Матющенко В.И. К вопросу о бронзовом веке в низовьях р. Томи

Интернет по-прежнему остается довольно демократичной сферой деятельности — любой человек или организация может создать собственный сайт без лишней волокиты и бюрократии. Причём, не обязательно самому заниматься созданием сайтов — тут можно просто заказать создание сайта любой тематики и на любой вкус. Профессионалы сделают сайт намного лучше, чем если бы занялись сайтостроением сами.

К содержанию журнала «Советская археология» (1959, №4)

В результате раскопок Томского могильника, произведенных А. В. Адриановым 1, и дальнейшего исследования этих материалов М. Н. Комаровой 2 впервые удалось установить наличие памятников андроновского времени в низовьях р. Томи. М. Н. Комарова на основании выделенных ею 12 погребений Томского могильника охарактеризовала андроновское время в низовьях р. Томи, восстановив в общих чертах хозяйственный и общественный строй населения того времени. Для более широких выводов материал, которым она располагала, был недостаточен. Упоминания о памятниках андроновского времени в низовьях Томи есть также у А. П. Дульзона 3; однако он только указывает на наличие памятников. Некоторые материалы по Самусьской стоянке приводит в своей работе Н. Л. Членова 4, датируя эту стоянку андроновским временем. Но и эти материалы чрезвычайно ограничены и не позволяют по-настоящему широко решать вопросы истории томских племен эпохи раннего металла. Таким образом, до настоящего времени эпоха ранней бронзы в нижнем течении Томи остается почти не изученной.

В последние годы мною проведены исследования некоторых археологических памятников интересующего нас времени. Так, в 1953—1954 гг. в пос. Самусь была частично раскопана стоянка на ул. Стахановца (Самусь III) 5, где был собран некоторый вещественный материал, относящийся к эпохе бронзы. В 1954—1957 гг. экспедиция Музея истории материальной культуры Томского гос. университета исследовала поселение на ул. Набережной в том же пос. Самусь (Самусь IV). Это поселение оказалось наиболее интересным; здесь было собрано очень много находок, а также вскрыты остатки жилищ.

На стоянке по ул. Стахановца (Самусь III) вскрыто 40 м2 площади. Здесь можно выделить два слоя, один из которых относится к эпохе неолита, другой — к эпохе бронзы. Однако стратиграфически эти два слоя разделить не удалось: не были обнаружены и остатки жилых комплексов.

К эпохе неолита следует отнести керамику, имеющую наибольшее сходство с украшенной отпечатками отступающей палочки керамикой Самусьского могильника. Весь облик этой керамики свидетельствует о довольно раннем времени ее происхождения. К этой же ранней эпохе следует отнести рыболовные стерженьки из глинистого сланца, напоминающие глазковские и имеющие аналогии в Самусьском могильнике и в могильнике на старом мусульманском кладбище у г. Томска.

К эпохе бронзы, по нашему мнению, следует отнести каменные треугольные наконечники стрел, грубо обработанные, изготовленные из кварцита. Такие наконечники довольно редки в памятниках эпохи неолита. Кроме того, эпохой бронзы следует датировать каменные орудия, сделанные из валунов галечника, обработанные широкими грубыми сколами. Подобные орудия отличаются от неолитических своей грубостью и несовершенством выделки. Сосуды, которые мы относим к эпохе бронзы, имеют плоское дно, изготовлены из серой глины и украшены различного рода желобчатым и резным орнаментом. Желобки и резные линии, а иногда и чеканно-гребенчатые узоры покрывают всю стенку сосуда.

Поселение на ул. Набережной (Самусь IV) расположено в северном конце пос. Самусь, на мысе, образованном правым берегом Томи и левым берегом речки Камышинки. Высота берега в этом месте достигает 7—8 м. Это наиболее низкая часть материкового берега у пос. Самусь. Памятник открыт нами в 1954 г.; тогда же были проведены небольшие пробные раскопки. В 1955 и в 1957 гг. работы были продолжены. Всего за три года вскрыто 768 м2. В итоге работ на поселении собран материал эпохи бронзы.

Наибольший интерес представляют вскрытые здесь остатки жилищ. В 1957 г. нам здесь удалось обнаружить следы трех землянок.

Землянка № 1 (рис. 1, I) расположена у обрыва в северо-западной части раскопа. Границы землянки выявлены на глубине 0,75 м от поверхности. Она прослеживалась в материке в виде овального темного пятна с наибольшим диаметром — 5,10 м; глубина от поверхности — 1,25 м. Землянка представляет собой постепенно углубляющуюся впадину с плохо выраженными стенками. В середине дна землянки (ближе к северо-восточному краю) открыты остатки круглой в плане ямы от очага размером 1.3 м и глубиной 0,50 м. На дне ее находился толстый слой угля, толщиной в 0,15—0,18 м, который подстилался прослойкой сильно обожженной земли.

В 0,4 м юго-западнее от описанного очага вскрыты остатки другого очага, устроенного прямо на дне землянки, без углубления. Диаметр очага — 1.3 м, толщина очажного слоя — 0,20—0,25 м. У первого и второго очагов обнаружены обломки двух сосудов. Во втором очаге найдены кости лося, лежавшие кучей; среди костей и обломков сосудов часто попадаются многочисленные камни со следами ударов, служившие, видимо, в качестве отбойников.

Вдоль северной стенки землянки была выложена цепочка из камней размером 0,20—0,50 м. Некоторые из них представляют собой обломки валунов. Небольшое скопление подобных же камней находилось и в южной половине землянки. Среди этих камней найдены различные отбойники, наконечники стрел, а также камни, которые могли служить грузилами и т. п.

Землянка № 2 (рис. 1, II) прослежена в виде нечеткого воронковидного углубления размером 5,2 X 5,0 м, глубиной 0,9 м от поверхности. В плане углубление вытянуто с северо-запада на юго-восток. По расположению объектов внутри эта землянка сходна с землянкой № 1. Так, с северо-востока на юго-запад сплошной цепочкой залегало скопление камней, целых и разбитых. Под этими камнями находился очаг в виде округлого углубления диаметром 1,4 л и глубиной 0,4 м, заполненный углистой землей. Некоторые камни из скопления попали в очаг и имели следы действия огня. Другие камни лежали на дне землянки.

Среди камней, попавших в очаг, найдены каменные скульптуры: голова человека (с отбитой левой частью лица) и голова медведя. Лицо человека выполнено очень искусно, правильно переданы нос, губы и выступающий вперед подбородок. Шея изображена в виде выступа с закругленными краями. Глаз сделан в виде овала, окруженного углублением. В облике лица ясно проступают европеоидные черты.

Изображение головы медведя из песчаникового сланца правильно передает основные черты медведя: выпуклый лоб и выпуклые глаза. Пасть намечена правильным углублением. Правая часть верхней челюсти отбита.

Рис. 1. I — план землянки № 1 на поселении Самусь IV; II — план и профиль землянки № 2 на поселении Самусь IV; III — план и профиль землянки № 3 на поселении Самусь IV

Рис. 1. I — план землянки № 1 на поселении Самусь IV; II — план и профиль землянки № 2 на поселении Самусь IV; III — план и профиль землянки № 3 на поселении Самусь IV

Среди обломков камней очага найдены, как и в первой землянке, отбойники, грузила, песты и прочие каменные орудия. На расстоянии 1 м к северо-западу от очага располагалось скопление камней, которое было обнаружено еще во втором слое и основанием своим залегало на материке. Это скопление состояло из камней различной формы и размеров, большинство из них расколото. Такие камни носят на себе яркие следы воздействия огня. Среди камней находилось незначительное количество углей. Вероятнее всего, здесь был очаг.

Границы землянки № 3 (рис. 1, III) прослежены нечетко, ее юго-западная часть разрушена обрывом берега. Вместе с тем бесспорно, что это жилище было вытянуто с севера на юг и имело не менее 7 м в длину и глубину — 1 м от поверхности. Во всех частях землянки на дне были разбросаны различные камни без особого порядка. В центральной части землянки находилось округлое очажное пятно диаметром 1,6 м, глубиной 0,35 м от дна землянки. В северном конце углубления землянки имелось второе очажное пятно, интенсивно насыщенное углями. В плане оно, как и предыдущие, круглое, диаметром 2,10 м, глубиной в материке — 0,80 м. Однако второе очажное пятно к землянке отношения не имеет. В пользу этого предположения свидетельствуют стратиграфические наблюдения; очажное пятно нигде не нарушено углублением землянки, в то время как пологая стенка углубления землянки перерезана очагом.

В 0,5 м к северо-западу от первого очага находилось скопление крупных костей лося. Отдельные небольшие кости или обломки встречались и среди камней, разбросанных по всей площади землянки.

На поселении обнаружены также многочисленные очаги, в большинстве своем сооруженные из камней. Камни чаще всего сложены кучей, между ними и особенно в нижней части встречаются угли и углистая земля. Очаг, расположенный рядом с землянкой № 1, состоял из камней различной формы, некоторые из них сильно разбиты, многие имеют следы огня. Размеры его — 2,0 X 1,2 м. Толщина очажного слоя — 0,25 м, самая нижняя часть насыщена углистой землей, которая встречается и в верхней части между камнями. Рядом с очагом часто находились целые и сломанные каменные орудия (наконечники стрел, песты, отбойники и пр.), а также литейные формы для изготовления бронзовых орудий. У очага лежал большой камень, который мог использоваться в качестве наковальни, судя по тому, что он имеет многочисленные царапины на верхней стороне. О том, что возле этого очага производилась выработка каменных орудий, свидетельствуют многочисленные отщепы и обломки камня, усеивающие площадь вокруг очага. В некоторых случаях у очагов находились об¬ломки глиняной посуды или целый сосуд.

Кроме того, имелись очаги без камней, устроенные в ямах, вырытых в земле. Это обыкновенно воронкообразные углубления, округлые в плане, заполненные углями и углистой землей.

В некоторых местах поселения найдены скопления камней различных размеров; многие из них отбиты или расколоты. Вблизи таких скоплений частой находкой являются каменные отщепы. Но камни этих скоплений, в отличие от каменных очагов, не имеют никаких следов огня. Вероятно, это места, где могла производиться обработка каменных орудий.

Представляет несомненный интерес каменная выкладка, сооруженная из небольших цельных камней, улаженных в один слой плотно друг к другу, и обнаруженная на глубине 0,60 м. В плане она подчетырехугольная, с размерами сторон 1,6 X 0,9 м. Связь ее с очагами или землянками установить не удалось, назначение неясно.

Найденные на поселении каменные наконечники стрел довольно разнообразны по форме. Есть лавролистные (рис. 2, 1), иволистные (рис. 2, 2, 5, 15), треугольные (рис. 2, 3, 4, 17) с прямым и вогнутым основанием. Отдельные экземпляры очень широкие (до 1,9 см), другие, наоборот, длинные и очень узкие. Некоторые наконечники имеют черешок (рис. 2, 16). Материалом для изготовления наконечников служил преимущественно кварц, использовался также кремнистый сланец. Средняя длина наконечников 3—4 см. Большинство наконечников обработано довольно примитивной отжимной ретушью. Есть несколько экземпляров кварцитовых наконечников стрел, не до конца обработанных.

Найдено всего два наконечника копий из камня на поселении. Один сделан из розового сланца (рис. 2, 14), другой из черного кремня (рис. 2, 6). От остальных найдены обломки, по которым трудно судить о форме орудия.
Каменные ножи представлены на поселении несколькими экземплярами (рис. 2, 8, 13). Один из них имеет форму неолитического асимметричного ножа, другой напоминает современный нож с коротким широким черешком (рис. 2, 9).

Найдены две каменные проколки. Одна из них изготовлена из толстого, длинного отщепа кварцита, более широкая сторона которого могла укрепляться в рукоятке, а тонкая и узкая была острием (рис. 2, 10).

Рис. 2. Каменные орудия с поселения Самусь IV

Рис. 2. Каменные орудия с поселения Самусь IV

Другая, тоже кварцитовая, имеет форму буквы «Т», острие сломано; вся поверхность ее обработана отжимной ретушью (рис. 2, 7).

Каменные топоры и тесла на поселении немногочисленны. Они преимущественно массивные и тяжелые, изготовлены из кремнистого или глинистого сланца или из кварцита, обработаны грубыми сколами, лезвие зашлифовано. Имеется одно тесло, отличающееся от других более совершенной обработкой. Оно изготовлено из отщепа кремнистого сланца, трапециевидной формы, со слегка выпуклым лезвием (рис. 2, 11).

Кроме того, найдены заготовки для каменных орудий. Это в основном остроконечники из кварцита. Формы этих орудий только намечены и не обработаны ретушью (рис. 2, 12). Имеются такие заготовки для топоров и тесел.

Многочисленны находки пестов, которые изготавливались из самого разнообразного материала: кварцита, диорита, различных пород сланца и пр. Для изготовления песта нередко употреблялся камень подходящих форм и размеров. В некоторых случаях мастер сбивал несколькими ударами неровности валуна и притуплял рабочую часть.

Отбойники встречаются на поселении очень часто. Для них иногда выбирались валуны галечника длиной 10—15 см, формы удобной для захвата рукой, они несколько вытянуты, рабочая часть заостренная, с многочисленными следами ударов.

На поселении обнаружено несколько видов наковален, для которых использовались большие тяжелые камни весом 8—10 кг. Плоская сторона такого камня обыкновенно использовалась как рабочая поверхность. Иногда в качестве наковальни использовались огромные камни. Так, у землянки № 2 была обнаружена наковальня весом до 12 кг. Одна сторона ее плоская, другая выпуклая; в поперечном сечении наковальня четырехугольная. Выпуклая сторона служила рабочей поверхностью. В результате частого использования на этой поверхности имеются многочисленные царапины. Наковальни большей частью находятся у костров, вместе с многочисленными отщепами камней.

Шлифовальные плиты — необходимое орудие при обработке камня. На Самусьском поселении обнаружено четыре плиты и несколько обломков. Все они сделаны или из мелкозернистого песчаника, или из глинистого сланца. Верхняя, рабочая плоскость хорошо заполирована, а иногда и сильно сработана от длительного употребления. Одна из плит имела размеры около 0,4X0,25 м. Другие плиты были несколько меньших размеров.

Рис. 2 (продолжение). Каменные орудия с поселения Самусь IV

Рис. 2 (продолжение). Каменные орудия с поселения Самусь IV

Рыболовные грузила, обнаруженные на поселении, имеют самые различные размеры и формы. Отдельные экземпляры достигают веса 2—3 кг и изготовлены из валунов. Другие, наоборот, очень маленькие, в несколько сот граммов, сделаны из больших отщепов камня. Для перевязи на них сделаны желобки, иногда опоясывающие все грузило; иногда выемки выбиты только на изгибах поверхности грузила. Некоторые грузила, изготовленные из целых валунов, имеют сквозные отверстия. Каменные якоря напоминают по форме грузила, но они значительно больших размеров. Они также имеют или поперечные желобки для пере¬вязи, или сквозные отверстия сбоку.

Рис 3. Литейные формы для кельтов с поселения Самусь IV

Рис 3. Литейные формы для кельтов с поселения Самусь IV

Рис. 4. Самусь IV. Обломки литейных форм для копий (1—4) и обломки литейной шишки (5)

Рис. 4. Самусь IV. Обломки литейных форм для копий (1—4) и обломки литейной шишки (5)

Пряслица почти все изготовлены из глинистого сланца. Интересны два экземпляра, сделанные из обломков глиняного сосуда. На одном из них имеются остатки чеканно-гребенчатого орнамента. Другое пряслице еще не закончено обработкой и имеет вид полукруга с отверстием в середине. С одной стороны нанесен желобчатый орнамент, выполненный отступающей лопаточкой, и резной линейный.

Каменных подвесок найдено несколько экземпляров; они сделаны из пластинок глинистого сланца и на одной стороне имеют сквозное отверстие. Форма их сегментовидная или подчетырехугольная.

Найдено два каменных шара, диаметром 5—6 см. Целый экземпляр сделан из крупнозернистого песчаника, а половина от другого — из галечника. Как тот, так и другой имеют сквозные просверленные отверстия. Особенно интересными находками являются каменные и глиняные формочки для литья бронзовых орудий. На поселении собрано большое количество обломков таких форм; некоторые из них нам удалось частично восстановить.

Рис. 5. Керамика с поселения Самусь IV

Рис. 5. Керамика с поселения Самусь IV

Формы для отливки кельтов сделаны из мелкозернистого песчаника, отливавшиеся в них кельты по верхней части имели два-четыре горизонтальных желобка, от которых вниз спускаются два вертикальных желобка (рис. 3, 1, 2). Некоторые кельты имеют другие виды орнамента. В одном случае верхний орнаментальный пояс кельта состоит из заштрихованных ромбов, от которых вниз спускаются фестоны из таких же ромбов (рис. 3, 4). Другой кельт по верхней части украшен тремя горизонтальными валиками, которые пересекаются несколькими поперечными линиями, образуя горизонтальную лесенку (рис. 3, 3). Некоторые формы имеют на внешней стороне поперечные желобки для скрепления двух половинок.

Кроме того, на поселении найдено несколько обломков глиняных форм, для литья кельтов. Кельты, изготовленные по этим формам, имели вертикальные и горизонтальные валики. Узор процарапывался на готовой глиняной форме.

Рис. 6. Глиняные сосуды (1—4) и гребенчатый штамп из глиняного сланца (5) с поселения Самусь IV

Рис. 6. Глиняные сосуды (1—4) и гребенчатый штамп из глиняного сланца (5) с поселения Самусь IV

Много найдено форм для литья наконечников копий. В одной из них отливался наконечник копья с длинной втулкой и с боковым ушком. Втулка была украшена 14 валиками (рис. 4, 1). Обломки таких формочек являются довольно частой находкой; однако по ним не всегда удается полностью восстановить общий вид готового орудия (рис. 4, 2, 3, 4).

Интересны находки глиняных шишек, применявшихся в литейном деле древними мастерами. Так, одна из таких шишек использовалась, видимо, при литье наконечника копья (рис. 4, 5).

Керамика поселения представляет собой, по-видимому, единый комплекс. Все сосуды, за исключением одного небольшого сосуда, плоскодонны. Венчики прямые, слегка отогнуты наружу. К середине сосуд слегка расширяется и затем суживается ко дну. Есть сосуды баночной формы. Глина преимущественно серая, иногда желтая, отжиг средний, примесь в тесте — песок, и только изредка — слюда или дробленый гранит. Толщина стенок сосудов — 0,7—1 см; изготовлены сосуды ленточным способом. Изнутри они имеют ясные следы вытирания широкой дощечкой. Размеры разнообразны. Есть экземпляры, емкость которых не превышает одного стакана, другие — вместимостью 3—5 л и более.

Орнаменты керамики можно разделить на два вида: 1) выполненные гребенкой и 2) выполненные палочкой. Первый вид орнамента довольно разнообразен. Отпечатки гребенки можно видеть в разных комбинациях.

Отпечатки многозубчатой гребенки покрывают весь сосуд сплошными горизонтальными поясами (рис. 5, 5), образуют линии в виде зигзага (рис. 5, 1, 4) в сочетании с другими геометрическими узорами, ямочками и отступающей гребенкой; иногда гребенчатый орнамент украшает обрез венчика. Очень многообразны узоры, образуемые отступающей гребенкой. Сплошные широкие ленты ее покрывают иногда весь сосуд (рис. 6, 1, 2). Иногда такие ленты строго горизонтальны, иногда выполнены несколько волнисто. В некоторых случаях они спускаются от венчика до дна; на отдельных сосудах имеются треугольные поля, заполненные отпечатками гребенки (рис. 6, 4).

Рис. 7. Керамика с антропоморфными изображениями (/, 3, 4) и геометрическими фигурами с поселения Самусь IV

Рис. 7. Керамика с антропоморфными изображениями (/, 3, 4) и геометрическими фигурами с поселения Самусь IV

Кроме того, имеется орнамент, названный нами отпечатками ромбической гребенки (рис. 5, 3). Этот вид орнамента представляет собой действительно отпечатки широкой палочки, рабочая часть которой имеет в разрезе форму ромба, но вместе с тем и неглубокие параллельные поперечные прорези, в результате чего отпечатки имеют вид ромбической гребенки.

Нам посчастливилось обнаружить во время раскопок каменную гребенку, при помощи которой украшались сосуды (рис. 6, 5). Она представляет собой пластинку глинистого сланца, узкие стороны которой имеют неглубокие нарезки, в результате чего получилась двусторонняя гребенка. Эта гребенка могла применяться и при заглаживании стенок сосудов.

Другой вид орнамента, выполненный палочкой, представлен различного рода желобчатыми узорами (рис. 6, 3), резными линиями в сочетании с ямочками и лунками (рис. 5, 2, 6) и фигурными комбинациями (рис. 7, 2), образующими иногда антропоморфные фигуры и личины (рис. 7, 1, 3, 4). Желобки, как правило, нанесены горизонтально и представляют собой то сплошные резные линии, то желобки, выполненные отступающей палочкой с небольшими надавливаниями. Резные линии и желобки иногда нанесены волнообразно.

Орнаментация керамики очень сходна с орнаментами предметов, отливавшихся в найденных нами формочках. Как в том, так и в другом случае имеется желобчатый горизонтальный и вертикальный орнамент. Орнамент в виде штрихованных ромбов встречается и на сосудах и на кельтах. Вместе с тем именно этот вид орнамента немногочислен в керамике и только один раз встречен на литейной форме.

Керамика поселения имеет большое сходство с керамикой из других памятников этого же района, но относящихся к более раннему времени. Такова, например, керамика из погребений Самусьского могильника, из могильника на мусульманском кладбище и, наконец, из неолитических погребений Томского могильника. В указанных могильниках и на поселении встречаются сосуды одинаковых форм. То же можно отметить и относительно типов орнамента и приемов его выполнения. Орнамент, нанесенный отступающей палочкой и гребенкой, и ямочки встречаются как на сосудах из указанных памятников, так и на сосудах нашего поселения 6.

Материалы Самусьского поселения (Самусь IV) бесспорно очень близки материалам из погребений андроновского времени в Томском могильнике. Об этом свидетельствуют формы сосудов. О времени поселения свидетельствуют находки формочек для литья кельтов сейминского типа, с орнаментом в виде опускающихся вниз штрихованных ромбов, и формы для наконечников копий с ребристой втулкой и ушком.

Наиболее близкие аналогии предметам, отливавшимся в найденных нами литейных формах, имеются среди находок Сейминского могильника, около г. Горького, Турбинского и Усть-Гайвенского могильников в Западном Приуралье 7. Особенно близки копья с широким пером и кельты с линейным орнаментом. Но в отличие от Турбинского могильника, где нет никаких остатков керамики, наше поселение дало богатую коллекцию посуды, которая хорошо увязывается с находками литейных форм.

Учитывая все эти данные, нам представляется возможным определить время поселения II тысячелетием до н. э. точнее — его серединой. Оно принадлежит местной культуре, синхронной андроновской, но вместе с тем резко отличной от последней.

Керамика эпохи бронзы со стоянки Самусь III имеет очень большое сходство с керамикой поселения, открытого в пос. Самусь на ул. Набережной (Самусь IV). Это два памятника одной эпохи. Вместе с тем, как уже было сказано выше, эта керамика имеет прямую связь с предыдущей, неолитической. На этом основании можно сделать вывод о том, что культура томских племен имела непрерывное развитие от неолита до эпохи бронзы.

Богатый материал, добытый на описанных памятниках, ярко характеризующий культуру эпохи бронзы в низовьях р. Томи, позволит по-новому решать многие вопросы истории таежных племен Западной Сибири.

Notes:

  1. А. В. Адрианов. Томский могильник. Извлечения из дневника. ОАК за 1889 г., стр. 99—111.
  2. М. Н. Комарова. Томский могильник, памятник истории древних племен лесной полосы Западной Сибири. МИА, № 24, 1952, стр. 16—30.
  3. А. П. Дульзон. О некоторых древних поселениях человека в пределах Томской области. Уч. зал. ТГПИ, т. XII, 1954, стр. 223—278; его же. Археологическая карта Томской области. Тр. ТОКМ, т. V, 1956.
  4. Н. Л. Членова. О культурах бронзовой эпохи лесостепной зоны Западной Сибири. СА, XXIII, 1955, стр. 53, 55, 57.
  5. В окрестностях пос. Самусь имеются другие археологические памятники: Самусьский могильник (Самусь I) и поселение эпохи железа (Самусь II).
  6. А. П. Дульзон. Археологические памятники Томской области. Тр. ТОКМ, т. V, 1956, рис. 67—79.
  7. О. Вahdеr. Kulturen der Bronzezeit in Zentralrussland. Helsinki, 1957, рис. 3 и 4.

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1908 Родился Уиллард Франк Либби — американский химик, разработчик метода радиоуглеродного датирования. Этот метод используют археологи, почвоведы и геологи для определения возраста биологических объектов.

Метки

Свежие записи

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика