Древние гоминиды и их трудовая деятельность

К содержанию учебника «История первобытного общества» | К следующему разделу

К концу среднего и к верхнему плейстоцену, исключая его последний этап, относятся формы, занимающие промежуточное положение между только что описанными и человеком современного вида. Они характеризуются большим морфологическим разнообразием и потому неоднократно описывались даже в качестве разных видов. Но более тщательное их изучение показало, что все они относятся к одному виду Homo primigenius, называемому иначе неандертальским человеком — по имени места первой находки в Германии близ Дюссельдорфа.

[adsense]

Эта находка была сделана в 1856 г. и, как и находка питекантропа, вызвала много сомнений. Опять высказывались соображения о том, что череп принадлежал патологическому индивидууму. Но появившееся в 1865 г. описание открытого в 1848 г. и аналогичного по типу черепа в районе Гибралтара заглушило голоса скептиков, показав, что в руках ученых находятся костные остатки не патологических, а нормальных индивидуумов, поскольку трудно было ожидать двукратного случайного повторения патологии. Позднее скелетные остатки взрослых неандертальцев и неандертальских детей были обнаружены в Англии, Бельгии, Германии, во Франции, в Испании, Италии, Швейцарии, Югославии, Чехословакии, Венгрии, в Крыму, в разных областях Афри¬канского материка, в Средней Азии, Палести¬не, Иране, Ираке, Китае, на о-ве Ява. Откры¬тия в этой области продолжаются до сих пор, и каждый год приносит новые находки. Большей частью это скелеты, обнаруженные в культурном слое пещерных и редко открытых стоянок, но в ряде случаев они найдены случайно, без сопровождающего археологического инвентаря при геологических и иных земляных работах.

Кисть руки неандертальца из Киик-Кобы (реконструкция) и рентгенограмма кисти руки современного человека

Кисть руки неандертальца из Киик-Кобы (реконструкция) и рентгенограмма кисти руки современного человека

Морфологический тип неандертальцев известен много лучше, чем физические особенности древнейших гоминид. Изучение костяка показывает, что неандертальцы были людьми среднего роста и чрезвычайно сильного сложения, при котором все широтные размеры, по-видимому, превышали аналогичные размеры современного человека. Значительный рельеф на костях в местах прикрепления мышц говорит о сильном развитии мускулатуры. Судя по тому, что неандерталец охотился на очень ловких и быстрых животных, сила у него соединялась с подвижностью. Но последнее качество, видимо, не распространялось на все органы. Так, пропорции кисти отличались от современных, сама кисть была грубее и массивнее, подвижность ее и способность к тонким движениям были, вероятно, ограничены. В частности, ограничено, по-видимому, было у некоторых форм противопоставление большого пальца всем остальным. Развитие мозга приближало неандертальцев к современным людям. Его объем колебался у разных форм от 1200 см3 до 1600 см3. Таким образом, у некоторых неандертальских форм объем мозга был больше, чем в среднем у современного человека. Но структура мозга еще продолжала оставаться примитивной. В частности, слабо были развиты лобные доли, в которых сосредоточены ассоциативные центры, важные для функции мышления, а также центры торможения. Иными словами, способность к логическому мышлению была у неандертальца ограничена по сравнению с современным человеком, а поведение его характеризовалось резкой возбудимостью, часто приводившей, по-видимому, к кровавым столкновениям в неандертальском коллективе. В строении черепа у неандертальских форм также было много обезьяньих признаков. Черепная коробка отличалась слабым развитием в высоту, надбровный валик достигал в некоторых случаях огромных размеров, превосходя аналогичное образование даже на черепах древнейших гоминид, подбородочный выступ отсутствовал или был выражен очень слабо.

[adsense]

Представление о локальных вариациях неандертальского типа опирается на изучение многих находок и, по-видимому, отражает реальную действительность. Прежде всего следует сказать о своеобразии европейских форм, с одной стороны, и африканских и азиатских — с другой. Последние отличаются некоторыми специфическими морфологическими признаками, а также меньшим объемом мозга и большей примитивностью строения черепной коробки. Можно было бы думать, что здесь мы сталкиваемся не с локальными, а со стадиальными различиями, и что примитивность африканских и азиатских неандертальцев объясняется их большей древностью по сравнению с европейскими. На самом деле их геологический возраст, по-видимому, даже моложе, чем европейских находок. Таким образом, речь, очевидно, должна идти о каких-то специфических путях развития южных форм неандертальского типа по сравнению с северными.

Особое место занимают палестинские находки. В пещере Мугарэт эс-Схул, что по-арабски означает «козья пещера», в 1931 — 1932 гг. было обнаружено несколько скелетов своеобразного морфологического типа. Они были найдены с характерным и для других неандертальских находок археологическим инвентарем. Геологические данные также свидетельствовали о геологической одновременности палестинских находок с находками европейских неандертальцев. Однако от последних они отличались более развитыми лобными долями мозга, более высоким черепом, меньшей выраженностью надбровного валика, приближающегося по своему строению к надбровным дугам современного человека, более развитым подбородочным выступом, одним словом — заметным приближением к типу современного человека по всему комплексу признаков. Было высказано даже предположение, что такая комбинация признаков образовалась в результате смешения неандертальского человека с современным. Однако этому противоречат и морфологические, и археологические данные. С большей вероятностью можно утверждать, что в данном случае мы сталкиваемся с началом процесса внутренней перестройки характерного для неандертальца морфологического типа в тип человека современного вида.

Неандертальский тип не оставался постоянным и претерпевал значительную эволюцию. Так, по мнению многих антропологов, среди европейских находок выделяются две группы — более раннего и более позднего времени. Ранняя группа характеризовалась более прогрессивным строением мозга и связанным с этим более высоким сводом, менее развитым надбровным валиком и вообще прогрессивностью морфологического типа, в какой-то мере приближавшегося к типу современного человека. По степени концентрации типично человеческих признаков она сближалась с палестинскими неандертальцами, хотя и уступала им в этом отношении. Поздняя группа, наоборот, выделяется примитивностью строения и по многим признакам напоминает гоминид раннего и среднего плейстоцена. В антропологической литературе эти группы чаще всего фигурируют под именем неандертальцев группы Эрингсдорф и группы Шапелль (по названию мест наиболее типичных находок). Различия между ними, по-видимому, отражают разные пути их эволюционного развития. По мнению некоторых антропологов, группа Эрингсдорф являлась, очевидно, прогрессивно развивающейся ветвью, либо давшей начало человеку современного типа, либо принявшей активное участие в его формировании. Группа Шапелль задержалась в своем развитии в условиях сурового ледникового климата Западной Европы в конце среднего и начале верхнего плейстоцена, а может быть, даже испытала регрессивное развитие, приспособляясь к ним. Иными словами, она эволюционировала в направлении выработки физически очень сильного и выносливого, но примитивного типа, законсервировавшегося в условиях изоляции и оказавшего незначительное влияние на формирование современного человека. Однако такая точка зрения встречает серьезные возражения как с морфологической, так и с археологической стороны. Об их более позднем хронологическом возрасте уже говорилось. Археологически мустьерские стоянки, в пределах которых найдены скелеты неандертальцев группы Шапелль, характеризуются высокоразвитой каменной индустрией и наличием многих прототипов верхнепалеолитической техники. Морфологически неандертальцы группы Шапелль и группы Эрингсдорф не противопоставляются резко друг другу и связаны цепочкой переходных форм. Таким образом, участие неандертальцев группы Шапелль в формировании современного человека было, по-видимому, не меньшим, чем более ранних и морфологически более прогрессивных неандертальцев.

Следует однако, сказать, что само представление о наличии двух групп в составе европейской популяции неандертальского вида опирается на очень неполные палеоантропологические материалы и вызывает большие
сомнения. И хронологически и культурно (имеется в виду обнаруженный вместе с палеоантропологическими находками археологический инвентарь) обе группы имеют, как и морфологически, ряд переходных форм. Но самым важным является даже не это обстоятельство, а то, что обе группы представлены формами, которые трудно сравнивать: поздние неандертальцы представлены в основном мужскими черепами, ранние — женскими. Многие примитивные особенности, в частности сильное развитие рельефа на черепе, выражены на женских черепах значительно слабее, чем на мужских. Поэтому, хотя гипотеза наличия двух морфологических и хронологических групп в составе европейских неандертальцев заняла большое место в палеоантропологической литературе, к ней следует относиться критически, как и к взглядам о двух различных эволюционных тенденциях в динамике неандертальского вида.

Каково место неандертальского типа в истории семейства гоминид? Ясно, что он сложился на базе морфологических типов древнейших гоминид раннего и среднего плейстоцена, от которых отличается рядом прогрессивных признаков. Но представление об участии этого типа в формировании антропологических особенностей современного человечества на протяжении многих лет вызывало ожесточенные возражения. Неандертальский тип рассматривался как тупик в развитии, не оставивший следа в последующей эволюции рода Homo. Однако такая точка зрения не учитывала морфологической преемственности между Homo primigenius и Homo sapiens, а также полностью игнорировала, как мы убедимся ниже, археологические данные, свидетельствующие о сложении верхнепалеолитической культуры на основе культуры неандертальского человека. Исходя из этих фактов, советские и многие зарубежные антропологи защищают теорию неандертальской фазы в развитии человека современного вида. Согласно этой теории, неандертальский человек является предком современного, а морфологический тип последнего сформировался в результате перестройки неандертальского типа. Кстати сказать, огромную роль в обосновании неандер-

Неандертальский мальчик из пещеры Тешик-Таш. Реконструкция М. М. Герасимова

Неандертальский мальчик из пещеры Тешик-Таш. Реконструкция М. М. Герасимова

тальской стадии сыграла находка в 1939 г. А. П. Окладниковым неандертальца в Узбекистане (в пещере Тешик-Таш). До этой находки территория Средней и Центральной Азии, плохо изученная археологически, часто фигурировала в качестве прародины современного человека в работах сторонников его независимого от неандертальца происхождения.

Известным пережитком представления о глубокой древности антропологического типа современного человека и его независимого от неандертальского типа происхождения является защищаемая в настоящее время некоторыми западноевропейскими специалистами теория пресапиенса, или, дословно, «предчеловека разумного». По этой теории, во второй половине среднего и в начале позднего плейстоцена одновременно с неандертальцами существовали люди иного морфологического облика, у которых отсутствовали или были слабо выражены типичные неандертальские черты. Эти люди и послужили предковой формой для современного человека. Теория пресапиенса основывается на результатах изучения морфологических особенностей черепов из Сванскомба в Англии и Фонтешевада во Франции, имеющих, по-видимому, среднеплейстоценовый возраст и в то же время, на первый взгляд, обнаруживающих отсутствие неандертальских признаков. Однако обе эти находки чрезвычайно фрагментарны, и поэтому вопрос о степени выраженности у них примитивных и прогрессивных особенностей не может быть решен с достаточной определенностью. Что же касается теоретических соображений «за» и «против» этой точки зрения, то представление об изменчивости морфологического типа во времени и, следовательно, возможности внутренней перестройки неандертальского типа в тип современного человека больше соответствует морфологическим и общебиологическим данным, чем гипотеза постоянства антропологического облика Homo sapiens на протяжении значительного отрезка четвертичного периода, лежащая в основе теории пресапиенса. Поэтому эта теория не может быть принята.

Памятники нижнего палеолита. Карта составлена Л. А. Фадеевым и Ю. А. Рапопортом

Памятники нижнего палеолита. Карта составлена Л. А. Фадеевым и Ю. А. Рапопортом

С неандертальским типом синхронен мустьерский этап в развитии палеолитической культуры (назван по пещере Ле Мустье в департаменте Дордонь в Юго-Западной Франции), датируемый 100 — 40 тысячелетиями. В инвентаре многих мустьерских стоянок сохранилась традиция двусторонней обработки камня. Так, во многих стоянках Крыма найдено большое количество двусторонне обработанных рубилец, по форме напоминающих шелльские и ашельские, но значительно более миниатюрных. Вообще же формы каменной индустрии в мустьерскую эпоху значительно более разнообразны, чем в предшествующее время, чаще других встречаются скребло и остроконечник. Кремневые отщепы откалывались от дисковидного нуклеуса (ядрища).

[adsense]

Способ ударной ретуши ашельской эпохи в мустьерскую эпоху получил дальнейшее развитие — была изобретена контрударная ретушь. Новый способ заключался в том, что обрабатываемое орудие помещали на каменную или костяную подставку (наковальню) и ударяли по нему деревянной колотушкой. Удар, переданный через орудие наковальне, возвращался орудию, и с его обрабатываемой части, обращенной к наковальне, отлетали чешуйки кремня.

Скребло обрабатывалось лишь по одному краю, который называется режущим, и предназначалось, по-видимому, для выскабливания шкур и костей. Остроконечник обрабатывался с двух сторон и использовался в качестве ударного и режущего инструмента. Весьма вероятно, что при этом он прикреплялся к палке, и тогда получалось какое-то орудие вроде копья, либо привязывался к короткой рукоятке и употреблялся наподобие ножа. Если это предположение верно, то, значит, уже появились составные орудия. В поздних мустьерских стоянках эти типы орудий дополняются по-разному обработанными удлиненными пластинками. Здесь мы видим уже зарождение верхнепалеолитической техники.

Охота давала неандертальцам обильный материал для костяных поделок. Началось использование кости для производственных целей (наковаленки, ретушеры, острия), для изготовления мелких заостренных орудий. Кстати сказать, широкое использование огня, характерное для неандертальского человека, овладевшего способами добывания огня искусственным путем, облегчало и стимулировало утилизацию костей, при которой получалось большое количество мелких обломков. Не исключено, что последние также употреблялись для каких-то хозяйственных надобностей.

Культура и техника неандертальского человека особенно хорошо изучена на территории Европы. Прежде мустьерскую культуру считали единой и не видели в ней сколько-нибудь значительных местных различий. Сейчас уже ясно, что мустьерская культура не является единой: в одной лишь Франции можно отметить по крайней мере четыре ее разновидности. Начало мустьерской эпохи относится ко времени, когда в Европе еще был теплый и сухой климат (рисс-вюрмское межледниковье), но постепенно наступало ухудшение климата, и на позднейших этапах своей истории люди мустьерской эпохи, неандертальцы, жили в суровых климатических условиях ледникового периода, были современниками мамонтов, шерстистых носорогов, северных оленей.

Неандертальцы жили в пещерах и под открытым небом. Найдено несколько поселений с искусственно возведенными жилищами. На Украине, на стоянке Молдова-1, открыты круглая выкладка из костей мамонта, остатки жилища, по-видимому устланного шкурами зверей. На стоянке Трекассат во Франции на аллювиальных почвах или песке обнаружены следы дюжины хижин, разбросанных на площади в 50 га. По предположению исследователей этой стоянки, хижины были убежищем женщин и детей орды охотников. Повсеместное распространение скребла, служившего для обработки шкур, свидетельствует о широком использовании последних, в том числе и в качестве одежды. Однако сшивание шкур с помощью иглы относится, по-видимому, к достижениям верхнего палеолита. Наличие жилищ, одежды и постоянное поддерживание огня наряду с усовершенствованием техники охоты позволили неандертальскому человеку не только выжить в суровых климатических условиях, но и заселить более северные районы, чем в предшествующую эпоху.

Мустьерские орудия из Северной Франции

Мустьерские орудия из Северной Франции

Кроме Европы сходные с мустьерской разнообразные культуры распространены почти по всей Африке, в странах Ближнего Востока, в Средней Азии, в Индии. Но здесь они изучены значительно хуже, чем в Европе, и полная характеристика африканских и азиатских культур, синхронных европейской мустьерской культуре, пока невозможна.

К содержанию учебника «История первобытного общества» | К следующему разделу

В этот день:

Нет событий

Рубрики

Свежие записи

Счетчики

Яндекс.Метрика
Археология © 2014