Деревянко А.П. Проблема заселения древними популяциями человека Евразии

К содержанию сборника «Современные проблемы археологии России».

Происхождение человека и заселение им Земного шара является одной из фундаментальных проблем научного знания. В конце XIX начале XX в. в науке дискутировалась проблема антропогенеза двух центров — Юго- Восточной, Восточной Азии и Африки.

В последней четверти прошлого века археологами, антропологами, палеогенетиками и другими специалистами было доказано, что прародиной человека является Африка. Около 6,5-7,5 млн л.н. на этой территории произошло разделение эволюционной ветви гоминоидов на гоминид и шимпанзе. К семейству гоминид относятся австралопитековые, которые являются прямыми предками человека. Пока убедительных свидетельств о расселении австралопитековых за пределами Африки не известно. В Африке прослеживается не только большое видовое разнообразие австралопитековых, но и открыты древнейшие на земле стоянки человека с каменными орудиями: чопперами, чоппингами, сфероидами, полиэдрами, грубо ретушированными отщепами, которые дислоцируются в основном в Восточной Африке, в районе Восточно-Африканского рифта.

Наиболее древние каменные орудия обнаружены в бассейне р. Када Гона. В этом районе открыто 16 местонахождений, где на поверхности и в слое in situ обнаружено более 3 тыс. артефактов. Очень важно, что артефакты найдены в одном слое с древними гоминидами [Semaw et al., 1997; Semaw, 2000]. Культуросодержащий горизонт залегал ниже уровня туфа, датированного на основании радиоизотопного метода (40 Аг/39 Аг) и магнитостратиграфии временем 2,5-2,6.

Первичное расщепление осуществлялось в основном унифасиальным и бифасильным методами. Среди нуклеусов можно выделить хорошо оформленные дисковидные ядрища. Мастера знали о кристаллической структуре камня и, уже имея хороший опыт расщепления, использовали раковистые особенности исходного сырья. Некоторые из бифасиальных нуклеусов были сделаны из удлиненных галек и могут называться протобифасами [Semaw, 2000, p. 1205]. Отдельные нуклеусы были в значительной степени истощены предыдущими неоднократными снятиями. Помимо нуклеусов найдены боковые и концевые чопперы, которые также могли использоваться в качестве нуклеусов.

Размеры отщепов варьируют в диапазоне 10-130 мм. С. Семав типологию и технологию расщепления камня рассматривает в рамках олдувайской индустриальной традиции.

В Восточной Африке, в бассейне р. Омо и в Западной Туркане, открыты местонахождения древностью 2.4—2,3 млн лет с индустрией отличной от олдувайской.

Тщательное исследование коллекций из местонахождений в бассейне р. Омо позволило Игнесио де ла Торре [Torre, 2000] сделать ряд важных наблюдений о ранней индустрии гоминид. Он пришел к выводу, что для этой индустрии типичны отщепы и угловатые фрагменты, в основном, от 10 до 30 мм. Индустрия бассейна р. Омо демонстрирует ярко выраженный микролитический характер: с нуклеусов снимались отщепы и угловатые фрагменты, ударная площадка которых не фасетирована (90,9 %). Отщепы и угловатые фрагменты небольших размеров — от 10 до 30 мм.

М. Лики [1971] сделала детальное описание индустрии из слоев I и II Олдувая, что позволило ей создать развернутую типологическую классификацию всех категорий каменного инвентаря, которая является до настоящего времени общепризнанной. Олдувайская индустрия, предшествовавшая ашельской, считалась единственной, характерной для самого раннего этапа орудийной деятельности человека. Изучение индустрии местонахождений в бассейне р. Омо показало доминирование очень мелких фрагментов и типов каменных орудий, не имеющих аналогий в Олдувае, что позволило выделить тунгусскую фацию [Chavaillon, 1970].

Важнейшей задачей является решение вопроса о том, кто был создателем древнейшей индустрии.

Около 2,5 млн лет в Восточной Африке, в Омо и Западной Туркане, известен массивный Australopithecus [Howell et al., 1987], а в бассейне Среднего Аваша, в формации Боури, выделен грациальный Australopithecus garhi [Asfaw et al., 2002]. По мнению многих антропологов, их общим предком был Australopithecus afarensis. В Хадаре была найдена верхняя челюсть человека, долгое время известная под шифром AL 666-1, по всеобщему признанию принадлежащая древнему человеку. Дата этой находки 2,33 млн лет. В Омо в разделе G были найдены остатки Australopithecus boisei и Homo sp. Видовая принадлежность находки AL 666-1 долгое время не была определена, и он обозначался в литературе как Homo sp., т.е. человек неизвестного вида [Зубов, 2004]. В настоящее время эти находки включены в вид Homo habilis [Kimbel et al., 1997]. Очень вероятно, что производителем каменных орудий в Омо, Хадаре и Локалалее был Homo habilis. С. Семав [Semaw, 2000] не исключает, что каменные орудия в Када Гоне могли принадлежать Australopithecus garhi; Б. Вуд [Wood, 1994] полагает, что в районе Афара каменные орудия мог изготавливать и использовать Australopithecus boisei.

Существование микроиндустрии в Восточной Африке дает возможность связывать первых выходцев из Африки, Homo ergacter-Homo erectus, не только с олдувайской индустрией, как нам представлялось [Деревянко, 2001, 2003, 2004, 2005], но и с микроиндустрией.

Проблеме первоначального заселения Евразии архантропами из Африки посвящено большое количество работ. Одной из наиболее информативных является статья Г. Бозински [Bosinski, 1992]. Когда и почему начался процесс выхода архантропов из Африки? Этот вопрос далек от окончательного решения.

С нашей точки зрения, первыми выходцами из Африки были Homo ergaster-Homo erectus-2 и процесс первой глобальной миграции начался ок. 2 млн л.н. Основанием для такого вывода являются бесспорные находки в Дманиси архантропов и каменных орудий древностью 1,8-1,6 млн лет. После уточнения времени существования Homo erectus на Яве проблема раннего заселения Евразии архантропами получает новое подтверждение. Исследованиями литологического горизонта, где был обнаружен в 1936 г. юношеский череп, относимый к Pithecanthropus modjokertensis, определены даты: 1,81 ± 0,07; 1,79 ± 0,07; 1,80 ± 0,07 и 1,82 ± 0,09 млн л.н. Средний возраст составил 1,81 ± 0,04 млн л.н. Для двух других палеоантропологических находок, сделанных в 1974 г. в центральной части Сангиранского плато и состоявших из относительного целого, но, к сожалению, расколотого лицевого отдела, фрагментов шеи (S 27) и части черепа (S 31), были получены два регулярных спектра древностью 1,66 ± 0,04 млн л.н. [Swisher et al., 1994]. Если столь ранние даты обитания Homo erectus в Азии корректны, то заселение Юго-Восточной Азии произошло не позднее 1,6-1,8 млн л.н. [Kennedy, 2000]. Это ставит перед учеными разных специальностей целый ряд новых важных вопросов: кто были первые выходцы из Африки? какими были ранние формы Homo erectus, которые пока еще не открыты в Африке, — Homo ergaster или другой вид или подвид Homo (habilis?), от которого уже в Евразии произошел Homo erectus?

Несмотря на то, что остается много не решенных вопросов, очень вероятно, что процесс великого переселения начался ок. 2 млн лет, когда архантропы вышли за пределы Африки и стали заселять Евразию. Причем вначале заселялась Азия, а потом уже Европа.

Одним из главных побудительных мотивов переселения сторонники «экологической гипотезы» [Anton, et al., 2000] считают наступление в конце плиоцена саванн и резкое увеличение числа копытных, ставших для архантропов источником необходимой белковой пищи. В связи с возникновением охоты на животных в 8-10 раз увеличился объем освоенной территории (по сравнению с Homo habilis), возросла подвижность групп охотников, которые мигрировали за стадами копытных [Зубов, 2004].

Продвижение архантропов (Homo ergaster-Homo erectus) могло проходить двумя путями: северный (на Ближний Восток) и южный (в Южную Аравию). В результате регрессии Красного моря на 150 м часть Баб-эль-Мандебского пролива, ширина которого 28 км, стала сушей, а Красное море — озером и юг Аравии был соединен с Восточной Африкой перешейком, по которому могли мигрировать животные и человек. Переселение архантропов в Евразию произошло в результате расширения охотничьей территории: они как бы продолжали находиться в своей экологической нише, и в этом процессе не следует искать определенной закономерности.

На самых ранних палеолитических местонахождениях Евразии прослеживаются разные индустрии: олдувайская и микролитическая.

Северная волна первого миграционного потока из Африки прошла через Ближний Восток. Пока на Ближнем Востоке не найдено стоянок с олдувайской индустрией. У наиболее ранней из всех известных стоянок — Убейдия — нижние культуросодержащие горизонты датированы 1,4 млн л.н. [Tchemov, 1988, 1992]. Н. Горен-Инбар [Goren-Inbar, 1988] убедительно доказала, что во всех нижних горизонтах стоянки Убейдия присутствуют чопперы и бифасы.

Микролитическая индустрия в Израиле открыта на стоянке Бизат Рухама, расположенной на восточной окраине южной прибрежной равнины близ Иудейских гор. Ориентировочный возраст культуросодержащих горизонтов Бизат Рухамы около 1 млн лет [Ronen et al., 1998; Burdukiewiez, Ronen, 2000; Zaidner et al., 2003].

Для первичного раскалывания в Бизат Рухаме специально отбирались небольшие гальки с мелкозернистой структурой, несмотря на то, что в этом районе они не часто встречаются [Zaidner et al., 2003]. Галька предварительно раскалывалась на две или более частей, которые использовались как ядрища. Нуклеусы из Бизат Рухамы очень маленькие — их средняя длина ок. 23 мм. Средняя длина отщепов ок. 20 мм, ширина 18 мм, толщина 9 мм. В большинстве случаев расщепление производилось до полного истощения нуклеуса. Отщепы, в свою очередь, часто становились нуклеусами и расщеплялись на мелкие фрагменты. В Бизат Рухаме угловатые фрагменты достигают 20 % от общего количества находок, что, по-видимому, свидетельствует о специальном их производстве.

Среди инвентаря в Бизат Рухаме выделены три основные типологические категории изделий [Ibid]. К первой относятся орудия заостренных форм (40 %); они делятся на различные группы по специфике вторичной обработки. Вторую типологическую категорию составляют скребла и ретушированные изделия. Крутой или полукрутой ретушью обрабатывались массивные, насколько это возможно при микролитическом характере индустрии, отщепы. Третью категорию изделий составляют выемчатые и зубчатые орудия. Они также изготавливались на толстых отщепах. Примерно половина выемчатых изделий относится к клектонскому типу [Ibid. р. 217]. Бизат Рухама — классическое палеолитическое местонахождение с микролитической индустрией: средняя длина артефактов составляет ок. 25 мм.

На Ближнем Востоке пока не найдено палеолитических местонахождений древнее 1,4 млн лет. Они обязательно будут найдены в будущем, потому что именно с Ближнего Востока должно было происходить первоначальное заселение человеком Кавказа, Ирана, Центральной Азии.

Северная миграционная волна древних популяций человека через Ближний Восток проникла на территорию Ирана, далее на Кавказ и, возможно, в Малую Азию. Убедительным свидетельством этого расселения является местонахождение Дманиси (Восточная Грузия) — одно из выдающихся в Евразии [Dzaparidze et al., 1991; Bosinski, 1992; Габуния и др., 2001]. Это местонахождение уникально тем, что в нем в четких стратиграфических условиях в сопровождении фауны вместе с остатками гоминид в литологическом горизонте, залегающем на базальтовой лаве, отнесенной к эпизоду Олдувай (1,87 — до 1,67 млн лет), зафиксированы древнейшие галечные орудия. Первичное расщепление в Дманиси характеризуется невыразительными формами. Очень трудно разграничить одно и двусторонние галечные орудия и нуклеусы. Среди находок наибольшую долю составляют отщепы; некоторые со следами грубой ретуши. Орудийный набор крайне беден. Индустрия в Дманиси относится к олдувайскому типу.

Весьма вероятно, что в Дманиси архантропы проникли из Северного Ирана вдоль южной части Прикаспийской низменности западного побережья Каспия. В доашельское время первой на Кавказ пришла миграционная волна древних популяций человека с олдувайской индустрией. Позднее в район Прикаспийской низменности проникли архантропы с микролитической индустрией.

С 2003 г. Институт археологии и этнографии СО РАН совместно с Институтом археологии РАН ведет полевые работы на территории Дагестана. Во время разведочных работ в бассейне рек Дарвагчай и Рубас было открыто девять местонахождений раннего палеолита [Деревянко, Амирханов, Зенин и др., 2004; Амирханов, Деревянко, 2005]. В 2005 г. на местонахождении, расположенном на северном склоне Геджухского водохранилища, на левом берегу р. Дарвагчай, был заложен раскоп, где в отложениях Бакинской террасы (высота 110 м над уровнем моря, или 137 м над уровнем Каспия) было выявлено два культуросодержащих горизонта. Нижний горизонт зафиксирован в слое дитритусового известняка с включением небольшого количества гравийного материала. Во время формирования этого слоя терраса представляла собой пляж прибрежного участка лагуны, которая подпирала р. Дарвагчай. В слое в большом количестве сохранилась не только морская фауна: в конгломератах найдены кость крупного млекопитающего и зуб небольшого плотоядного животного (?). Размеры почти всех находок (основное сырье — кремень) не превышают 5 см. Орудия представлены остроконечниками, остриями, скребками, орудиями с выемкой, нуклеусами торцового типа, груднями с шипом-носиком и др.

Второй культуросодержащий горизонт представлял собой валунно-галечно-гравийный конгломерат, перекрытый мощной пачкой субаэральных осадков (до 3 м) и современного почвенно-дернового слоя (24 см), сформировавшихся после Бакинской регрессии. Во втором культуросодержащем горизонте каменная индустрия сохраняет микроиндустриальный облик, но в слое найдено небольших размеров проторубило, оформленное на гальке.

По предварительным оценкам возраст слоев с находками определен рамками раннего этапа неоплейстоцена (800-600 тыс. л.н.). Дарвагчай 1, несомненно, является поселенческим комплексом и важным доказательством гипотезы о возможности миграции архантропов с микроиндустрией из Африки в Евразию.

В Центральной Азии и на юге Сибири также открыты местонахождения раннего палеолита, где представлены олдувайская или микролитическая индустрии.

В Центральной Азии наиболее ранняя индустрия выявлена в Таджикистане [Ранов, 1988, 1992, 2000; Ранов, Амосова, 1990, 1994; Ранов и др., 1987; Ranov, 1995; Ranov, Dodonov, 2003]. Одним из самых ранних в Таджикистане является местонахождение Кульдара, находящееся в нижней части ущелья Кульдара, в долине р. Оби-Мазар. Нижний культуросодержащий слой перекрыт 120-метровой толщей лесса, в которой выделено 28 палеопочв. Находки обнаружены в 11 и 12 палеопочвах, разделенных бурым тяжелым суглинком с сильно развитым иллювиальным карбонатным горизонтом толщиной ок. 22 см. Древность палеопочв с находками составляет ок. 900 тыс. лет. Всего было найдено 96 образцов. В.А. Ранов [Ranov, Dodonov, 2003], обобщая характеристику каменного инвентаря Кульдары, подчеркивает малые размеры образцов: длина четверти артефактов менее 20 мм, половины — до 40 мм. Основным методом расщепления камня является галечный, характеризующийся преобладанием кортикальных отщепов. В то же время, несмотря на некоторый «архаизм» первичной обработки, оформление орудий часто высококачественное.

С нашей точки зрения, именно на основе микроиндустрии Кульдары формируется индустрия раннего и среднего палеолита Таджикистана. Хотя на более поздних этапах на палеолитических местонахождениях микроорудия практически исчезают, но галечная основа первичного расщепления и вторичной обработки каменных орудий сохраняется в Таджикистане длительное время.

В других районах Центральной Азии наряду с микроиндустрией многие местонахождения раннего палеолита характеризуются олдувайской индустрией. Ко времени 800-600 тыс. лет относятся древние галечные комплексы, зафиксированные в Казахстане на п-ове Мангышлак и в Каратау [Алпысбаев, 1979]. За последние годы в Южном Казахстане на северо-восточном склоне хребта Каратау, получившем название Кызыл-Tay, открыты десятки местонахождений с поверхностным залеганием артефактов в виде сплошного покрова на очень древних поверхностях и на больших площадях [Деревянко, Таймагамбетов, Бексеитов и др., 1996; Каменный век Казахстана…, 2003]. На некоторых стоянках на площади в несколько квадратных километров обнаружены десятки тысяч галечных орудий. Для всех раннепалеолитических местонахождений этого типа характерны крупных размеров чопперы, чоппинги, скребла различной модификации, орудия с носиком-шипом, зубчато-выемчатые изделия. Для первичного расщепления характерны ядрища ортогональных форм, галечные, одно- и двухплощадочные монофронтальные нуклеусы. У большинства нуклеусов ударная площадка не фасетированная. Все изделия, относящиеся к раннему палеолиту, имеют сильно дефлированную поверхность.

В Казахстане прослежена микроиндустрия на раннепалеолитических местонахождения Кошкурган-1 и 2 и Шоктас-1,2, 3 [Деревянко, Петрин, Таймагамбетов и др., 2000].

На местонахождениях Кошкурган и Шоктас прослежена одна и та же индустрия, и нет никаких сомнений в том, что они составляют единую культуру. Первичное расщепление в нижнем культуросодержащем горизонте на этих местонахождениях было представлено леваллуазскими, ортогональными, одноплощадочными монофронтальными, дисковидными, чоппинговидными нуклеусами. Максимальные размеры нуклеусов 7 см, минимальные — 2 см. Все орудия имеют преимущественно небольшие размеры: 2-4 см. Наиболее ранние культуросодержащие горизонты с микроиндустрией имеют даты: 501±23; 487±20; 470±35; 427±48 тыс. л.н.

В Монгольском и Гобийском Алтае зафиксировано более 30 раннепалеолитических местонахождений открытого типа, которые по геоморфологической ситуации, технико-типологическим показателям, коррадированности галечных орудий можно отнести к древнейшим. Для наиболее ранних из них (Нарийн-гол-17 и др.) характерны сильно коррадированные галечные орудия типа чопперов и чоппингов, орудия с носиком, галечные нуклеусы, массивные скребла, залегающие на поверхности позднеплиоценовых террас [Каменный век Монголии…, 1990, 2000; Derev’anko, 1990; Derevianko, Deviatkin et al., 1991].

На территории Монголии исследовалось небольшое число хорошо стратифицированных местонахождений, которые позволяют проследить эволюцию индустрий раннего, среднего палеолита и перехода к верхнему. В пещере Цаган-Агуй в нижних горизонтах 13-10 фиксируется ортогональный и радиальный принципы первичного расщепления [Деревянко, Олсен, Цэвээндорж и др., 2000]. Слой 12 датирован 520±130 тыс. л.н. (PTЛ-805), слой 11 — 450±117 тыс. л.н. (PTЛ—806). В 9-м слое появляются леваллуазские нуклеусы. В нижних горизонтах представлена индустрия первой волны архантропов с олдувайской индустрией. Пока на территории Монголии не найдены местонахождения с микроиндустрией.

В 2001 г. в 14 км от Денисовой пещеры, вниз по течению р. Ануй, открыто раннепалеолитическое местонахождение Карама, несколько пунктов которого дислоцировались на разных высотах 3 2001-2005 гг. на них проводились стационарные исследования: в результате выявлены культуросодержащие горизонты, артефакты ее раннего возраста, чем находки из всех известных местонахождений Северной Азии [Деревянко, Шуньков, 2003; Деревянко, Шуньков, Зыкин и др., 2002]. В раскопе 2 на Караме. расположенном на высоте 51 м над современным уровнем р. Ануй, вскрыта толща рыхлых отложений мощностью до 8 м. Артефакты зафиксированы в четырех культуросодержащих горизонтах. Два горизонта залегают в средней и нижней частях мощной пачки красноцветных отложений, еще два — в пойменной фации аллювия древнего водотока. Процесс первичного расщепления представлен галечными ядрищами, ударная площадка которых сохраняет галечную корку. Продукты снятия представлены укороченными нефасетированными сколами различных размеров. В орудийном наборе преобладают поперечные и продольные скребла, орудия с носиком, чопперы, чоп- пинги, зубчатые и выемчатые орудия.

Красноцветные осадки, в которых залегают артефакты на Караме, аналогичны красноцветам разреза Черный Ануй, расположенного в 20 км от стоянки выше по течению реки. Возраст этих отложений, определенный на основании PTЛ-дат и палеонтологических характеристик — 542 тыс. лет и соответствует верхнему рубежу нижнего неоплейстоцена [Деревянко, Попова, Малаева и др., 1992; Деревянко, Лаухин, Малаева и др., 1992]. Пойменные отложения древнего водотока, в которых также зафиксированы культуросодержащие горизонты, принадлежат более раннему периоду — среднему этапу нижнего неоплейстоцена; древность их 800-600 тыс. лет [Деревянко, Шуньков, Болиховская и др., 2005]. Стоянка Карама является древнейшей в Северной Азии с олдувайской индустрией.

Южная волна архантропов из Африки в Евразию распространялась через Южную Аравию по сухопутному мосту, существовавшему во время регрессии Красного моря.

Важные открытия сделаны X. Амирхановым [1991] в Южной Аравии. В пещере Аль-Гуза в нижнем культуросодержащем горизонте Н были обнаружены двусторонние чопперы с прямым широким лезвием, односторонние чопперы с широким дугообразным лезвием отщепы. На основании геоморфологических, стратиграфических палеомагнитных данных X. Амирханов приходит к выводу, что заселение Южной Аравии человеком произошло около 1,65-1,35 млн лет [Там же].

Движение архантропов южной миграционной волны на восток нашло отражение в древнейших местонахождениях на территории Индостана. В Пакистане, в долине р. Соан, в местности Риват, в горизонте конгломератов обнаружено три артефакта [Dennel et al., 1988]. По результатам палеомагнитного датирования, для артефактов был установлен возраст 1,9 млн лет.

В Китае выявлены сотни палеолитических местонахождений; их материалы тщательно изучаются, однако многие фундаментальные проблемы истории заселения данной территории продолжают оставаться дискуссионными. Среди исследователей есть сторонники гипотезы о более полуторамиллионной древности китайского палеолита, однако опубликованные материалы стоянок Лунгупо в Нихэваньской котловине, Сихоуду, Юаньмоу не убеждают многих специалистов в том, что находки из этих памятников — результат деятельности человека, в равной мере, как и их древность — более 1,5 млн лет [Ранов, 1999; Keates, 1994; Вэй Ци, 1989; Вэй Ци и др., 1983; Ю Юйчжу, 1989]. С моей точки зрения, к совершенно бесспорным в Китае следует отнести местонахождения Дунгуто и Сяочанлян, результатам исследования которых посвящено много работ [Вэй Ци, 1989; Вэй Ци и др., 1983; Ранов, 1999; Вэйвэнь X., 1987; Ю Юйчжу, 1989; Ю Юйчжу и др., 1980; Keates, 1994, 2003; Pope, Keates, 1994; Wei Qi, 1999].

Большинство исследователей считают, что Сяочанлян имеет усредненную датировку в пределах 1,36 млн лет (Zhu et al., 2001; Wu, 2004). Стоянка Дунгуто, судя по геологической и геоморфологической ситуации, хронологически относится к эпизоду Хамарильо и ориентировочно датируется 1,01 млн лет. Для этих стоянок характерно ярко выраженная микролитическая индустрия. Орудийный набор на обеих стоянках по типам и процентному соотношению близок и не имеет принципиальных отличий. Техника первичного расщепления и форма нуклеусов также одинакова. Орудия изготавливались на небольших отщепах или специальных заготовках и по размерам не превышали 30 мм. В связи с этим логично предположить, что эти стоянки оставлены архантропами, использовавшими микролитическую технику.

Это не исключает возможности того, что в Китай ранее 1 млн лет назад могла прийти и вторая миграционная волна архантропов с олдувайской индустрией. Дальнейшее изучение уже известных местонахождений Лунгупо, Сихоуду и др., а также возможность открытия новых позволит более определенно ответить на этот вопрос. Это очень вероятно, потому что в Китае уже в раннем палеолите наблюдается развитие индустрии в двух направлениях: индустрия с большим процентом артефактов малых размеров к северу от хребта Цзиньлин и со значительным количеством артефактов крупных размеров (макроорудий) — к югу [Palaeoanthropology…, 1985]. Эта традиция сохраняется в Китае вплоть до верхнего палеолита.

В Европе в хронологическом диапазоне 1 млн — 600 тыс. лет датируются местонахождения Монте Пожола, Ле Валлоне, Солейяк, Фуэнте Нуэва 3, Орсе. Индустрия этих местонахождений характеризуется первичной и вторичной обработкой в олдувайской традиции, хотя в Орсе орудия оформлялись, в основном, на небольших отщепах.

Наиболее ярко микроиндустрия в Европе прослеживается на местонахождении Изерния ля Пинета [Izemia la Pineta, 1983; Cesnola, 1996]. Общая площадь, где зафиксированы археологические находки, составляет ок. 20 тыс. кв. м. Люди в течение продолжительного времени неоднократно приходили на эти места; в результате на большой площади обнаруживаются кости и фрагменты костей диких животных и каменные орудия. При раскопках зафиксирована специально обустроенная костями крупных животных и крупными блоками травертинов жилая площадка.

В процессе раскопок обнаружено несколько тысяч артефактов. Нуклеусы на стоянке Изерния ля Пинета нескольких типов: монофронтальные, с параллельным фронтом снятия, ортогональные. Размеры их в длину не превышают 25-35 мм. Для стоянки по образцу санидина по К/Аг получена дата: 0,736±0,04 млн лет [Delitala et al., 1983].

В Европе микроиндустрия известна и на местонахождениях в хронологическом диапазоне 600-300 тыс. лет. Индустрию буда (Вертешсёлёш в Венгрии) и микроиндустрию зубчатого облика (Бильцингслебен в Германии) можно рассматривать как продолжение традиции раннего пласта микроиндустрии, связанного с элементами аккультурации в результате других миграционных потоков древних популяций человека в Европу. Микроиндустрия была характерна и для других стоянок: Шонинген-12 и Шонинген-13, относящихся к раннему палеолиту [Thieme, 2003]; Трзебника-2, Руско-33 и-42 [Burdukiewiez, 2003].

Выводы

Раннепалеолитическая микроиндустрия — особое явление в историко-культурном становлении человечества, и ее следует рассматривать как одну из главных основ орудийной деятельности архантропов. Распространение микроиндустрии в Евразии связано с одной из двух доашельских миграций человека из Африки в хронологическом диапазоне 2-1,5 млн л.н. Что мы вкладываем в понятие «раннепалеолитическая индустрия»? Маленькие и большие по размерам орудия труда — абстрактные определения. Для микпроиндустрии характерно:

1) преобладание орудий (90% и более) размерами не более 50 мм. В отдельных местонахождениях может быть небольшое количество орудий несколько больших размеров, но это — отбойники и рубящие изделия типа чопперов и чоппингов;

2) все основные типы каменных орудий изготовлены на отщепах. В наиболее ранних местонахождениях Евразии (1,3-0,7 млн лет) более 50% каменных орудий имеют размеры 15-30 мм.

3) среди орудий наиболее типичными являются скребла, скребки, зубчатые и выемчатые инструменты, проколки, острия, орудия с шипом. Для оформления орудий наиболее часто применялись зубчатая и чешуйчато-ступенчатая ретушь. Очень часто в качестве сырья использовались кремнистые породы камня.

Наличие на ряде раннепалеолитических местонахождений только орудий маленьких размеров предопределяло и адаптационные стратегии. Во-первых, преобладание орудий небольшого размера подразумевало использование деревянных основ для изготовления сложных составных изделий. Поэтому для обеспечения долговечности и эффективности вкладышевых изделий в качестве сырья выбирались твердые и наиболее прочные породы камня. Дерево, как и камень, использовали, видимо, на самой заре человеческой истории. Обнаруженные в Шёнингене и Бильцингслебене деревянные рукояти для составных орудий подтверждают такое предположение. Наличие в Бизат Рузаме, Дарвагчае и др. раннепалеолитических местонахождениях скребел, зубчато-выемчатых инструментов свидетельствует об использовании их для обработки дерева и кости. Это подтверждается и трасологическими исследованиями [Steguweit, 2001]. Во-вторых, основным источником питания, видимо, были морские или речные ресурсы и продукты собирательства. Наличие на ряде местонахождений (Изерния ля Пинета, Бильцингслебен и др.) остатков крупной териофауны свидетельствует скорее всего о трупопоедании, что не исключило охоту на мелких животных.

Появление и распространение раннепалеолитической микроиндустрии в Евразии — сложнейший фено¬мен, который требует специального изучения. Важнейшее значение для решения этой проблемы будут иметь обнаружение новых и дальнейшее изучение уже известных местонахождений с микроиндустрией. Открытие и изучение в 2004—2005 гг. стоянки Дарвагчай на западном побережье Каспия вселяет уверенность в возможность выявления местонахождений с микроиндустрией в Евразии, которые дадут исчерпывающие ответы на некоторые проблемы, поставленные в этой статье.

Список литературы

Алпысбаев Х.А. Памятники нижнего палеолита Южного Казахстана. — Алма-Ата: Наука КазССР, 1979. — 207 с. Амирханов Х.А. Палеолит юга Аравии. — М.: Наука, 1991. — 342 с.
Амирханов Х.А., Деревянко А.П. Разведки памятников каменного века в Дагестане в 2003 г. // Древности Кавказа и Ближнего Востока. — Махачкала: Эпоха, 2005. — С. 33-40.
Археологические исследования Российско-монгольско-американской экспедиции в Монголии в 1997-1998 гг. / 1 П Леревянко, Д. Олсен, В.Т. Петрин и др. — Новосибирск: Изд-во ИАЭт СО РАН, 2000. — 384 с.
Габуния Л., Векуа А., Лордкипанидзе Д. Новые находки костных останков ископаемого человека в Дманиси (Вос- ШШІ Грузия) // Археология, этнография и антропология Евразии. — 2001. -№ 2 (6). — С. 128-139.
Деревянко А.П. Переход от среднего к верхнему палеолиту на Алтае // Археология, этнография и антропология Евразии — 2001. — № 3 (7). — С. 70-103.
Леревянко А.П. Две основные миграционные волны древних популяций человека в Азию // Труды Отделения исто- рико-филологических наук. — М.: Ин-т всеобщ, истории РАН, 2003. — С. 11-24.
Деревянко А.П. Проблемы антропогенеза и заселения человеком восточной части Евразии // Современные проблемы науки. — Новосибирск: Изд-во СО РАН, 2004. — С. 52-71.
Деревянко А.П. Древнейшие миграции человека в Евразии и проблема формирования верхнего палеолита // Археология, этнография и антропология Евразии. — 2005. — № 2 (22). — С. 22-36.
Деревянко А.П., Амирханов Х.А., Зенин В.Н. и др. Разведка объектов каменного века в Республике Дагестан в 1ИМ г. Проблемы археологии, этнографии, антропологии Сибири и сопредельных территорий: Материалы Годовой сес- -» НАЭг СО РАН. — Новосибирск: Изд-во ИАЭт СО РАН, 2004. — Т. 10, ч. 1. — С. 65-69.
Леревянко А.П., Лаухин С.А., Малаева Е.М. и др. Нижний плейстоцен на северо-западе Горного Алтая // Докл. ВЧН -1992.-Т. 323, Х»3,-С. 509-513.
Леревянко А.П., Олсен Д., Цэвээндорж Д. и др. Многослойная пещерная стоянка Цаган-Агуй в Гобийском Алтае фбовппня)// Археология, этнография и антропология Евразии. — 2000. — X» 1(1). — С. 23-36.
Деревянко А.П., Петрин В.Т., Таймагамбетов Ж.К. и др. Ранне-палеолитические микроиндустриальные комплек¬та і ттйвертинах Южного Казахстана. — Новосибирск: Изд-во ИАЭт СО РАН, 2000. — 298 с.
Леревянко А.П., Попова СМ., Малаева Е.М. и др. Палеоклимат северо-запада Горного Алтая в эоплейстоцене // Лгсг РАН. — 1992. — Т. 324, Х° 4. — С. 842-846.
Леревянко А.П., Таймагамбетов Ж.К., Бексеитов Т.П. и др. Исследование памятников каменного века на северо- мсточном склоне хребта Каратау (Южный Казахстан) в 1996 г. // Новейшие археологические и этнографические открытия г Смбири: Материалы IV Годовой итоговой сессии ИАЭт СО РАН, декабрь 1996 г. — Новосибирск: Изд-во ИАЭт СО РАН, те — С. 80-86.
Деревянко А.П., Шуньков М.В. Поиски раннего палеолита в Горном Алтае // Археологические открытия 2002 г. — М.: 3»та. 2003. — С. 356-357.
Леревянко А.П., Шуньков М.В., Болиховская Н.С. и др. Стоянка раннего палеолита Карама на Алтае. — Новоси- ЬрсЕ Изд-во ИАЭт СО РАН, 2005. — 86 с.
Леревянко А.П., Шуньков М.В., Зыкин B.C., Маркин М.М. Новый ранне-палеолитический комплекс в Горном ir Проблемы археологии, этнографии и антропологии Сибири и сопредельных территорий: Материалы Годовой сес- л*э ИАЭт СО РАН, декабрь 2002 г. — Новосибирск: Изд-во ИАЭт СО РАН,»2002. — Т. 8. — С. 84-89.
3>бов А.А. Палеоантропологическая родословная человека. — М.: Ин-т археологии РАН, 2004. — 551 с.
Каменный век Казахстана: Исследования Российско-Казахстанской археологической экспедиции в Казахстане Щ. 2| И11 гг.) / А.П. Деревянко, В.Т. Петрин, А.Н. Зенин и др. — Новосибирск: Изд-во ИАЭт СО РАН, 2003. — 184 с.
Каменный век Монголии: Палеолит и неолит Монгольского Алтая / А.П. Деревянко, Д. Дорж, Р.С. Васильевский и щ — Новосибирск: Наука, 1990. — 646 с.
Каменный век Монголии: Палеолит и неолит северного побережья Долины Озер / А.П. Деревянко, В.Т. Петрин, Ж Цжээндорж и др. — Новосибирск: Изд-во ИАЭт СО РАН, 2000. — 440 с.
Ранов В.А. Каменный век Таджикистана и Памира: Автореф. дис…. д-ра ист. наук. — Новосибирск, 1988. — 52 с.
Ранов В.А. Генезис и периодизация памятников каменного века в Таджикистане // Проблемы истории культуры тад- * •«. • го народа. — Душанбе, — [Хисор, 1992]. — С. 28—48.
Ранов В.А. Ранний палеолит Китая: (Изучение и современные представления). — М: ИНКВА, 1999. — 110 с.
Ранов В.А. Лессово-почвенная формация в Южном Таджикистане и лессовый палеолит // Археологические работы в Таджикистане в 2000 г. — Душанбе, 2000. — Вып. 27. — С. 21-49.
Ранов В.А., Амосова А.Г. О методике раскопок палеолитических стоянок в палеопочвах Южного Таджикистана // Тлдездя археология древнекаменного века. — М.: Наука, 1990. — С. 53-61. — (КСИА; Вып. 202).
Ранов В.А., Амосова А.Г. Раскопки палеолитической стоянки Кара-тау-1 в 1985 г. // Археологические работы в Тад- жнхстане. — Душанбе, 1994.-Вып. 25.-С. 132-145.
Ранов В. А., Додонов А.Е., Ломов СП. и др. Кульдара — новый нижнепалеолитический памятник Южного Таджикис- «ша Бюл. Комис. по изуч. четвертич. периода. — 1987. — X» 56. — С. 65-74.
Anton S., Aziz G., Zaim Y. Plio-Pleistocene Homo: Patterns and determinants of dispersal // Humanity from African naissance ■ ::ng millennia. — Witwaters-rand; Firenze, 2000. — P. 91-103.
Asfaw B., Giebert H., Beyene Y., Hart W., Reinne P., Wolde G., Vrba E., White T. Remains of Homo erectus from from з;»_г. Middle Awash, Ethiopia //Nature. — 2002. — Vol. 416. — P. 317-320.
Bosinski G. Die ersten Menschen in Eurasien // Jahrbuch des Romisch-Germanischen Zentralmuseum Mainz fseoderdrilck). — 1992. -N 39. — 181 S.
Burdukiewiez J.M. Lower Palaeolithic sites with small artefacts in Poland // Lower Palaeolithic small tools in Europe and the Levant / Ed. by J.M. Burdukiewiez, A. Ronen. — Oxford: Archaeopress, 2003. — P. 65-92. — (BAR Intern. Ser.; 1115).
Burdukiewiez J.M., Ronen A. Ruhama in the Northern Negev Desert: A new microlithic site of Lower Palaeolithic in Israel, Praehist. Thuringica. — 2000. — N 5. — P. 3-5.
Cesnola di Arturo Palma. Le Paleolithique inferieur et moyen et Italie // Prehistoire d’Europe. — Jerome Millon. — 1996. -N l.-P. 1-384.
Chavaillon J. Decouverte d’un nivean oldowayen dans la passe vallee de l’Omo (Ethiopia) // Bulletin de la Societe Prehistorique Fran^aise. — 1970. — N 67 (1). — P. 7-11.
Dennel R.W., Rendell H.M., Hailwood E. Early tool-making in Asia: Two million year old artefacts in Pakistan // Antiquity. — 1988. — Vol. 62, N 234. — P. 98-106.
Derev’anko A.P. Paleolithic of Northern Asia and the problem of ancient migrations (inform-operative material) / Acad, of Sci. of the USSR. Sib. Div. Inst, of History, Philology and Philosophy. — Novosibirsk, 1990. — 123 p.
Derevianko A.P., Deviatkin E.V., Petrin V.T., Semeihan T. New discoveries of the Lower Paleolithic in Mongolia and its geological=geomorphological position // The 1NQUA Intern, symp. on stratigraphy and correlation of Quaternary deposits in the Asian and Pacific Region. Bangkok: ССОР Techn. Secretariat, 1991. — P. 119-132.
Dzaparidze V., Bosinski G., Bugianshvili Т., Gabunia L., Justus A., Klopotovskaja N., Kvavadze E., Lordkipanidze D., Maisuradze N., Pavlenishvili E., Schmincke H., Sologashvili D., Tvalcrelidze М., Vekua A. Der altpalaolithische Fundplatz Dmanisi in Georgien (Kaukasus) // Jahrbuch des Romisch-Germanischen Zentralmuseums. — Mainz. — 1991. — Bd. 36. — S. 67-116.
Howell F.C., Haesaerts P., De Heinzelin J. Depositional environments, archaeological occurences, and hominids from Members E and F of Shungura Formation (Omo Basin, Ethiopia) // J. Human Evolution. — 1987. — Vol. 16. — P. 665-700.
Goren-Inbar N. The Lower Palaeolithic of Israil // The archaeology of society in the Holy Land. — L.: Leicester Univ. Press, 1988.-P. 93-113.
Isernia la Pineta. — Bologna; Roma; Milano. — 1983. — 113 p.
Keates S.G. Archaeological evidence of hominid behaviour in Pleistocene China and Southeast Asia // Courier Forsch. Inst. Senckenberg. — 1994. — Bd. 171. — S. 141-150.
Keates S.G. The role of raw material in explaining tool assemblage variability in Palaeolithic China // Lower Palaeolithic Small Tools in Europe and the Levant / Ed. by J.M. Burdukiewiez, A. Ronen. — Oxford (England): Archaeopress, 2003. — P. 149- 168. — (BAR International Series 1115).
Kennedy K. Middle and Pleistocene Hominids of South Asia // Humanity from African naissance to coming millennia. Witwatersrand. — Firenze. — 2000. — P. 167-175.
Kimbel W.H., Johanson D.C., Rak H. Systematic assessment of a maxilla of Homo from Hadar Ethiopia // American J. Physical Anthropol. — 1997. — Vol. 103. — P. 235-262.
Leakey M.D. Olduvai Gorge: Excavations in Beds I and II, 1960-1963. — Cambridge: Cambridge Univ. Press, 1971,-Vol. 3.-306 p.
Palaeoanthropology and Palaeolithic archaeology in the People’s Republic of China / Eds R.K. Wu and J.W. Olsen. — L.: Acad. Press, 1985. — 265 p.
Pope G.G., Keates S.G. The evolution of Human cognition and cultural capacity: A view from the Far East // Intergartive Paths to the Past. Paleoanthropological advences to the Past. — New Jersy, 1994. — P. 531 — 567.
Ranov V.A. The Paleolithic of the Middle Pleistocene in Central Asia // Evolucion humana en Europa у los yacimientos de la Sierra de Atapuerca. -Junta de Castilla у Leon: Valladolid, 1995. — Vol. 2. — P. 367-386.
Ranov V.A., Dodonov A. Smoll instruments of the Lower Palaeolithic site Kuldara and their geoarchaeological meaning // Lower Palaeolithic small tools in Europe and the Levant. — Oxford, 2003. — P. 133-147. — (BAR Intern. Ser.; 1115).
Ronen A., Burdukiewiez J.-M., Laukhin S. et. al. The Lower Palaeolithic site Bizat Ruhama in the Northern Negev, Israel //Archaeol. Korrespondenzblatt. — 1998. — Bd. 28, H. 2. — S. 163-173.
Semaw S. The world’s oldest stone artefacts from Gona, Ethiopia: Their implications for understanding stone technology and patterns of human evolution between 2,6-1,5 million years age //Ibid. — 2000. -N 27. — P. 1197-1214.
Semaw S., Renne P., Harris I.W.K. et al. 2,5 million-year-old stone tools from Gona, Ethiopia // Nature. — 1997. — Vol. 385. — P. 333-336.
Swisher C.C 111, Curtis G.H., Jacob T. et al. Age of the earliest known hominids in Java, Indonesia // Science. — 1994. — Vol. 263.-P. 1118-1121.
Tchernov E. The biogeographical history of the southern Levant // The zoogeography of Israel. — Dordrecht: Junk, 1988. — P. 159-50.
Tchernov E. Eurasian-African biotic exchanges through the Levantine corridor during the Neogene and Quaternary: Mammalian migration and dispersal events in the European Quaternary // Courier Forsch. Inst. Senckenberg. — 1992. — Bd. 153.-S. 103-123.
Thieme H. The Lower Palaeolithic sites at Schoningen, Lower Saxony, Germany Lower Palaeolithic small tools in Europe and the Levant. — Oxford, 2003. — P. 9-28. — (BAR Intern. Ser.; 1115).
Torre I. Omo revisited: Evaluating the technological skills of Pliocene hominids Curr. Anthropol. — 2004. — Vol. 45, N 4. — P. 439^165.
Zaidner Y., Ronen A., Burdukiewiez J.M. The Lower Paleolithic microlithic industry of Bizat Ruhama, Israel // Lower Palaeolithic small tools in Europe and the Levant. — Oxford, 2003. — P. 133-147. — (BAR Intern. Ser.; 1115).
Wei Qi. Paleolithic archaeological sites from the Lower Pleistocene in China // From Sozudai to Kamitakamori: World views on the Early and Middle Palaeolithic in Japan: A symposium to commemorate the 80th birthday celebrations of professor Chosuke Serizawa. — Sendai: Tohoku Fukushi Univ., 1999. — P. 123-124.
Wood B.A. Taxonomy and evolutionary relationships of Homo erectus // Courier Forsch. Inst. Senckenberg. — 1994. — Vol. 171. — P. 159-165.
Wu Xian. On the origin of modem humans in China // Quaternary Intern. — 2004. — Vol. 117. — P. 131- 140.
Zaidner Y., Ronen A., Burdukiewiez J.M. The Lower Paleolithic microlithic industry of Bizat Ruhama, Israel // Lower Palaeolithic small tools in Europe and the Levant. — Oxford, 2003. — P. 133-147. — (BAR Intern. Ser.; 1115).
Zhu R.X., Hoffman K.A., Potts R. et al. Earliest presence of humans in Northeast Asia//Nature.-2001,-Vol. 413. — P. 413-427.
Вэйвэнъ X. Китайские рубила // Жэньлэйсюэ сюэбао (Доклады по антропологии). — 1987. — № 6. — С. 61-68 (на кит. яз.).
Вэй Ци. Первоначальные исследования палеолита в Дунгуто // Нихэ-вань яньцзю луньвэнь сюань бянь (Избранные труды по Нихэваню). — Пекин: Вэньу, 1989. — С. 115-128 (на кит. яз.).
Вэй Ци, Мэн Хао, Чэн Шэнцюанъ. Новые раскопки палеолитических местонахождений в многослойном комплексе Нихэвань // Жэньяэй сюэбао. — 1983. — Вып. 4, № 3. — С. 105-114 (на кит. яз.).
Ю Юйчжу. Новые материалы палеолитического памятника Сяочанлян в провинции Хэбэй и проблемы его датировки // Нихэвань яньцзю луньвэнь сюань бянь (Избранные труды по Нихэваню). — Пекин: Вэньу, 1989. — С. 92-98 (на кит. яз.).
Ю Юйчжу, Тан Инцзюнъ, Ли И. Палеолитические открытия в комплексе Нихэвань (Нихэвань-цзу цзюшици дэ фасянь) // Чжунго дисыцзи яньцзюй. — 1980. — Т. 5, № 1. — С. 78-91 (на кит. яз.).

К содержанию сборника «Современные проблемы археологии России».

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1928 Родился Эдуард Михайлович Загорульский — белорусский историк и археолог, крупнейший специалист по памятникам средневековья, доктор исторических наук, профессор.
  • 1948 Родился Сергей Степанович Миняев — специалист по археологии хунну.
  • Дни смерти
  • 1968 Умерла Дороти Гаррод — британский археолог, ставшая первой женщиной, возглавившей кафедру в Оксбридже, во многом благодаря её новаторской научной работе в изучении периода палеолита.
  • Открытия
  • 1994 Во Франции была открыта пещера Шове – уникальный памятник с наскальными доисторическими рисунками. Возраст старейших рисунков оценивается приблизительно в 37 тысяч лет и многие из них стали древнейшими изображениями животных и разных природных явлений, таких как извержение вулкана.

Метки

Свежие записи

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика