Н. Я. Мерперт — «Неолитическая революция» и ее памятники

К оглавлению книги / К следующей главе

Важнейший этап в истории человечества, в значительной мере определивший все ее дальнейшее развитие, — переход от присваивающей охотничье-рыболовческой и собирательской экономики к производящему хозяйству, развитие и распространение основных его форм. Эти процессы знаменовали начало нового периода древнейшей истории, принципиально отличного от сотен тысячелетий предшествующей эволюции. Они явились переломными как в сфере производства, так и во всех иных областях жизни древнего общества. Обобщая периодизацию Л. Моргана, Ф. Энгельс именно эти процессы положил в основу своей знаменитой схемы, выделив два основных периода истории первобытного общества — дикость и варварство. «Дикость,— писал Ф. Энгельс,— период преимущественного присвоения готовых продуктов природы; искусственно созданные человеком продукты служат главным образом вспомогательными орудиями такого присвоения. Варварство — период введения скотоводства и земледелия, период овладения методами увеличения производства продуктов природы с помощью человеческой деятельности».

Накопление археологических материалов, особенно после второй мировой войны, полностью подтвердило справедливость этой периодизации, заставило ряд крупных западных исследователей обратить особое внимание на ее принцип. Так, видный английский археолог Вир Гордон Чайлд подчеркнул историческое значение перехода от присваивающей экономики к производящей и дал ему наименование «неолитической революции». Известный американский исследователь Ближнего Востока Роберт Брейдвуд разделил древнейшую историю на эпоху присвоения пищи и эпоху производства пищи и выделил в последней ряд этапов. Фактически он воспринял положения Ф. Энгельса, применив их к новым археологическим материалам. В конце 60-х — 70-х годах объем материала еще возрос, что снова вызвало необходимость в его осмыслении. «Моделирование» путей становления земледелия и скотоводства осуществляется на основе разностороннего анализа материала, в котором помимо археологов
принимают участие палеогеографы и палеозоологи, антропологи и палеоботаники. Все концепции, предлагаемые сейчас не только советскими, но и английскими, американскими, французскими, датскими и другими исследователями, строятся на основе признания важности для всей истории человечества перехода от присваивающей к производящей экономике.

Община собирателей, охотников и рыболовов даже в условиях максимально благоприятного природного окружения твердо ограничена в своей численности и производственных возможностях. Она может совершенствоваться в использовании природных ресурсов. В благоприятных экологических ситуациях (морские побережья, районы обитания стадных животных) возможно даже существование долговременных поселений. Но умножить то, что дает природа, добиться качественного изменения природных ресурсов, привести их в соответствие с потребностями численно возрастающих коллективов — этого община охотников и собирателей не может. Этим объясняется медленный рост населения в эпоху присваивающего хозяйства. Человек мог жить только в областях естественного распространения необходимых ему животных и растений. Воздействовать на них, способствовать их распространению на новые территории, акклиматизировать их в первоначально несвойственных им условиях он не мог. Это ограничивало возможности расселения самого человека, вследствие чего была велика разобщенность коллективов, между ними отсутствовал регулярный обмен, была невозможна специализация. Примитивность и разнообразие форм хозяйства, необходимость постоянного участия значительной доли коллективов в добывании («присвоении») пищи обусловливали ограниченность не только возможностей, но и потребностей человека. Узость производственной базы, полная зависимость от естественных условий и их превратностей сдерживали развитие общества в целом, во всех его проявлениях.

Коренные изменения в жизни общества наступили с переходом к производящему хозяйству. Мы вправе говорить о революционном характере этого процесса, вправе согласиться с В. Г. Чайлдом, определившим его как «первую революцию, которая трансформировала человеческую экономику, дала человеку контроль над его собственным запасом пищи». Человек стал производить пищу, постоянно совершенствовать это производство, расширять его масштабы. В этих условиях неизмеримо возросли возможности человека и расширилась сфера его деятельности, одно за другим исчезли ограничения предшествующего периода.

Резко изменился темп роста народонаселения. Весьма показательны здесь материалы некоторых специальных демографических исследований. Американский биолог Эдуард Дивей, широко использовав археологические и этнографические данные, попытался ориентировочно определить численность и плотность населения ойкумены до перехода к производящим формам хозяйства и в период «неолитической революции». Он пришел к заключению, что если раньше на протяжении десятков тысячелетий темп роста народонаселения был весьма незначительным, то примерно за одно тысячелетие «неолитической революции» население ойкумены возросло более чем в 16 раз, превысив 80 млн. человек, а плотность его в древнейших очагах возросла в 2,5 раза и достигла 1 человека на 1 кв. км.

Рост численности и плотности был непосредственным результатом перехода к производящему хозяйству. Не менее значительны были и другие явления, обусловленные этим процессом. Искусственное распространение культивированных растений и одомашненных животных на территориях, отличных от естественной прародины их предков, позволило на новых принципах расширить границы ойкумены. Непрестанно возраставшие потребности производящего хозяйства значительно расширили сферу человеческой деятельности, вызвали появление ее новых направлений, сделали жизненно необходимыми регулярные связи между отдельными коллективами. Познание явлений природы, циклов жизни растений, их роста и созревания, попытки объяснить их обусловили новый этап в развитии мышления и различных областей культуры, археологически фиксируемых прежде всего в сфере изобразительного искусства. Стало иным само распределение времени наших далеких предков: развитие производящей экономики уже не требовало постоянного участия большинства дееспособных членов человеческих коллективов в производстве пищи. Значительный фонд времени был освобожден для развития других отраслей производства и культуры.

Следствием формирования производящего хозяйства явилось появление регулярного прибавочного продукта, а значит, и возможности его концентрации в руках отдельных родов и семей. А это вело к далеко идущим социальным последствиям, знаменовавшим первые ступени длительного процесса разложения первобытнообщинного строя.
Вместе с тем «неолитическая революция» обусловила заметную неравномерность дальнейшего развития различных районов ойкумены. Ведь переход к производящему хозяйству был возможен лишь там, где имелся необходимый для этого процесса природный фон, т. е. в центрах распространения диких предков культурных растений и домашних животных. Определение этих центров и выявление их роли в истории человечества в большой мере связано с исследованиями Н. И. Вавилова. Великий биолог выделил ряд центров происхождения культурных растений, бывших в то же время очагами возникновения земледельческой культуры. Пять таких центров были намечены им в горных тропических и субтропических областях Старого Света — от Балкан до Юго-Восточной Азии, два — в подобных же областях Южной Мексики и Перу. «В сущности,— писал Н. И. Вавилов,— только узкая полоса суши земного шара сыграла основную роль в развитии земледелия». Дальнейшие исследования полностью подтвердили как общие выводы Н. И. Вавилова, так и выделение им конкретных раннеземледельческих очагов.

Среди последних особое внимание ученых заслуженно привлекает Юго-западноазиатский очаг, охватывавший предгорья и речные долины Палестины, Ливана, Сирии, Южной Турции, Северной Месопотамии и уходящий далее на восток, в области Ирана и юга Сред¬ней Азии. С этим очагом связаны происхождение важнейшей из земледельческих культур — пшеницы — и одомашнивание ряда основных видов животных. Здесь сформировались древнейшие центры производящего хозяйства, а позднее — первые цивилизации Старого Света. У археологов эта территория получила романтическое наименование «полумесяц плодородных земель». Именно здесь сделаны наиболее значительные открытия раннеземледельческих поселений и прослежены последовательные этапы формирования производящей экономики.

Эти открытия и являются предметом анализа автора предлагаемой вниманию читателей книги, известного английского археолога Дж. Мелларта. Ему посчастливилось быть участником раскопок и первооткрывателем важнейших древнеземледельческих памятников Палестины и Турции. Дж. Мелларт принимал участие в раскопках Иерихона и Вейджисултана — памятника энеолита и бронзового века в Западной Турции . Сенсационными явились его раскопки двух неолитических поселений в Южной Анатолии — Чатал Хююка и Хаджилара,— результаты которых коренным образом изменили наши представления об уровне развития людей эпохи неолита. Он много и плодотворно работал и продолжает работать над вопросами развития древнейших земледельческих культур Ближнего Востока, и в первую очередь, конечно, Турции.

«Древнейшие цивилизации Ближнего Востока» — книга, представляющая интерес как первая сводка достижений ближневосточной археологии, суммирующая разрозненный и неравномерно опубликованный материал. Ценность ее и в том, что она принадлежит перу не только полевого исследователя, но и вдумчивого ученого, понимающего необходимость осмысления, всестороннего анализа специфического исторического источника — археологического материала.

Автор стремился включить в эту небольшую работу все важнейшие памятники. Характерно, что впервые в западной литературе он рассматривает древнейшую земледельческую культуру на территории нашей страны — джейтунскую. Почти каждый полевой сезон вносит коррективы в намеченные исследователями картины становления и развития земледельческо-скотоводческих культур. После выхода в свет «Древнейших цивилизаций…» в разных районах Ближнего Востока был сделан ряд важных открытий, несколько изменивших в отдельных случаях гипотезы автора. При переводе книги на русский язык эти данные были учтены и приведены в комментарии. Работа Дж. Мелларта — не только компетентное, но и популярное исследование, заслуживающее внимания советских читателей.

Не останавливаясь здесь на некоторых неточностях и преждевременных выводах, естественных для области столь быстро развивающихся исследований, обратимся к двум положениям автора, вызывающим решительное несогласие.

Первое — склонность Дж. Мелларта именовать более или менее устойчивые комплексы предметов материальной культуры, происходящие с древнеземледельческих поселений, цивилизациями. В советской науке принято марксистское определение цивилизации как этапа, на котором достигает расцвета общественное разделение труда и обмен, существует развитое товарное производство и формируется классовое общество. Применение этого термина к первобытной эпохе приводит к его размыванию и утрате им исторического значения. Характерно, что и западные исследователи избегают, как правило, применять его в таком контексте.
То же увлечение Дж. Мелларта неоправданно «завышенными» определениями для характеристики неожиданно крупных достижений неолитических обитателей Востока звучит и в употреблении понятия «город» (или «городок» — town). Так он называет Чатал Хююк, считая, что для этого достаточно наличия в поселении святилищ и храмов, мастерских, существования производящего хозяйства и обмена. Поселения типа Чатал Хююка, по его мнению, ближе к городам, чем к деревням, и потому, что они были центрами жизни.

Она начинается с первых регулярных попыток доместикации растений и животных и завершается формированием первых долговременных земледельческих поселков. Они располагаются еще непосредственно в зоне распространения предков доместицированных позже растений и животных, главным образом на ее периферии, в предгорьях, где годовые осадки достигают 1000 мм. Основные памятники первой фазы — Карим Шахир, Зави Чеми Шанидар, Гандж Даре-Е. Выращивание злаков, видимо, еще не началось, но несомненна интенсификация собирательства. Свидетельства этого — лезвия серпов, растиральные камни, ямы-хранилища. На поселениях возрастает число костей в дальнейшем доместицированных животных, а в отдельных случаях возможен уже и сам процесс одомашнивания. Наряду с открытыми поселками, состоящими из легких жилищ типа шалашей, появляются первые телли (Малефаат) из многослойных напластований сырцовых построек.

В это время находится в расцвете каменная индустрия, а появление обсидиана свидетельствует об установлении связей с его источниками, достаточно удаленными от рассматриваемых областей. Главный из них находился в районе вулкана Немрут Даг, на Армянском нагорье.

В течение второй фазы (VII тысячелетие до н. э.) уже были одомашнены злаки. Наиболее распространена эммеровая пшеница. Наряду с диким эммером встречены формы, представляющие ступени «генетического перехода», а также уже полностью доместицированные; то же следует сказать о ячмене. Одомашнены овца, коза, собака, возможно, свинья. Поселки этого времени располагаются еще в той же зоне, что и в предшествующий период. Основные памятники в Загросе — Джармо, Тепе Гуран, Тепе Сараб, Гандж Даре-D, на границе аллювиальной долины — Али Кош, Тамархан, в Синджарской долине — Телль Магзалия. Архитектура уже достаточно развита; на некоторых поселениях существовали фортификационные системы. Значительная долговременность поселков приводит уже к образованию больших теллей (Телль Магзалия). Их нижние горизонты бескерамичны, в верхних появляется керамика. Обсидиан и металл свидетельствуют о дальнейшем развитии дальних связей: отдельные металлические изделия известны еще в докерамических слоях Телль Магзалии.

Хотя сохраняется хозяйственная замкнутость поселений, в это время формируются уже их группы.

Третья фаза (конец VII—V тысячелетие до н. э.) ознаменована завершением процесса доместикации растений и формированием полного (кроме лошади и верблюда) стада домашних животных. Земледельцы широко расселяются по равнине вначале в северной ее части, в зоне естественного орошения: такова культура Телль Сотто, обнаруженная в Синджарской долине нашими археологами. Затем происходит выход за пределы этой зоны, что потребовало создания простых ирригационных систем. К таким памятникам относятся поселения хассунской, самаррской и халафской культур. В конце фазы начинается освоение южной части Двуречья, что обнаружено раскопками в Эриду.

В этот период достигает расцвета общинное ремесло, резко активизируются внешние и внутренние связи, в результате которых поступает обсидиан, металлы, бирюза и пр. Явный рост прибавочного продукта предполагает возможность концентрации его в руках отдельных семей. Взаимосвязанные и уже дифференцированные поселения образуют группы, в которых к концу фазы выделяются «протогородские» центры.
Дальнейшее развитие ирригации в конце IV тысячелетия до н. э. привело к регулярному освоению и заселению основных районов долины Месопотамии, а тесное взаимодействие между высокоразвитыми культурными группами обусловило создание первой общности, охватившей значительную часть Двуречья,— так называемой убейдской культуры Ныне намечаются ступени этого процесса. На ранних ступенях особую роль играют южные центры, где в районе дельты Тигра и Евфрата был наибольшим экономический эффект ирригации. Отсюда происходит активное расселение по самым различным направлениям.

Связи охватывают огромные территории Ближнего и Среднего Востока. Растет благосостояние отдельных общин, появляются первые золотые изделия (убейдский слой Ура). Возникают религиозные центры с прочными, сформировавшимися традициями.

Дальнейшее экономически обусловленное взаимодействие с прочими группами населения Двуречья приводит к определенной культурной нивелировке и созданию убейдской общности, сыгравшей, в свою очередь, значительную роль в процессе сложения урукской (шумерской) цивилизации.

К оглавлению книги / К следующей главе

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1832 Родился Алексей Алексеевич Гатцук — русский археолог, публицист и писатель.
  • 1899 Родился Борис Николаевич Граков — крупнейший специалист по скифо-сарматской археологии, классической филологии и античной керамической эпиграфике, доктор исторических наук, профессор.
  • 1937 Родился Игорь Иванович Кириллов — доктор исторических наук, профессор, специалист по археологии Забайкалья.
  • 1947 Родился Даврон Абдуллоев — специалист по археологии средневековой Средней Азии и Среднего Востока.
  • 1949 Родился Сергей Анатольевич Скорый — археолог, доктор исторических наук, профессор, специалист по раннему железному веку Северного Причерноморья. Известен также как поэт.
  • Дни смерти
  • 1874 Умер Иоганн Георг Рамзауэр — чиновник из шахты Гальштата. Известен тем, что обнаружил в 1846 году и вёл там первые раскопки захоронений гальштатской культуры железного века.

Метки

Свежие записи

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика