному.

Дома были построены из камня, их стены сохранились на высоту до 1 м. Они обмазывались глиной; полы иногда были углублены ниже уровня поверхности земли. Верхняя часть домов делалась, возможно, из тростника и циновок — неисчерпаемым источником тростника было близлежащее озеро. Коническую кровлю поддерживал центральный столб. В центре комнаты или сбоку располагался каменный очаг, на полу стояли ступки и лежали пестики. Часто погребения детей и подростков делали под полом, под каменными плитами. Умершего сопровождал немногочисленный инвентарь, чаще всего ожерелья из средиземноморских раковин dentalium, похожих на клыки. Лучшие экземпляры изделий из этих раковин — диадемы или головные уборы — были найдены в скорченных погребениях пещеры Эль Вад. Другие ожерелья изготавливались из фаланг (костей стопы) газели.

В Эйнане на поселении обнаружены погребения трех видов: индивидуальные; коллективные в ямах, часто содержащих три костяка, два из которых обращены лицом друг к другу; коллективные вторичные, т. е. погребения останков после предварительного удаления мягких тканей. В последнем случае часто в одном погребении находятся части скелетов нескольких людей.
Большинство погребений содержит красную охру. Наиболее интересным в натуфийской культуре является погребение вождя, найденное в Эйнане. Оно относится к среднему строительному горизонту; круглая гробница диаметром 5 м и глубиной 0,8 м, возможно, первоначально была жилищем этого вождя. Гробницу окружал парапет, обмазанный глиной и окрашенный в красный цвет; по краю его выложен круг из камней диаметром 6,5 м. В центре гробницы лежали два полностью сохранившихся скелета. Они были положены на спину, ноги, отделившиеся после разрушения тела, были перемещены. Один из скелетов, принадлежавший взрослому мужчине, был частично перекрыт камнями и опирался на каменную кладку; лицо было обращено на снежные скалы горы Хермон. У другого скелета, по-видимому женского, сохранился головной убор из раковин dentalium. Ранее погребенные здесь останки были сдвинуты (поэтому их черепа оказались смещенными), чтобы освободить место для этих покойников. Затем погребение засыпали землей, а сверху соорудили каменную вымостку, на которой был сложен очаг. Около очага положен еще один череп, и поверх насыпанной земли была сделана еще одна вымостка, круглая, диаметром 2,5 м, окруженная низкой стеной. В центре последней вымостки лежали три больших камня, окруженные маленькими.

Это открытие демонстрирует важное значение, которое придавалось погребению натуфийского вождя, а также древность некоторых погребальных обрядов, существовавших в докерамических культурах Иерихона на протяжении последующих двух тысяч лет. Антропологические данные свидетельствуют о том, что натуфийцы принадлежали к евроафриканской расе, были приземисты, с удлиненными черепами (долихоцефалы). Средний их рост — несколько более 150 см.

Орудия, оружие и украшения натуфийской культуры в Палестине: а — серп из Мугарет эль-Кебары; б — рукоятка серпа с головой оленя из Эль Вада; в — фигурка травоядного животного из У мм эз-Зувейтины.

Орудия, оружие и украшения натуфийской культуры в Палестине:
а — серп из Мугарет эль-Кебары; б — рукоятка серпа с головой оленя из Эль Вада; в — фигурка травоядного животного из У мм эз-Зувейтины.

Выше уже говорилось об орудиях натуфийцев. Каменная индустрия основывалась на использовании местных материалов, а привозной обсидиан отсутствовал. Для орудий и оружия они использовали кремень и кремнистый известняк; известны грубые остроконечные орудия, возможно использовавшиеся при земледельческих работах, долота, резцы и их многочисленные разновидности для резьбы по дереву и кости. Постоянно встречаются вкладыши для серпов, которые вставлялись в костяные основы, часто заканчивавшиеся изображением животного (ранняя натуфийская культура). Есть и микролиты, но в Эйнане они не столь распространены, как в более западных пещерах. Среди них особенно многочисленны пластинки, похожие на узкий месяц, которые, возможно, были частью составных орудий; микрорезцы редки. Богатый и хорошо стратифицированный комплекс каменных орудий Эйнана дает несколько отличное от традиционного, основанного на старых данных представление о натуфийской культуре. В Эйнане, в частности, нет наконечников стрел; следовательно, применение лука и стрел не было известно. Из местного базальта изго¬тавливали ступки и пестики, зернотерки и куранты. Каменные сосуды встречаются реже, чем в более восточных культурах.

Каменные предметы из натуфийского поселения в Эйнане: а — базальтовая чаша; б — схематичная человеческая головка и фрагменты орнаментированных сосудов; в — костяной шпатель — из Эйнана; г — голова газели из погребения в Вади Фалла.

Каменные предметы из натуфийского поселения в Эйнане: а — базальтовая чаша; б — схематичная человеческая головка и фрагменты орнаментированных сосудов; в — костяной шпатель — из Эйнана; г — голова газели из погребения в Вади Фалла.

В Эйнане, Кебаре и Вади Фалла найдены базальтовые кубки и фрагменты орнаментированных снаружи чаш и мисок. Круглые ямки между горизонтальными линиями на чашах и зубчатый рельефный узор на венчиках мисок говорят об интересе к орнаментике, более нигде в этот период не известном. Найдены также гальки с выемками, использовавшиеся как грузила для рыболовных сетей, просверленные плоские круглые гальки и желобчатые камни для полирования костяных орудий. Есть палетки с небольшими углублениями, сохранившие следы красной охры, раковины пресноводных моллюсков, заполненные тем же составом, костяные шилья для сшивания шкур, короткие плоские иглы или шилья, костяные основы для серпов, плоские ложки или шпатели.

И, наконец, немалое значение имеет то, что в раннем натуфе существовала склонность к созданию произведений искусства, выполненных то натуралистически, то условно. Известняковая статуэтка в виде согбенной фигуры из пещеры Умм эз-Зувейтина или рукоять серпа из Эль Вада, изображающая оленя, являются великолепными образцами натуралистического искусства, достойными верхнего палеолита Франции. Звериная голова на ручке серпа из Кебары, найденные недавно человеческие головки из Эйнана или газели из могильника в Вади Фалла демонстрируют определенную схематизацию черт животных или человека, тем не менее очень яркую, жизненную. Не следует забывать и эротическую группу из Айн Сахри, хранящуюся ныне в Британском музее.

Такие произведения искусства не встречаются после ранненатуфийского периода. Возможно, что, как и многие ее преемники, натуфийская культура в Палестине была застойной. За ранним натуфом следуют еще два периода, средний и поздний, о которых известно очень немного. Эйнан был покинут, а ранненатуфийское поселение Бейда постепенно заносится двух¬метровым слоем стерильного песка. Позднейший период натуфа представлен несколько лучше находками в пещерах, но материал из них сводится лишь к каменным и костяным орудиям, которые изготавливаются теперь менее тщательно. В это время появляются наконечники стрел, часто с выемками.

Видимо, главную роль в развитии этой культуры играли не пещерные стоянки, а поселения в долине Иордана. В Иерихоне сгорело ранненеолитическое святилище, и поселение возобновилось поверх него на холме (телле) около 4 м высотой. Планировка домов этого протонеолитического поселения неясна; жилища строили из комков глины. Каменные орудия имеют натуфийский облик, но теперь впервые появляется обсидиан — это указывает на начало контактов с Анатолией. В Сирии, Палестине, Иордании, Ираке или на Кипре месторождения обсидиана неизвестны. Дата этого поселения опускается, быть может, до IX тысячелетия до н. э. Еще нет следов одомашнивания животных или выращивания злаков, но начало земледелию, видимо, было положено, судя по внезапному распространению влияния Иерихона, в следующем периоде, в VIII тысячелетии до н. э., известном как докерамический неолит А.

Докерамический неолит А Иерихона

До сих пор неясны причины превращения Иерихона из маленького протонеолитического поселения с жалкими хижинами или шалашами в город площадью не менее 4 га. Между культурой «первоначального телля» и культурой нового города, который, видимо, построен около рубежа IX и VIII тысячелетий до н. э., натуфийская традиция не прерывается. Каменная индустрия является, по существу, продолжением натуфийской предшествующего периода, но к ней добавляется богатый набор костяных орудий.

Интенсивное развитие Иерихона почти несомненно предполагает начало возделывания в этом оазисе, расположенном на 200 м ниже уровня моря, пшеницы и ячменя. Предполагается, что к этому времени уже существовало земледелие, а не только собирательство съедобных злаков. Найдены бесспорные хранилища для зерна, но из опубликованных отчетов неясно, были ли обнаружены обгоревшие зерна или их отпечатки на кирпичах и обмазке. Об одомашнивании животных свидетельств все еще нет: мясную пищу могла доставлять охота на газелей.

Возникший город состоял из круглых домов на каменных фундаментах со стенами из сырцового кирпича, одна поверхность которого выпуклая. Эти сооружения явились существенным достижением по сравнению с жалкими хижинами предыдущего периода. Полы были углублены ниже уровня земли, в дом входили через дверной проем с деревянными косяками. Вниз вели несколько ступенек. Большинство домов состояло из единственной круглой или овальной комнаты диаметром 4—5 м, перекрытой сводом из переплетенных прутьев. Потолок, стены и пол обмазывали глиной.

Вначале городок не был укреплен, и строительству оборонительной системы предшествовало не менее трех периодов существования круглых домов. С ростом богатства жителей поселения и появлением сильных соседей для обороны оказались необходимы стены. Оборонительная система Иерихона достаточно внушительна. Без применения кайл и мотыг в скале был вырублен ров шириной 8,5 м, глубиной 2,1 м. За рвом выстроена каменная стена толщиной 1,64 м, сохранившаяся на высоту 3,94 м. С повышением уровня поверхности земли из-за накопления внутри поселения слоя мусора были произведены две перестройки, в результате которых высота каменных стен достигла 5 м. Выше следовала кладка неизвестной высоты из сырцового кирпича.

При раскопках найдена большая круглая каменная башня, сохранившаяся на высоту 8,15 м, с тщательно сложенной внутренней лестницей, ведшей наверх. 28 ступенек и наклонная крыша башни были сложены из цельных каменных плит шириной 1 м. У подножия лестницы в восточную часть башни вел проход длиной 3, 94 м, высотой 1,7 м. К цистернам неправильной формы, тщательно обмазанным глиной, в северной части башни вел канал для сбора дождевой воды. Аналогичное сооружение в южной части считают хранилищем для зерна. Башня существовала долго; во время перестроек городской стены к ней были добавлены два панциря; цистерны для воды тоже ремонтировали. Наконец, когда башня перестала использоваться по назначению, в ее проходе стали устраивать погребения, проход заложили, а прежние хранилища стали использовать как жилища. Эти помещения тоже часто перестраивали, а одно из них, погибшее при пожаре, дало радиокарбонную дату 6935 г. до н. э. После этого насчитывается еще четыре периода существования круглых домов, а затем городская стена обвалилась и начала размываться. По-видимому, город после этого наконец опустел.

Долгое существование города докерамического неолита А прослеживается и в других траншеях, где может быть выделено не менее 23 строительных периодов. Вероятно, башня была построена в начале VIII тысячеле¬тия до н. э.

Иерихона периода докерамического неолита А. На плане (а) и фотографии (б) башни виден выход; в — вид главной траншеи с круглой башней на заднем плане, городской стеной, материковым слоем и выбитым в скале рвом

Иерихона периода докерамического неолита А. На плане (а) и фотографии (б) башни виден выход; в — вид главной траншеи с круглой башней на заднем плане, городской стеной, материковым слоем и выбитым в скале рвом

Встает один вопрос, на который раскопки пока не дали ответа: можно ли думать, что через более или менее равные промежутки вдоль стены существовали башни, подобные раскопанной? Или она была главной башней (донжоном) поселения, служа дозорной, подобно нурагам поселений Сардинии или брокам Шотландии, также располагавшимся внутри стен? Сооружение этой оборонительной системы потребовало громадной затраты труда, применения значительной рабочей силы, существования центральной власти для планирования, организации и руководства работами и материальных излишков для их оплаты. Численность населения в этом городском центре могла достигать двух тысяч человек, причем эта цифра, возможно, занижена. Предполагается, что оборонительная система была построена для защиты от пришельцев, которые в конце концов заселили Иерихон в период докерамического неолита В. Есть сведения, что он формировался в Палестине уже в этот период. Очевидно, появление носителей культуры неолита В представляло серьезную опасность для Иерихона, потому что никто не стал бы строить стен такого размера только против мародеров-кочевников.

План поселения докерамического неолита А в Вади Фалла (Нахаль Орен, слой II) с круглыми домами и террасами.

План поселения докерамического неолита А в Вади Фалла (Нахаль Орен, слой II) с круглыми домами и террасами.

Остается решить одну важную проблему. На какой экономике основывалась мощь Иерихона? О мощи свидетельствуют укрепления, о самом заброшенном городе известно мало. Предназначенные для торговли запасы — первое, что уносят, когда люди покидают свое место. Охота и рыболовство, очевидно, не могли послужить основой роста Иерихона, и, чтобы прокормить население в две тысячи человек или более того, надо было заниматься земледелием. Однако не похоже, чтобы оно процветало в Иерихоне, расположенном 200 м ниже уровня моря, больше, чем в других районах Палестины.

Должен был существовать другой источник доходов, и им могла быть торговля. Иерихон был расположен удачно для коммерческих предприятий: он контролировал ресурсы Мертвого моря, соль, битум и серу, полезные для древних обществ продукты. Обсидиан, нефрит и диорит из Анатолии, бирюза с Синая и раковины каури из Красного моря найдены в руинах города, только небольшая часть которого раскопана. Если бы были открыты мастерские и склады, должны были добавиться и многие другие материалы. Фактически очень небольшое количество материала этого периода из Иерихона было опубликовано. Каменная индустрия является развитием протонеолитической, а наконечники стрел редки. Каменные сосуды хорошего качества не найдены, и вместилища, вероятно, делали из кожи и битума или плели. Погребальный обряд не претерпел больших изменений: покойников хоронили под полом. Группы черепов без скелетов говорят о существовании вторичных погребений, а скопление детских черепов, найденное под сооружением в форме бассейна, может быть остатками человеческого жертвоприношения.

Иерихон недолго был единственным поселением этого периода в Палестине. В Вади Фалла (Нахаль Орен), на горе Кармел, над натуфийскими слоями, найдены круглые каменные дома диаметром от 2 до 5 м, в каждом из которых был центральный, обложенный камнями очаг. Строительная традиция наследует приемы, зафиксированные в Айн Маллахе, но каменная индустрия иная. Она была названа «тахунийской». Каменные сосуды (главным образом из известняка), полировальные камни, удлиненные зернотерки, камни с желобами, вкладыши для серпов, наконечники стрел, пилки, плоские каменные топоры, топорытранше и остроконечные орудия указывают на существование смешанного хозяйства в этом поросшем редким лесом районе. Подобная индустрия обнаружена в Абу Суване, близ Джераша.

Более примечательно поселение в Бейде, близ Петры, в 320 км к югу от Иерихона. Здесь четвертое поселение, занимавшее площадь около 4000—8000 кв. м, состояло из многочисленных, частично углубленных в землю домов подпрямоугольного плана, т. е. с более или менее прямыми стенами и закругленными углами8 Нижняя часть построек сложена из камня, из тщательно подогнанных плит, а стены и потолок покрыты известковой обмазкой. Каждый дом с прилегавшей к нему кухней и кладовыми стоял отдельно от других. Планировка представляет разновидность докерамического неолита Иерихона А, но обмазка полов и «тахунийская» индустрия с наконечниками стрел и сверлами связывают это поселение с докерамическим неолитом В. Здесь прослежено семь строительных периодов; четвертый сверху, погибший при пожаре, дал радиокарбонную дату 7090 г. до н. э. при высоком периоде полураспада. Таким образом, это поселение существовало между 7200 и 7000 гг. до н. э. или около этого времени. Особый интерес имеют два момента: применение цветных, кремовых, темно-желтых, коричневых и красных обмазок, а также многочисленные отпечатки зерен в обмазке, предполагающие высокое развитие земледелия.

Насколько мы можем судить, этот уровень развития характеризует высшую ступень местной натуфийской традиции в Палестине.

Следующая культура — докерамический неолит В (VII тысячелетие до н. э.) — была северного, сирийского или даже анатолийского происхождения. Видимо, с этого времени бедная природными ресурсами Палестина становится провинциальным районом в сравнении с севером. Ее раннее развитие могло быть результатом естественного распространения здесь дикой пшеницы и ячменя. Их отсутствие в Сирии могло задерживать аналогичное развитие культуры до более позднего времени.

К оглавлению книги / К следующей главе

К оглавлению книги / К следующей главе

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1928 Родился Эдуард Михайлович Загорульский — белорусский историк и археолог, крупнейший специалист по памятникам средневековья, доктор исторических наук, профессор.
  • 1948 Родился Сергей Степанович Миняев — специалист по археологии хунну.
  • Дни смерти
  • 1968 Умерла Дороти Гаррод — британский археолог, ставшая первой женщиной, возглавившей кафедру в Оксбридже, во многом благодаря её новаторской научной работе в изучении периода палеолита.
  • Открытия
  • 1994 Во Франции была открыта пещера Шове – уникальный памятник с наскальными доисторическими рисунками. Возраст старейших рисунков оценивается приблизительно в 37 тысяч лет и многие из них стали древнейшими изображениями животных и разных природных явлений, таких как извержение вулкана.

Метки

Свежие записи

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика