В.И. Молодин — К вопросу о культурно-хронологическом соотношении кротовской и окуневской культур

Молодин В.И. К вопросу о культурно-хронологическом соотношении кротовской и окуневской культур // Исторические чтения памяти М.П. Грязнова. — Омск: Из-во ОмГУ, 1987. С. 138-140.

Кротовская культура занимает обширные пространства лесостепной части Западно-Сибирской равнины. На западе граница её распространения приходится на левобережное Прииртышье, на севере и на иге естественными границами, по-видимому, являлись зоны тайги и лесостепи, восточная граница проходит по р. Оби. Кротовская культура известна преимущественно по материалам поселений. Открытие в последние годы трёх кротовских могильников, где общее число погребений приближается к 500, с богатейшим инвентарём и сложным погребальным обрядом, существенно увеличили наши знания о данной культуре, позволили по-новому взглянуть на многие аспекты её развития. Материалы могильников дали возможность во многом по-новому посмотреть на соотношение кротовской культуры с культурами сопредельных территорий Западной Сибири. В этой связи чрезвычайно важной и интересной выглядит проблема корреляции её с окуневской культурой.

Окуневская культура, выделенная Г.А.Максименковым (Максименков, 1964) занимает территорию Минусинской котловины. Северо-западная граница её проходит, по-видимому, в районе предгорий Кузнецкого Алатау, во всяком случае именно здесь известен самый северо-западный на сегодняшний день окуневский памятник (Савинов, 1976; 1981). Окуневская культура изучена преимущественно по материалам могильников. Ярким источником по реконструкции её идеологических сюжетов являются каменные изваяния (Вадецкая, 1960).

Кротовскую и окуневскую культуру разделяет довольно значительное расстояние, эти пространства, во всяком случае территории Ачинско-Мариинской лесостепи, занимала, по-видимому, достаточно своеобразная культура, известная по памятникам Дворниково, Шестаково I А, керамика которых имеет ряд общих черт с окуневской и вместе с тем достаточно своеобразна, чтобы говорить о ней как об особой (В.В. Бобров, 1981). Следовательно, предполагать прямые контакты окуневцев и кротовцев не приходится.

Вместе с тем в материалах кротовской и окуневской культур отмечается рад сходных черт, позволяющих считать поставленную проблему достаточно корректной. В погребальном обряде можно выделить следующие сюжеты, встречающиеся в комплексах обеих культур: положение погребённого на спине, с ногами, подогнутыми в коленях вверх; положение погребённого на спине с ногами, поджатыми к тазу пятками; увеличение глубины могильной ямы в ногах; наличие «подушек» в изголовьях умерших; наличие парных и групповых захоронений; помещение в могилу голов или черепов помимо захоронения других особей; помещение сосудов рядом с могилой; наличие вторичных захоронении; частичное окрашивание скелета охрой; сочетание первичного и вторичного захоронения в одной могиле; наличие грунтовых могильных ям с подбоями (Максименков, 1975, I960, 1561; Молодин, I980, 1981, 1983, 1985).

В погребальном инвентаре практически все его виды, обнаруженные у окуневцев, кроме антропоморфной пластики, встречается в кротовских могилах, где, в свою очередь, присутствует зооморфная пластика. Ряд изделий имеет абсолютные аналогии (Максименков, 1980; Молодин, 1983). В целом же кротовский инвентарь выглядит несравненно богаче окуневского, особенно обилием бронзовых предметов, то же самое в принципе можно сказать о погребальном обряде, который у кротовцев выглядит много сложнее и многообразнее.

Сравнение окуневской и кротовской керамики из могильников показывает рад безусловно сходных сюжетов в форме и орнаментации посуды этих культур, несомненно свидетельствующей об их эпохальном близости. Особенно важно подчеркнуть, что тезис Г.А. Максименкова о том, что «Индивидуальность каждого сосуда — характерная и характеризующая черта окуневской посуды» (Максименков, 1980, с. 22) оказался приемлем и для кротовской посуды из могильников. Отмеченные черты сходства при наличии значительных отличий позволяют говорить об эпохальной близости окуневской и кротовской культур. Это, в свою очередь, может свидетельствовать о том, что хронологические рамки окуневской культуры следует рассматривать в пределах самусьско-сейминского культурно-исторического пласта. За это говорят не только параллели окуневской и самусьской культур, что неоднократно подчеркивали исследователи (Максименков, 1986; Матющенко, 1983), но и наличие бронз сейиинско- турбинского типа в кротовском могильнике Сопка-2 и серии литейных форм для их изготовления (Молодин, 1983). Мысль о том, что окуневской культуре были свойственны бронзы сейминско-турбинского типа была высказана еще ранее (Матющенко, 1973, Членова, 1977).

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1832 Родился Алексей Алексеевич Гатцук — русский археолог, публицист и писатель.
  • 1899 Родился Борис Николаевич Граков — крупнейший специалист по скифо-сарматской археологии, классической филологии и античной керамической эпиграфике, доктор исторических наук, профессор.
  • 1937 Родился Игорь Иванович Кириллов — доктор исторических наук, профессор, специалист по археологии Забайкалья.
  • 1947 Родился Даврон Абдуллоев — специалист по археологии средневековой Средней Азии и Среднего Востока.
  • 1949 Родился Сергей Анатольевич Скорый — археолог, доктор исторических наук, профессор, специалист по раннему железному веку Северного Причерноморья. Известен также как поэт.
  • Дни смерти
  • 1874 Умер Иоганн Георг Рамзауэр — чиновник из шахты Гальштата. Известен тем, что обнаружил в 1846 году и вёл там первые раскопки захоронений гальштатской культуры железного века.

Метки

Свежие записи

Рубрики

Яндекс.Метрика