Хайтабу

К содержанию книги «Эпоха викингов в Северной Европе и на Руси» | К следующей главе

Хедебю (в датско м произношении; в местном шлезвигском, немецком — Haithabu, др.-сев — Heidabjor) называли также «вик на Шлей», Sliasvich (Шлезвиг). Торговый центр эпохи викингов, предшественник средневекового Шлезвига, располагался на южном, противоположном городу, берегу морского залива в самой узкой, южной части Ютландского полуострова, там, где в сушу с востока врезается фьорд Шлей (рис. 496, 50). Речная система Эйдер-Треене связывала его с Ходлингстедом на берегу Северного моря и позволяла пересечь «ютландский засов» кратчайшим путем между Балтийским морем и Северным. Поселение на Шлей, на берегу бухты Хеддебюер Hoop, возникло в начале VIII в. (может быть, на исходе VII в.) как фризская торгово-ремесленная фактория. Её следы — небольшое неукрепленное поселение и грунтовый могильник на правом берегу ручья, протекающего южнее «полукруглого вала» Хедебю. Исследованы сожжения в урнах («яйцевидные горшки», типичные для северо-восточного побережья Фрисландии), а также ингумации с южной ориентировкой, которые Янкун датировал VIII в. (они перекрыты могилами с западной ориентировкой и наборами овальных фибул IX в); в пределах этого раннего поселения найдены англосаксонские sceatta, первые монеты 740-770 гг. (Jankuhn 1963: 126— 128, Callmer 1984:29,37, 45).

Рис. 50. План построек в Хедебю (Ютландия) а —древнейшее поселение; б — квартал ремесленников; в-е — кладбища периода викингов; ж — укрепления на холме; з, и — древние погребальные курганы; к — погребение VIII в.; л — погребение в ладье

Рис. 50. План построек в Хедебю (Ютландия)
а —древнейшее поселение; б — квартал ремесленников; в-е — кладбища периода викингов; ж — укрепления на холме; з, и — древние погребальные курганы; к — погребение VIII в.; л — погребение в ладье

Это поселение уступило место в начале IX в. новому, быстро приобретающему упорядоченный план и динамично растущему. Ось застройки образовывал ручей (русло его было выпрямлено и укреплено деревянной набережной с мостками), перпендикулярно ему располагались улицы, разделенные на прямоугольные огражденные участки, застроенные сравнительно единообразными прямоугольными домами. Размеры построек от 3 х 3 до 17,5 х 7 м; они сменяют друг друга на одних и тех же местах. Стабильность застройки свидетельствует о частной собственности на земельные участки в городе (при этом некоторые дома, по наблюдению Янкуна, использовались лишь для сезонного пребывания). Набережные, мостовые и другие элементы городского благоустройства дают основания для вывода об определенной кооперации сил обитателей Хедебю для производства этих работ (Jankuhn 1963:118-122; Schietzel 1974: 30-39).

В общей сложности, раскопками с 1900 по 1980 г. исследовано 5% площади поселения в пределах «полукруглого вала» (24 га) и 1% акватории первоначальной гавани (11 га): после первичной обработки и консервации находки экспонируются в открытом с 1985 года «Музее викингов Хайтабу» (Elsner 1985: 20).

Домашнее хозяйство обитетелей «вика на Шлей» не отличалось от сельского уклада скандинавских «бу» и «гардов». Центром его был домашний очаг в середине «большого дома», округлый или овальный, на каменной вымостке, перекрытой слоем глины и обложенной крупными камнями. Он давал и тепло и свет; освещение усиливали слабые жировые или сальные глиняные светильники. Основную обстановку дома составляли плоские земляные лежанки вдоль стен, служившие и сиденьями, и спальными местами (вероятно, прикрытые шкурами, мехами или войлоками). Собственно мебелью служили сундуки, табуреты и навесные полки, ящики, бадьи, бочонки для хранения продуктов и утвари. Ручная мельница, корыто и ткацкий станок дополняли хозяйство женщины—владычицы дома (ключи на поясе — типичный атрибут женских погребений эпохи викингов). Нередко принадлежностью дома была сводчатая хлебная печь, куполовидная, из глины на плетеной основе. Посудой служила керамика или поделки из дерева (в том числе изготовленные на токарном станке). Из дерева изготавливалась разнообразная столовая и прочая домашняя утварь.

Исключительно деревянной была и застройка Хайтабу. От деревенской она отличалась прежде всего высокой плотностью: на вскрытой площади (в целом ок. 1,2 га) выявлены остатки более чем 80 построек, нередко— перекрывавших (и разрушавших) одна другую; единовременно стоявшие дома ставились плотно друг к другу, проулки и проходы между участками выстланы деревянными мостовыми, обнаружено около 20 колодцев («сладкая вода», особенно в ручье и в грунтовых водоносных горизонтах, отличается от гнилой воды Шлей). В качестве строительного материала широко использовался дуб (62% жилых построек, мостки и набережная ручья, колодцы). Техника домостроительства — та же, что в сельских поселениях, однако в Хайтабу представлены различные приемы и типы застройки, от классической техники «штаббау» до большого дома с плетневыми стенами. Полностью отсутствуют помещения для скота, обычные в «больших домах» сельских поселений. В целом в сфере строительства в Хайтабу развивался тот тип отношений, который вполне соответствует современному понятию «коммунальное строительство» (Elsner 1985:29).

Полукруглый вал Хедебю, сооруженный одновременно с реконструкцией Даневирке при Харальде Синезубом после 968 г., достигает в длину 1310 м, первоначальная высота не превышала 2 м, ширина основания — 4 м, но в течение шести последовательных перестроек вал достиг высоты 7 м; фронтальная часть была защищена деревянным ограждением, по гребню вала устроен боевой ход, ворота находились на севере и на юге (в юго-западной части есть также «пролом конунга Свейна», появившийся при одном из штурмов города). Уникальным для Севера сооружением был деревянный мол, защищавший гавань Хедебю на расстоянии 40 м от береговой линии и охватывавший акваторию площадью 11 га.

Арабский купец Ибрагим ибн Якуб ат-Тартуши, испанский еврей из Тортозы, совершил в 965 г. длительную и многоцелевую поездку из Кордовы — в Прагу, Магдебург, Волин, Хедебю; он внимательно исследовал рынки этих центров, прежде всего работорговли (интересовался, правда, и лошадьми в земле ободритов), а о Хедебю оставил следующие впечатлетия: «Шлезвиг — очень большой город на внешней оконечности Мирового океана. Его обитатели — поклонники Сириуса, кроме небольшого числа, которые являются христианами и имеют там церковь. Рассказывает ат-Тартуши: «Они справляют некое празднество, на которое все собираются, чтобы почтить бога и вдоволь поесть и попьянствовать. Тот, кто закалывает жертвенное животное, сооружает у дверей своего жилища столбы и укладывает на них жертвенное животное, будь то бык, или баран, или козел, или свинья, чтобы люди ведали, что он это жертвует в честь своего бога. Город беден добром и жизненными благами. Основное пропитание его жителей составляет рыба, потому что она здесь в изобилии. Если у кого-нибудь из них рождаются дети, то он бросает их в море, чтобы уберечь себя от расходов. Далее рассказывает он, что право развода у них принадлежит женам: женщина разводится, если она этого пожелает. Также имеются у них искусно приготовленные притирания: если они их применяют, то красота никогда не убывает у них, как у женщин, так и у мужчин. Также сказал он: никогда не слышал я пения более отвратительного, нежели пение шлезвигцев, и то рычание, что исходит из их гор¬таней, подобно лаю собак» (Славяне и скан¬динавы 1986: 74-75).

Артефакты, остатки ткани, кожаных изделий позволяют детально представить одежду и обувь, вооружение, образ жизни и основные занятия горожан. В Хайтабу ткали льняное полотно, шерстяные сукна, войлок, для отделки парадных одежд и уборов использовали златотканую парчу, известен был шелк; архаичный домашний «вертикальный» ткацкий станок, традиционный дня скандинавов, уступает место педальному стану сложной конструкции, за которым ткач работал сидя. Если на вертикальном станке за час изготавливали 5 см ткани шириною 120 см среднего качества, то на педальном — 40 см такой же ткани шириною 60-70 см, производительность возрастала на 400% (Elsner 1985:54).

Много находок, связанных с местным ремеслом: остатки стеклодельной печи (стекло шло на изготовление бус), обильные железные шлаки, литейные формы и матрицы. Ремесленники Хедебю владели техникой литья в односторонней форме, с утраченной формой, филиграни и грануляции. Найдены также полуфабрикаты костяных гребней разных стадий изготовления, янтарные изделия и заготовки, а с начала Х в. в Хедебю производилась и гончарная керамика. Концентрация всех этих находок на сравнительно небольшом участке позволяет сделать вывод о выделении в X в. особого ремесленного квартала (Jankuhn 1963: 165-174,251).

Мастера-ремесленники, однако, составляли лишь часть населения этого города. Многочисленные находки, связанные с торговлей, и прежде всего гирьки и монеты, позволяют судить о формировании в среде скандинавского населения Хедебю еще одной новой социальной группы — купцов. По наблюдениям Янкуна, в Хедебю кроме гирек, соответствующих северным мерам веса — марке (204,6 г), двойному эре (49,9 г), эре (24,3 г), эртогу (8,6 г), есть веса 7,8 г, 5,09 г, 2,2 г, 0,2 г, равные или кратные весу найденных в Хедебю монет. В округе известны клады арабского серебра (как правило, резаного для взвешивания), не позднее 825 г. в Хедебю начинается чеканка первых северных монет (Maimer 1966: 195, 202). Ареал этих ранних «полубрактеатов Хайтабу» (с изображением увешанного щитами корабля викингов) охватывает Данию и южную Скандинавию, остров Готланд, одна находка известна в Днепро-Двинском междуречье на Пути из Варяг в Греки» (клад у д. Кислая). Полубрактеаты X века, распространяясь в том же ареале, широко проникают в западнославянские земли, от Поморья вверх к среднему течению Вислы, известны на побережье Эстонии. Мы вправе видеть в «торговых людях» Хедебю творцов денежной системы европейского Севера, инициаторов денежного обращения (рис. 51).

В самых ранних культурных слоях широко представлены импорты, вплоть до рейнской и западнославянской керамики (Hiibener 1969). Моржовая кость с Северного моря, жировик и цветной сланец (шифер) из Норвегии, железо из Швеции, рейнское стекло, базальтовые жернова из Германии и с Пиренейского полуострова, хрустальные и сердоликовые бусы из Причерноморья, смола из балтийских лесных пространств, металлические украшения из Ирландии, Готланда, Прибалтики, свинцовая булла из Константинополя определяют размах торговых связей. «Пакет» из 25 бронзовых слитков, найденный в гавани, документирует поставки ремесленного сырья. Важнейшее место в товарообороте занимала работорговля. Меха, ткани, соль, мед, воск, вино, соленая и вяленая сельдь, как и другие предметы жизнеобеспечения и продовольствия из ближней округи, стабилизировали состав и обеспечивали рост оборота, а вместе с тем — размеров, численности обитателей и масштаба значения шлезвигского вика (Elsner 1985: 95-98).

В середине IX в. поселение занимало площадь около 5 га, с запада к нему примыкал могильник, насчитывавший не менее 1000 погребений типа D, (Schaefer 1963; Capelle 1968). К югу от него открыто небольшое обособленное кладбище из 10 камерных могил типа Б, первой половины Х в. (Апег 1952:61- 115). Шведский обряд позволяет связать этот памятник с известиями письменных источников о шведском викинге Олаве, захватившем Хедебю. Его сыновьями были Хноба (Кнуб, Chnuba — известен конунг на Шлей с таким именем) и Гюрд, последним из этого рода был Сигтрюг. В окрестностях Хедебю есть два рунических камня, на которых шведско-норвежским письмом вырезаны надписи: «Асфрид поставила сей памятник по Сигтрюгу, сыну своему и Кнуба» и «Асфрид, дочь Одинкара, поставила сей камень по конунгу Сигтрюгу, сыну своему и Кнуба. Горм вырезал руны» (Jankuhn 1963:87—93). Кнуб, Гюрд, Сигтрюг, Одинкар, Асфрид, Горм — это имена членов династии, восходящей к викингу Олаву (и связанных с нею людей), в первой половине X в. правившей в городе. К ней же относится, несомненно, и такой памятник, как «ладейно-камерная могила» (см. рис. 40), исследованная в 1908 г. Ф. Кнорром, с погребальной камерой, мужскими захоронениями с оружием (вождя и сопровождавших его соратников) и установленной над «жилищем мертвых» ладьей для посмертного путешествия, перекрытой курганной насыпью (под нею же в отдельной могильной яме были уложены верховые кони). Памятник высшего ранга социального статуса иерархии «камерных могил», единственный в своем роде, свидетельствует о динамичном формировании внутренней социальной структуры «группы людей камерных могил», в Хайтабу первой половины X в. добившейся, видимо, наибольшего политического успеха (Berichteuberdie Ausgrabungen in Haithabu 1969-1977; Elsner 1985: 73-75).

Шведское господство в Хедебю, однако, было недолгим. Во второй половине X в. кладбище с камерными могилами захлестывается городской застройкой, достигшей площади 24 га и окруженной «полукруглым валом» (Jankuhn 1963: 81-82). В этом состоянии город пережил свой расцвет и встретил упадок (рис. 52).

Могильники Хедебю, несмотря на сложность их изучения при нивелировке, как застройкою «вика», так и сельскохозяйственной деятельностью последующих столетий, тем не менее методично изучались, параллельно с раскопками и систематизацией материалов городского поселения. В целом они позволяют представить динамику формирования и этнический состав населения вика на Шлей (Steuer 1984: 209).

Первоначальными обитателями были местные жители ближней округи, саксы и северные фризы ближайшей к Шлезвигу области, Северной Фрисландии (Nordfriesland, занимающая западное побережье Ютландского полуострова). До начала IX в. этим населением был создан ряд небольших могильников в различных местах; наряду с «яйцевидными урнами» переселенцев с запада, это — ингумации с западной ориентировкой (характерной для христиан), но боевым мечом-саксом (давшем племенное «имя» саксам), невысокие курганы с урновыми сожжениям и одновременное этой же местности проживало датское население, представленное ямными кремациями с типично ютландской керамикой, отдельными ладьевидными кладками и т. д. По подсчетам X. Стойера, из 600 могил VIII в, 500 оставлены саксами и 100 — датчанами (данами).

Около 800 г., во времена конунга Готтрика (Готфрида) саксонское население представлено могильником с захоронением по обряду ингумации с северо-южной (меридиональной, противоречившей христианским нормам) ориентировкой, развернутым к югу от поселения, как основное городское кладбище. Датчане хоронят своих мертвых на кладбище у ручья (в дальнейшем — в центральной части поселения), а на старинном городище Хохбург, на господствующей высоте севернее поселения, появляется славянский могильник из нескольких десятков маленьких (от 3 м диаметром) курганов с сожжениями на кострище в основании насыпи. Параллели с курганным обрядом славянских обитателей острова Рюген позволяют связать эти курганы с известием о переселении конунгом Готтреком славянских купцов из ободритского города Рёрик — в Хайтабу. Продолжает действовать и «южное кладбище», где появляются ингумации с западной ориентировкой, но скандинавским убором. Здесь же возникает еще один славянский могильник, из квадратных в плане курганов с деревянными оградами или четырьмя небольшими ровиками, ограничивающими основание насыпи, и урной с останками сожжения, поставленной на вершину насыпи или установленный рядом с нею столб. Этот обряд, засвидетельствованный также на Рюгене и в других западнославянских землях, поразительно точно соотвествует описанию «Повести временных лет», согласно которой славяне-язычники хоронили мертвых «собравше кости вложаху в судину малу и поставляху на столпя на путехъ» (ПВЛ 1926:13). По расчетам Стойера, из 2500 могил этого времени 1000 принадлежит саксам, 1000 — данам и 500 — славянам.

Рис. 51. Датские монеты эпохи викингов (по К. Рандсборгу) 1 — «монеты Хедебю» первой половины IX в.; 2 — «полубрактеат Хедебю» первой половины Хв.; 3 — «крестовый тип», около 975 г.; 4 — монета конунга Свейна Вилобородого (ок. 987—1014); 5 — монеты Кнуда Могучего (1018[1014]— 1035), чеканка в Лунде, Роскильде и, возможно, Хедебю

Рис. 51. Датские монеты эпохи викингов (по К. Рандсборгу)
1 — «монеты Хедебю» первой половины IX в.; 2 — «полубрактеат Хедебю» первой половины Хв.; 3 — «крестовый тип», около 975 г.; 4 — монета конунга Свейна Вилобородого (ок. 987—1014); 5 — монеты Кнуда Могучего (1018[1014]— 1035), чеканка в Лунде, Роскильде и, возможно, Хедебю

В первой половине X столетия устанавливается шведское господство в Хайтабу. Документируют его камерные погребения в городе, равно как в его окрестностях и других местностях Ютландии, прежде всего — к югу от Лимфьорда, по обоим берегам Шлей, а также на южных датских островах. X. Стойер связывает этот обряд «шведских захватчиков» с камерными могилами Бирки, где они в свою очередь «были переняты, может быть, в далекой России» и распространились из Средней Швеции в Данию. Камерные могилы Дании, в течение X в. отчетливо проступающие как статусный признак формирующейся элиты, отмечены некоторым своеобразием (погребения в кузовах повозок: отделенные от основного захоронения лошадей), однако структура ритуала, набор инвентаря (пиршественные сервизы, игральные доски и проч.), парадный женский убор и мужское вооружение датских камер X. Стойер связывает прежде всего с погребальным обрядом камерных могил Бирки, правда, оговаривая и их особое положение в шведском вике, и возможную принадлежность «особой группе вооруженных купцов дальней торговли» (что не противоречит условной атрибуции «русов Бирки»), Эта группа «играла также определенную роль в Хедебю и в остальной Дании», что и проявилось в появлении, в общей сложности, 150 датских «камерных могил» этого времени (Steuer 1984: 203; ср. Михайлов 2002:64).

Рис. 52. Панорама Хедебю в эпоху викингов, Реконструкция Б. Альмгрена по данным раскопок Г. Яикуиа

Рис. 52. Панорама Хедебю в эпоху викингов, Реконструкция Б. Альмгрена по данным раскопок Г. Яикуиа

panorama-2

Рис. 53. Аксонометрическая реконструкция дома в Хедебю

Рис. 53. Аксонометрическая реконструкция дома в Хедебю

Собственно к периоду шведского владычества Стойер относит в общей сложности 3000 погребений, из них 1000 — саксонских, 1000 — датских, 500 — славянских и 500 — шведских. В городе, по его расчетам, в это время (около 950 г.) одновременно жили примерно 350 саксов, 350 данов, 150 славян и 150 шведов (Steuer 1984: 209).

С 934 г. контроль над Хайтабу устанавливает германский кайзер Генрих I. Конунг Хнуба (швед) крестился и признал себя имперским вассалом. Немецкое господство проявилось в появлении в городе новых поселенцев саксонско-фризского происхождения; они принесли вполне языческий обряд — курганы с округлыми ровиками и частоколом оградок, сожжениями или ингумациями под низкой насыпью. Продолжали свои курганы насыпать и славяне, по крайней мере до середины X в. Из 6000 могил этого времени 500 принадлежали «новым саксам», 500 — славянам и 5000 — «хайтабусцам» (Haithabu-Leuten). Интенсивное христианское влияние вело к нарастающей нивелировке обряда, а немногочисленные «сопровождающие вещи» делают все более проблематичной «этническую диагностику» ингумаций второй половины X-XI вв. «С конца X столетия возникает единое население Хайтабу, где различное происхождение опознать уже невозможно» (Steuer 1984: 209).

Датские конунги Горм Старый и Харальд Гормсон, признав условный вассилитет германским кайзерам, стремились установить все более прочный контроль над Хедебю. В 948 г. здесь был учрежден епископат. В 965 г. Харальд Синезубый крестился и начал реконструкцию Датского вала (с 968 г.). Однако в 973 г. войска кайзера Отто II прорвали Даневерк, на границе была построена немецкая крепость, и до 983 года немецкое господство над Данией сохранялось. Восстание западных славян, объединившихся с датчанами против немцев, позволило Харальду Синезубому лишь в последние годы его жизни добиться полного суверенитета (983-987). Преемник его Свейн Вилобородый (987-1014) укрепил эту независимость и превратил Данию в самое мощное из скандинавс¬ких государств «эпохи викингов» (Elsner 1985: 14).

С представителями датской королевской администрации, возможно, связаны богатые погребения в курганах близ Хедебю. Один из них стоял севернее вала (здесь в разное время найдены оружие, золотые и позолоченные вещи X в.). Возле другого, с погребением конца X в., стоит рунический камень с надписью: «Конунг Свейн поставил сей камень по Скарду, дружиннику своему, который ездил на Запад, но умер ныне при Хедебю». Второй камень, в память felagi и styrcmaćlr’а Эйрика, поставлен Торольвом — «дружинником Свейна». Конунг Свейн обеих надписей — либо Свейн Вилобородый (987-1014), либо Свейн Эстридссен (1047-1075) (Jankuhn 1963, 91-93).

В борьбе со Свейном Эстридссеном норвежский конунг Харальд Суровый около 1050 г. напал на Хедебю и разрушил город.

Из края в край пылал Хейдабьор
в ярости битвы. Крепко
грозное это деянье
Свейна грустить заставит.

Ярое пламя ввысь вздымалось,
крыши круша хоромин.
Я созерцал его ночь напролет,
попирая града забрало,

— так воспел скальд Харальда гибель датского торжища. Судьбу виков в конечном счете решили конунги.

После разгрома 1050 г. Хедебю уже не оправился; его упадок заметен еще в конце X в., а последний удар вику на Шлей нанесли славяне в 1066 г. Во второй половине XI в. функции торгового и административного центра взял на себя возникший к северу от Хедебю Шлезвиг (Vogel 1974: 101-113).

Основные этапы развития Хедебю отразили судьбы северных виков в целом. В VIII в.— фризская фактория, в 740-770 гг. контролировавшая выход на Балтику, на первом этапе экспансии викингов (793-833 гг.) Хедебю превращается в скандинавский вик, с пестрым, но культурно однородным населением. В конце IX в. шведские викинги, захватив город, утверждают здесь собственную «династию», удерживавшую власть примерно полстолетия. Затем господство над Хедебю оспаривают друг у друга датские конунги и германские кайзеры. Город растет, благоустраивается, обносится укреплениями, организуется, становится центром христианской религии. Наконец он гибнет — достигнув статуса королевского владения, но не выдерживая конкуренции с новыми городами, основанными конунгом и состоящими под его защитой.

К содержанию книги «Эпоха викингов в Северной Европе и на Руси» | К следующей главе

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1832 Родился Алексей Алексеевич Гатцук — русский археолог, публицист и писатель.
  • 1899 Родился Борис Николаевич Граков — крупнейший специалист по скифо-сарматской археологии, классической филологии и античной керамической эпиграфике, доктор исторических наук, профессор.
  • 1937 Родился Игорь Иванович Кириллов — доктор исторических наук, профессор, специалист по археологии Забайкалья.
  • 1947 Родился Даврон Абдуллоев — специалист по археологии средневековой Средней Азии и Среднего Востока.
  • 1949 Родился Сергей Анатольевич Скорый — археолог, доктор исторических наук, профессор, специалист по раннему железному веку Северного Причерноморья. Известен также как поэт.
  • Дни смерти
  • 1874 Умер Иоганн Георг Рамзауэр — чиновник из шахты Гальштата. Известен тем, что обнаружил в 1846 году и вёл там первые раскопки захоронений гальштатской культуры железного века.

Метки

Свежие записи

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика