Предисловие

К содержанию книги «Эпоха викингов в Северной Европе и на Руси» | К следующей главе

Первое издание этой книги «Эпоха викингов в Северной Европе» в 1985 году было первым самостоятельным, собственно авторским исследованием социально-исторического феномена Скандинавии IX-XI вв., выполненным российским университетским ученым и предложенным отечественному читателю. Переводной зарубежной литературы по этой теме в те советские годы практически не существовало. Ведущий отечественный специалист по ранней скандинавской медиевистике, безусловный «неформальный лидер» советской скандинавистики последних десятилетий XX столетия А. Я. Гуревич в 1966 году издал в научно-популярной академической серии небольшую книгу «Походы викингов» (Гуревич 1966), краткую и высококачественную компиляцию основных обзорных скандинавских и западноевропейских работ. Собственные его фундаментальные труды по ранней норвежской истории, выходившие в академических изданиях в те же годы (Гуревич 1968,1977), тщательно обходили проблематичную «викингскую» тематику (хотя имели колоссальное значение для осмысления специфики и своеобразия перехода скандинавского общества к» средневековому строю феодальной Европы).

Очевидная связь «проблемы викингов» с «варяжским вопросом», начальным, а потому ключевым вопросом русской истории, отнюдь не стимулировала углубленной разработки российскими историками достаточно труднодоступного скандинавского материала. В специальных работах по истории Швеции и других скандинавских стран (Ковалевский 1977; История Швеции 1974; История Норвегии 1980) «доисторическая» эпоха викингов рассматривалась кратко и компилятивно, в основном с точки зрения отнесения ее к той или иной «общественно-экономической формации», первобытнообщинному строю или феодализму. Плохо вписываясь в характеристики той и другой стадии обязательной для «марксистско-ленинской исторической науки» схемы общественного развития, она как бы «выносилась за скобки» магистрального исторического процесса.

Опыт самостоятельного обращения к скандинавскому материалу опирался на сохранявшуюся в Ленинграде со времен послесталинской «оттепели» традицию «петербургской научной школы» исторической науки (Аль 2001), прежде всего — российской скандинавистики, и во многом — петербургской школы российской археологии. Именно эта традиция в середине 1960-х позволила подойти к объективному изучению «норманской проблемы» и русско-скандинавских связей в начальные века истории Восточной и Северной Европы (Шаскольский 1965; Исторические связи 1970). Переход в русле этих исследований к материалу собственно Скандинавии был закономерным, хотя нелегким и трудоемким (Лебедев 1970,1972, 1977,1979, 1985).

Два десятилетия, прошедшие со времени подготовки и появления этой первой отечественной научно-исследовательской монографии по «викинговедению», были исключительно насыщенными и плодотворными для развития рассматриваемой проблематики как в России, так и в Скандинавии, и в целом — в Европе и мире. Если в 1962г. воображение массовой публики потрясли голливудские «Викинги», впервые вынесшие на киноэкран экзотические и притягательные образы северных воителей забытой эпохи, то сорок лет спустя эти образы стали «своего рода торговой маркой Скандинавии» (Роэсдаль 2001:4). И эта массовая популярность эпохи, отделенной от нашего времени тысячелетием, опирается отнюдь не только на художественное воображение творцов масс-медиа и активность туристических агентств.

Завершившие трагический и беспрецедентный по масштабам своего исторического опыта XX век, 1980-90-е годы «подведения итогов» и мучительных порою размышлений мировой науки о «конце истории», в советской и постсоветской России, в странах Балтии, Польше, Германии, Финляндии и собственно в Скандинавских странах стали временем подлинного научного прорыва, обобщения результатов многолетних штудий и осуществления масштабных исследовательских проектов, освоения огромных объемов исторического и археологического материала и все более массовых экспериментов по его реконструкции, опытному изучению в условиях «оживающей истории», активного вовлечения в контекст актуальной культуры.

В начале 1960-х — середине 1980-х годов «памятники викингов» в Скандинавии пребывали в почетном, но малоподвижном полузабвении. Остров Бьоркё с заповедными полями на «Черной Земле» и курганами Бирки посещали туристы, но главный исследователь и публикатор полученных в XIX в. материалов этого центрального памятника шведской эпохи викингов, Хольгер Арбман (1904-1968), до конца дней так и не добился права на осуществление собственных, новых раскопок. Шведские «рокеры» еще в 1990 году гонялись на мотоциклах по величественным курганам Старой Уппсалы. Цикл исследований «вика на Шлей» Хайтабу, на границе Дании и Германии в Шлезвиге, прерывавшийся в годы Второй мировой войны, был успешно завершен, но предстояли десятилетия кропотливой обработки находок, и только затем — музеефикация древнего городища и создание первого германского «Музея викингов». Знаменитые королевские курганы и «корабли викингов» Гокстада и Усеберга в прославленном на весь мир музее Осло давно уже были национальной гордостью Норвегии, но в Дании 1970-х, на основе первых «подводных раскопок» закладывались первые организационные устои нового, собственного «Музея кораблей викингов» в Роскильде, а в Швеции лишь в 1987 году был выполнен первый опыт «новодела» (реплики) мореходной «ладьи викингов» (Crumlin-Pedersen 1988:544). В те же годы первые «ладьи» с добровольцами Русского Географического общества вышли в археолого-навигационные плавания на «Пути из Варяг в Греки» по рекам Восточной Европы, России, Белоруссии и Украины от Балтики до Черного моря (Лебедев, Жвиташвили 1999).

Ныне «Путь из Варяг в Греки» стал темой ряда международных экспозиций в России и за рубежом (начиная с монументальной выставки в Московском Кремле 1996 года). Бирка, самый известный «город викингов» на Балтике и «древнейший город Швеции», после масштабного государственного проекта, без малого десятилетних археологических исследований культурного слоя и застройки городского поселения, стала едва ли не первым по популярности объектом шведского туризма, и его обслуживает из Стокгольма, столицы Швеции, специализированная теплоходная компания «Birka-line» (не менее известная, чем международная «Viking-line»). В 1997 году торжественно отметил свое тысячелетие (997-1997) Трондхейм в Норвегии, древний Нидарос, «город Святого Олава» и «конунга-викинга», русского варяга Олава Трюгтвасона. Туристские трассы проложены к курганам Еллинге и застройке Рибе, валам Орхуса и Оденсе в Дании, выстроены заново из местного камня мощные стены и каменные дома Экеторпа на Эланде, по музеям мира путешествуют монументальные «картинные камни» Готланда (впервые вывезенные с родины в ленинградский Эрмитаж в 1979 году, по инициативе автора этих строк, поддержанной авторитетным сотрудником Эрмитажа, ведущим исследователем Старой Ладоги тех лет О. И. Давидан и реализованной Бьорном Амброзиани, преемником X. Арбмана, осуществившим позднее раскопки городского культурного слоя Бирки). В начале XXI века посетители Треллеборга могут любоваться земляными валами и войти в интерьер «большого дома» королевской крепости — «лагеря викингов» в Дании, в Норвегии — посетить восстановленный двор местного конунга в Борге на Лофотенских островах, а в Швеции — любоваться неприкосновенными «королевскими курганами» Старой Уппсалы сквозь стеклянную стену суперсовременного музея в этой древней резиденции легендарных Инглингов.

«Ментальная революция» современного мира в конце минувшего XX века проявилась не только в более свободном и многостороннем стремлении к объемному и адекватному видению прошлого, своего рода «аксонометрии», способной устранить искажения исторической перспективы. Вместе с методологией совершенствовалась и методика исследований. Сопоставления исторических данных (а прежде всего материальных археологических фактов, «объективизирующих» историческую действительность прошлого) становились, при всей скрупулезной осторожности, нормативной для археологов, все более точными, масштабными и смелыми, очерчивая принципиальное единство ритмов и темпов процессов во всем европейском и сопредельном с ним пространстве на рубеже I и II тысячелетий от Рождества Христова, ровно тысячу лет тому назад впервые связавших Европу в единое целое феодально-христианского Средневековья.

Европейское единство, представляющееся ныне либо желаемым идеалом, либо — само собой разумеющейся данностью, в историческом прошлом реально сформировалось лишь тысячу лет тому назад, и не последним, но очень значимым звеном в этом процессе было Крещение Руси в 988 году (Тысячелетие Крещения, торжественно отмеченное на исходе советской эпохи в 1988 году, было по-своему столь же значимым историческим рубежом). Становление этого единства и тысячу лет тому назад, и сейчас означало преодоление предыдущего разделения: как в XX веке — на «социалистический лагерь» и «свободный мир», так с І по X век — наследованное от античности деление, в финальной редакции, на христианско-эллинистический и латинизированный мир Римской империи (и ее каролингских и византийских правопреемников) и языческий «Барбарикум».

«Эпоха викингов» представляла собою последний коллапс этого разделения. «Язычники Севера», норманны, обрушились на историческую арену Европы не менее грозно, чем гунны и готы, сокрушившие собственно Римскую державу (но отнюдь не Римский мир, Pax Romanorum европейского христианства). Однако сходили с этой арены, на исходе эпохи викингов, крещеные скандинавы, организованные в первые на Севере государства «христианских королей». И в становлении христианской Европы рядом с величественными фигурами киевских князей Владимира Святого и Ярослава Мудрого по праву стоит их современник и родич, конунг и креститель Норвегии, Олав Святой (годы правления 1015-1030), со времен своей мученической гибели и посмертного прославления — небесный патрон Скандинавских стран.

«Миллениум христианства» в Европе, по сути дела, разворачивающийся, как и во всем христианском мире, с 2000 по 2033 гг. (точного хронологического соответствия Событиям Евангелия), должен включить и эти даты североевропейской и русской истории, отмечая их юбилеи с 1988 по 2030 гг., ибо именно эту тысячу лет тому назад, завершением Крещения Востока и Севера, со времен Владимира Святого и Олава Святого, христианскими стали, по существу, все современные европейские страны. Именно так впервые Европа стала Европой, но именно в этой Европе тысячелетней давности впервые Русью стала — Русь.

Вывод этот, завершавший первое издание данной монографии в 1985 году, подтвердил свою актуальность всем ходом последующих событий XX и первых лет XXI века. Следовательно, прошлое способно и в нашу эпоху дать действенные уроки и наставления настоящему. И если так, то и в наши дни historia magistra vitae est, «история — наставница жизни», а потому и автор может надеяться на заинтересованного и благосклонного читателя.

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1904 Родился Николай Николаевич Воронин — советский археолог, один из крупнейших специалистов по древнерусской архитектуре.
  • Дни смерти
  • 1947 Умер Николай Константинович Рерих — русский художник, философ-мистик, писатель, путешественник, археолог, общественный деятель. Автор идеи и инициатор Пакта Рериха — первого в истории международного договора о защите культурного наследия, установившего преимущество защиты культурных ценностей перед военной необходимостью. Проводил раскопки в Петербургской, Псковской, Новгородской, Тверской, Ярославской, Смоленской губерниях.

Метки

Свежие записи

Рубрики

Яндекс.Метрика