Древняя Русь по археологическим данным

К оглавлению книги / К следующей главе

В VIII-X вв. в восточнославянском мире происходили существенно важные эволюционные процессы, результатом которых явилось разрушение родового общества, оформление феодальных отношений, становление государственности. Реконструкция этих процессов по письменным источникам невозможна. Аутентичных источников нет, а позднейшие летописные упоминания отрывочны и противоречивы. Следовательно, характеристика изменений возможна только благодаря привлечению археологических данных. Археология достаточно четко фиксирует переход от родового разнообразия к этнической консолидации, что прежде всего отразилось на изменении погребальной обрядности.

В IХ-Х вв. на территории лесостепной и лесной зоны Восточной Европы, освоенной славянским населением, распространяется один тип погребений — круглые курганы с трупосожжением, совершенным на месте последующего возведения насыпи. Курганные группы содержат по нескольку десятков насыпей, в каждой из которых, как правило, только одно погребение, урновое или безурновое. Погребальный инвентарь ограничен одним-тремя предметами, обычно это нож или наконечник стрелы, отдельные оплавленные бусины. Характерен обычай битья посуды при погребении: черепки встречаются на поверхности погребальных кострищ или в насыпи курганов. Нередко в погребениях встречаются пережженные кости лошадей или собак. Обычно эти многочисленные однотипные погребения рассматриваются как захоронения рядовых общинников. На фоне однородных по обряду и этнической принадлежности рядовых погребений в курганных могильниках X в. выделяются парные трупосожжения, сопровождающиеся многочисленным и разнообразным инвентарем часто включающим предметы вооружения, восточные монеты, весы и гирьки. Предполагают, что такие погребения принадлежат феодализирующимся представителям княжеской дружины. Большинство подобных погребений исследовано в самых крупных курганных могильниках Х в. — Гнёздовском (под Смоленском), Тимеревском (под Ярославлем), Киевском, Шестовицком (близ Чернигова).

Одним из примеров погребения дружинника является курган № 13, раскопанный в Гнёздове. Курган содержал остатки парного (мужчина и женщина) трупосожжения, совершенного на месте сооружения кургана. Обряд сожжения дополнен такими элементами ритуала, как «умерщвление оружия» — предварительно сломанный меч воткнут в слой погребального кострища, наличие амулета в виде железной шейной гривны с подвесками-молоточками Тора, битье посуды — обломки привозной крымской амфоры оказались рассеяны по всему кострищу. Погребение сопровождалось целыми лепными сосудами-урнами местного происхождения и византийским круговым кувшинчиком, десятками сердоликовых и хрустальных бус, остатками серебряной канители, которой была, видимо, расшита одежда погребенных, пятью арабскими монетами. Самая интересная находка — это надпись, процарапанная на амфоре до того, как та была разбита. Одно из прочтений надписи — «гороуща», или «гороушна», т.е. «горчица» — это древнейшая кириллическая надпись на территории Восточной Европы (курган датируется первой четвертью X в.).

Корчага с граффити из кургана № 13.

Корчага с граффити из кургана № 13.

Вещи скандинавского происхождения: 1 — фибула овальная (женская); 2 — шейная железная гривна с подвесками-амулетами и набор амулетов

Вещи скандинавского происхождения:
1 — фибула овальная (женская); 2 — шейная железная гривна с подвесками-амулетами и набор амулетов

Примечательно здесь сочетание элементов славянской и скандинавской погребальной обрядности и инвентаря. К славянским относятся формы лепных глиняных сосудов, височное спиральное кольцо, ритуальное битье посуды и граффити. Скандинавские элементы — порча и втыкание оружия в погребальное кострище, присутствие гривны с амулетами-молоточками Тора, женские фибулы овальной формы, характерные для североевропейского костюма.

Сочетание в погребении дружинника разноэтнических элементов неудивительно: присутствие скандинавов (варягов) в составе древнерусской дружины, полиэтничной по составу, неоднократно отмечается летописью.

Древнерусский подписной меч из Фощеватой: 1 — рукоять меча; 2 — клеймо на клинке (прорись)

Древнерусский подписной меч из Фощеватой:
1 — рукоять меча; 2 — клеймо на клинке (прорись)

С IX в. начинает формироваться, а в X в. складывается своеобразная дружинная культура, синтезировавшая разноэтничные элементы. В археологическом смысле дружинная культура определяется погребальным обрядом: способом и характером захоронения, конструкцией погребального сооружения, составом инвентаря и деталями его расположения в погребении. В середине X в. появляются трупоположения в обширных могильных ямах, иногда содержавших деревянные погребальные камеры столбовой или срубной конструкции, перекрытые настилом и затем курганной насыпью. Камеры содержат одиночные или парные захоронения, иногда сопровождаемые полным скелетом коня и набором его снаряжения. Происхождение деревянных погребальных камер не совсем ясно. Зато обряд погребения в ладье — как сожжение, так и трупоположение — совершенно очевидно связан с выходцами из Скандинавии. Несколько курганов с таким обрядом раскопаны в Плакуне (вблизи Старой Ладоги) и в Гнёздове (под Смоленском). Скандинавское происхождение имеет также обряд преднамеренной порчи оружия и обычай ношения амулетов в виде молоточков Тора. Появление захоронений воина с конем можно рассматривать не только как указание на социальный статус погребенного. Совместные погребения человека и верхового коня хорошо известны в IX-XI вв. у мадьяр и тюркских племен восточноевропейских степей.

До X в. находки оружия в восточнославянских погребениях практически неизвестны. В Х в. на Руси распространились прямые двулезвийные рубящие мечи так называемого каролингского типа. Основные места их находок
связаны с Гнёздовом, Киевом, Черниговом и его окрестностями. Всего найдено около 100 мечей X — первой половины XI в. Большинство мечей было изготовлено в мастерских Рейнской области (Германия), о чем говорят латинские клейма на их клинках: INGELRII, ULFBERTH и др. Однако, вероятно, часть мечей могла быть выкована и на Руси. На это указывает находка меча из Фощеватой под Миргородом (Украина), на клинке которого обнаружено клеймо-надпись «ЛЮДОТА (ЛЮДОША) КОВАЛ(Ь)».

Значительная часть каролингских мечей попала на Русь через посредство скандинавов или вместе с ними. Североевропейское происхождение имеют некоторые ланцетовидные наконечники копий и круглые щиты с полусферическими железными умбонами. Формы боевых топоров разнообразны. Местное происхождение имеют некоторые узколезвийные топорики; среди них выделяются небольшие топорики-чеканы, хорошо известные по материалам кочевнических погребений. С миром кочевого и оседлого населения степи и лесостепи связана форма большинства найденных в дружинных погребениях стремян.

Предметы дружинной культуры: 1, 2 — рог для питья; 3 — фибула (мужская); 4— пряжка; 5 — накладки ременные; 6 — поясной набор воина {реконструкция); 7 — конское оголовье {реконструкция); 8 — рукоять меча каролингского типа; 9 — наконечник ножен меча

Предметы дружинной культуры:
1, 2 — рог для питья; 3 — фибула (мужская); 4— пряжка; 5 — накладки ременные; 6 — поясной набор воина {реконструкция); 7 — конское оголовье {реконструкция); 8 — рукоять меча каролингского типа; 9 — наконечник ножен меча

Характерной деталью дружинной культуры являются ременные наборы поясов и конской упряжи, богато украшенные бронзовыми или серебряными накладками, преимущественно восточного происхождения. Такие наборы изготавливались в мастерских Хазарии, Волжской Болгарии, а также в некоторых центрах Среднего Поднепровья. С воинскими ременными наборами связаны поясные сумочки-ташки, также украшенные металлическими бляшками, характерные для мадьярских памятников. Широкое распространение в дружинной среде Х в. получили игральные шашки — стеклянные или роговые. Наборы этих шашек вместе с игральными кубиками найдены в нескольких погребениях Киева, Гнёздова, Шестовицы (недалеко от Чернигова, Украина), Плакуна, на Гнёздовском поселении, Рюриковом Городище под Новгородом и других местах. Часть предметов, характерных для погребального инвентаря дружинных захоронений, является импортом, часть сделана на месте, часть принесена владельцами — выходцами из Скандинавии, Центральной Европы, Поволжья или южнорусских степей.

Таким образом, дружинная культура синтезировала культурные элементы славян, тюркского населения, скандинавов (варягов), финно-угров и, вероятно, балтов.
Наличие дружинных курганов в массе рядовых погребений славян-общинников свидетельствует о процессе имущественной дифференциации, разложении первобытнообщинного уклада и начавшейся социальной стратификации общества, завершившейся феодализацией восточнославянского мира.

Язычество. В обрядности погребений, безусловно, закодированы религиозные представления восточных славян. Обряд трупосожжения, широко распространенный вплоть до рубежа X-XI вв., и сооружение кургана — это наиболее яркие проявления языческих ритуалов. К элементам языческой культуры относится и обычай сопровождать погребение набором различных предметов, в том числе оружием (хотя славянские трупосожжения, как известно, были малоинвентарными). В конце X в. после официального акта крещения Руси обряд трупосожжения постепенно начинает вытесняться обрядом трупоположения.

Археологические находки дают лишь некоторое представление о религии восточных славян. Сведения об этом имеются только в нескольких поздних письменных источниках, а также реконструируются по этнографическим материалам. Частично языческий пантеон известен из Повести временных лет: Перун, Макошь, Велес, Даждьбог и др. Однако их изображения нам неизвестны. Также остаются практически неизвестными культовые сооружения языческой поры — храмы или святилища. Интерпретации как храма «капища», открытого в XIX в. в Киеве, или «святилища» на Перыни под Новгородом, представляются по крайней мере дискуссионными.

Одним из редких памятников славянского язычества является так называемый Збручский идол — каменное изваяние в виде высокого четырехгранного каменного столба, увенчанного четырьмя «ликами» с высеченными на боковых гранях масками, антропоморфными и зооморфными фигурами. Идол был найден в реке Збруч (Западная Украина) в 1848 г.

Снаряжение дружинника и верхового коня: 1 — шлем; 2 — топоры; 3 — наконечники стрел; 4 — наконечники копий; 5 — двулезвийные мечи; 6 — удила с псалиями; 7 — стремена

Снаряжение дружинника и верхового коня:
1 — шлем; 2 — топоры; 3 — наконечники стрел; 4 — наконечники копий; 5 — двулезвийные мечи;
6 — удила с псалиями; 7 — стремена

Изображения на боковых гранях столба расположены в три яруса. В верхнем ярусе находятся две женские и две мужские фигуры (одна из женских фигур держит в руке рог), четыре фигуры среднего яруса как бы образуют хоровод (руки каждой из них разведены в стороны), нижний ярус образуют схематизированные мужские фигуры, у которых подробно проработаны только лица. Верхний ярус олицетворяет небесную сферу, средний — земное пространство, нижний — подземный мир. Изображения фигур дополнены солярными знаками, зооморфными фигурами и изображениями оружия. Специалисты усматривают в этих фигурах изображения Перуна, бога грозы и войны, Хорса или Даждьбога, солнечных божеств, Велеса-Волоса, одна из ипостасей которого связывалась с миром мертвых, а также видят изображения Макоши-матери урожая (фигура женщины с рогом в руке) и Лады, богини весенней пахоты и сева, покровительницы брака. Кроме Збручского известны несколько находок каменных антропоморфных изваяний на территории лесной зоны, но они отличаются условностью и схематизмом и не имеют оснований для датировки.

Збручский идол

Збручский идол

В письменных источниках отмечено поклонение славян горам и источникам, рощам и отдельным деревьям. Так, византийский император Константин Багрянородный (середина X в.) сообщал о жертвоприношениях русских купцов священному дубу на о. Хортица (река Днепр). Культ этого дерева связан с культом Перуна.

В Средневековье постепенно, но неуклонно увеличивается объем письменных источников. Впрочем, это не исключает потребности в археологических материалах для исторической реконструкции.

Археология, как и для предшествующих эпох, дает разнообразную и объемную информацию, значительно превышающую данные письменных источников, которые для средневековой Руси, во-первых, единичны и, во-вторых, информативно ограниченны, так как главным образом посвящены политическим изменениям либо чрезвычайным событиям, оставляя без внимания повседневную жизнь населения. Следовательно, изучение экономического, социального, культурного развития средневекового общества возможно только на основании археологических данных. Особенно важны археологические материалы при изучении экономики, практически не отраженной в немногочисленных и разрозненных письменных источниках.

Наконечники пахотных орудий: 1,2— наральники втульчатые; 3, 4 — сошники; 5, 6 — лемехи; 7, 8 — наральники черешковые; 9, 10 — чересла (плужные ножи)

Наконечники пахотных орудий:
1,2— наральники втульчатые; 3, 4 — сошники; 5, 6 — лемехи; 7, 8 — наральники черешковые;
9, 10 — чересла (плужные ножи)

Хозяйство восточных славян во второй половине I тысячелетия характеризуется развитием отраслей, сложившихся в предшествующий период. Традиционным занятием восточных славян было земледелие. Определение характера земледелия производится на основании изменения либо усовершенствования орудий труда.

Наиболее часты находки железных втульчатых узколезвийных сошников, которые насаживались на рабочую часть деревянной сохи. Сохою прокапывали борозду для посева. В VIII-IX вв. у восточных славян появляются железные втульчатые широколезвийные наральники и черешковые ножевидные лемехи — детали, свидетельствующие о появлении нового усовершенствованного пахотного орудия — плуга. Лемех подрезал пласт земли, наральник расширял надрез и переворачивал пласт. После посева использовалась зубчатая борона, с помощью которой поле разравнивалось и посев покрывался землей. Плужная система земледелия способствовала увеличению площади посевов и урожайности.

Примечательно, что археологами в ряде случаев выявляются следы древней вспашки, чаще вблизи селищ, иногда на самом поселении, даже в городах, под слоем застройки, которая захватывала часть пашни при увеличении площади селитьбы.
Наряду с упряжным и пахотными орудиями для обработки почвы использовались ручные орудия: цельнодеревянные лопаты, грабли, мотыги, вилы. Лопаты иногда упрочивались железными оковками лезвия.

Важнейшее орудие уборки урожая — серп. Коса использовалась для заготовки сена, необходимого при зимнем стойловом содержании скота. Типологически серпы и косы представлены двумя видами — южным (киевским) и северным (новгородским). Каждый из них соответствовал ландшафтно-почвенным условиям.

Ручные земледельческие орудия: 1 — лопата цельнодеревянная; 2 — лопата с железной лопастью; 3 — коса северного типа; 4 — коса южного типа; 5 — серп северного типа; 6 — серп южного типа; 7 — грабли; 8 — мотыга; 9 — вилы

Ручные земледельческие орудия:
1 — лопата цельнодеревянная; 2 — лопата с железной лопастью; 3 — коса северного типа; 4 — коса южного типа; 5 — серп северного типа; 6 — серп южного типа; 7 — грабли; 8 — мотыга; 9 — вилы

При раскопках поселений в ямах и хозяйственных постройках нередко обнаруживают зерно. Благодаря этому восстанавливается состав возделываемых культур. Он был устойчиво традиционным с первой половины I тыс. Основа земледелия восточных славян — зерновые. Выращивались мягкая пшеница, ячмень, просо. Известны бобовые (горох), технические культуры (лен, конопля), огородные (тыква, капуста, огурцы, свекла, морковь) садовые (яблоня, вишня). Во второй половине I тыс. распространяется рожь которая вскоре заняла ведущее положение. Этот злак соответствовал климатическим и почвенным условиям Восточной Европы. Появляется овес, но его доля вплоть до XV в. незначительна.

Находки зерна на поселениях дают возможность по наличию спор сорняковых растений и процентному их содержанию выявить характер землепользования. Во второй половине I тыс. господствующей становится переложная система, при которой часть возделываемой пашни оставлялась под паром (незасеянной). На юге складывается значительный массив старопашенных земель. На севере сохраняется подсечное земледелие.

Скотоводство. Состав домашних животных разнообразен: крупный рогатый скот, лошади, овцы, свиньи, козы. Разводили птицу. Благодаря скотоводству обеспечивалось потребление мяса, молочных продуктов. Лошади и волы использовались в транспортных целях и как тягловая сила на пашне.

Развитие земледелия в VIII в. достигло того уровня, когда вся деятельность по возделыванию земли могла замыкаться в семейной ячейке. Это способствовало переходу от семейно-родственных союзов к соседским территориальным общинам. Возрастала имущественная дифференциация и социальное расслоение, что вело к становлению феодальных общественных отношений.

Принадлежности для охоты, рыболовства и промыслов: 1-6— стрелы (1-3— дерево, 4-6— кость); 7 — крючки рыболовные; 8— острога; 9, 13, 14 — грузила; 10-11 — поплавки; 12— блесна; 15— ботало; 16 — медорезка; 17 — лазиво бортника

Принадлежности для охоты, рыболовства и промыслов:
1-6— стрелы (1-3— дерево, 4-6— кость); 7 — крючки рыболовные; 8— острога; 9, 13, 14 — грузила; 10-11 — поплавки; 12— блесна; 15— ботало; 16 — медорезка; 17 — лазиво бортника

Большое значение имели добывающие промыслы: охота, рыболовство, бортничество. Кроме того, получили развитие железоделательный промысел, добыча соли, выжигание угля, производство дегтя. Остатки железоделательных горнов, кузниц обнаружены на нескольких селищах. Для производства железа использовалась болотная руда. Обычно металлургические сооружения располагались на окраинах поселений или за их пределами. В значительной степени черным металлом город обеспечивался за счет деревенских мастеров. Деревенские кузнецы производили обычное железо и низкоуглеродистую сталь, из которых изготавливались все необходимые орудия труда и предметы быта.

С X в. постепенно получил распространение гончарный круг, однако лепная керамика продолжала существовать в некоторых районах лесной полосы и в XI в. Обжигалась посуда в печах и горнах. Гончарное ремесло носило сезонный характер.

Памятники сельского населения. Древнерусские письменные источники XI-XIV вв. знают несколько терминов для обозначения сельских поселений: весь, погост, село, слобода. Наиболее распространенным археологическим видом сельских поселений является селище. Древнерусские селища расположены по краям надпойменных террас (т.е. приречные), на дюнных всхолмлениях или естественных грядах, удаленных от края берега, на мысах. Преобладающим типом являются приречные селища. В лесной полосе преобладают поселения от 0,5 до 2 га, в лесостепной — 2-3 га. Отмечается тенденция к уменьшению площади селищ от ранних к наиболее поздним (от X до XIV в.). Другая тенденция — это увеличение количества селищ в XI — первой половине XIII в. Культурный слой этих поселений обычно небольшой и очень часто оказывается полностью перепаханным в более позднее время.

Отмечается два типа планировки селищ: кучевая и прибрежно-рядовая, преобладающая. Размеры и следы планировки позволяют установить, что поселения состояли из 3-7 дворов, а население не превышало 50 человек. Раскопками установлено, что в лесной и лесостепной зонах преобладали разные типы построек. Для лесной зоны характерны наземные срубные постройки с печами-каменками, а для лесостепной — полуземлянки со стенами столбовой или срубной конструкции, с глиняными печами или печами-каменками. В XII в. наибольшее распространение получают наземные срубные жилища. Сельские постройки, судя по всему, принципиально не отличались от городских. Отличие состоит в том, что на селищах отсутствуют постоянные ограды дворов, мощение улиц. Селища распложены на наиболее плодородных землях, образуя компактные скопления.

Древнерусские курганы. Обычай возведения курганных насыпей над погребениями сохранился в сельской местности вплоть до конца XIII в. Для всех древнерусских курганных погребений характерны три разновидности обряда трупоположения: на горизонте (на поверхности земли), в ямах под насыпью, в насыпи. Интересно, что в Х в. трупоположения в ямах распространяются в первую очередь в южных областях Руси, там, где в предшествующий период они встречались лишь изредка. В северных областях Руси, в лесной зоне, первоначально господствуют трупоположения на горизонте, причем иногда сохраняются ритуальные кострища — следы очищающего огня. Обычная ориентировка погребенных с конца X в. — головой на запад, что является одним из основных признаков христианского погребального обряда. Изредка встречается восточная ориентировка, в первую очередь на территориях, занятых ранее балтским населением. С переходом к обряду трупоположения, как ни парадоксально, в погребениях увеличивается количество вещей. Христианский обряд, как известно, не предполагает сопроводительного инвентаря в виде предметов быта, оружия, набора украшений и, тем более, даров. Однако в основном с XI в. становится известным славянский женский убор, включающий височные и нагрудные украшения, браслеты и перстни, и определяются некоторые этнографические особенности их форм и сочетаний. Границы распространения таких характерных украшений, как восточные кольца, позволили наметить территории расселения отдельных восточнославянских племен.

Для сельских курганов южных территорий (поляне, волыняне, дреговичи) инвентарь ограничен редкими металлическими подвесками к ожерельям и стеклянными бусами. Часто использовались простые проволочные кольца с сомкнутыми концами, небольшого размера височные кольца с тремя бусинами из металла.

Для северянских курганов характерны проволочные спиральные височные кольца (по 2-4 штуки в одном погребении), небольшие ожерелья из стеклянных бус с одной-двумя металлическими привесками, встречаются бронзовые браслеты и перстни, налобные металлические венчики. Шейные гривны принадлежат к редким находкам. Бытовые предметы в северянских курганах встречаются нечасто — это ножи, кресала, глиняные горшки и деревянные ведра. Ни предметов вооружения, ни орудий труда в этих курганах нет.

Курганы некоторых северных территорий (кривичи, вятичи, частично радимичи) содержат довольно много вещей, в первую очередь металлических украшений. Особенно богаты вещами вятические погребения. Для женского вятического убора характерны семилопастные кольца (от 2 до 8 в одном погребении, поровну с каждой стороны лица). Шейные украшения состояли из серебряных витых гривен, ожерелий из хрустальных, сердоликовых и стеклянных бус. Наиболее часто встречаются сочетания хрустальных шарообразных и сердоликовых бипирамидальных бус. Все исследователи отмечают характерность находок браслетов и перстней для вятических погребений. В ряде случаев в дополнение к браслетам и перстням на руках погребенной эти украшения в качестве «даров» положены на дно могильной ямы или завернуты в бересту. Вероятно, обилие металлических украшений в вятическом костюме можно связывать с влиянием со стороны автохтонного финского населения. Обычай класть в погребение орудие труда или оружие не был распространен, но ножи, ножницы, серпы, кочедыки для плетения сетей изредка встречаются. Довольно частой находкой в мужских и женских погребениях являются гончарные сосуды, которые обычно ставились в ногах умерших. Христианские символы — образки или кресты — очень редки.

Височные кольца восточных славян: 1-3 — общераспространенные; 4 — дреговичей; 5 — волынян; 6 — вятичей; 7 — реконструкция расположения височных колец в уборе; 8— радимичей; 9— словен новгородских; 10 — северян; 11 — кривичей

Височные кольца восточных славян:
1-3 — общераспространенные; 4 — дреговичей; 5 — волынян; 6 — вятичей; 7 — реконструкция расположения височных колец в уборе; 8— радимичей; 9— словен новгородских; 10 — северян; 11 — кривичей

Для радимических женских погребений характерны ожерелья из мелких стеклянных бус, изредка встречаются сердоликовые и хрустальные. В составе ожерелий часты монетовидные привески, бубенчики, лунницы, крестики. Популярны были бронзовые и серебряные браслеты и перстни. Обычной находкой являются шейные гривны с розетками на заходящих друг за друга концах. С прибалтийским кругом древностей связаны змеиноголовые бронзовые браслеты. Также обычны находки глиняных сосудов и деревянных ведер (последние в основном в мужских погребениях).
Инвентарь кривических погребений включал височные проволочные браслетообразные кольца с завязанными концами, ожерелья из бус и металлических привесок. Наиболее часты ожерелья, состоящие из сердоликовых и золоченых стеклянных бус. Характерной для кривичей является привеска в виде плоского конька, встречаются мелкие бубенчики, подковообразные бронзовые и железные фибулы. В кривических курганах Смоленской и Полоцкой земель встречаются украшения балтских типов: головные спиральные венчики, некоторые типы шейных гривен, звездообразные пряжки и др. С балтским наследием связаны некоторые черты погребального обряда — подкладка деревянных дощечек под голову, восточная ориентировка, а также обычай класть в погребение топоры и копья.

Сельские курганы. Инвентарь женского вятического погребения: 1 — перстни; 2 — ожерелье из сердоликовых бус и металлических привесок; 3 — кольца височные семилопастные; 4 — браслеты (пластинчатый и витой)

Сельские курганы. Инвентарь женского вятического погребения:
1 — перстни; 2 — ожерелье из сердоликовых бус и металлических привесок; 3 — кольца височные
семилопастные; 4 — браслеты (пластинчатый и витой)

Курганы новгородских словен дают большое количество ромбощитковых височных колец — характерного украшения, кроме них встречаются перстнеобразные и трехбусинные кольца, а также тонкие пластинчатые головные венчики и венчики из парчовой ленты с нашивными бляшками. Шейные гривны распространены на западных и юго-западных окраинах Новгородской земли. Для новгородских словен характерны небогатые ожерелья из стеклянных бус. Многочисленны бронзовые браслеты разной формы и подковообразные фибулы. Из бытовых вещей встречаются ножи и глиняные гончарные сосуды. Пережитки обряда сожжения встречаются в виде следов ритуальных кострищ или скопления угля около погребенных.

Одним из пережитков языческих ритуалов являются жертвоприношения животных — в курганах найдены отдельные кости домашних животных, кости петуха или кур. В XI-XII вв. широко распространяется обычай класть в погребения амулеты-обереги в виде миниатюрных бронзовых изображений лошадок, ключей, ложек, гребней, топориков и др. Металлические амулеты в предшествующее время у восточных славян археологически неизвестны.

Концентрация сельских поселений приходилась на районы, население которых имело длительный опыт земледелия. Развитые сельские округи обеспечивали возникновение и становление древнерусских городов.

Города. Первые города у восточных славян возникают в конце IХ — начале X в. Тогда же происходит становление административной системы, появление органов управления, формирование государства. Одновременно от земледелия отделялось ремесленное производство, превращаясь в самостоятельную отрасль хозяйства. Необходимость сбыта ремесленных изделий, реализация избытков сельскохозяйственной продукции вели к укреплению товарно-денежных отношений и появлению рынка. Этому способствовало и возрастающее участие в международном товарообмене. Все эти процессы происходили одновременно и определяли интенсивность градообразования. Наряду с ними были другие причины появления городов: формирование системы управления на отдельных территориях, укрепление границ и др. Возникновение каждого города было обусловлено несколькими факторами, один из которых мог быть доминирующим. На разных территориях и в разное время доминирующие причины могли изменяться.

Процесс градообразования протекал неоднородно. Активнее всего он происходил там, где феодализация общества шла интенсивнее. По мере того как феодализация проникала в новые районы, там появлялись новые города. Следовательно, градообразование — показатель и отражение развития феодальных отношений.

Расселение восточнославянских племен в XI—XIII вв.

Расселение восточнославянских племен в XI—XIII вв.

Термины «град», «город» древнерусскими летописцами применялись в отношении укрепленных (огороженных) поселений.

Деревянно-земляные укрепления. Белгород (реконструкция)

Деревянно-земляные укрепления. Белгород (реконструкция)

Укрепления древнерусского времени относятся к типу деревянно-земляных фортификаций, основные элементы которых — ров и вал. Для укрепления вала рубились деревянные конструкции (клети) в несколько венцов, заполнявшиеся землей из рва. По гребню вала ставился частокол или специальные бревенчатые рубленые конструкции с ходами и бойницами. На угрожаемых участках рубились глухие башни. На пересечении линии вала с наиболее важными городскими улицами ставились воротные башни. С напольной стороны к воротным башням подходили мосты, переброшенные через ров, иногда подъемные. В крупных городах — центрах княжений воротные башни с XI в. возводились из камня. Впрочем, в домонгольское время каменные конструкции в городских фортификациях были исключением, а не правилом («Золотые» ворота в Киеве, «Золотые» ворота во Владимире, каменные башни в Изборске, Ладоге).

Внутригородская планировка была регулярной. В ее основе улично-усадебная система. Трассы улиц соединяли важнейшие части города — княжескую резиденцию, епископский двор, соборные площади, торг — и выводили к проездным воротным башням. Нередко княжеские резиденции и владычные дворы дополнительно окружались линией укреплений. Такие внутригородские крепости тоже назывались городами.

Городские дворы-усадьбы располагались вдоль улиц и ограждались частоколами, линии которых были стабильны. Даже когда участок по каким-либо причинам пустовал, то возобновление на нем застройки происходило в прежних границах. Археологически это подтверждено бесспорно.
В древнерусских городах выявлено три размера усадеб, что свидетельствует об уровне имущественного и социального расслоения. На крупномерных (до 1500 кв. м) усадьбах ставились хоромы, нередко в два этажа. В маломерных дворах (125-150 кв. м) застройка ограничивалась жилым домом и небольшой хозяйственной постройкой. Нередко дом служил и мастерской. Усадьбы среднего размера достигали 400-600 кв. м.

На севере дома рубленые, нередко поставленные на подклет. Срубы известны и на юге, но больше здесь заглубленных в землю каркасно-столбовых построек. Впрочем, заглубленная часть постройки вероятнее всего была не жилой, а хозяйственной.

Городская застройка: 1 — усадьба феодала (Рязань); 2 — двор посадского жителя (Киев); 3 — усадьба священника и художника (Новгород)

Городская застройка:
1 — усадьба феодала (Рязань); 2 — двор посадского жителя (Киев); 3 — усадьба священника и художника (Новгород)

Улицы в городах мостились деревом. Такие мостовые изучены в Новгороде, Пскове, Киеве, Смоленске, Москве, Ладоге, Русе, Торжке, Берестье. Возможно, они были и в других городах, но не сохранились.

Процесс градообразования на Руси протекал достаточно динамично. На раннегосударственной стадии в середине X в. только Киев и Новгород можно достаточно уверенно назвать городами. К началу XII в. насчитывалось 44 города. К 30-м гг. XIII в. известно 75 городов. Летописец называет городами значительно большее число поселений (270) домонгольского времени, однако археологические признаки большинства из них не выявлены.

Городам свойственна своеобразная иерархическая система. Высшую ступень к 30-м гг. XIII в. занимали столицы самостоятельных княжений и земель (10 городов), ниже располагались столицы удельных княжений (35 городов), остальные 30 городов были центрами округов-волостей, малыми городами, крепостями.

В древнерусских городах были сосредоточены органы государственного аппарата и церковного управления, концентрировались военные силы. Они являлись центрами ремесла и торговли. Города были идеологическими и
культурными центрами. Таким образом, древнерусские города были многофункциональными поселениями и являлись своеобразными узлами прочности феодального государства.

Бытовые кузнечные изделия: 1 — многослойный нож; 2 — нож для деревообработки; 3 — сапожный нож; 4 — светец (лучинодержа- тель); 5 — пружинные ножницы; 6 — шарнирные ножницы; 7, 8 — бритвы; 9 — весовая гирька; 10 — крюк безмена; 11, 14 — навесные замки; 12, 13, 15 — ключи к навесным замкам; 16, 17 — ключи к нутряным замкам; 18 — ключ к замку с деревянным запором; 19, 20 — кресала

Бытовые кузнечные изделия: 1 — многослойный нож; 2 — нож для деревообработки; 3 — сапожный нож; 4 — светец (лучинодержа- тель); 5 — пружинные ножницы; 6 — шарнирные ножницы; 7, 8 — бритвы; 9 — весовая гирька; 10 — крюк безмена; 11, 14 — навесные замки; 12, 13, 15 — ключи к навесным замкам; 16, 17 — ключи к нутряным замкам; 18 — ключ к замку с деревянным запором; 19, 20 — кресала

Ремесло. Базовой отраслью ремесленного производства была обработка железа. Производством железа на Руси всегда занимались деревенские металлурги. В сельской местности были наиболее благоприятные условия: здесь имелись богатые поверхностные залежи болотных и луговых железных руд, а также леса, пригодные для пережога и получения древесного угля.

Основой техники металлургического производства являлось прямое восстановление железной руды в металлическое железо. Деревенские металлурги доводили процесс до изготовления полуфабриката — кричного железа. Крицы поставляли на городские рынки, где они приобретались кузнецами. Находки криц в городских раскопах нередки.

Наряду с железом применялась сталь. Сталь получали непосредственно в домницах или в кузнечном горне. Низкосортная сырцовая сталь шла на цельностальные изделия и на дальнейшую переработку на лучшие сорта. Высококачественную сталь получали многократной кузнечной проковкой или выдерживанием (томлением) в огнеупорном сосуде, нагреваемом в горне. Такая сталь шла только на качественные изделия либо на наваренные и вваренные лезвия или другие рабочие части изделий.

Кузнечное ремесло достаточно рано выделилось в особую отрасль производства. Кузнецы работали и в селах, и в городах. Рынок сбыта сельских мастеров был ограничен территориально и по ассортименту. Они обеспечивали потребности в производстве и ремонте орудий труда.
Инструментарий древнерусского кузнеца имел развитые, рационально разработанные формы, сохранившиеся до наших дней.

Ассортимент продукции кузнецов был разнообразен: от ножей до сложных механических замков и трудоемких в изготовлении броней-кольчуг, что требовало знания и применения многих технологических схем обработки железа. Наиболее распространенным было сочетание в изделии двух материалов — железа и стали механическим и химико-термическим путем.

Уже в X в. применялась наиболее совершенная, но и наиболее трудоемкая технология — сваривание из трех полос: проходящей внутри клинка стальной и двух боковых железных. Такое лезвие легко вытачивается, а изделие благодаря стальному клинку служит долго, почти до полного износа. Подобный прием применялся для изготовления ножей, серпов, кинжалов, мечей, бритв. В середине XII в. кузнецы упростили технологию: стальное лезвие стали наваривать на железный клинок. Качество изделия ухудшилось, срок пользования завершался стачиванием стального лезвия. Технология сварки традиционна для северо-русских кузнецов. В Южной Руси мастера широко применяли другую технологическую схему: цельнометаллические поковки и цементацию. Изделия древнерусских оружейников высоко ценились в Средней Азии, Византии, Европе. Русские кузнецы владели сложными приемами узорчатой сварки и термической обработки. В технике и художественной отделке русские мастера не уступали ни западным, ни восточным оружейникам.

Особенно ценились русские кольчуги-брони. На Руси кольчуга появилась раньше, чем на Западе. Для оценки трудоемкости и сложности изготовления брони достаточно представить, что обычных размеров кольчуга делалась из 18000-20000 колец, скреплявшихся между собой в определенной последовательности.

Развитие техники и технологии вызвало широкую специализацию в городском ремесле. В XII в. насчитывалось не менее 16 различных специальностей, занятых обработкой железа и стали: замочники, ножевники, бронники и др.

Ювелирные изделия. Имитации княжеско-боярского убора: 1,2 — литейные формы; 3-5 — колты; 6, 7 — бармы; 8 — наручень

Ювелирные изделия. Имитации княжеско-боярского убора:
1,2 — литейные формы; 3-5 — колты; 6, 7 — бармы; 8 — наручень

Приемы обработки цветных металлов древнерусскими мастерами были традиционными — литье, ковка, штамповка, чеканка. Сырьевая база цветной металлургии на Руси была ограниченна и во многом зависела от импорта.

Продукция ремесленников по обработке цветных металлов пользовалась широким спросом. Литейщики изготовляли разнообразные женские украшения, принадлежности костюма, предметы культа и церковной утвари, массивные кистени и булавы для воинов, весовые гирьки.

Техника литья постоянно совершенствовалась. Повсеместно было распространено литье в каменные формы, которые служили для производства не одного-двух изделий, а серии предметов. В середине XII в. появляется литье в имитационные формы, в которых детально воспроизводились форма и рисунок сложного ювелирного изделия. Собранная форма имела вверху широкое отверстие — литник, а внизу — узкий выход. Такие формы применялись для литья «навыплеск». Сверху в литник заливался металл, часть которого при соприкосновении с каменными стенками застывала на них тонким слоем, а остальной металл вытекал (выплескивался) через нижнее отверстие. Готовые изделия, выполненные по такой технологии, были пустотелыми, легкими; на производстве экономился дефицитный металл.

Христианизация Руси существенно увеличила ассортимент изделий литейщиков. Изготавливаются во все возрастающем количестве предметы христианского культа — нательные крестики, образки-медальоны, иконки, энколпионы (кресты-мощевики). Было налажено производство церковной утвари. Для освещения храмов отливались хоросы и паникадила из меди и бронзы. Храмовые интерьеры украшались напрестольными сенями (найдены на городище Вщиж, Черниговское княжество).

Предметы церковного убранства: 1 — напрестольные сени; 2 — хорос

Предметы церковного убранства:
1 — напрестольные сени; 2 — хорос

На раннехристианской стадии достаточно популярны были предметы синкретического характера, сочетавшие дохристианские, языческие верования с новыми религиозными представлениями.

Любопытны в этом отношении нательные литые медальоны (так называемые змеевики), на одной стороне которых изображалась Горгона, чьи волосы сплетались в змеиные тела-щупальцы, а на другой стороне — христианские персонажи: архангелы, Богоматерь, святые. Несмотря на церковные запреты, в быту горожан (а тем более сельских жителей) сохранялись дохристианские верования, достаточно длительное время поддерживались языческие обряды. Ремесленники продолжали выпуск предметов-оберегов, связанных с дохристианской символикой.

Ювелирная продукция русских мастеров — это высокохудожественные изделия. Их находки чаще всего связаны с кладами, зарытыми во время военной угрозы. Такие клады найдены в Киеве, Старой Рязани, Владимире, других городах. Большинство их были зарыты в годы ордынского нашествия. Клады не обнаружены в Новгороде, Пскове, Полоцке, Смоленске — в городах, которые не были разрушены монголами.

Предметы языческого культа: 1 — коник; 2 — лунница; 3 — топорик; 4 — неолитическая стрела в обоймице; 5 — амулет-заяц; 6 — подвеска-птичка; 7 — медвежий клык; 8 — расческа с изображением коней; 9 — скоморошья маска (кожа); 10 — две стороны «змеевика» (а — изображение Медузы-Горгоны; б — изображение Богоматери)

Предметы языческого культа:
1 — коник; 2 — лунница; 3 — топорик; 4 — неолитическая стрела в обоймице; 5 — амулет-заяц;
6 — подвеска-птичка; 7 — медвежий клык; 8 — расческа с изображением коней; 9 — скоморошья маска (кожа); 10 — две стороны «змеевика» (а — изображение Медузы-Горгоны; б — изображение
Богоматери)

Древнерусскими ювелирами использовалась разная техника обработки драгоценных металлов: скань (филигрань), зернь, эмаль (финифть), чернь, тиснение, чеканка. Сканный рисунок выполняли из тонких золотых или
серебряных нитей, иногда скрученных, напаивавшихся на золотую или серебряную поверхность изделия. Столь же употребительно было выполнение рисунка бесчисленными каплями зерни — серебряными или золотыми шариками диаметром 0,6 мм, которые ставились на крохотные (0,4 мм в диаметре) колечки. Нередко русские ювелиры сочетали скань и зернь в одном изделии: на колтах, височных кольцах, медальонах.

Предметы княжеско-боярского убора: 1 — бармы (гравировка, скань, зернь, чернь); 2 — колты (эмаль на золотой пластине); 3 — звездчатый колт (зернь); 4 — рясна (скань); 5 — гривна; 6, 7 — перстни (чернь) 8, 9, 10 — браслеты (чернь); 11 — наручень (чернь)

Предметы княжеско-боярского убора:
1 — бармы (гравировка, скань, зернь, чернь); 2 — колты (эмаль на золотой пластине); 3 — звездчатый колт (зернь); 4 — рясна (скань); 5 — гривна; 6, 7 — перстни (чернь) 8, 9, 10 — браслеты (чернь); 11 — наручень (чернь)

В XII в. в городах широким спросом пользовались черненые серебряные украшения. Технология их изготовления была малозатратной, но художественно очень выразительной.
Рисунок изделия оттискивался на бронзовых матрицах. Контур рисунка возвышался над плоскостью фона изделия, который заполнялся порошкообразной массой из строго нормированных пропорций серебра, меди, серы и свинца. После обжига порошок впаивался в изделие, и рисунок выступал светлым силуэтом над черно-«бархатной» поверхностью украшения. В такой технике изготовляли крупные двустворчатые браслеты-наручи и бармы-оплечия. Во Владимиро-Суздальской и Рязанской землях такие изделия украшались гравировкой без черни.

Массовые изделия ювелиров: 1 — лунница; 2-4 — привески; 5-9— бубенчики; 10, 11 — булавки; 12-16— браслеты; 17-20— перстни

Массовые изделия ювелиров:
1 — лунница; 2-4 — привески; 5-9— бубенчики; 10, 11 — булавки; 12-16— браслеты;
17-20— перстни

Сложнейшей ювелирной техникой было искусство перегородчатых эмалей. Его принесли на Русь греческие мастера, вероятно, работавшие в Киеве, где поблизости от княжеских дворцов были вскрыты остатки трех эмальерных мастерских. Впрочем, вскоре русские ювелиры овладели сложнейшей техникой, и во второй половине XI в. в Киеве сложилась местная эмальерная художественная стилистика. В XII в. эмальерное производство распространилось в другие древнерусские регионы.

Изготовление эмалей требовало от мастера владения разными операциями и бесспорного художественного вкуса. Рисунок на изделиях делился, как бы дробился, на множество отдельных секторов-ячеек, которые оконтуривались паутинками золотых перегородок, напаивавшихся на золотую основу предмета. Каждая ячейка заполнялась стекловидной массой с добавкой разных минералов-красителей. После обжига изделия эмаль накрепко соединялась с металлической основой.

Перегородчатые эмали — дорогостоящее производство, поэтому в подобной технике выполняли особые заказы князей и церковных иерархов. К шедеврам русского эмальерного искусства относится утраченный в годы Второй мировой войны крест Евфросинии Полоцкой. Надпись на предмете указывает дату изготовления реликвии — 1161 г., и имя мастера, выполнившего заказ княжны, — Лазарь Богша. Это один из редчайших случаев авторства древнерусского ювелира.

Впрочем, изделия ювелиров — это не только высокохудожественные предметы, но и многочисленные серийные украшения, выполненные в упрощенной технике.
Массовым материалом археологических раскопок любых поселений является керамика. Керамические изделия — горшки, миски, кувшины, сковороды, жаровни и многое другое — повседневные, массово изготовлявшиеся бытовые предметы. Гончары раньше представителей других ремесленных отраслей выделились из домашнего промысла и обособились в рыночную профессию. В ранних городских напластованиях лепной керамики уже нет, вся она сделана на гончарном круге. Это служит своеобразным показателем времени перехода от стадии поселения к городу. Гончарных горнов в городах домонгольского времени раскопано немного: в Белгороде, во Вщиже, Киеве, Старой Рязани, Вышгороде и некоторых других, но это позволило реконструировать технологию керамического производства.

На донцах керамических сосудов достаточно часто встречаются геометрические знаки. Подобные иногда фиксируются на деревянной посуде. Возможно, это знаки мастеров либо владельцев предметов.

Обработка кожи и сапожное дело восстанавливаются только на основании раскопок в древнерусских городах, правда, не повсеместно, из-за неудовлетворительной сохранности органики в культурных напластованиях. Для сырья кожевники использовали шкуры домашних животных. Выделка кожи — трудоемкий процесс, включавший несколько операций, ряд которых требовал проточной воды, что определяло размещение производства вблизи родников, ручьев.

Гончарные изделия: 1-4 — горшки; 5 — корчага; 7, 9, 12 — миски; 8 — кувшин; 10 — красноглиняный кувшин; 11, 13—амфоры

Гончарные изделия:
1-4 — горшки; 5 — корчага; 7, 9, 12 — миски; 8 — кувшин; 10 — красноглиняный кувшин;
11, 13—амфоры

Внутриусадебные скопления отходов кож, кроя, бракованных деталей связаны уже с работой сапожников, рано обособившихся в особую ремесленную профессию. Горожане носили только кожаную обувь — сапоги, сапожки, туфли. Женская обувь, а также ножны, сумы зачастую прошивались цветными нитками по растительному или геометрическому орнаменту. Из кожи изготовлялось множество утилитарных вещей — ремни, сбруя, пояса, чехлы, ножны, рукавицы. Интересны кожаные раскрашенные скоморошьи маски.

Наряду с технологическим совершенствованием традиционных ремесленных отраслей, выросших из домашнего производства, древнерусские мастера успешно овладевали новыми. К их числу принадлежит стеклоделие, которое зародилось в XI в. в Киеве, а уже в XII-XIII вв. достигло значительного уровня и фиксируется в Новгороде, Пскове, Смоленске. Продукция стеклоделов — посуда, туалетные сосуды, перстни, бусы, браслеты наряду с импортными изделиями пользовалась широким спросом. Особенно популярными у горожанок в начале — середине XIII в. были стеклянные браслеты разных цветов, гладкие и крученые, которые в большом количестве и повсеместно находят в городских напластованиях.

Кожаные изделия: 1 — поршень; 2 — туфля ажурная; 3 — сумка; 4 — кошелек; 5 — сапог; 6 — ножны кинжала

Кожаные изделия:
1 — поршень; 2 — туфля ажурная; 3 — сумка; 4 — кошелек; 5 — сапог; 6 — ножны кинжала

Деревообработка — важная отрасль древнерусского ремесла. Дерево было основным поделочным материалом на Руси.
Древнерусские мастера хорошо знали технические свойства всех пород древесины и учитывали их при подборе для строительства и изготовления различных предметов. В основном использовалась местная древесина — хвойные породы в строительстве, лиственные для изготовления бытовых предметов. Из привозной древесины следует отметить самшит. Эта чрезвычайно плотная древесина поставлялась на Русь с юга. Двусторонние деревянные гребни древнерусские мастера делали исключительно из самшита.

Инструментарий, применявшийся при обработке древесины, был разнообразен и в основном сохраняется до сих пор. Главным орудием был топор. Все постройки рубились топорами. Бревна стен никогда не опиливались: пила разрушала структуру дерева, что способствовало гниению. Полы в жилищах стелились из колотых топором досок. Избы крылись колотыми пластинами — лемехом, своеобразной «русской черепицей». Лемехом покрывались церкви. Улицы стелились колотыми полубревнами — плахами. Из дерева возводились мосты и сложные инженерные сооружения.

Колесный транспорт на Руси, особенно в северных районах, мало использовался. Основные транспортные пути шли по воде. Отсюда широкое использование речных средств — лодок, судов. Находки их деталей, а больше — весел, нередки в городских напластованиях. В зимнее время использовались сани, волокуши, лыжи. Впрочем, сани и волокуши использовались почти круглогодично. Встречаются целые развалы саней, иногда парадных, в которых полозы, копылы, стенки возка украшены замысловатой резьбой или раскрашены.

Резьба по дереву была очень популярна на Руси. Резьбой украшались элементы жилых хором — колонны, наличники, карнизы; мебель, наборы посуды, гребни, ложки. Есть расписанные предметы, но краска плохо сохраняется во влажном слое, который консервирует дерево. Встречаются антропоморфные и зооморфные скульптуры, изображения птиц. Языческая деревянная пластика очень выразительна и реалистична.

В косторезном деле также широко использовали резьбу. Особенно хороши изображения мифологических существ (драконов, русалок), которые выполнены на высоком художественном уровне. Даже утилитарные предметы (рукояти ножей, гребни) нередко украшались замысловатым узором.

Социальный состав городских ремесленников был неоднороден. Наряду с юридически свободными мастерами существовали вотчинные ремесленники, которых феодалы селили на своих усадьбах и обеспечивали заказами. Связь вотчинных ремесленников с рынком была минимальна. Вотчинное ремесло более характерно для раннегородской стадии, но сохранялось и позднее.

Древнерусские ремесленники в своем большинстве были мелкими производителями, имевшими инструментарий, ведущими самостоятельно свое хозяйство, основанное на личном труде, целью которого было не получение прибыли, а добывание средств к существованию. Ремесленнику обычно помогала в работе его семья. Вместе с ним работали один-два подмастерья и один или несколько учеников.

Резные изделия: 1 — рукоятка ковша; 2, 4 — навершия посохов; 3 — накладная пластина (1, 2, 3 — кость)

Резные изделия:
1 — рукоятка ковша; 2, 4 — навершия посохов; 3 — накладная пластина (1, 2, 3 — кость)

Широкая специализация ремесла, вызванная сложной технологией производства, разнообразием орудий труда неизбежно вела к организации производственного обучения и трудового процесса, т.е. института ученичества, что придавало древнерусскому ремеслу систематический и организованный характер.

Массовый археологический материал городских раскопок открывает возможность исследования древнерусского ремесла с учетом техники, технологии и структуры производства, емкости рынка, благодаря чему можно определить важнейшие периода в развитии ремесленного производства.

Первый период (до 20-х — 30-х гг. XII в.) — это стадия вотчинного ремесла с работой на заказ. Рынок свободного сбыта еще сильно ограничен. В это время были созданы все основные виды ремесленного инструментария и заложены новые технологические основы древнерусского производства.

Изделия из дерева и кости: 1 — расческа; 2 — футляр для расчески; 3, 4, 5 — гребни: 6 — обломок расписного блюда; 7 — чаша; 8 — ложка (1-5— кость; 6-8 — дерево)

Изделия из дерева и кости:
1 — расческа; 2 — футляр для расчески; 3, 4, 5 — гребни: 6 — обломок расписного блюда; 7 — чаша; 8 — ложка (1-5— кость; 6-8 — дерево)

В следующие сто лет своего развития, во второй период (до 30-х гг. XIIIв.) расширился ассортимент продукции и одновременно произошла рационализация производства — упрощение технологических операций. Например, в текстильном производстве в конце XII в. появляется горизонтальный ткацкий станок. Производительность ткацкого ремесла резко возрастает, но сокращается производство сортовых тканей, появляется масса тканей ухудшенного качества. В металлообработке взамен высококачественных многослойных лезвий применяется менее качественная конструкция — лезвия с наварным острием. Появляется стандартизация. Товарное производство вытесняло вотчинное ремесло и способствовало расширению рыночного спроса.

Темпы развития древнерусского ремесла были столь интенсивными, что уже в середине 30-х гг. XIII в. складывались условия для выхода на новый этап рыночного ремесленного производства, однако монгольское нашествие нанесло столь разрушающий удар по экономике Руси, что темпы существенно замедлились.

Торговля наряду с ремеслом является важной составляющей экономического развития. В IX-X вв. на Руси происходит не только отделение ремесла от земледелия, но и третье крупное разделение труда — появилось купечество.

Ведущую роль играла, безусловно, внутренняя торговля, но выявляется она плохо. Массовая продукция ремесленников в разных областях государства была стандартно однородной, выполнена по единой технологии. Лишь некоторые категории находок дают определенное представление о межобластном товарообмене. С юга поставлялась тарная керамика — корчаги, сосуды из красноватой глины с утолщенными стенками и массивными ручками. С Волыни по всей Руси расходились шиферные пряслица, использовавшиеся для прядения. Розовый шифер разрабатывался вблизи города Овруч, где существовали мастерские по изготовлению пряслиц. В годы ордынского нашествия мастерские были разрушены, производство прекратилось. Это дает четкую стратиграфию домонгольских напластований.

Говоря о раннефеодальных государствах Европы в IХ-Х вв., в том числе и о Древней Руси, необходимо отметить узость торгового развития в условиях натурального хозяйства, потребительского по своей сущности. Раннесредневековая экономика была замкнутой, мало втянутой в обмен. Объем внутренней торговли — «купли» был ограниченным. В этих условиях господствовала дальняя торговля — «гостьба», которая сосредоточивалась в крупных городах, на пересечении торговых путей.

Русь находилась на пересечении транзитных торговых путей, соединявших Европу с арабским Востоком и Средней Азией, Прибалтикой, Византией. Через Древнюю Русь шел поток товаров, частично оседая в городах. Русские купцы выступали не только контрагентами, но активными участниками международной торговли. Русь поставляла на внешний рынок продукцию промыслов — пушнину, воск, мед, соль, мамонтовую и моржовую кость, высококлассные изделия русских ремесленников. Древнерусское ремесленное производство нуждалось в поставках цветных и драгоценных металлов, янтаря, дорогой древесины. В аристократической среде находили сбыт импортные предметы роскоши: утварь из серебра и бронзы, перегородчатые эмали на золоте, резные изделия из кости, драгоценных и полудрагоценных камней, поливная и стеклянная посуда, узорчатые и шелковые ткани. Крупное купечество объединялось в профессиональные корпорации, которые регулировали товарооборот, рассматривали в судебном порядке спорные торговые дела, обеспечивали соблюдение правил торговли, осуществляли сохранность денежно-весовых контрольных эталонов. Исторически подтверждено существование подобных корпораций в Новгороде. Вероятно, они были в Киеве и в других торговых центрах. В Новгороде функционировали торговые фактории иноземного купечества — Готский, позднее Немецкий двор. Русский двор был на о. Готланд. Торговля новгородских купцов с их зарубежными партнерами регулировалась межгосударственными соглашениями.

Денежное обращение. На рубеже VIII-IX вв. на Русь хлынула масса арабской серебряной монеты — дирхемов, отразив активную торговлю Восточной и Северной Европы со странами Халифата. Для Руси, лишенной собственных рудных запасов монетного металла, поток монет из мусульманских стран стал важнейшим предметом импорта. Это был не транзит, а целевая поставка серебра на Русь. Значительная часть монет была расплавлена в тиглях ремесленников, постоянно нуждавшихся в металле, часть осела в кладах.

Монеты и денежные слитки: — монеты Владимира Святославича; 3 — монета Святополка; 4 — монета Ярослава Мудрого; 5 — шестиугольный (киевский) слиток; 6 — новгородский слиток («гривна серебра»)

Монеты и денежные слитки:
— монеты Владимира Святославича; 3 — монета Святополка; 4 — монета Ярослава Мудрого; 5 — шестиугольный (киевский) слиток; 6 — новгородский слиток («гривна серебра»)

Дирхемы имели хождение на Руси в качестве денежных эквивалентов, но не по своему номиналу, а на вес. Подтверждение тому — большое количество резаных монет в кладах. Встречаются резанки и в городских напластованиях.

Для взвешивания монет применялись складные весы типа аптечных. Разновесами были бочковидные свинцовые гирьки, обтянутые медным листом. На донцах гирек обозначалась весовая норма. Находки деталей весов и гирек нередки и в городских напластованиях. Иногда наборы весов с гирьками в специальных чехлах находят в курганных захоронениях дружинников-купцов.

В последней трети X в. поток серебряных восточных монет сократился, а вскоре полностью иссяк. На рубеже X-XI вв. на Руси предпринимается попытка собственной чеканки. Первые русские монеты (златники и сребреники Владимира, Святополка, Ярослава) немногочисленны и ныне являются редчайшими коллекционными раритетами. Надпись на монетах гласит: «Владимир на столе, а се его серебро» или «Ярославле серебро». На лицевой стороне монеты надпись дополнялась изображением князя на престоле или святого, а на обороте чеканился родовой знак Рюриковичей — двузубец или трезубец.

Древнерусская чеканка была ограниченной и обеспечивала только Южную Русь. Да и здесь срок обращения монет был кратким. На севере эти монеты почти не употреблялись. В Северной Руси на смену дирхему приходит западноевропейский денарий. Впрочем, в начале XII в. денарий исчезает из обращения. С этого момента розничная торговля на Руси переходит на безмонетную систему использования товаро-денег, при которой функцию денег выполняли стандартные ходовые предметы.

Обращение серебра сохраняется лишь в сфере крупных платежных сделок, для обслуживания которых с XII в. начинается литье серебряных слитков — гривен. Слитки были двух форм: киевские (южные) — уплощенные шестигранные и новгородские (северные) — брусковидные. Главное различие не в форме, а в разном весе серебряных слитков: на юге он равнялся 160 граммам, а северный был тяжелее — 200 граммов, что отражает параллельное существование на Руси двух денежно-весовых норм: киевской и новгородской.

Города были местами средоточения государственной власти. В стольных центрах располагались резиденции великих и удельных князей, комплектовались органы административного управления.

Наиболее распространенными находками, фиксирующими административные функции, в первую очередь судебную, являются вислые печати. Они привешивались к свиткам — документам, что придавало тексту законодательную форму. Сфрагистика — научная дисциплина, изучающая печати, дает достаточно обширный перечень гражданских и церковных должностных лиц, обладавших правом скреплять документы печатью.

В последние годы благодаря многочисленным находкам в Новгороде выявлена еще одна категория предметов, связанных с административными функциями. Это своеобразные деревянные замки-пломбы, навешивавшиеся на мешки, в которых находились меха — дань-рента, распределявшаяся между князем и должностными лицами. Подобные предметы найдены и в других городах.

Наконец, еще одна группа находок, к сожалению, немногочисленная, — небольшие бронзовые и костяные пластинки, на которых вырезан родовой знак Рюриковичей — двузубец или трезубец, что удостоверяло должностное положение владельца в княжеском аппарате.

Актовые печати: 1 — Святослава Игоревича; 2 — Ярослава Владимировича; 3 — Владимира Мономаха; 4 — митрополита Георгия

Актовые печати:
1 — Святослава Игоревича; 2 — Ярослава Владимировича; 3 — Владимира Мономаха;
4 — митрополита Георгия

Таким образом, выявляется представительная категория должностных лиц, которые занимали высшие ступени в административной иерархии и оплачивались из части государственной ренты. Безусловно, еще более многочисленным был контингент нижестоящих лиц, служба которых оплачивалась ругой — фиксированной суммой из государственной казны.

На основании археологических данных в сочетании с письменными свидетельствами выявляется достаточно сложный социальный состав населения древнерусских городов, включавший феодалов, духовенство, юридически свободных ремесленников, торговцев, купцов, дружинников, лиц, задействованных в органах управления, и феодально зависимых людей (вотчинные ремесленники, дворовая челядь феодалов и др.).

С момента своего появления города были культурными центрами Древней Руси. Это проявлялось уже на бытовом уровне: в системе улично¬усадебной планировки, мощении улиц и площадей, других элементах благоустройства.

Христианизация вывела Русь на уровень цивилизованных государств Европы, обеспечила культурные связи с Византией и православными южнославянскими странами. Правда, в позднем Средневековье приверженность Руси православным канонам серьезно препятствовала контактам с католическими странами Европы.

Внедрение христианства сделало необходимым организацию системы культового богослужения. На Руси началось храмовое строительство. Происхождение древнерусского церковного зодчества от византийского определило канонический для Руси тип крестово-купольного храма и вид строительной техники: кладку из тонкого кирпича — плинфы на розовом растворе (цемянке). В Киеве в 989-996 гг. возводится каменный Богородицкий (Десятинный) собор, который стоял в окружении дворцовых построек того же времени. Десятинный собор рухнул в 1240 г. во время штурма Киева войсками Батыя. Выявленные раскопками фундаментные части собора и дворца, к сожалению, не позволяют реконструировать внешний облик первых каменных построек. Строительство вели византийские мастера, которые, вероятно, по завершении работ вернулись в Константинополь. По крайней мере до 30-х гг. XI в. каменное строительство на Руси приостановилось. По городам церкви рубились из дерева — привычного материала для древнерусских строителей.

Мозаичное панно собора Святой Софии в Великом Новгороде, XI в.

Мозаичное панно собора Святой Софии в Великом Новгороде, XI в.

Начало собственного древнерусского храмового каменного зодчества следует связывать с 30-ми гг. XI в., когда в Киеве был поставлен кафедральный Софийский собор — главный храм Древней Руси. Вскоре в Чернигове возводят Спасский собор, позднее, в 40-50-хгг., ставят Софийские соборы в Новгороде и Полоцке. Каменное строительство было дорогостоящим. В XI в. на Руси работала, вероятно, одна великокняжеская артель. Убеждает в этом единая архитектурно-планировочная система храмов, несмотря на вариантные особенности и разную технологию строительства.

Уже первые русские храмы отличались от византийских сложным завершением верхов — многоглавием, поднятым на высокие барабаны с прорезями окон, благодаря чему обеспечивалось освещение обширных княжеских хор, располагавшихся существенно выше пола храмов. Стены соборов Новгорода и Полоцка возводятся с включением в плинфовую кладьсу местного камня. В киевской Софии уменьшается площадь мозаик, в новгородской только одно мозаичное панно, а в Полоцке их вообще нет. На смену мозаичным панно византийских соборов в русские храмы вводится фреска — живопись, выполнявшаяся минеральными красками по сырой штукатурке.

Возведение княжеских соборов конца X — середины XI в. стало школой мастерства для русских строителей и художников, работавших рядом с византийскими зодчими, фрескистами и иконописцами.

Дальнейшее переосмысление византийских канонов русские мастера продемонстрировали в XII в., когда расширилась география строительства, возникли местные школы со своими стилистическими приемами. Традиции раннекиевской архитектуры развивали в Киевской, Черниговской, Рязанской, Волынской, Турово-Пинской и Смоленской землях, где строители сохраняли пропорции храмов и технику кладки плинфой.

В Новгороде и Полоцке мастера стали возводить храмы из местного камня, сохранив плинфовую кладку только для ответственных участков построек. В полоцкой архитектуре появляется одноапсидный башнеобразный храм. Этот тип церковной постройки позднее становится доминирующим в новгородско-псковской архитектуре. В Галиче тоже при строительстве использовали местный камень, и т.к. он был пластичным, в отличие от новгородского ракушечника, то фасады храмов украшали причудливой резьбой, технология которой исходила от романской архитектуры.

Наивысший уровень каменной архитектурной резьбы продемонстрирован во владимирской архитектуре, в становлении которой участвовали галицкие и романские мастера. Владимирские соборы (Георгиевский в Юрьеве-Польском, Дмитриевский во Владимире) украшены сплошным орнаментом из библейских сцен, святых, фантастических существ, растительных узоров.

Существенно изменяются интерьеры храмов. Мозаичные мраморные полы заменяются покрытием из керамических плиток, чаще одноцветных. Все большее внимание уделяется иконам, которые в русских храмах компонуются в предалтарные иконостасы, что не имеет аналогий ни в одной из стран византийского ареала.

Работа русских фрескистов запечатлена в живописных интерьерах владимирского Успенского собора, новгородской церкви Спаса Преображения на Нередице, в немногочисленных сохранившихся фрагментах росписей смоленских и полоцких храмов, церквей в Ладоге и в Переяславле-Залесском. Вырабатывалась стилистика местных живописных школ.

За сравнительно короткий исторический период древнерусское зодчество и связанные с ним виды монументально-декоративного искусства прошли блестящий путь от ученичества до зрелого мастерства. Русь шла к созданию национального искусства, но этот путь был прерван в момент кристаллизации стилистических принципов.

Христианизация оказывала все более ощутимое воздействие на быт древнерусского населения, в том числе на ритуал погребений. Наиболее ранние погребения, достоверно связанные с проникновением христианства на территорию Руси, относятся к третьей четверти X в. Это единичные, в первую очередь женские погребения, которые хотя и сопровождаются крестиками, но имеют богатый и разнообразный набор погребального инвентаря и совершены под курганными насыпями. В некоторых их этих погребений
кроме подвесок-крестиков, иногда вырезанных из восточных серебряных монет, обнаружены оплавленные восковые свечи. Все погребения, которые можно рассматривать как христианские, совершенные до официального акта крещения Руси, связаны с крупнейшими дружинными могильниками: киевским, гнёздовским, тимеревским.

Кресты-тельники и маленькие иконки-образки появляются в погребениях начиная с середины XI в., основное время их распространения — XII в. По наблюдениям некоторых исследователей, находки крестов наиболее характерны для женских и детских погребений, т.е. в первую очередь защитная функция христианского символа предназначалась для наиболее уязвимой части населения. Интересно, что зачастую в состав ожерелья погребенной женщины входило несколько крестов-тельников.

В отличие от сельских древнерусские городские некрополи исследованы недостаточно. Погребения на прицерковных кладбищенских участках чаще всего переотложены. Тем не менее на основании данных, полученных при изучении некрополей Суздаля, Старой Рязани и отдельных погребений в других городах, можно дать общую характеристику.

Чисто христианский погребальный ритуал в среде горожан возобладал в XII в., ближе к его второй половине. Христианские погребения совершались в ямах, обычно в гробах-колодах или сколоченных из досок. Ориентировка погребенных западная, руки скрещены на груди. Рядовые захоронения чаще безынвентарные. Изредка сохраняются шелковые златотканые ленты от воротов рубах, шелковые очелья, фрагменты шерстяных тканей от одежд, бронзовые пуговки, крестики, образки, нашивные бляшки. Иногда под голову умершего клали кирпичи или плоские камни.

Право погребения внутри соборов (под полом либо в нишах стен) предоставлялось только церковным иерархам либо знатным феодалам. Их захоронение нередко производилось в каменных или кирпичных саркофагах.

С христианизацией напрямую связано развитие грамотности. Наличие дохристианской письменности на Руси вероятно, но археологически не выявлено.

Мета-цилиндр

Мета-цилиндр

К моменту христианизации Руси для славянских языков была разработана кириллическая письменность. Ее внедрение на русских земляк началось еще до принятия христианства, а последние два десятилетия X в. широко ввели кириллицу в древнерусскую среду. Для богослужения, для знакомства русских с христианскими канонами требовался перевод церковной литературы. Недаром большинство сохранившихся древнерусских рукописных книг — церковного характера. Правда, количество дошедших до нас памятников ничтожно. В деревянных русских городах в пожарах погибали пергаменные книги, свитки грамот, акты. Поэтому единичные уцелевшие раритеты не отражают уровень грамотности древнерусского общества.

26 июля 1951 г. при раскопках в Новгороде была найдена первая берестяная грамота — событие эпохальное для изучения древнерусской истории и культуры. Позднее они были обнаружены в Смоленске, Пскове, Витебске, Старой Русе, Торжке, Твери, Москве и других городах, где почвенные условия способствуют сохранению органики. Сейчас в древнерусских городах найдено более 1000 берестяных грамот. Подавляющее большинство (953) — в Новгороде, что объясняется хорошей сохранностью органики и своеобразием политического развития: новгородские бояре, постоянно проживавшие в городе, только перепиской могли регулировать деятельность своих сельских вотчин.

Берестяные грамоты (прориси): 1,2— упражнения школьника; 3 — письмо от Ефрема к брату. Предметы для письма: 4 — цера; 5, 6 — писала

Берестяные грамоты (прориси):
1,2— упражнения школьника; 3 — письмо от Ефрема к брату. Предметы для письма: 4 — цера; 5, 6 — писала

Каждая грамота — с полным либо обрывочным текстом — бесценный исторический источник. Грамотными были представители разных слоев — не только знать, но и ремесленники, крестьяне. Грамотными были как мужчины, так и женщины.

Содержание грамот разнообразно: бытовые записи, перечни долгов и товаров, хозяйственные распоряжения, заказы ремесленникам и иконописцам, воинские донесения, поминальные записки, черновик завещания, любовная переписка. В грамотах отражена вся полнокровная жизнь средневековых горожан. Находки берестяных грамот, датируемые XI-XV вв., прочно связали материальные и письменные источники.

С открытия берестяных грамот появилась совершенно новая категория исторических источников, данные которой существенно разнообразят и дополняют традиционный письменный источник — летопись. Следует отметить тот немаловажный факт, что весь корпус древнерусских пергаменных материалов ограничен тремя листами начала XIII в., в то время как почти половина берестяных текстов относится к домонгольскому периоду, а древнейшая берестяная грамота датируется первой половиной XI в.

Избирательность летописца к событиям и персоналиям существенно ограничивает возможности реконструкции исторического процесса. Берестяные грамоты отражают разнообразие повседневной жизни средневекового человека, широкий круг его общения, что расширяет картину быта горожан, а материальные остатки прошлого, выявляемые в ходе раскопок одновременно с берестяными грамотами, детализируют ее. Таким образом берестяные грамоты стали своеобразными прочными мостиками, связавшими археологию с историей.

До открытия берестяных грамот археологи при характеристике изучаемых объектов оперировали абстрактными терминами: «жилище зажиточного человека», «мастерская ювелира» и т.п., без персонификации владельцев или жителей усадьбы, без определения их социального положения. Берестяные грамоты позволяют выявить не только имена усадьбовладельцев, но и его соседей, его окружения, нередко дополняемые социальной и генеалогической характеристиками.

Сведения берестяных грамот не ограничиваются городской территорией и ее жителями, они свидетельствуют о повседневных контактах с сельской округой, связях с удаленными землями, что дает возможность использовать их как для изучения административной системы Новгородской земли, так и для решения спорных вопросов ее исторической географии, а также при изучении торговых связей. Одновременно берестяные грамоты демонстрируют постоянные контакты города с сельскохозяйственной округой, взаимоотношения городских землевладельцев с феодальнозависимым сельским населением, а благодаря господским распоряжениям либо крестьянским отчетам выявляется возможность изучения истории земледелия и хозяйственного освоения земель.

Берестяные грамоты надежно соединили интересы археологов и историков, специализирующихся на изучении письменных источников. В этом первый существенный вклад берестяных текстов в интеграцию гуманитарных дисциплин.

Еще одна важная особенность берестяных грамот в том, что они доносят живую повседневную речь, тем самым являясь важнейшим источником для лингвистического исследования. Благодаря филологическому анализу выявлены особенности новгородского диалекта, восходящие к древнейшей истории восточнославянского населения и отражающие разнокомпонентный процесс заселения Северо- Запада и Среднего Поднепровья.

Новгородский кодекс, начало XI в.

Новгородский кодекс, начало XI в.

Масса юридических терминов в берестяных текстах позволили существенно дополнить данные древнерусского законодательств, выявить практику судопроизводства.
Обильные данные берестяных грамот хозяйственного содержания, росписи долгов дают бесценный материал по истории древнерусской метрологии, в первую очередь для темного безмонетного периода средневековой Руси.

Наконец, берестяные грамоты — важнейший источник по истории русской культуры. Во-первых, массовость грамот, принадлежность авторов и адресатов к различным категориям отражают высокий уровень грамотности населения. Во-вторых, встречающиеся отрывки литературных текстов, записанные на бересте представляют значительный интерес для литературоведческого анализа. При изучении русского прикладного искусства берестяные данные иногда позволяют выявить авторство предметов.

Таким образом, берестяные грамоты вносят существенный вклад в интеграцию различных отраслей гуманитарных наук, без которой невозможно полнокровное изучение русского Средневековья.

Грамоте на Руси обучали. Свидетельства тому разнообразны. Есть летописные сообщения об организации школ. Для школьных упражнений использовались деревянные пластинки — церы, которые имели неглубокую кювету, куда заливался воск. Писали специальными железными или костяными стержнями — стилями-писалами. Один конец писала заострялся для письма, а другой нередко имел лопаткообразное завершение, которым можно было стирать запись. Кроме письменных принадлежностей найдены ученические упражнения на бересте — алфавиты, послоговые записи. Некоторые сопровождены детскими рисунками. На одной грамоте юный новгородец оставил автограф «Онфим».

Иногда церы скреплялись между собой в своеобразные записные книжки. Подобные предметы, но больших размеров — кодексы — служили для записей литературных текстов. Полная книга составлялась из нескольких кодексов. В 2000 г. в Новгороде найден триптих-кодекс, состоявший из трех цер-страниц, на поверхности которых сохранился текст части псалтири. Находка датируется началом XI в. и является древнейшим литературным древнерусским письменным памятником.

Древнерусские музыкальные инструменты: 1 — гусли; 2 — гудок; 3 — варган

Древнерусские музыкальные инструменты:
1 — гусли; 2 — гудок; 3 — варган

На стенах многих древнерусских храмов в ходе их расчисток зафиксированы граффити — надписи, что также свидетельствует о широкой грамотности прихожан. Картину можно дополнить множеством владельческих надписей, сделанных на разных предметах — ложках, гребнях, пряслицах, донцах, поплавках.

Своеобразные краски в картину быта средневековых горожан вносят многочисленные находки предметов досуга: музыкальные инструменты, игры, детские игрушки. Музыкальные инструменты были разнообразны — струнные, щипковые, духовые: гусли, гудки, сопели, свистки и т.п. Особенно выразительными были гусли — многострунный щипковый инструмент своеобразной формы, достаточно сложный по конструкции. В коллекции гуслей есть персональные, с вырезанными на тулове инструмента именами владельца.

Свой досуг горожане скрашивали играми: интеллектуальными — шашки, шахматы, мельница (усложненный вариант уголков); азартными — кости; подвижными — бабки, лапта. Часты находки костяных коньков.

Игрушки: 1 — лук; 2 — стрелы; 3 — навершие меча; 4 — железный топорик; 5 — кукла; 6 — глиняная свистулька; 7 — шашка; 8 — шахматная фигура; 9 — коник; 10 — кожаный мячик; 11 — лодочка (1-3, 5, 9, 11 — дерево; 7,8 — кость)

Игрушки:
1 — лук; 2 — стрелы; 3 — навершие меча; 4 — железный топорик; 5 — кукла; 6 — глиняная свистулька; 7 — шашка; 8 — шахматная фигура; 9 — коник; 10 — кожаный мячик; 11 — лодочка (1-3,
5, 9, 11 — дерево; 7,8 — кость)

Собрана большая коллекция детских игрушек. Чаще они сделаны из дерева. Из глины делали свистульки, иногда фигурки животных. Больше всего деревянных имитаций оружия — мечи, кинжалы, стрелы, луки. Много деревянных коников, оседланных и без узды. Деревянные куклы — плоскостные, их заворачивали в тряпицы. Мальчишеских игрушек больше, девочек рано приучали к домашним заботам.

В изложенных материалах чаще всего упоминается дата — XII в. С этим временем связан рост градостроительства на Руси, радикальные изменения в сельском хозяйстве и ремесленном производстве, в древнерусском денежном обращении, тогда же складываются местные архитектурные и художественные школы. Это не совпадения, а закономерность исторического развития Древней Руси. Происходил кардинальный процесс углубления феодализма в стране: раннефеодальный период завершался. Раннегосударственное объединение — Киевская Русь постепенно изживает себя под активным натиском местной аристократии, рвущейся к власти. Обособляются удельные княжества. Древняя Русь вступает в период феодальной раздробленности.

Примечательно в этом отношении одно обстоятельство, неоднократно отмечавшееся выше. В земледелии и типах сельскохозяйственных орудий, в конструкциях построек и в кузнечных технологиях, в денежно-весовых системах и в принципах архитектурных школ выявляется своеобразие двух русских регионов: южного — киевского и северного — новгородского. Если к этому добавить особенности государственного устройства боярского Новгорода и данные лингвистического анализа новгородских берестяных грамот, засвидетельствовавшего своеобразие диалектных особенностей древненовгородского разговорного языка, то становится очевидным существование двух полюсов притяжения — Киева и Новгорода. Именно объединение двух этих центров династией Рюриковичей привело в результате к созданию раннефеодального государства, которое способствовало укреплению экономических и социальных процессов в едином государственном образовании. Русь демонстрировала общеевропейские принпипы феодального развития и на рубеже ХII-ХIII столетий устремилась к дальнейшему общественному развитию, но ее путь был грубо обрезан нашествием Батыя и ордынским игом.

К оглавлению книги / К следующей главе

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1842 Родился Адольф Бёттихер — немецкий архитектор, искусствовед, археолог, специалист по охране памятников истории, руководитель раскопок Олимпии в 1875—1877 гг.
  • 1926 Родилась Нина Борисовна Немцева – археолог, известный среднеазиатский исследователь-медиевист, кандидат исторических наук.
  • 1932 Родился Виталий Епифанович Ларичев — советский и российский археолог-востоковед, антрополог, доктор исторических наук, специалист по археологии чжурчжэней, автор работ по палеоастрономии.

Метки

Свежие записи

Рубрики

Updated: 30.10.2014 — 07:03
Яндекс.Метрика