В.И. Молодин — Барабинский вариант сузгунской культуры

К оглавлению книги «Бараба в эпоху бронзы» / К следующей главе

Памятники и результаты исследования

В настоящее время на территории северо-западной части Барабинской лесостепи известно несколько памятников эпохи поздней бронзы (рис. 68). Однако фактически лишь два поселения дают возможность охарактеризовать особую культуру региона в этот период.

Новочекино-3. Поселение. Северо-Западная Бараба. Подробное описание памятника дано в разделе, посвященном эпохе ранней бронзы. Поселение имеет рельефные признаки в виде четырех западин-жилищ. Нами был заложен раскоп общей площадью 494 м2. Раскопом вскрыты два жилища эпохи поздней Бронзы и значительная часть межжилищного пространства.

Стрелка
. Поселение. Расположено в Северо-Западной Барабе (Кыштовский район Новосибирской области) на правом берегу р. Тары на стрелке, образованной протокой реки, в 2—2,5 км вверх по течению от с. Льнозавод. Поселение представлено несколькими западинами, шурфовка одной из которых дала комплекс своеобразной керамики эпохи поздней бронзы.

Характеристика предметов материальной
и духовной культуры

Рис. 68. Схема расположения памятников паря барабинского варианта сузгунской культуры. 1 — Новочекино-З; 2 — Стрелка; черный кружок — поселение; о—крупный населенный пункт,

Рис. 68. Схема расположения памятников паря барабинского варианта сузгунской культуры.
1 — Новочекино-З; 2 — Стрелка; черный кружок — поселение; о—крупный населенный пункт,

Наибольшую часть находок на памятнике составляет керамика. Общее количество 4918 фрагментов. Керамический комплекс эпохи поздней бронзы — основной (81,2% общего количества фрагментов). Это обломки приблизительно 400 сосудов (рис. 69—74). Толщина стенок изменяется от 4 до 6—7 мм, средний диаметр по венчику 20—30 см, диаметр днищ 9—15 см. Хотя целых экземпляров найдено не было, но по реконструируемым сосудам и венчикам можно утверждать, что вся посуда представлена плоскодонными сосудами горшковидной и баночной формы. Орнаментация керамики довольно разнообразная. Орнамент наносился зачастую по всей внешней поверхности сосуда, включая и днище. Из наиболее распространенных элементов орнамента можно выделить следующие: ряды насечек, ряды ямок, «жемчужины», прочерченные горизонтальные линии, ряды отступающей и шагающей гребенки, ромбы и треугольники, выполненные резной или гребенчатой техникой, меандровидные узоры, отпечатки штампа в виде «галочки» и др. Сосуды горшковидной формы часто воротничковые.

Рис. 69. Керамика барабинского варианта сузгунской культуры. Памятник Новочекино-З.

Рис. 69. Керамика барабинского варианта сузгунской культуры. Памятник
Новочекино-З.

Условия залегания керамики вместе в ямах и на полу жилищ говорят о хронологическом единстве данного комплекса. Следовательно, проведенное нами типологическое расчленении керамики эпохи поздней бронзы не является хронологическим расчленением. Впрочем, порой бывает трудно с достаточной определенностью отнести какой-либо фрагмент к той или иной группе.

Нам представляется возможным условно выделить в данном комплексе три группы керамики: керамика с преобладанием лесных черт, керамика с преобладанием ирменских черт, керамика с наличием андроноидных мотивов орнамента. Однако необходимо еще раз подчеркнуть, что керамика выделенных нами типов имеет много общего как в форме сосудов, так и в их орнаментации, а на ряде фрагментов мы находим сочетание типов орнаментации.

Рис. 70, Керамика барабинского варианта сузгунской культуры. Памятник Новочекино-З.

Рис. 70, Керамика барабинского варианта сузгунской культуры. Памятник Новочекино-З.

Рис 71. Придонные части сосудов барабинского варианта сузгунской культуры. Памятник Новочекино-З.

Рис 71. Придонные части сосудов барабинского варианта сузгунской культуры. Памятник Новочекино-З.

I группа керамики (с господством лесных черт) (рис. 69—71). Сюда относятся сосуды горшковидной и баночной формы с плоским дном Большая часть боковой поверхности сосудов покрыта орнаментом. Наиболее распространенные мотивы орнамента — горизонтальные ряды наклонных отпечатков гребенчатого штампа, часто образующие елочные узоры, сочетающиеся с горизонтальными рядами круглых ямочных вдавлений. Значительное место в орнаментации посуды этого типа занимают горизонтальные ряды наклонных насечек в сочетании с рядами ямок. Ряды насечек часто воспроизводят различные ямочные узоры. Реже встречаются горизонтальные ряды прямо поставленных насечек гребенчатого штампа, прямых отпечатков гладкого ребра дощечки или лопаточки, гладкая и гребенчатая качалка, каннелюры, защипы.

Рис. 72. Реконструкции сосудов и фрагменты керамики барабинского варианта сузгунской культуры. Памятник Новочекино-З.

Рис. 72. Реконструкции сосудов и фрагменты керамики барабинского варианта сузгунской культуры. Памятник Новочекино-З.

Особо следует отметить наличие геометризма в орнаментации посуды: насечки, треугольные фигуры, горизонтальный зигзаг из отпечатков гребенчатого штампа или насечек, ромбовидные фигуры из отпечатков косо поставленной гребенки. Эти моменты наиболее сближают данную керамику с посудой второй группы.

Разделительными зонами служат горизонтальные ряды ямочных вдавлений или, реже, горизонтальные прямые линии выполненные техникой прочерчивания или гребенчатым штампом. Иногда заполнение боковой поверхности сосуда орнаментом состоит почти исключительно из рядов ямок. Присутствует орнамент и на днищах сосудов. Из всех фрагментов днищ, обнаруженных на поселении орнаментом украшено 9%. Преобладает солярная символика, выполненная насечками или наколами. На сохранившейся части одного сосуда дно украшено солярным узором с внутренней стороны. Роже встречается украшение днищ гребенчатым штампом. В орнаментации придонной части используются те же принципы, что и при украшении верхней боковой поверхности сосуда.

Рис. 73. Керамика барабинского варианта сузгунской культуры. Памятник Новочекино-3.

Рис. 73. Керамика барабинского варианта сузгунской культуры. Памятник Новочекино-3.

Риг. 74. Керамика барабинского вариант сузгунской культуры. Памятник Новочекино-3.

Риг. 74. Керамика барабинского вариант сузгунской культуры. Памятник Новочекино-3.

II группа керамики (с преобладанием ирменских черт) (рис. 72, 73). К данной группе относятся сосуды в основном горшковидной формы. Большинство из них воротничковые. В орнаменте преобладают геометрические мотивы: заштрихованные треугольники, ромбы, диагональные полосы, зигзаги, причем встречается смешанная техника исполнения, гребеичатый штамп, насечки, резная техника. Зона воротничка орнаментирована разнообразно: различные сочетания из горизонтальных рядов наклонных и прямых отпечатков гребенчатого штампа, ребра дощечки или лопаточки и насечек, часто образующих различные елочные узоры и сетку, заштрихованных ромбов, треугольников, диагональных полос. Для украшения воротничка и плечиков сосудов данной группы характерен зигзаг, наносимый как насечками и гребенчатым штампом, так и специальным штампом («чаечным»). Чаще оттиски этого штампа наносились двумя горизонтальными рядами. Прямые горизонтальные линии, выполненные гребенчатым штампом и прочерчиванием, используются для украшения не только воротничка, но и остальной боковой поверхности сосуда. Реже на воротничке встречается орнамент в виде горизонтальных рядов ямочных вдавлений и жемчужин. Обычен поясок ямок, жемчужин или защипов, который располагался непосредственно под воротничком на шейке сосудов. Изредка шейка сосуда украшалась валиком.

На плечиках и тулове сосудов прослеживаются те же мотивы, что и на воротничке. Однако здесь чаще встречаются горизонтальные ряды ямочных вдавлений. Иногда плечики украшены заштрихованными прочерченными треугольниками и лентами в форме зигзага. В единичных случаях зафиксированы заполнение тулова сосуда фестонами из ямочных вдавлений и украшение дна солярными узорами. II группа керамики (с андроноидными мотивами) (рис. 74). Сюда относятся сосуды горшковидной формы, в орнаментации которых преобладают андроноидные мотивы. Андроноидные, но не андроновские, так как узоры нанесены грубым гребенчатым штампом, есть существенные отличия в технике нанесения орнамента и заполнении им боковой поверхности сосуда. Венчик сосуда обычно орнаментировался косыми заштрихованными треугольниками, но встречаются и равнобедренные заштрихованные треугольники, Г-образные фигуры. По шейке сосуда наносились каннелюры или поясок сетки, выполненные гребенчатым штампом. По плечикам и тулову нанесены заштрихованные ленты, образующие меандровидные узоры, ряды заштрихованных диагональных полос, ряды косо и прямо поставленного гребенчатого штампа и насечек, гребенчатая качалка, горизонтальные ряды оттисков уголка палочки, горизонтальные линии, выполненные гребенчатым штампом, которые часто служат для отделения одной зоны орнамента от другой. С первой группой данную керамику связывает наличие горизонтальных рядов насечек, образующих елочные узоры, монотонное заполнение наклонными и прямыми рядами гребенчатого штампа.

Таким образом, ясно, что выделяемые группы керамики, несмотря на достаточно существенные отличия, имеют много общих черт. Их роднят между собой форма, общие принципы орнаментации прежде всего ряды ямочных наколов по тулову сосуда, обилие орнамента в виде «елочки», солярные узоры, на днище и т. д.

Точных аналогий новочекинской керамике нет, но, несмотря на это, мы уже сейчас вправе выделить круг памятников, к которому данный материал наиболее тяготеет, однако об этом речь пойдет ниже.

Изделия из глины
. Нами обнаружено 508 обломков формованной глины со слабым обжигом. Интересно отметить, что подобные предметы в очень большом, количестве встречаются на памятниках эпохи поздней бронзы в лесостепной Барабе. Их реконструкция свидетельствует о том, что первоначально они представляли собой довольно массивные глиняные шары. Вряд ли эти предметы могли использоваться в качестве грузил для рыболовных сетей, прежде всего по причине слабого обжига предметов, что привело бы к их непременному разрушению в воде. Скорее всего, данные предметы использовались при изготовлении грузов для так называемых перевесов, применяемых для ловли водоплавающих птиц. А.Н. Формозов отмечает, что «при удачных загонах в районе оз. Чаны артель охотников вылавливала разом до 3-8 тыс. уток, а таких загонов за день делали иногда два-три. Эти цифры относятся к началу 30-х годов текущего столетия; нетрудно представить сколько уток и гусей было в озерной лесостепи…». Очевидно, что подобный способ лова дичи мог быть популярен у аборигенного населения Барабинской лесостепи в эпоху бронзы.

Рис. 75. Инвентарь барабинского варианта сузгунской культуры. Памятник Новочекино-3. 4, 5 — кость; 6. 8 — камень; 9, 12 — бронза; остальное — глина.

Рис. 75. Инвентарь барабинского варианта сузгунской культуры. Памятник Новочекино-3.
4, 5 — кость; 6. 8 — камень; 9, 12 — бронза; остальное — глина.

Обломок грузила (рис. 75, 7). Первоначально представлял, собой изделие в виде округло-уплощенного предмета с двумя взаимопересекающимися желобками, хорошего обжига. Этот тип изделий характерен для памятников эпохн поздней бронзы Барабы, а также, как отмечает М. Ф. Косарев, в пределах андроноидного массива, включающего памятники черкаскульской, сузгунской и еловской культур.

Обломок глиняного изделия (рис. 75, 2). Сохранившаяся часть имеет ложечковидную форму, внутренняя поверхность которой украшена орнаментом в виде штрихованных равнобедренных треугольников. Поскольку до нас дошел лишь фрагмент изделия, трудно сказать, связан предмет с посудой или это было какое-то антро- или зооморфное изображение. Во всяком случае, мы можем констатировать, что антропо- и зооморфные изображения как на посуде, так и в виде отдельных предметов из глины — явление довольно характерное для таежной и, в меньшей степени, для лесостепной части Западной Сибири, начиная с эпохи неолита и до эпохи средневековья, включительно.

Предметы, связанные с бронзолитейным производством
. Обломки тиглей, литейные формы (рис, 75, 1, 10, 11. 13—15). Обнаружено 12 обломков глиняных тиглей с сильной ошлаковкой внутренней поверхности. По всей видимости, тигли представляли собой небольшие приземистые чаши с невысокими краями. К предметам бронзолитейного производства, несомненно, относятся обломки пяти литейных форм. Формы выполнены из глины, прекрасно обожжены и, несомненно, предназначались для отливки крупных предметов из бронзы. Целой до нас дошла только одна литейная форма для отливки украшения (рис. 75, 3). Форма одностворчатая, в виде небольшого кирпичика, на одной из сторон которого оттиснуто изделие, к которому подходит воронкообразное отверстие для заливки металла. Изготовленная нами отливка изделия представляет собой четырехугольную бляшку, край которой оформлен в виде зубчиков, а сама площадка бляшки украшена орнаментом в виде взаимопроникающих треугольников. Точных аналогий изделиям подобного вида нам не известно. В какой-то степени обнаруженный предмет сопоставим с оригинальными подвесками из могильника Черноозерье-1, площадки которых также орнаментированы рельефным узором в виде взаимопроникающих треугольников.

На поселении обнаружены и три бронзовых изделия. Это четырехугольное в сечении шило и игла (рис. 75, 9). Круг аналогий этим предметам чрезвычайно широк. Во всяком случае, для памятника периода поздней бронзы, каким является Новочекино-3, они не представляют ничего необычного. Бронзовая же бляшка листовидной формы с круглым отверстием уникальна (рис. 75, 12).

Изделия из кости. Представлены двумя предметами. Это прежде всего концевая накладка на лук (рис. 75, 4). Она имеет форму плоской изогнутой остроконечной пластины с двумя выступами на конце. Аналогичные изделия обнаружены на ирменских и еловских памятниках Верхнего Приобья. Как отмечает В. И. Матющенко, эти предметы ближе всего ко второму типу концевых накладок из Усть-Полуя. Второй предмет представлен обломком костяной шлифованной пластины, определить назначение ее не представляется возможным (рис. 75, 5).

Изделия из камня (рис. 75, 6,8). Представлены четырьмя камнями со следами пришлифовки. Несомненно, они использовались в качестве абразивов.

Хозяйство и быт

Остеологический материал, полученные на памятнике Новочекино-3, позволяет наметить тенденции в развитии экономики носителей рассматриваемой культуры (табл. 6). Из приведенных данных видно, что хозяйство в этот период было многоотраслевым при ведущей роли скотоводства. Близость таежной зоны и связанные с этим явления способствовали и достаточно сильному развитию охоты в системе экономики. Это является существенным отличием экономики сузгунцев и ирменцев.

Находки в жилищах рыбьих костей и чешуи свидетельствуют о занятиях рыболовством. О занятии древнего человека собирательством, возможно, земледелием можно говорить гипотетически.

barabinskiy-variant-suzgunskoy-kulturyi-9

На поселении Новочекино-3 исследовано два жилища. Сооружение №1 в плане подпрямоугольной формы, площадью около 130 м2 с выходом в западной угловой части. Границы жилища прослеживались довольно четко по всему периметру. Котлован углублен в материк от 10 до 30 см.

Судя по сечению ям от опорных столбов, кровля располагалась на каркасе, поставленном перпендикулярно поверхности земли. В жилище и за его пределами обнаружена система ям, часть которых имела хозяйственное значение, а часть служила для опорных столбов. Столбовые ямки расположены не только по внутреннему контуру камеры, но и с внешней ее стороны. В жильще №1 отмечены участки прокаленной почвы, небольшой диаметр и мощность которых позволяют интерпретировать их как несколько очагов кратковременного пользования.

Жилище №2, судя по сохранявшейся части, было подпрямоугольной формы, рельефных признаков до раскопок не прослежено. Площадь его приближается к площади жилища № 1. Южная граница срезана обрывом террасы. Котлован углублен в материк на 20—30 см. В жилище и за его пределами обнаружена система ям, часть которых являлась хозяйственными, а часть служила для опорных столбов. Преимущественно во всех ямах, выделенных нами как хозяйственные, обнаружены фрагменты керамики и кости животных Все ямы конструктивного назначения данного жилища в сечении перпендикулярны поверхности почвы.
Несколько прокалов прослежено при раскопках межжилищного пространства.

Таким образом, исследованные сооружения по величине, планировке и другим конструктивным особенностям (прежде всего наличие прямостенной конструкции) аналогичны жилищам ирменской культуры Верхнего Приобья, исследованным на памятниках Ирмень-1, Быстровка-IV; и Милованово-III.

Погребальный обряд сузгунской культуры нами не рассматривается, поскольку в настоящее время известны только два сузгунских погребения в Прииртышье, которые позволяют лишь предполагать их наличие и на территории Барабинской лесостепи.

Культурная принадлежность и вопросы хронологии

Наиболее близким к характеризуемому материалу является жертвенное место Сузгун-II, исследованное В. Н. Чернецовым и В. И. Мошинской. Сопоставима форма керамики (плоскодонные крупные горшки), а также, что особенно важно, аналогично сочетание принципов таежной орнаментации с лесостепной — андроноидной и ирменской.

Анализируемый комплекс наиболее сопоставим с памятниками эпохи поздней бронзы к СЗ от Барабинской лесостепи. Так, чрезвычайно близка к нашей керамике посуда эпохи бронзы городища Кучум-Гора, охарактеризованная Р. Д. Голдиной. Аналогии можно проводить с I и II типами керамики памятника Новочекино-3. В форме и орнаментации посуды Кучум-Горы, так же как и посуды Новочекино-3, несомпенно присутствует ирменский компонент; здесь же мы находим керамику, сходную с материалами I типа, по нашей классификации, орнаментированную рядами гребенчатого штампа, насечками, елочным узором, каннелюрами и защипами по шейке и, что, пожалуй, самое главное, рядами ямочных наколов по тулову сосуда.

Отличием в орнаментацни керамики Кучум-Горы от новочекинской является отсутствие андроноидного геометризма.

Несомненную близость новочекинский комплекс керамики имеет с материалами поселения Прорва, расположенного в низовьях р. Тары. Выделяемые авторами раскопок три группы керамики единовременны. Важно отметить, что все группы посуды сопоставимы с охарактеризованными нами типами новочекинской керамики с той лишь разницей, что ирменский компонент в новочекинской посуде представлен, пожалуй, наиболее ярко.

В общих построениях В. В. Евдокимова и В. И. Стефанова может вызывать сомнение тезис о наличии карасукских черт в керамике Прорвы. Авторы объясняют их присутствие проникновением «карасукских (или карасукоидных) элементов в лесостепное Обь-Иртышье». Непонятно, о каких карасукских проникновениях может идти речь, если территорию лесостепного Обь-Иртышья и далее на восток, к Минусинской котловине, в период поздней бронзы населяли племена ирменской культуры, сведения о которых достаточно хорошо известны в литературе.

Авторы, конечно, справедливо выделяют позднебронзовый пласт в керамическом комплексе поселения Прорва, однако его следует связывать не с карасукской, а с ирменской культурой, племена которой проникают в предтаежную зону, активно контактируя с местным населением.

Выявленные элементы орнамента наиболее характерны для таежных культур эпохи поздней бронзы, о чем ярко свидетельствует сузгунский комплекс, а также 6-я группа позднебронзовой керамики Васюганья (поселение Тух-Эмтор-1), выделяемая Ю. Ф. Кирюшиным. Важно обметить, что в форме и орнаментации керамики группы мы наблюдаем сочетание андроноидных и ирменских черт наряду с местными гребончато-ямочными традициями.

Второй тип выделяемой нами керамики, несомненно, находит аналогии как с собственно ирменскими комплексами лесостепной Варабы, так и в целом с ирменскими памятниками всей территории распространения этой культуры. Особенно следует подчеркнуть связь с памятниками западных районов ирменской культуры (нижний слой гоподиша Большой Лог, Розановское поселение, Черноозерье-VIII). Это в конечном итоге и определяет хронологию рассматриваемого комплекса (поскольку связь всех трех выделенных групп керамики обоснована выше.
Чем же можно объяснить наличие типологически столь своеобразных групп керамики на одном памятнике? Этот вопрос тем более важен, что, как мы уже видели из приведенных аналогий с материалами Кучум-Горы и Прорвы, данное явление не представляется чем-то ортигинальным на памятнике Новочекино-3, а скорее закономерно для пограничной зоны между лесостепью и тайгой. На наш взгляд, его можно объяснить тем, что рассматриваемая территория являлась контактной между культурой эпохи поздней бронзы, занимавшей таежную часть Западной Сибири (ее юг), носителями гребенчато-ямочной культурной традиции и андроноидных мотивов орнамента и ирменской культурой этого же времени, представители которой населяли лесостепь, в данном случае Барабинскую. Мы можем сказать также, что контакты данных групп населения были достаточно тесными, что нашло свое отражение в орнаментации и форме посуды, где мы наблюдаем синтез таежной а лесостепной орнаментальных традиций.

Таким образом, изложенные выше факторы определяют абсолютную хронологию памятников этого облика. Учитывая то, что синтез древних культур произошел, по-видимому в период, когда они уже сформировались, а также наличие в Северо-Западной Барабе собственно ирменского поселения Новочекино-1, можно определить абсолютную дату этих комплексов как IX—VIII вв. до н. э.

Говоря о культурной принадлежности рассматриваемого нами материала, следует констатировать, что его нельзя отнести ни к одной из локальных культур этого круга, выделенных М. Ф. Косаревым, т. е. ни к черкаскульской, ни к еловской, ни к сузгупской, хотя с последней, как отмечено выше, прослеживается наибольшее сходство. Поэтому логично предположить, что в северной части Барабинской лесостепи и в прилегающей к ней таежной зоне существовала особая культура эпохи поздней бронзы, тесно связанная с сузгунской и являющаяся, по сути, ее локальным барабииским, вариантом. На севере она граничила с племенами — носителями гребенчато-ямочной культурной традиции, на юге — с ирменцами, на северо-западе — с собственно сузгунцами, а на северо-востоке — с еловцами. Очевидно, данная культура проходит несколько стадий в своем развитии, и в конкретно рассматриваемом случае мы наблюдаем ее последний этап, когда южно-таежное население вступает в активные контакты с племенами ирменской культуры.

К оглавлению книги «Бараба в эпоху бронзы» / К следующей главе

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1900 Родился Василий Иванович Абаев — выдающийся советский и российский учёный-филолог, языковед-иранист, краевед и этимолог, педагог, профессор.
  • Дни смерти
  • 1935 Умер Васил Николов Златарский — крупнейший болгарский историк-медиевист и археолог, знаменитый своим трёхтомным трудом «История Болгарского государства в Средние века».

Метки

Свежие записи

Рубрики

Яндекс.Метрика