Мезолит, неолит

В истории каменного века на территории Казахстана эпоха мезолита и неолита занимает время между Х и III тыс. до н. э. Переходный период от новокаменного века к широкому использованию металлов обычно называется энеолитом, или медно-каменным веком. У племен охотников и рыболовов этот период по археологическим материалам выражен не всегда достаточно ярко, поэтому энеолит Казахстана рассматривается вместе с неолитом. В эту сравнительно короткую по времени эпоху произошли существенные сдвиги во многих областях производства и жизни человека.

Природная среда в эту эпоху приняла современный облик. Изменился видовой состав животного мира: главными объектами охоты теперь стали бизоны и лошади, дикие козлы и сайга, заяц и утка. Появились новые орудия труда. Наряду с коллективными облавами и загонами, большое значение приобрела индивидуальная охота, развивалось рыболовство.

Мезолитическая эпоха ознаменовалась двумя крупными достижениями: изобретением лука и стрел и появлением микролитов — миниатюрных пластин в форме треугольников, ромбов, трапеций и сегментов. В неолитическую эпоху микролитическая индустрия получила особенно широкое развитие. Микролиты шли на изготовление, в основном, наконечников стрел и вкладышевых орудий: в продольные пазы костяной или деревянной основы вставляли десятки миниатюрных микролитов, они-то и образовывали острое лезвие. Клеющим веществом служили горный воск, смола, битум.

Неолит, начало которого падает на V тыс. до н. э., — это время максимального использования полезных свойств камня. Происходит все большая специализация в производстве орудий труда. Наряду с совершенствованием техники отжимной ретуши, появились новые технологические приемы обработки камня: шлифование, сверление, пиление, использовались все труднообрабатываемые породы камня, стали изготовляться каменные топоры, мотыги, зернотерки, ступки, песты.

Важнейшей чертой эпохи является зарождение скотоводства и земледелия, так называемого производящего хозяйства, пришедшего на смену присвоению готовых продуктов природы — собирательству и охоте.

Возникновение новых видов хозяйства имело огромное значение для развития человеческого общества, расширило область трудовой деятельности человека и в то же время качественно изменило ее характер. Вся дальнейшая многотысячелетняя история экономической деятельности человека есть в значительной степени история развития, совершенствования этих двух форм хозяйства.

Уровень развития производительных сил, достигнутый первобытным населением в эпоху неолита, обусловил появление и других культурно-бытовых новшеств. У древнего населения Казахстана возникают зачатки горного дела и ткачество, ему известна уже керамическая посуда.

В социальном отношении эпоха неолита была временем родовых общин, где господствовали труд и общая собственность на средства производства. Вместе с тем это было время появления более высоких форм организации общества: образование племен или племенных объединений. Племена состояли из нескольких (большего или меньшего числа) родовых общин, объединенных кровнородственными узами и однородным характером хозяйства. Этот процесс характеризовался многообразием неолитических культур, формированием в разных природно-климатических зонах Евразии крупных историко-культурных областей со сходным хозяйственным укладом и материальной и духовной культурой.

В одну из таких исторически сложившихся групп населения, объединяемых понятием «культурная общность», вошли и племена Казахстана эпохи неолита. Границы этой общности были, по мнению исследователей, очень широки. Помимо Казахстана и Приуралья, они охватывали степные районы Западной Сибири, Алтай и северные районы Средней Азии. Большинство племен, входивших в эту общность, занималось охотой, рыболовством, позднее у них появились зачатки скотоводства, земледелия и горного дела.

На территории Казахстана в настоящее время известно свыше 800 неолитических памятников, однако абсолютное большинство из них исследовано выборочно. По характеру расположения на местности неолитические стоянки подразделяются на четыре типа: родниковые, речные, озерные и пещерные. Как правило, на стоянках речного и озерного типов найдено множество находок, что свидетельствует о постоянном или продолжительном пребывании здесь человека. Основной инвентарь таких стоянок — ножевидные пластины и изделия из них.

Преобладают родниковые стойбища, так как пустынные и полупустынные зоны бедны реками. Стоянки у родников чаще всего носили временный, сезонный характер, поскольку являлись местопребыванием бродячих охотников. Большая часть неолитических стоянок пустынно-степного Казахстана открытого (наземного) типа.

На всех стоянках найдены каменные орудия из местных материалов: наконечники стрел и копий, топоры, долота, ножи, скребки. Имела место дифференциация в подборе породы камня для изготовления определенных орудий. Разнообразие сырья способствовало появлению и совершенствованию разных технических приемов его обработки. Неолитические памятники Казахстана образуют несколько территориальных групп, возможно, соответствующих районам обитания родственных племен, близких по культуре.

Рис. 2.11. Пещера. Караунгур 1. Разрез шурфа №2

Рис. 2.11. Пещера. Караунгур 1. Разрез шурфа №2

Памятники хребта Каратау. В Южном Казахстане, особенно на северных и южных склонах хребта Каратау, выявлено много памятников новокаменного века. Образцы каменной индустрии, относящиеся к мезолиту, были собраны при обследовании береговых террас р. Беркутты. На правом ее берегу в слое галечника открыта целая серия мезолитических кремневых изделий: призматические, ножевидные пластины и их обломки, изготовленные из мелкозернистого местного кремня. Здесь и далее имеются в виду стоянки, не перекрытые поздними отложениями.

Другая коллекция, насчитывающая 140 халцедоновых изделий, собрана при зачистке второй надпойменной террасы р. Беркутты, к северу от урочища Койтас. Среди каменных поделок выделяется мезолитическая трапеция с одним ребром, изготовленная из ножевидной пластины: ее боковые края и верхнее основание затуплены крутой ретушью.

Третья большая группа находок мезолитического времени собрана в глинистой толще русла родника Ушбулак у подножия горы Актау. Набор изделий из черного и белого мелкозернистого кремня включает призматические карандашевидные и конусовидные нуклеусы длиной 3-6 см, миниатюрные пластины, трапеции, скребки.

Самый многочисленный и яркий материал неолитического времени при раскопках пещерной стоянки Караунгур, расположенной на правом берегу одноименной речки на южных склонах хребта Каратау (северо-восточнее г. Шымкента). Здесь сохранился мощный культурный слой — только его верхняя часть охватывает время от позднего мезолита до неолита включительно. (Рис. 2.11.). Рядом с очагами и кострищами найдено множество костных остатков животных. Древние караунгурцы охотились на медведя, оленя, диких быков, архаров, зайцев, барсуков. В охотничье меню обитателей пещеры входили, кроме того, фазаны, кеклики и черепахи. Судя по находкам костей домашнего быка и собаки у кострищ, началось одомашнивание животных.

Орудиями труда и охоты у жителей поселения служили округлые удлиненные скребки, призматические и карандашевидные нуклеусы, пластины с боковыми выемками, притупленными краями, проколки, наконечники стрел, топоры-тесла, ножи-скребки, каменные песты и т.д. Широко представлены микролитические пластины с обработанными и необработанными ретушью лезвиями, служившие вкладышами в костяную или деревянную основу орудий. (Рис. 2.12.). Найдено множество костяных изделий: шилья, проколки, иглы с ушком — прототипы современных иголок, гладилки-лощила из лопаточных костей животных, применявшиеся в обработке шкур животных. К числу редких по изяществу изделий относятся костяное мерило с делениями, украшения из просверленных раковин, клыков с нарезным орнаментом, костяные подвески и бусы, скульптурные фигурки, вырезанные из фаланг животных.

Жители пещеры Караунгур уже освоили ручную лепку керамической посуды. Глиняные сосуды делались с круглым дном, а их наружную поверхность иногда покрывали краской. Часто верхнюю половину сосудов украшали орнаментом в виде штрихов, ямок и фигур, нанесенным зубчатым штампом. К сожалению, имеющийся в нашем распоряжении материал из пещеры Караунгур лишает нас возможности решать традиционные вопросы периодизации и хронологии в полном объёме, поэтому все рассуждения носят предположительный характер. При анализе каменного инвентаря обращает на себя внимание некоторая его разнородность. Это, прежде всего, наличие микролитического компонента, представленного микронуклеусами и микропластинками шириной до 6 мм, а также единственной маркирующей «рогатой» трапецией, с одной стороны, а с другой — довольно большим количеством нуклевидных обломков и двухплощадочных «грубых» нуклеусов. Попытаемся сопоставить материалы из пещеры Караунгур с аналогичными из неолитических культур Средней Азии.

В настоящее время для территории Казахстана выделено несколько археологических культур — атбасарская, маханджарская, кельтеминарская. Мы приведём лишь краткие сведения о тех культурах или комплексах, в материале которых можно проследить черты сходства с инвентарём пещеры Караунгур.

Рис. 2.12. Караунгур. Каменный орудия труда (слева) и изделия из кости (справа)

Рис. 2.12. Караунгур. Каменный орудия труда (слева) и изделия из кости (справа)

Кельтеминарская культура (культурно-историческая общность) была выделена С.П. Толстовым [1946].

Территория распространения кельтеминарской общности — Акчадарьинская дельта, Уз-бой, Присарыкамышская дельта, левобережье Амударьи, Внутренние Кызылкумы, низовья Сырдарьи, низовья Зеравшана.

Время существования кельтеминарской общности — середина — вторая четверть V тыс. до н. э. — IV тыс. до н. э. А.В. Виноградов в рамках неолита Кызылкумов выделяет три этапа: ранний неолит — дарьясайский — конец VII — середина V тыс. до н. э.; средний неолит — джанбасский — конец V — середина IV тыс. до н. э.; поздний — конец IV—III тыс. до н. э.

Характеристика материальной культуры. I. Первичная обработка. Среди продуктов первичного расщепления основными заготовками являются микропластинки размерами 15-32×3-7 мм, а также сечения пластин; средние пластины размерами 25-50×9-14 мм с прямым профилем, свойственным только для памятников Акчадарьи (Джанбас-4) и Верхнего Узбоя (Куртыш 1), в том числе и пластины с изогнутым профилем. II. Вторичная обработка. Основной является затупливающая ретушь на боковом крае с дорсала; характерной — затупливающая ретушь на двух краях с дорсала; малозначимой затупливающая ретушь на обоих краях с вентрала. Для орудийного набора характерны семь типов орудий, среди которых основными являются пластины с односторонней краевой и противолежащей ретушью, вкладыши с притупленным краем и скошенным концом.

Происхождение. Совокупность имеющихся данных позволяет говорить о многокомпонентном характере генезиса кельтеминарской культуры и как основе сложения южном компоненте (Археология СССР. Неолит Северной Азии. М., 1996).

Сопоставляя материалы из пещеры Караунгур с наиболее близкими материальными остатками из неолитических культур Средней Азии — кельтеминарской, гиссарской и центральноферганской, отметим несомненную близость как в технике первичного расщепления, технике вторичной обработки, так и орудийном наборе в кельтеминарской культуре. Вместе с тем сочетание микролитоидных черт, столь характерных для кельтеминарской культуры, с «грубыми» нуклеусами сближает каменный инвентарь пещеры Караунгур с гиссарской и центральноферганской культурами. Если материальные остатки из пещеры Караунгур не разновременны, то перед нами явление одного порядка с гиссарской и центрально-ферганской культурами. И, следовательно, можно говорить о своеобразии культур, сложившихся в предгорьях, которое заключается в сочетании микролитического (равнинного) и галечного компонентов. В этой связи надо отдать должное исследователю пещеры Караунгур Х.А. Алпысбаеву, который предположил, основываясь на полученных материалах, о существовании своеобразной неолитической культуры на юге Казахстана.

Бесспорных данных о погребении в пещере Караунгур нет. Однако обращают на себя внимание следующие факты: находки зубов человека, принадлежащих как минимум двум особям, остатки вещества красного цвета, сохранившиеся в углублениях орнамента украшений, сами украшения. Если рассматривать эти явления в комплексе, то можно предположить о существовании какого-то обряда (возможно, захоронения), связанного с появлением человеческих зубов в пещере Караунгур. Хорошая сохранность остеологического материала и изделий из кости, раковин свидетельствует в пользу того, что и антропологический материал мог быть такой же сохранности. Таким образом, кроме одонтологических находок мы не располагаем никакими другими материалами, которые могли бы свидетельствовать в пользу этой гипотезы.

Кратко остановимся на гипотезах, объясняющих появление зубов человека в культурных остатках из пещеры Караунгур. Исходя из первой, можно предположить, что в пещере были произведены захоронения, причём не целого скелета, а отдельных частей — в данном случае черепов. Такой экстраординарный обряд, связанный, по-видимому, с особыми ритуальными акциями, известен в халавской культуре Месопотамии, на поселении Ботай в Северном Казахстане (ботайская энеолитическая культура), где также был захоронен череп с несколькими позвонками и следами красной отмученной глины. Отметим, что на одном из зубов, найденных в пещере Караунгур наряду с остатками вещества красного цвета, было сделано отверстие для подвешивания.

В качестве второй, можно рассматривать гипотезу о связи зубов с обрядом инициации. Возрастные инициации состояли из цикла обрядов и манипуляций, которые должны были развить и укрепить в юноше качества, свойственные взрослым мужчинам. Среди них физические испытания, обычно выбивание зубов и другие. Например, у восточных и юго-восточных племён Австралии главное место в ритуале занимало выбивание зубов, обычно верхних резцов. У центральных племён Австралии тоже практиковалось выбивание зубов, но без всякой связи с посвятительными обрядами. В пещере Караунгур зубы принадлежали субъектам, скорее всего, женщинам 20-30 лет и индивидууму 55-60 лет, следовательно, не могли быть связаны с посвятительными обрядами.

Согласно третьей гипотезе, зубы могли использоваться в магических обрядах и носиться как амулеты.

Безусловно, предложенные гипотезы не исчерпывают всех интерпретационных возможностей подобных находок. Для успешного разрешения этой задачи необходима их серийность. Заканчивая характеристику инвентаря из пещеры Караунгур, заострим внимание на необходимости продолжить исследование этого интересного и базового памятника для всего региона Южного Казахстана. В историко-культурном отношении Караунгур тяготеет к известным памятникам так называемой кельтеминарской культуре Средней Азии.

Находки в Приаралье. Другая группа памятников, образующих локальную неолитическую культуру, зафиксирована в древней дельте Сырдарьи. Большая их часть обнаружена вдоль сухого русла Инкардарьи — древнейшего притока Сырдарьи, в котловинах выдувания крупных песчаных гряд. Занимая как бы промежуточное положение между неолитическими памятниками северных степных областей Средней Азии и Зауралья, они имеют черты как кельтеминарской, так и неолитической культур Южного Зауралья и Восточного Приаралья.

В урочище Жалпак найдено шесть стоянок, где собраны обломки лепной керамики и орудия из кварцита. Глиняную посуду составляли крупные горшки с четко выделенной горловиной и полусферические чашки. И те и другие имели плоское либо круглое дно. Поверхность посуды украшалась простейшим орнаментом, нанесенным зубчатым штампом и прочерчиванием. Среди кварцитовых изделий много вкладышей с притупленным краем со стороны спинки, проколок, пластин, отщепов.

На стоянках Космола 4 и 5 собраны орудия из кремня и белого кварцита, необработанные ножевидные пластины и своеобразная посуда. Вся она сделана из глины с примесью дресвы, тонкостенная, довольно хорошего обжига, заглажена, часто залощена, почти лишена орнамента, что для неолита — явление редкое. Насечками, выдавлениями, оттисками камышинки украшен лишь бережок сосуда, поверхность же горшка в одном случае покрыта горизонтальными рядами оттисков камышинки, в другом — глубокими ямками и прочерченным волнистым орнаментом. Не менее примечательны формы сосудов. Помимо полусферических чаш и сосудов с четко выделенным горлом, иногда вогнутым внутрь, на стоянке встречены фрагменты четырех или пяти сливов. Сходный комплекс найден в южной Акчадарьинской дельте Амударьи, на стоянках кельтеминарской культуры Дингильдже 6 и Кават 7. Они относятся к первой половине — середине ІІІ тыс. до н. э. Если стоянки Космола 4 и 5 датировать тем же временим, то их можно считать самыми ранними памятниками из известных ныне в древней долине Сырдарьи.

Неолитические памятники на территории Приаралья относятся к двум хронологическим периодам: неолиту и энеолиту. Среди находок с неолитических стоянок Саксаульская 1 и Акеспе отсутствуют двусторонние обработанные наконечники стрел и дротиков; зато есть вкладыши в форме трапеций; много мелких, правильно ограненных ножевидных пластин; черепки имеют отпечатки зубчатого штампа, сплошь покрыты горизонтальными прочерченными волнистыми линиями. Наконечники же стрел стоянки Саксаульская 2 тщательно обработаны двусторонней отжимной ретушью, часто имеют форму с выемчатыми основаниями, есть также наконечники копий и дротиков, скребки различных размеров и форм.

Керамическая посуда, в основном, мелкая, с плоским и круглым днищем: венчики сильно профилированы, упрощены сверху. Приемы нанесения орнамента на сосудах самые разнообразные: штамп, прочерченный (прямолинейный и волнистый), вдавления и насечки, образующие различные геометрические фигуры.

Памятники Центрального и Западного Казахстана. Территория Центрального Казахстана богата стоянками эпохи неолита и энеолита. Наибольшее количество их отмечено в Карагандинской области и в бассейне р. Каратургай.

Обитатели палеолитических стоянок Центрального Казахстана занимались охотой на диких животных, используя лук и стрелы. Стрелы листовидной или треугольной формы, с выемкой у основания. Кроме лука и стрел охотники широко применяли наконечники копий. Весь остальной инвентарь — микролиты типа вкладышей и пластин. На большей части стоянок преобладают скребки. Здесь господствующее положение занимали ярко выраженные микролитические комплексы с традициями мезолитической техники.

Катургайская группа стоянок, расположенная на границе Западного и Центрального Казахстана, сходна с западноказахстанскими стоянками. Вместе с тем ее материал отражает появление новых технических приемов, распространившихся далее на восток, включая почти весь Центральный Казахстан.

Неолитические памятники в Северо-Восточном Прибалхашье приурочены к родникам и представляют собой обычный тип родниковых стоянок. Основным сырьем для изготовления орудий тут служили яшмы, кварциты и яшмо-кварциты различных цветов, встречаются светло-желтые опалы и в виде исключения — порфириты и порфиры коричневого цвета.

Интересна кварцитовая каменоломня, у подножия плоской поверхности которой расположен родник. Основная масса собранного здесь кремневого инвентаря (свыше 1000 экземпляров) представлена отщепами и нуклевидными обломками, грубыми первичными сколами — свидетельством того, что первоначальная обработка производилась на месте.

К позднему неолиту и энеолиту относятся находки из района Джезказгана — множество каменных молотов, топоров. Остальной инвентарь — это отщепы крупных размеров.

Стоянка Иман-Бурлук 2 расположена на левом берегу реки с таким же названием (Кокчетавская область). В обрывах стоянки ясно прослеживается слой с костями, углями, мелкими кремневыми изделиями, орудиями крупных размеров и керамикой. Здесь найдены скребки и скребла, топоры и тесла, плитчатые орудия и отбойники, наконечники копий и дротиков. Распространение ножей, а том числе серповидной формы, указывает на специфику хозяйства. Наконечники стрел с двух сторон обработаны отжимной ретушью. Из крупных рубящих орудий выделяются топоры из сланцевых пород, имеющие двустороннюю обработку поверхности крупными сколами. Здесь же обнаружен фрагмент полированного и просверленного изделия типа булавы, что означает применение оригинальных технических приемов обработки камня. Оно имеет форму как бы двух соединенных полушарий. В месте соединения идет плоский ободок шириной в 1,5 см при диаметре самого изделия 10,5 см. Найдены также три выполненные из крупных ребер изделия типа пилы. Они напоминают нож или серп, по вогнутой дуге которого вырезаны многочисленные зубцы.

Керамическую посуду жители стоянки Иман-Бурлук 2 лепили ленточным способом. Очевидно, сформованные сосуды обжигали на кострах. Сосуды были параболоидной формы, со слегка отогнутым венчиком и немного раздутым туловом; с прямым венчиком, переходящим в несколько вытянутую горловину и затем в плавно расширяющееся тулово. Основными техническими приемами нанесения орнамента являлись оттиски различными гребенчатыми штампами, а также прочерчивание. Поверхность сосудов украшалась, кроме того, насечками и вдавлениями. По технике нанесения и композиции рисунков этот керамический комплекс весьма близок уральскому кругу памятников.

Общность технических приемов и орнаментальных композиций керамики Иман-Бурлук 2 с керамикой западноказахстанских стоянок указывает на возможное существование в этих районах единого этнокультурного ареала, восточная граница которого включала Наурзумский заповедник. На Иман-Бурлуке 2 найдены кости тех же домашних животных, причем в том же составе (лошади, крупного и мелкого рогатого скота), что и на североказахстанских стоянках, южноуральских поселениях.

На территории Западного Казахстана распространены в основном стоянки речного и озерного типов.

К раннему времени относятся кратковременные стоянки на плато Устюрт. Инвентарь их не отличается разнообразием: трапециевидные орудия, резцы; керамики нет.

В Западном Казахстане выделяется лишь один вариант кельтеминарской культуры — западноказахстанский, предложенный еще С.П. Толстовым. Датируется кельтеминарская культура концом IV — началом II тыс. до н. э. и охватывает значительную территорию Казахстана и Средней Азии. Каменная индустрия характеризуется заготовками а виде пластин средних размеров и микропластин, обломков пластин и отшепов. В 1989—1990 гг. обнаружены неолитические стоянки и местонахождения в Гурьевской области: Шатпаколь, Кульсары I-V Шандыаул, Кыз-Емшек, Кайнар, Жилан-Кабак, Койкара, Сарыкамыс, Шаянды и др.

Местонахождение Шатпаколь обнаружено в 12 км к северу от с. Шокпартогай Эмбинского района. Каменные изделия представлены ножевидными пластинами, отщепами. Фрагменты керамики обнаружены на небольшом склоне у родника. Стоянки Кульсары I-V располагаются вокруг пгт Кульсары. Почти все они разрушены в результате строительства дорог и прокладки газопровода. Среди множества каменных предметов выделены ножевидные пластины с ретушью и без нее, скребки на отщепах и пластинах, резцы, черешковые наконечники стрел двусторонней обработки, анкоши — орудия с боковыми выемками, нуклевидные сколы в призматические нуклеусы. Большинство фрагментов керамики без орнамента, лишь некоторые имеют вдавленные горизонтальные линии, от которых вниз идут прямые или вертикальные линии.

Шандыаул находится в 22 км к северо-востоку от пгт Кульсары. Каменные изделия выявлены недалеко от современного кладбища с. Аккизтогай. Это скребки на пластинках, двух¬концевые скребки, отщепы и керамика.
Местонахождение Кыз-Емшек обнаружено недалеко от горы Иман-Кара, в 37 км к юго-востоку от железнодорожной станции Жанте-рек. На вершине горы подобраны нуклеусы призматической формы, ножевидные пластины с ретушью по граням со стороны спинки и фрагменты керамики. Подобные артефакты выявлены у высокого обрыва р. Кайнар.

Для местонахождения Жылан-Кабак и Кой-кара характерно наличие фрагментов керамики, орнаментированных «елочкой» и мелкой «гребенкой». Каменный инвентарь идентичен индустриям вышеназванных стоянок.

Стоянки Сарыкамыс и Шаянды обнаружены на дюнах в 3-4 км южнее с. Сарыкамыс Эмбинского района Гурьевской области. Здесь собрано большое количество ножевидных пластин без следов утилизации, несколько пластин с ретушью со стороны спинки, орудия с выемкой на пластинах и отщепы. На фрагментах керамики зафиксирован орнамент, в виде вдавленных косых насечек, горизонтальных линий и геометрических фигур в форме треугольников. Окрашенная керамика отсутствует.

В целом индустрия стоянок и местонахож¬дения по характеру обработки и скалыванию близка: ретушь краевая, одно- и двусторонняя, широко распространены пластинки с притупленной спинкой и со скошенным или прямым концом с одной или с двух сторон, концевые скребки, скребки на отшепах и пластины с выемкой. Последние выполняли роль скобелей. Камень представлен шире, чем керамика.

Кремневый инвентарь перекликается в некоторых отношениях с каменными изделиями пещеры Караунгур (Южный Казахстан) и земледельческим неолитом Узбекистана. На основании этого правомерно выделять локальный вариант кельтеминарской культуры как западноказахстанский.

Более поздними являются стоянки Северо-Западного Казахстана, обитатели которых широко использовали ножевидные пластины, из которых изготовляли все каменные орудия — лезвия для вкладышевых орудий, наконечники стрел, скребки. Керамика оригинальна как по форме, так и по орнаментации: характерны прочерченный волнистый или геометрический гребенчатый орнамент или же их сочетание.

Культура неолитических племен этого района имеет аналоги в культуре неолита Южного Урала, Северного Казахстана и Приаралья, что, вероятно, свидетельствует о сложных исторических процессах, происходивших в тот период в Северо-Западном Казахстане.

К еще более позднему времени относится группа стоянок по р. Иргиз. Большинство изделий жители этих стоянок изготовляли из пластин. Орнамент на киргизских сосудах нанесен крупным гребенчатым штампом. Много здесь и неорнаментированной посуды. Все эти признаки сближают иргизскую группу стоянок с другими неолитическими памятниками Западного Казахстана.

Поселения Верхнего Прииртышья. Наиболее крупные поселения неолитических племен Восточного Казахстана изучены в верховьях Иртыша, у деревень Усть-Нарым и Малокрасноярка.

На поселении Усть-Нарым вскрыта площадь 800 м. Основная масса находок, а также следы жилищ, очагов и хозяйственных ям обнаружены на глубине 2,5-2,8 м. Культурный слой поселения разделялся на два горизонта тонкой прослойкой песка. В Усть-Нарыме найдены 25 очагов и кострищ, множество каменных орудий. Древние охотники и рыболовы жили в легких деревянных жилищах и шалашах при чумах с входом, обращенным к реке. На поселении найдены кости дикого быка, марала, косули, барана, бобра, лисицы и сурка. Кости овцы или козы предположительно определяются как домашние.

Одна из типичных черт восточноказахстанского неолита, отличающих его от неолита Западного и Южного Казахстана, — это полное отсутствие среди кремневых орудий труда изделий геометрических форм — трапеций, сегментов и т.д. Орудия здесь изготовлялись из ножевидных пластин разного размера и отшепов. Среди более чем пятнадцати тысяч кремневых изделий — пластины с ретушью по одному или по обоим краям; всевозможные скребки на пластинах или отщепах; скребла, наконечники стрел с выемкой у основания; ножи с выпуклым лезвием на массивных пластинах; наконечники копий, вкладыши от режущих, колющих орудий и серпов; топоры, тесла, долота, отбойники; детали рыболовных крючков.

Костяных изделий немного. Это шилья, иглы с ушком, игольник из кости крупной птицы с елочным орнаментом и др. Интересен костяной вкладышевый кинжал с овальным отверстием, верх рукоятки которого украшен резным орнаментом. На лезвиях кинжала сохранились очень тонкие кремневые пластинки без ретуши.

Набор каменных инструментов довольно близок к изделиям соседних сибирско-алтайских неолитических племен. В то же время керамика Усть-Нарыма сходна с керамикой юго-запада Казахстана и кельтеминарской культурой Средней Азии. Посуда по всему тулову украшена узором. Из орнамента наиболее часто встречаются горизонтальные оттиски гребенчатого и гладкого штампов.

Керамика поселения Усть-Нарым имеет «предандроновский» облик и, видимо, оставлена людьми второй половины III тыс. до н. э., когда у племен Восточного Казахстана зарождались земледелие и скотоводство.

Неолитическое поселение у дер. Малокрасноярка несколько старше по возрасту и датируется первой половиной III тыс. до н. э. Об этом, в частности, говорят иной характер керамики, более ранние типы наконечников стрел с круглым и прямым основанием, каменные ножи архаичного облика. На поселении собрано свыше 200 каменных изделий (пластинки, скребки, наконечники стрел, проколки, нуклеусы, ножи и обломки глиняной посуды).

Большое количество всевозможных каменных орудий, обломков керамики дали случайные сборы на песчаных террасах Иртыша, близ Семипалатинска. Находки, относящиеся к неолитическому времени, выявлены в районе заброшенного с. Сатчы-Кыз на второй надпой-менной террасе правого берега р. Кызылсу, в 2-2,5 км от с. Белокаменка Семипалатинской области. В этом месте террасу прорезают выходы кремнистого сланца и кварца. Стоянка находится на возвышенном участке, над маленьким родником. Рядом, перпендикулярно к пойме реки, проходит глубокий овраг, на дне которого была обнаружена треугольная пластина с ретушью по боковым краям и отщеп из темно-кремнистой породы. Каменные изделия (а их более 100) собраны на поверхности. (Рис.2.13.).

Рис. 2.13. Кызъжу. Каменные орудия труда

Рис. 2.13. Кызъжу. Каменные орудия труда

Площадь распространения находок 900 кв. м. В двух местах был заложен шурф размером 1×0,5 м, выявивший следующую стратиграфию: дерн мощностью 0,05 м, серо-желтая супесь с мелкой щебенкой, галечник с мелкими валунчиками и крупнозернистый песок. Коллекцию подъемного материала составляют нуклеусы, наконечники стрел, скребки, ножевидные пластины, микроплиты и отходы производства. Нуклеусы призматического скалывания, аморфные, небольшого размера. Присутствуют необработанные заготовки. Преобладают концевые скребки, выполненные на пластинах, с овальным рабочим краем. У некоторых ретушированы боковые стороны. Имеются скребки высокой формы.

Наконечники стрел двусторонней обработки небольшие. Встречены и заготовки наконечников. Некоторые изделия представлены пластинками с притупленным краем, которые обработаны с двух или с одной стороны и невелики по размерам. Материал изделий, в основном, — яшма, халцедон, опал. Несомненно, неолитические племена Казахстана развивались во взаимодействии с племенами сопредельных территорий.

Североказахстанские стоянки и погребения. Среди многочисленных стоянок Северного Казахстана наиболее интересны стоянки озерного типа Павлодарского Прииртышья.

Самый ранний комплекс находок получен со стоянки Пеньки 1. Здесь много ножевидных пластин, из которых изготавливали разнообразные скребки, сверла, скобели, вкладыши для составных орудий, ножи и наконечники стрел. Основные типы наконечников стрел — треугольные, с выемкой в основании или без нее, мелких размеров, обработанные частичной или двусторонней плоской ретушью. Среди вкладышей выделяются изделия геометрического облика, типа трапеций. Подобные трапеции известны на стоянках Западного и Южного Казахстана и юго-западных Каракумов. Такие изделия, как правило, характеризуют мезолитический или ранненеолитический комплекс.

Керамика стоянки представлена прямостенными сосудами с округлым или заостренным дном. Она изготовлялась из глины с примесью песка. Четкий орнамент занимает всю внешнюю поверхность сосудов, в нем преобладает чередование прямых линий с рядами зигзагообразных или волнистых, разделенных рядом ямок.

Посуда стоянки Пеньки 1 резко отличается от центрально- и западноказахстанской, но близка керамике уральских и западносибирских памятников, прежде всего ишимского и среднеиртышского бассейнов.

Сравнительный анализ материалов позволил выявить важную особенность неолитических комплексов Северного Казахстана: если кремневый инвентарь имеет сходство с материалами южных районов, то форма и орнамент глиняной посуды обнаруживают единство с посудой западносибирского круга памятников.

К концу неолита (энеолиту) относится другая стоянка Пеньки 2. Каменный инвентарь ее свидетельствует о преемственности традиций в технике обработки камня, применявшейся на неолитической стоянке Пеньки 1. В то же время он более поздний по времени: изменились типы орудий, сократился процент не только пластин, но и изделий из них. Орудия чаще всего носят универсальный характер, заметно снизилась и тщательность их отделки. Наконечники стрел становятся более вытянутыми, их поверхность обработана с двух сторон, глубокие выемки в основании образуют острые свисающие шипы. На стоянке найдено много топоров и тесел.

Весьма интересна плоская каменная фигурка, изображающая голову и шею лося с раскрытой пастью; уши прижаты, глаза в виде выдолбленных ямок. Назначение ее, скорее всего, ритуальное.

Керамика стоянки Пеньки 2 сходна с посудой первой стоянки. Но сосуды здесь уже толстостенные, плоскодонные. Изменяется орнамент. Сосуды украшаются сложными композициями из треугольников, нанесенных гребенчатым штампом, и ямок. Такая орнаментация получила распространение в эпоху бронзы в памятниках андроновской культуры.

На стоянке Пеньки 1 вскрыты постройки наземного типа, прямоугольные в плане. Жилища, вероятно, имели деревянный каркас, перекрытый камышовой кровлей. Дома располагались по краю поселка, в центре находились площадки с открытыми очагами, вытянутыми по одной линии. Они служили для приготовления пищи в летнее время. Внутри дома имелось три очага (один — центральный, два других — боковые), что позволяет предполагать проживание в доме двух семей.

На территории Казахстана обнаружено пока несколько неолитических погребений, в основном в Северном Казахстане. Ни одно из захоронений не имеет внешних признаков на поверхности. Во всех могилах вместе с костями лежали наконечники стрел, что указывает не только на то, что наши предки продолжали заниматься охотой, но и на то, что они вступали в частые военные конфликты. В погребениях очень мало керамики, а в некоторых ее нет вовсе.

Наиболее полно об обряде погребения в неолитическую эпоху можно судить по захоронению у с. Железинка (в 100 км от стоянок Пеньки). Погребение, скорее всего, принадлежало женщине, занимавшей высокое положение в родовой организации. На это указывает богатый набор украшений, орудий труда и, кроме того, особый ритуал захоронения, связанный с поклонением солнцу. Согласно такому обычаю, совершалась кремация трупа. В данном случае это было неполное трупосожжение, за которым следовало погребение останков в могилу вместе с вещами покойной. Среди погребальных украшений — костяная накладка серповидной формы от головного убора, оформленная по краю зубчиками, ожерелье из зубов хищных зверей, крупных бус и раковин. Вместе с богато украшенной одеждой в могилу поместили орудия труда (тесло, костяное шило), охоты (каменные и костяные наконечники копий стрел) и три миниатюрных баночной формы глиняных сосуда со сферическим дном. Там же найдены две фаланги кулана, окрашенные красной охрой — цветом, имитирующим, по представлению древних людей, ритуал сожжения в огне поклонения.

Несмотря на то, что эпоха мезолита и неолита в Казахстане изучена недостаточно, уже сейчас можно назвать многие характерные ее черты. Это было время развития культур степных охотников, ведших подвижный образ жизни и занимавшихся при благоприятных природных условиях (наличии речек и озер) рыболовством.

Тесные культурно-хозяйственные связи, существовавшие в пределах мира охотников и рыболовов, ярко отразились в археологических материалах. Наиболее четко такие контакты могут быть прослежены с племенами кельтеминарской культуры, или кельтеминарской культурной общности, обитавшими в северных областях Средней Азии. Рельефнее всего они проступают у племен Южного и особенно Западного Казахстана. Цепочки древних контактов уходят далеко на север и северо-запад, в Приуралье и Западную Сибирь, проявляясь в особенностях форм кремневых орудий и в
типах орнаментированной глиняной посуды. Культура племен Северного и Восточного Казахстана, обнаружившая признаки сходства с культурой населения Средней Азии, в то же время была более близка к алтайским и прибайкальским племенам новокаменного века. Сохраняя специфику культурных традиций, неолитические племена Казахстана развивались, таким образом, в тесном взаимодействии с племенами соседних регионов и областей.

Интересным является район Мангыстау, обитатели которого проживали на берегу Каспийского моря. Рыболовство не требовало перемещений, по крайней мере постоянных. Для стоянок выбирались удобные места в прибрежной полосе, обеспеченные водой. Охота носила вспомогательный характер. Оседлый образ рыболовов привел к строительству долговременных жилищ. Малоподвижность берегового населения способствовала консервации культурных традиций.

Этот факт иллюстрируется стоянкой Коскудук І, которая найдена не далеко от областного центра г. Актау. Она располагается на краю верхней морской террасы в один километр от современного берега моря. На стоянке сохранился культурный слой мощностью до 35 см, в котором располагаются остатки каменной стенки фундамента большой постройки каркасно-столбового типа. В плане сооружение имела овальную форму 16×14 м. Его стенки складывались из местного камня-известняка. В культурном слое найдены многочисленные изделия из кремня и камня, фрагменты лепных сосудов, обломки морских раковин и украшений из них.

Индустрия стоянки Коскудук І во многом сохранила очень архаичные типы орудий оюклинской культуры, асимметричные трапеции и треугольники, срединные и ретушные резцы, большие серии концевых скребков, вкладыши со скошенным концом, «микрорезцы», отщепы и пластины с подретушированным по слому концом. Появляются и новые формы изделий. Это долотовидные орудия, мелкие сегменты и в большом количестве микросверла.

Находки бус и их заготовки из раковин свидетельствуют, что коскудукцы владели способом изготовления раковинных украшений с помощью лучкового сверла. Они же уже знали прядение нити, т.к. найдены обломки каменных пряслиц-утяжелителей для веретена. На хозяйственную направленность обитателей стоянки указывают наконечники стрел, изготовленные из известняка метательные ядра для пращи и грузило для сетей.

Часть керамики коскудукской стоянки сохраняет оюклинские традиции с элементами орнаментальной техники и композиций нижневолжского неолита. Выделяются обломки сосудов нового типа, с массивным венчиком, гребенчатой орнаментацией и примесью в тесте мелко толченной раковины. Подобная керамика имеется только в материалах хвалынской культуры Поволжья — Северного Прикаспия. Памятники этой культуры найдены и на Мангыстау. Они выделены в шебирский тип. С ними связан переход к новому этапу в истории мангыстауских племен — энеолиту. На основе хвалынской керамики коскудукская стоянка датирована концом V — первой половиной IV тыс. до н. э.

Несколько находок позволяют сказать о некоторых верованиях и обрядах коскудукцев. Вблизи жилища раскопано захоронение мужчины зрелого возраста. Он был погребен в небольшой округлой яме с щелевидным подбоем в сильно скорченной позе на левом боку. Яма имела каменный заклад, который образовывал на древней поверхности наброску в виде холмика. Погребального инвентаря с умершим не найдено. В засыпке могилы встречались кремневые изделия, подтверждающие, что это ритуальное захоронение, связанное с человеческим жертвоприношением при строительстве дома. На сегодняшний день захоронение стоянки Коскудук І самое древнее в Казахстане. Имеется подтверждение, что жители Коскудукской стоянки поклонялись водной стихии. На складе вблизи стоянки найдены выбитые системы желобков, изображение пятиметровой змеи и углубление для сбора дождевых вод.

Атбасарская культура получила свое название по месту наибольшей концентрации стоянок — Атбасарскому району Акмолинской области. Территория его распространения: бассейн р. Ишим в степной зоне (Ишимская степь) и северо-западная часть казахского мелкосопочника. Формирование культуры происходило на материальной базе местных мезолитических племен в конце VII — начале VI тыс. до н. э. при некотором объеме инноваций, проникших с населением Приаралья или восточного Прикаспия (кельтеминарская и оюклинская культуры). Обследовано около 200 стоянок, около 20 из них — раскопано. Наиболее яркие памятники этого периода: Виноградовка II (верхний слой),
Тельмана I, X, стоянки у с. Явленка, Карлуги, Боголюбого, Виноградовка X, XIV, Жабай-Покровка III. Как правило, все стоянки атбасарской культуры располагались на берегах древних русел (стариц) важнейших водных артерий Северного Казахстана: Ишима и Чаглинки. Жилища, судя по сохранившимся следам, были легкого земного характера. Это были постройки в виде шалашей, круглые и квадратные в плане, площадью не более 25 кв. м. О подвижности атбасарского населения свидетельствуют топография памятников, характер индустрии, слабость культурного слоя, характер хозяйства.

Оригинален набор орудий. Он характеризуется сочетанием изделий на пластинчатых заготовках и орудий, изготовленных на отщепах способом двусторонней обработке. Среди последних широко представлены наконечники стрел. В это время появляются крупные скребла и ножи, отбойники стрел. Последние два типа свидетельствуют о первичной обработке кремневого сырья. В местах естественных выходов кремня существовали специализированные мастерские, где производилась первичная обработка добываемого сырья. На стоянке Тельмана І осуществлялась уже дальнейшая обработка нуклеусов: здесь получали заготовки в виде пластин и отщепов, пригодные для изго¬товления вкладышевых орудий труда.

Керамическая посуда была полуяйцевидной формы объемом 1-5 л. Её стенки украшались гребенчатым штампом. Но остатки керамики очень немногочисленны и фрагментарны.

Немногочисленны и остеологические остатки. Лишь на стоянках позднего, а иногда и среднего неолита фиксируются кости лошади, крупного рогатого скота. Фрагментарность и немногочисленность костных остатков не позволяют уверенно причислить их к диким или домашним особям. Но именно этот набор представителей фауны дает возможность говорить о формировании в Северном Казахстане к началу ІІІ тыс. до н. э. элементов производящего хозяйства.

К настоящему времени мы пока не имеем ни одного погребального памятника, связанного с этой культурой. Но на окраине некоторых стоянок (Виноградовка, Тельмана и др.) обнаружены ямы глубиной около 1 м и диаметром до 1,5 м. На их дне мощный слой углистых остатков с кальцинированными включениями. Не исключено, таким образом, что позже, в бронзовом веке, на этой территории мы прослеживаем уже сформировавшуюся традицию кремации умерших.

К настоящему времени не удается проследить четкой связи с последующей на этой территории культурой — ботайской. Фиксируется лишь, как отмечалось выше, угасание к концу IV тыс. до н. э. пластинчатой индустрии и формирование отщеповой.

Ситуация полностью дублируется и на сопредельной территории в районе Торгайского прогиба, когда маханджарская культура сменяется терсекской.

Маханджарская культура. Доминирующее количество известных нам памятников этой культуры находится на дне Торгайской ложбины. Среди них лишь несколько имеют сохранившийся культурный слой и хорошо исследованы: это стоянки Маханджар, Соленое озеро 2, Дузбай 1-4,12, Сор 2, Бестамак, Амангельды. На Тоболе пока известна лишь стоянка Алкау 2.

Характерна топография памятников: многие из них расположены у широких участков поймы в том месте, где она резко сужается. Можно предположить, что к широким участкам пойм были приурочены и широкие плессы с водоплавающей птицей. В древности они, вероятно, отличались тем же.

Почти на всех стоянках, известных сегодня, культурный слой состоит из песка или супеси и в значительной мере развеян. Лишь на одном памятнике — Дузбай 1 — удалось обнаружить остатки каких-то построек. Судя по ним, у неолитического населения здесь были полуземлянки, вкопанные в грунт на полметра.

Оригинальная посуда маханджарской культуры: керамическая тонкостенная посуда изготовлялась вручную и имела удлиненные пропорции. Шейка горловины обычно была заужена, дно коническое, иногда завершалось шипом. Орнамент наносился по ещё непросохшим стенкам сосудов зубчатым («гребенчатым») штампом. Композиция из горизонтальных или вертикальных зигзагов, параллельных оттисков и других элементов иногда украшала всю внешнюю поверхность.

При изготовлении орудий труда древнее население Притоболья предпочитало использовать технику пластинчатых вкладышей. Обычно на стоянках они составляют почти половину от числа всех находок. Но сырье для орудий в это время уже предпочитают использовать из местных источников. При этом сохраняются все приемы вторичной обработки, известные здесь в мезолите: в том числе и изготовление геометрических вкладышей в виде трапеций. Наряду с изготовлением орудий методом нанесения краевой ретуши и резцового скола, достоверно отмечено использование метода шлифования. Кроме того, найден и фрагмент пряслица с просверленным отверстием. Это не только свидетельствует о появлении метода сверления, но и распространении прядения. Сверла из каменных пластинок известны на стоянках Дузбай 2 и Бестамак 7. Интересно также и то, что на стоянках маханджарской культуры отсутствуют наконечники стрел. Вероятно, в их качестве использовалась конструкция из нескольких вкладышей.

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1900 Родился Василий Иванович Абаев — выдающийся советский и российский учёный-филолог, языковед-иранист, краевед и этимолог, педагог, профессор.
  • Дни смерти
  • 1935 Умер Васил Николов Златарский — крупнейший болгарский историк-медиевист и археолог, знаменитый своим трёхтомным трудом «История Болгарского государства в Средние века».

Метки

Свежие записи

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика