Эксплуатация посуды в быту

За весь период существования посуда проходит две фазы трансформаций, которые накладывают отпечаток на ее внешний вид, оставляя следы на поверхности. Иногда трансформации столь значительны, что они полностью изменяют наше представление о некоторых технологических стадиях изготовления сосуда. Особенно сильным видоизменениям подвергаются такие признаки обжиговых операций, как цвет поверхности и цветовые прослойки излома.

В экспериментальной практике сосуды, в которых готовили пищу на костре, подвергаются сильному копчению и, в первую очередь, это относится к устьевой части сосуда, в меньшей степени — к придонной, так как последняя находилась в зоне сильного жара (на углях) или, наоборот — вне зоны огня (в ямке).

Первая фаза связана с использованием сосуда в быту. В ходе эксплуатации сосуда меняются не только его внешние характеристики, но иногда и сама форма и структура изделий (оплавление при сильном пожаре, шлакование в процессе бронзолитейного производства и т.п.). Этот момент должен быть учтен при реконструкции технологии изготовления посуды, диагностике следов-признаков на изделии.

Вторая фаза — это археологизация керамики («жизнь после смерти»), которая также отражается на древней керамике в целом.

В процессе приготовления пищи сосуды находятся непосредственно в огне и в зависимости от его интенсивности различные части сосуда подвергаются определенным изменениям.

Структура пламени подразделяется на три зоны: основание, срединная часть и вершина. Наибольшие температуры характерны для срединной зоны, наименьшие — для основания. В процессе горения топлива одноокись и двуокись углерода поднимаются вверх, поэтому части сосудов, расположенные в вершине пламени, сильно коптятся, меняя свой первоначальный цвет. В том случае, если сосуд обжигался в окислительной атмосфере, использование его в костре во время приготовления пищи приводит к образованию черного слоя на внешней поверхности. О. Рай связывает этот слой с дымлением посуды после окислительного обжига.

На мой взгляд, образование этого слоя — свидетельство использования сосуда для кухонных нужд на открытом ргне. В полевых условиях проводились многочисленные эксперименты по приготовлению пищи на костре в керамических сосудах и во всех случаях посуда сильно коптилась. Изменение цвета керамики прежде всего связано с образованием нагара на кухонной посуде во время ее эксплуатации.

Нагар

Нагаром на сосуде можно назвать обуглившуюся и прикипевшую к стенкам органику. Образование этого слоя на посуде происходит несколькими способами. Во-первых, в процессе прогорания топлива в костре образуется копоть, которая оседает на стенках сосуда, проникая в поры и окрашивая стенку в черный цвет. В зависимости от качества топлива, соприкосновения с различными материалами (земля, трава, песок, кухонные остатки) к стенкам прилипают микрочастицы, увеличивающие мощность слоя копоти (нагара). Наблюдая за ведром, используемым для приготовления пищи на костре, можно заметить, что нагар распределяется тонкими слоями по поверхности ведра. Со временем, эти пласты отслаиваются от поверхности. Если ведро не чистить, то нагар может стать довольно значительным по мощности. Схожий механизм образования нагара на внешней поверхности наблюдается и у глиняной посуды, с той разницей, что прикипание органики к пористой поверхности глины более сильное, чем у оцинкованного ведра.

На археологической посуде на дне и придонной части редко наблюдается мощный слой нагара. В тех случаях, когда он фиксируется на посуде, можно говорить о том, что сосуд в процессе эксплуатации соприкасался с какой-то жидкой органикой, впоследствии обуглившейся в костре. На внешней стороне сосуда мощного слоя нагара естественным путем (нарастание копоти), как правило, не образуется.

Второй способ образования нагара связан с остатками пищи внутри сосуда. Отчасти, он был реконструирован М.П. Грязновым (рис. 160, 1), который писал: «…горшок погружали примерно на две трети его высоты в горячие золу, угли и песок очага. Выплескивавшаяся при кипении жидкость, содержащая органические вещества, прикипала к горячим стенкам горла и плечиков горшка. Если же она затекала ниже по стенкам горшка, то там на жару очага она сгорала без остатка.» [Грязнов М.П., Комарова М.Н., 1979, с. 26]. М.П. Грязной точно подметил основной принцип образования нагара от органической пищи при взаимодействии с огнем. Однако, на внутренней стороне плечиков нагар мог образовываться непосредственно при варке пищи только в одном случае, если в сосуд на две трети была налита жидкость. Когда сосуд был заполнен жидкостью полностью — нагар на внутренней поверхности от выплесков при кипении не образуется. На образование нагара влияет не только установка сосуда в костре и количество жидкости, но и характер приготавливаемой пищи.

Различные схемы распределения нагара были промоделированы в экспериментальных экспедициях на репликах археологической посуды. Первое заключение, которое можно сделать в связи с экспериментальными наблюдениями — это предположение о том, что глиняная посуда не мылась. Мытье глиняной посуды малоэффективно в связи с тем, что пригоревшая пища, прикипевшая к стенкам посуды, глубоко проникла в поры черепка. В глазурованной, стеклянной, фарфоровой и металлической посуде мытье (отмачивание) имеет смысл, так как органические остатки плохо сцепляются с полированной поверхностью и легко отмываются водой. Несмотря на это, многие коренные народы Западной Сибири, сохраняя традицию, не моют свою посуду, протирая ее березовой стружкой. Остатки пищи в неглазурован-ной глиняной посуде проще и гигиеничнее обжечь на костре, тогда органика обугливается и в виде нагара легко счищается или отпадает сама. Слой нагара, образующийся в результате такого «очистительного» обжига, иногда довольно мощный и достигает 2-3 мм. Такой нагар не может появиться только в связи с нарастанием копоти или накипи. Для того, чтобы слой достиг такой мощности, должны обугливаться обильные остатки органической пищи. Такие остатки образуются только в процессе прикипания пищи к стенкам сосуда (рис. 159, 3).

Таким образом, если посуда действительно не мылась, то схема распределения нагара на внутренней поверхности подсказывает не только объемы заполнения сосуда пищей, но и характер этой пищи. Качественный состав пищи определяет зоны распространения нагара. Среди советских исследователей на это обратили внимание М.П. Грязнов и А.В. Гребенщиков. Последний подразделил урильскую посуду на сосуды для жидкой и густой пищи [Гребенщиков А.В., 1990, с. 149-150]. Наши экспериментальные наблюдения показали некоторые закономерности в распределении нагара в зависимости от состава пищи.

Нагар от жидкой пищи (суп, мясная похлебка, уха) остается в виде накипи только на устьевой зоне как внутри, так и снаружи (рис. 160,2, 3). Граница распределения нагара на внутренней поверхности от венчика к тулову маркирует объем заполнения сосуда жидкостью. Граница накипи снаружи определяет зону интенсивного огня, в котором стоял сосуд. Такой тип нагара мог появиться как в процессе приготовления пищи, так и в процессе «очистительного» обжига.

Нагар от густой нищи (каша, гуляш, мучная похлебка) начинает образовываться уже в процессе приготовления пищи (прикипание органики изнутри к стенкам сосуда) и окончательно оформляется после «очистительного» обжига. Такой нагар образуется и в области горловины, и на стенках сосуда (рис. 159, 2; 160, 1). Нагар в области горловины представлен неширокой полоской обуглившейся органики (несильные всплески густой пищи, особенно каши в процессе кипения), которая маркирует объем заполнения сосуда. Придонная часть и днище часто не содержат нагара.

Между зоной нагара и свободными от нагара участками придонной части проходит граница, маркирующая зону высокой и низкой температуры. Все сосуды, поскольку они стоят на земле (плоскодонные) или в ямке (остродонные) и вокруг них раскладывается костер, имеют области минимального и максимального нагрева, обусловливающие различные реакции органики на термическое воздействие — прикипание пищи к стенкам в зоне сильного нагрева и отсутствие такого прикипания в зоне слабого нагрева.

Молоко ведет себя как густая пища, прикипая к стенкам сосуда изнутри. Добавление молока в кашу усиливает эффект прикипания.

Образование нагара в целом благотворно сказывается на свойствах сосуда. Сосуды со слоем нагара становятся менее влагопроницаемыми, обладают меньшим водопоглощением из-за закупоривания пор углеродом. Стоит только один раз сварить пищу во вновь обожженном сосуде и его свойства резко улучшаются. Это свойство органики широко используется в традиционном гончарстве (закалка посуды) [Бобринский А.А., 1978, с. 238-239]. Так, В. Подгорбунский отмечает, что якутские гончары для улучшения свойств сосуда заваривали в нем щавель или наливали мочу, после чего горшки переставали «плакать» [Подгорбунский В.И., 1928, с. 134].

Экспериментальное приготовление пищи в глиняных сосудах (рис. 166) показало, что, если в только что обожженных сосудах имеются трещины и они сочат воду, то после первой варки (кипячения) сосуды можно с успехом использовать в быту. В моей практике один экспериментальный сосуд имел сквозную трещину в придонной части, которую удалось заделать (заполнить) используя нагар. Таким образом, выжигание органики после приготовления пищи («очищающий» обжиг) улучшает свойства кухонной посуды.

В экспериментальном изучении посуды были промоделированы два основных способа нагрева воды и приготовления пищи: с помощью разогретых камней и на костре (рис. 162). Оба эти способа не слишком трудоемки, хотя использование камней менее удобный прием, так как содержит несколько промежуточных операций (рис. 161,2,3):
1) нагревание камней; 2) вытаскивание камней из костра; 3) опускание в сосуд; 4) вытаскивание из сосуда. При многократном использовании камни трескаются. В качестве нагревательных камней были использованы хорошо окатанные гальки 6-7 см в диаметре. Из костра гальки вытаскивались палочкой и с помощью дощечки или ложки опускались в сосуд. Для того, чтобы вскипятить чай в литровом сосуде, достаточно трех камней такого диаметра (1+2). Камни нагревались в течение 20 минут (в зависимости от костра). Кипячение воды происходит почти мгновенно, как только камень опускается в сосуд. Таким образом, чай был вскипячен за 4 минуты. Сосудам большего объема (4-5 л) требуется более частая смена разогретых камней (8-11 раз). Весь процесс кипячения занимает 35-45 минут.

В процессе эксплуатации сосуды часто трескались, причем нередко трещина не разрушала форму сосуда полностью, но делала его неприменимым в быту без необходимого ремонта. Ремонт заключался в стягивании трещины металлической скобкой или кожаным ремешком (рис. 164). Для этого в стенке сосуда по разные стороны от трещины симметрично высверливались отверстия, через которые затягивалась скобка или ремешок. На археологической посуде часто вокруг отверстий можно видеть подтеки толстого слоя какого-то обугленного вещества, которым, очевидно, замазывали отверстие и шов (Трещину). Экспериментально в качестве шпаклевки проверялось действие сосновой смолы. Живицей — сосновой смолой — замазывались отверстия, а затем несколько раз такая шпаклевка медленно разогревалась на огне. В результате смола частью выгорала, а частью обугливалась и застывала, жестко соединяя трещину и закупоривая отверстие. В отверстие всегда сочится немного воды, так как замазка не могла жестко закрепить скобку.

Этот эксперимент доказывает, что сосновую смолу можно использовать для закупорки отверстий мелких трещин, однако, остается пока неизвестным, каким именно скрепляющим составом пользовались древние гончары. Например, у индейцев навахо для этих целей применялась древесная смола (mud) [Tschopic H.J., 1941, p. 14].

В экспериментах при разработке темы эксплуатации сосудов были апробированы различные способы установки посуды в костре и вытаскивания ее из огня. Определенный интерес вызывает прием вытаскивания небольших по объему (500-700 мл) сосудов. Сосуд как щипцами зажимался под венчиком упругим прутом, надломленным в центре, и легко поднимался из костра. Этот же ^дринцип — зажим емкости в упругих жгутах — использовали египетские литейщики при вытаскивании и переносе тиглей [Tylecote R.F., 1982, р. 233, fig. 5].

В таком способе немаловажную роль играет форма сосуда (рис. 165,1, 2): чем более отчетливо выражена шейка, тем удобнее поднимать из костра сосуды небольшой емкости. В связи с этим, в качестве гипотезы об эволюции баночной посуды в горшковидную может служить предположение о том, что механизм адаптации формы к каждодневным потребностям человека привел к необходимости усовершенствования устьевой части сосуда. К более поздней реминисценции данного явления относится адаптация формы чугунка к способу его вытаскивания из печи при помощи ухвата. Естественно, что это лишь гипотеза, которую невозможно проверить на современном уровне знаний о древних сосудах, однако, сам механизм может быть использован для интерпретации его некоторых морфологических характеристик.

В археологическом гончарстве немало гипотетичных предположений, строго недоказуемых с помощью имеющихся методов. К их числу относится проблема определения функций различных археологических сосудов. Исследователи лишь догадываются о назначении изучаемой ими посуды. Безусловно, можно выделить оптимальные технологические характеристики для успешной реализации той или иной функции, но проверить эти выводы невозможно [Ericson J.E., Dwigth W.R., Cheryl В., 1972, p. 84-95]. Так, А. Шепард отмечает, что существует явная зависимость между формовочной массой и функцией сосуда, но определение ее связано с большими сложностями [Shepard А.О., 1963, р. 18].

Основным требованием к кухонной посуде, например, является низкий коэффициент расширения, тесто должно быть пористое и хорошо ото-щенное [Гребенщиков А.В., 1990, с. 147], способное выдержать термические удары [Rye О.S., 1981, р. 26; Reid КС., 1984, р. 59-61]. В контейнерах для воды, по мнению Ф. Мэтсона, большую роль играют такие свойства, как водопроницаемость, обработка поверхности, а также форма емкости (закрытая 6amca)[Matson F.R., 1965, р. 204-205].

Дж. Скибо, М. Шиффер и К. Рейд тестировали различные свойства сосудов в связи с их производством и эксплуатацией. Ими экспериментально установлено, например, что скорость охлаждения содержимого сосуда через испарение не зависит от состава теста. В то время как эффект охлаждения через испарения с поверхности сосуда напрямую зависит от состава формовочных масс. Так, скорость испарения у сосудов с органической примесью 2,5 г/час, с песчаной — 2,23 г/час, без примеси -1,89 г/час [Skibo J.M., Schiffer М.В., Reid К.С., 1989, p. 130].
От качества добавок помимо морфологических характеристик зависит и нагреваемость сосуда -важное качество, особенно для кухонной посуды [Brown D.P., 1983, р. 118]. По экспериментальным данным сосуды, содержащие песчаную фракцию, за одинаковый промежуток времени нагреваются быстрее, чем сосуды вообще без добавок или формовочная масса которых содержит навоз. Следовательно, регулирование нагревательной способности сосудов, не содержащих песчаную добавку, может осуществляться через иные показатели: форму, толщину стенок и так далее.

Часто для гипотез о функциях древней посуды используются этнографические аналогии [Harper F., 1983; Henrickson E.F., McDonald М.М.А., 1975], но они основаны скорее на интуиции и внешнем сходстве, чем на доказательствах. Например, Е. Хенриксон и М. Макдональд, пытаясь проанализировать форму, размерно-объемные характеристики и функции посуды на материалах центрально-американского гончарства (Мексика, Гватемала), пришли к выводу об отсутствии жесткой связи между формой, объемом и функциями [Henrickson E.F., McDonald М.М.А., 1975, p. 647-649]. Их этнографическая аналогия центрально-иранским археологическим материалам не обладает свойствами доказательности. Хотя в тех случаях, когда археологи используют интуицию и здравый смысл, пытаясь проанализировать функции археологической посуды, они прежде всего исходят из общности, однотипности размерноструктурных моделей поведения человека.

В восприятии и логике человека существуют определенные модели, выработанные адаптацией его морфологии и психики к окружающему миру. Поэтому, когда археолог пытается представить некоторые стороны известных ему предметов — сосудов, он опирается на опыт и здравый смысл. Основой здравого смысла служит опыт использования сосуда в быту для самых разных целей. Однако такое общее модельное понятие, как «использование в быту» можно расшифровать, наполнив его реальными признаками.

Д. Браун выделяет три основных аспекта сосудов как орудий труда: 1) контейнер для хранения; 2) предмет для манипулирования; 3) контейнер для приготовления пищи в огне (способность выдерживать термические удары)[Вго\уп D.P., 1983, р. 108]. С другой стороны, использовать сосуд в быту означает: выливать (воду), вытаскивать (пищу), закрывать (крышкой), черпать (воду), хранить (воду, сыпучие и другие вещества), (быстро, медленно), сохранить (горячим, холодным) ит.д. Все эти характеристики в свою очередь могут быть проанализированы исходя из формы сосуда, его структуры, материала и т.д.

Американский археолог Д. Хелли вводит такие понятия: манипуляция сосудом (вылить, вытащить, перевернуть); закрываемость (закрыть, удержать пар); нагреваемость (нагреть, потерять тепло); испаряемость (сохранить тепло, охладить); использование как вместилища (хранить, чер-пать)[На11у D. J., 1986, р. 267-295]. Эти характеристики по мнению Д. Хелли, имеют соответствия в отдельных пропорциях и параметрах сосуда. Так, функции сосуда как хранилища описывает соотношение Н и D. Вероятность заключения о сосуде как о емкости для хранения увеличивается, если при большом объеме H/D>1. Свойство жидкости испаряться зависит от соотношения поверхности устья (D устья) к общей поверхности сосуда. С увеличением диаметра устья испаряемость увеличивается.

Нагреваемость определяется площадью поверхности, соприкасающейся с огнем. Увеличить эту поверхность можно за счет увеличения максимального диаметра или увеличением высоты плечиков. Д. Хелли полагает, что круглое днище также способствует увеличению нагревательной способности сосуда. На мой взгляд, этот тезис правомочен только для посуды, которую подвешивали над костром. Для посуды, которая ставилась на землю или угли, округлость дна вряд ли сказывается на скорости нагрева сосуда.

Манипулирование сосудом и его содержимым характеризуется такими показателями, как общая высота сосуда, диаметр горловины, характер профилирования (закрытость устья). Сосуд тем больше подвержен переворачиванию, переносу, наклонам и т.п., чем меньше его высота, шире горловина и уже устьевое отверстие (закрытая форма) [устойчивость — Shepard А.О., 1956, р. 279]. Превалирование высотных параметров, больших объемов, закрытой формы ограничивает операцию выливания жидкости и усиливает предположение о вытаскивании пищи из сосуда.

Таким образом, сопоставление различных морфологических групп посуды с распределением отдельных параметров и отношений может, помимо культурных характеристик, указать тенденции к поискам функциональной определенности посуды. «Интуитивный» анализ такого уровня отчасти можно проверить и сопоставить с другими признаками, сделав свои предположения более доказательными.

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1928 Родился Эдуард Михайлович Загорульский — белорусский историк и археолог, крупнейший специалист по памятникам средневековья, доктор исторических наук, профессор.
  • 1948 Родился Сергей Степанович Миняев — специалист по археологии хунну.
  • Дни смерти
  • 1968 Умерла Дороти Гаррод — британский археолог, ставшая первой женщиной, возглавившей кафедру в Оксбридже, во многом благодаря её новаторской научной работе в изучении периода палеолита.
  • Открытия
  • 1994 Во Франции была открыта пещера Шове – уникальный памятник с наскальными доисторическими рисунками. Возраст старейших рисунков оценивается приблизительно в 37 тысяч лет и многие из них стали древнейшими изображениями животных и разных природных явлений, таких как извержение вулкана.

Метки

Свежие записи

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика