Крупнов Е.И. Грузинский храм Тхаба-Ерды на Северном Кавказе

К содержанию 15-го выпуска Кратких сообщений Института истории материальной культуры

В глубине Ассинского ущелья, вблизи горного селения Хайрах, на Северном Кавказе, стоит заброшенный и постепенно разрушающийся храм, известный под названием „Тхаба-Ерды», т. е. церковь „святого 2-х тысяч». 1

Среди древних архитектурных сооружений центрально-горной полосы Северного Кавказа памятник занимает особое место.

Храм находится на правом берегу р. Ассы, в очень живописной горной котловине, образованной р. Ассою и ее притоками. По археологическим материалам и данным истории и этнографии устанавливается, что вся эта местность в отдаленные времена была густо заселена и с полным основанием может считаться первоначальным районом расселения местных племен и колыбелью древней горской культуры. Место для храма выбрано очень удачно. Храм неоднократно описывался и русскими и иностранцами, начиная с XVIII в.

Тхаба-Ерды находится в окружении древних, еще мало исследованных поселений и могильников; с ним связаны некоторые народные предания. Всестороннее изучение этого интересного архитектурного сооружения, совершенно незаслуженно находившегося до сих пор в тени, позволит выдвинуть и осветить далеко еще не ясные вопросы взаимосвязей населения Северного Кавказа с феодальной Грузией.

Впервые храм Тхаба-Ерды был открыт квартирмейстером русской армии Штедером еще в 1781 г. 2 Позднее, в 1811 г., Тхаба-Ерды посетил геолог Энгельгардт. Свои наблюдения и описания храма (в основном повторяющие описание Штедера) он сопроводил съемкой плана и зарисовками храма, правда, неточными, но дающими отчетливое представление о памятнике. 3 Наиболее же обстоятельными и точными описаниями, обмерами и зарисовками Тхаба-Ерды мы обязаны русскому классику кавказоведу В. Ф. Миллеру. 4

К сожалению, В. Ф. Миллеру остались неизвестными характеристики памятника, данные Штедером и Энгельгардтом; он не смог установить некоторого несоответствия данных, приводимых его предшественниками, с данными, заимствованными им у знатока грузинской эпиграфики Д. 3. Бакрадзе, к консультации которого по вопросу о датировке храма Миллер обращался. Впервые на это было обращено внимание только в советское время. 5

Сведения, приводимые различными авторами о храме Тхаба-Ерды, отличаются значительным разнообразием и неточностью, что в значительной степени объясняется тем, что памятник описывался часто наспех и по наличному
его состоянию без каких-либо даже поверхностных зачисток и, тем более, археологических раскопок вокруг.

Небольшие зачистки произвел только В. Ф. Миллер. Поэтому я полагаю необходимым дать краткое описание
современного вида и состояния памятника, основанное на личном ознакомлении с храмом Тхаба-Ерды во время
посещения его археологической экспедицией ГИМ и ИИМК АН СССР летом 1939 г.

Должен оговориться, что и нами также никаких археологических раскопок вокруг памятника произведено не
было, так как таким исследованиям должны предшествовать хотя бы предварительные восстановительные работы.

В основе храма Тхаба-Ерды лежит сравнительно небольшая удлиненная однонефная зала с одной абсидой, вписанной в прямоугольник здания и не выступающей наружу. Внешняя длина храма 16 м, ширина 7 м. Стены сложены из разнородных камней плотного желтовато-серого известняка, мергеля и плит шиферного сланца.

Большинство камней и плит носит следы обработки. Кладка стен выполнена на извести. Стены достигают толщины от 0.75 до 1 м. Углы выложены из прекрасно обтесанных крупных блоков известняка.

Здание ориентировало не совсем точно на восток, с значительным отклонением к северу.

Внутренность храма разделена тремя высокими стрельчатыми арками на 4 неравные части (рис. 50, 51), причем толщина оснований арок уметен значительно больше, чем у концов их.

Первая западная арка отделяет притвор храма, входом в который служит главная дверь, шириной 1.1 м; полукруглая арка двери выложена незаконченным ложным сводом, весьма типичным для местной башен» ной архитектуры эпохи позднего средневековья. Вторая арка разделяет центральную часть здания на две половины, из которых западная имеет вход в южной стене, а в другую половину вход устроен в северной стене. Наконец, третья арка отделяет алтарную часть храма. Арка южной входной двери, шириной 0.80 м, украшена плитами, покрытыми рельефными овами, пересеченными валиком.

Рис. 50. План храма Тхаба-Ерды близ сел. Хайрах

Рис. 50. План храма Тхаба-Ерды близ сел. Хайрах

Рис. 51. Храм Тхаба-Ерды. Внутренний вид (Фото М. В. Фехнер)

Рис. 51. Храм Тхаба-Ерды. Внутренний вид (Фото М. В. Фехнер)

Северная дверь, шириной 0.80 и, в настоящее время заложена камнями, но все же видна отчетливо. Боковые стенки ее в верхних частях имеют плиты в виде капителей, украшенных отлично вырезанными виноградными гроздьями. В. Ф. Миллер эту дверь, очевидно, не заметил, ибо на опубликованном им плане Тхаба-Ерды она отсутствует. 6

Энгельгардт же эту дверь отмечает, но на плане помещает ее не там, где она существует, а в алтарной части, у самого начала абсиды. Между тем никаких следов даже заделанной двери здесь нами не обнаружено.

В южной части стены, на высоте более 4 м имеются 4 окна в форме узких стрельчатых арочек, шириной 0.20—0.25 м, образуемых двумя склоненными друг к другу плитами (рис. 52).

Единственное большое окно, шириной 0.80 м, освещает алтарную часть храма. Пролет окна перекрыт двойной орнаментированной аркой. Наличник окна также украшен вырезанными колонками и полосами плетеного орнамента. Полукружье над окном украшено плохо сохранившимися грубо выполненными барельефами. Из четырех изображенных человеческих фигур можно отметить одну с ребенком на руках и другую фигуру человека, борющегося с животным (рис. 53). Самый замечательный барельеф храма Тхаба-Ерды вделан в западную стену здания {рис. 54), высоко над главным входом.

Рельеф заключен в громадное полукружье, окаймленное выпуклыми тесаными плитами, нижние из которых украшены рельефным растительным узором. Нижняя часть рельефа заключает три мужские фигуры. Сохранившиеся фигуры изображены en face, с непокрытыми головами; одеты они в стеганые халаты. Центральная фигура — меньших размеров. Над ее головой вделана выступающая орнаментированная плита, на которой некогда покоилась каменная модель крестообразной в плане церкви с барабаном и коническим куполом; модель воспроизводит крестокупольный тип грузинских церквей. В настоящее время основа модели находится внутри здания, в груде других упавших камней; часть, изображающая барабан с куполом, хранится в Областном музее краеведения в г. Грозном.

Первая фигура (от зрителя) в левой руке, вытянутой по направлению к центральной фигуре, держит крест; правая рука лежит на рукояти длинного прямого меча. От третьей левой фигуры сохранились только полы одежды и ноги.

Судя по изображению этого барельефа, изданному В. Ф. Миллером, третья фигура представляет духовное лицо в епитрахили и с кистями винограда на плечах. В настоящее время верхней части этого комплекса уже не существует: не существуют ни упоминаемые Миллером и его предшественниками грузинские надписи, ни изображения ангелов, ни рука, держащая крест (?), — по Штедеру — наугольник. Сохранившиеся плиты с карнизов и арок украшены различными узорами — растительным, плетенкой и другими мотивами, обычными в грузинской архитектурной орнаментике.

Все эти барельефы глубоки и были вырезаны в мягком камне, иногда на глубину до 5 см. По мнению местных жителей, приводимому В. Ф. Миллером, все орнаментированные плиты были привезены из Грузии, так как такого строительного материала в окрестностях нет.

Крыша храма Тхабы-Ерды, ныне рухнувшая, была двускатная и состояла из каменных плит и шиферного сланца: она частично покоилась на потолке, который еще поддерживает внутренние арочные перегородки.

Судя по некоторым признакам, над алтарной частью существовало, особое куполообразное перекрытие, возвышавшееся над гребнем крыши.

Рис. 52. Храм Тхаба-Ерды. Часть южного фасада. (Фото М. В. Фехнер)

Рис. 52. Храм Тхаба-Ерды. Часть южного фасада. (Фото М. В. Фехнер)

Из некоторых особенностей этого храма, ускользнувших от внимания старых исследователей, следует отметить наличие на внутренних стенах алтарной части остатков облицовки красного цвета, на что впервые обратил внимание Л. П. Семенов, посетивший этот храм в 1926 г. 7 Обнаруженная в других местах алтарных стен облицовка бледнорозового цвета позволяет думать, что некогда стены алтаря были украшены и фресковой живописью, подобно, например, известной Нузальской часовне в Северной Осетии. Внутри храма, среди груды камней встречены камни с грузинскими надписями, но из-за плохой сохранности они вряд ли могут быть прочтены.

Возможно, что некогда все здание окружала каменная ограда, от которой кое-где сохранились лишь невысокие стены с остатками ворот в западной части. Судя по отделке колонн и остаткам арочного перекрытия, это был главный выход за ограду храма.

Рис. 53. Храм Тхаба-Ерды. Рельеф на западном и восточном фасадах. (По публикации Энгельгардта)

Рис. 53. Храм Тхаба-Ерды. Рельеф на западном и восточном фасадах. (По публикации Энгельгардта)

Рис. 54. Храм Тхаба-Ерды. Рельеф на западном фасаде. (По публикации В. Ф. Миллера)

Рис. 54. Храм Тхаба-Ерды. Рельеф на западном фасаде. (По публикации В. Ф. Миллера)

Стены ограды настолько деформированы, что дать их точное описание невозможно. Деформация всего комплекса и объясняет неточность планов храма Тхаба-Ерды и ограды, выполненных Энгельгардтом и Миллером.

До крупных археологических раскопок внутри и вне храма дать исчерпывающее описание этого архитектурного памятника весьма затруднительно.

Храм представляет собой однонефную базилику, планировка его повторяет ряд древних христианских сооружений как Северного Кавказа, так и Закавказья. Подобный план имеет и соседнее святилище „Алби-Ерды“, находящееся в том же Ассинском ущелье, с такой же двухскатной кровлей. Особенно много параллелей планировке, перекрытию и некоторым деталям этого храма можно встретить в памятниках Закавказья и прежде всего Грузии. 8 Ряд аналогий храму Тхаба-Ерды дают и сванские церкви с двускатными крышами. 9 Основные черты Тхаба-Ерды сближают ее с так называемой „Саванской базиликой», расположенной близ сел. Сачхери на р. Квириле. 10 Однонефная зала ее также делится арками на отдельные части и также завершается двухскатной кровлей. Входы и здесь расположены с западной и южной стороны. Карниз Саванской базилики также украшен вычурным растительным орнаментом. Саванская базилика относится к XI в. Весьма близкой Тхаба-Ерды является и маленькая однонефная церковь близ сел. Хамамлу (Башкичетский район Грузии), построенная, судя по грузинским надписям, в 1190 г. 11

Множество однонефных, вписанных в прямоугольники базилик, известны на территории Абхазии. В отличие от Тхаба-Ерды, все они сложены из тесаных, хорошо обработанных плит известняка. Суммарно они датируются XII — XIII вв. 12 Но в Грузии встречаются подобные же базилики, характерные и для последующего периода.

Плиты от карниза храма, украшенные геометрическим и растительным орнаментом, также имеют параллели в деталях обрамления древних грузинских церквей, например, Никорцминды в Раче. 13

Указанные аналогии приближают нас к датировке храма Тхаба-Ерды. Предыдущие исследователи не раз останавливались на этом вопросе. Энгельгардт, а еще ранее Штедер, сопоставляя Казбекскую церковь „Цминда-Самеба» с Тхаба-Ерды, считали возможным связывать построение последней с временем царствования грузинской царицы Тамары. 14

Позднее и другие авторы, на основании местных преданий, также относили к XII в. время сооружения церкви. 15

Но после опубликованного В. Ф. Миллером отчета об обследовании храма в 1886 г. в литературу прочно вошла иная датировка, основанием которой послужила грузинская надпись на одной из четырех плит, якобы вставленных в западный фасад церкви, и прочтенная Д. 3. Бакрадзе. Между тем в 1886 г. В. Ф. Миллер на этом фасаде видел только две надписи.

В письме, адресованном В. Ф. Миллеру, Д. 3. Бакрадзе писал, что лет за 15 до В. Ф. Миллера он видел храм Тхаба-Ерды и „нашел в своем дневнике те же самые надписи, но еще более полные», хотя за точность их записи не ручается, так как „рассматривал их через бинокль и не слезая с лошади». На надписи Д. 3. Бакрадзе усматривал, хотя и без полной уверенности, год основания церкви — 830 16 (Короникони 50).

Однако на воспроизведениях храма Тхаба-Ерды, опубликованных в 1815 г. Энгельгардтом, двух дополнительных надписей, упоминаемых Д. 3. Бакрадзе — нет, а из сравнения рисунка западного фасада храма у Энгельгардта и описания Миллера видно, что изменений в расположении фигур в барельефе не произошло, и даже плита с грузинской надписью № 2 (по Миллеру) оставалась в том же перевернутом положении и на том же месте, что и во времена Энгельгардта. Следовательно, никаким изменениям эта часть храма за период с 1811 по 1886 г. не подвергалась, и Д. 3. Бакрадзе просто не мог видеть плиты № 2, якобы в его время вставленной вне барельефа. Остается заключить, что свидетельство Д. 3. Бакрадзе об ином расположении плит и наличии еще двух плит, послуживших ему основанием для датировки храма, есть плод простого недоразумения. Кстати, как видно, и сам Д. 3. Бакрадзе совершенно не настаивал ни на правильности чтения надписи (теперь исчезнувшей), ни на точности описания фасадного барельефа. Между тем его датировка Тхаба-Ерды столь ранним временем (IX в.) послужила некоторым авторам поводом к заключениям уже исторического порядка, искажающим историческую действительность. 17

Уже в советское время храм Тхаба-Ерды снова привлек к себе внимание местных ученых. Руководивший историко-археологическими работами в области проф. А. П. Семенов, основываясь на консультации проф. Гос. университета Грузии А. Г. Шанидзе, первый восстановил старую датировку храма. 18

По определению проф. А. Г. Шанидзе, две плиты от храма Тхаба-Ерды с древнегрузинскими надписями „не древнее XII века». 19

В Грозненском музее хранится одна глиняная плитка с рельефным изображением пальмы, двух антилоп под нею и рельефной надписью. В свое время она найдена была в храме Тхаба-Ерды и опубликована Л. П. Семеновым в 1930 г. По мнению проф. Шанидзе, надпись на плите также могла быть сделана „не древнее XII века». Датировка эта может быть подтверждена аналогичной глиняной плитой из Закавказья (из материалов Н. Я. Марра), найденной в окрестностях Кара-Клисе, б. Эривавской губ. 20 Плита также покрыта изображениями животных, птиц, растений. Вместо антилоп, на этой плите-кирпиче под деревом изображены олени.

Косвенным указанием на ту же датировку приблизительно XII в. может служить грузинская псалтырь, писаная уставом, некогда находившаяся в храме и позднее приобретенная Г. А. Вертеповым. 21

По характеру письма А. Н. Генко датирует псалтырь XI—XII вв. 22 Кожаный переплет псалтыри (с тиснением), по мнению А. Н. Генко, может относиться к XVI—XVII вв.; иначе говоря, в более поздний период эта рукопись была подвергнута некоторому ремонту.

Сооружение христианских храмов „Тхаба-Ерды» и „Алби-Ерды» окрестные жители связывают с временем грузинской царицы Тамары (1184—1213 гг.). Вскрытый В. Ф. Миллером вблизи храма склеп па могильному инвентарю также может относиться к этому времени. 23

Таким образом, первоначально высказанное мнение о времени сооружения храма Тхаба-Ерды в эпоху не древнее XII в. в свете новейших данных приобретает наибольшую вероятность.

Однако эту дату следует отнести лишь к древнейшему виду храма, ибо в современном виде Тхаба-Ерды представляет собой, несомненно, результат существенных и разновременных переделок, отмеченных уже Л. П. Семеновым. Об этих переделках, верней, основательной перестройке храма свидетельствуют некоторые особенности его кладки и орнаментации. В разные места стен вставлены различные плиты с барельефами и орнаментированные куски карниза, никак не вяжущиеся с окружением. В верхнем карнизе южной стены подобраны плиты с различными орнаментальными узорами. В. Ф. Миллер этот беспорядок объяснил неумелым ремонтом храма, произведенным местными жителями. Но ряд деталей указывает не только на ремонт храма, но и на полную или частичную перекладку стен. Только таким путем могли появиться, например, два каменных орнаментированных выступа на фасаде по сторонам западного входа и вообще беспорядочность в кладке стен, бессмысленное использование богато орнаментированных плит и камней в нижней части здания, неправильное расположение плит с грузинскими надписями; все это невозможно допустить в первоначальной постройке, созданной, несомненно, грузинским зодчим.

Все это убеждает в том, что современный вид был придан храму Тхаба-Ерды не в XII в., а гораздо позднее, с использованием того же древнего строительного материала и архитектурных деталей.

Возможно, что только о проектируемом виде храма Тхаба-Ерды и может свидетельствовать каменная модель храма, украшающая западный фасад здания; на несоответствие ее современным формам здания впервые обратил внимание А. Н. Генко. 24 Модель воспроизводит крестово-купольное здание с крестообразным планом; в современном виде храм Тхаба-Ерды — базиличный с двухскатной кровлей.

Обычай воспроизведения храмов в виде рельефной и вполне реалистической модели на ктиторских группах хорошо известен в средневековом зодчестве Армении и Грузии. То же, конечно, могло иметь место и в храме Тхаба-Ерды, который, по всей вероятности, первоначально должен был иметь форму крестово-купольного здания, распространенную в грузинском зодчестве XII в., но сооружен, как однонефная церКовь. 25 Позднее же храм был совершенно перестроен местными малоквалифицированными строителями, придавшими ему типичные черты местного горского строительства; таковы: неправильная кладка стен, форма входных арок, окон и пр. Сохранился только план здания.

Перестройка Тхаба-Ерды была совершена, вероятно, много позд¬нее первоначального его сооружения, в период ослабления культурного влияния Грузии на горцев Северного Кавказа, вызванного общим упадком грузинского феодального государства, наступившим после XIII в.

Окончательное решение вопроса о времени сооружения храма Тхаба-Ерды, а, может быть, и его предшественника можно будет дать только на материале археологических раскопок внутри и вокруг современного здания.

Памятник нуждается в неотложном ремонте и реставрации и давно заслуживает более пристального изучения, ибо по своему значению в качестве источника для местной истории Тхаба-Ерды не имеет себе равных на Северном Кавказе.

К содержанию 15-го выпуска Кратких сообщений Института истории материальной культуры

Notes:

  1. Изв. Н.-и. ин-та краеведения, т. I, Владикавказ, 1928, стр. 376.
  2. Chteder. Tagebuch einer Reise, die im Jahr 1781 von der Granzfestung Mosdok nach dem Inneren Caucasus unternommen worden, St Petersburg, 1797.
  3. Engelhardt und Peггоt. Reise in die Krym und den Caucasus, Berlin, 1815, стр. 237—245, табл. VI.
  4. В. Ф. Миллер. Археологические экскурсии. МАК, выи. 1., М., 1888, стр. 8—21.
  5. Зап. колл, востоковедов, т. V, 1930, стр. 736.
  6. МАК, вып. I, стр. 10, рис. 11.
  7. Изв. Н.-и. ин-та краеведения, т. I, Владикавказ, 1930, стр. 193.
  8. Л. П. Семенов. Археологические и этнографические разыскания в Ингушии в 1928 и 1929 гг., Владикавказ, 1930, стр. 382.
  9. МАК, вып. X, стр. 60—65.
  10. Там же, вып. VII, стр. 101.
  11. Л. В. Мусхелишвили. Опыт установки генеалогии Торских владетелей (То¬рен). Бюлл. Музея Грузии, т. Х-В, Тбилиси, 1940, стр. 47.
  12. МАК, вып. IV, 1894, стр. 17.
  13. Там. же, вып. IV, 1894, стр. 128; Л. А. Мавулевич. Никорцминда и ее место а культуре Грузии. Сборник Руставели, Тбилиси, 1938, стр. 31.
  14. Engelhardt. Ук. соч., стр. 240.
  15. Терский сборник, вып. III, Владикавказ, 1893, стр. 46.
  16. МАК, вып. V, стр. 19.
  17. Терский сборник, вып. III, стр. 47.
  18. Изв. Н.-и. ин-та, краеведения, т. IV, Грозный, 1935, стр. 150»
  19. Там же, тт. II — III, Владикавказ, 1930, стр. 385.
  20. ОАК за 1892 г., стр. 86, рис. 49.
  21. Терский сборник, вып. VI, Владикавказ, стр. 19.
  22. Зап. колл, востоковедов, т. V, 1930, стр. 735.
  23. МАК, вып. I, стр. 28—30, табл. III—IV.
  24. Зап. колл. востоковедов, т. V, стр. 736.
  25. Примеры такой эволюции архитектурных форм известны в истории грузинского церковного зодчествэ. См., например, ХВ, вып. I, 1912, стр. 293—294.

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1904 Родился Николай Николаевич Воронин — советский археолог, один из крупнейших специалистов по древнерусской архитектуре.
  • Дни смерти
  • 1947 Умер Николай Константинович Рерих — русский художник, философ-мистик, писатель, путешественник, археолог, общественный деятель. Автор идеи и инициатор Пакта Рериха — первого в истории международного договора о защите культурного наследия, установившего преимущество защиты культурных ценностей перед военной необходимостью. Проводил раскопки в Петербургской, Псковской, Новгородской, Тверской, Ярославской, Смоленской губерниях.

Метки

Свежие записи

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика