Дебец Г.Ф. Проблема заселения северо-западной Сибири по данным палеоантропологии

К содержанию 9-го выпуска Кратких сообщений Института истории материальной культуры

Задача антропологии в разрешении исторических проблем и, в первую очередь, проблемы этногенеза, сводится к выяснению путей и времени первоначального заселения человеком отдельных районов и последующих смен населения, вызываемых переселениями людей.

В настоящем докладе я хотел остановиться на конкретном примере приложения антропологического материала в связи с вопросом о происхождении населения северо-западной Сибири. Вопрос о появлении человека в Сибири, как известно, до настоящего времени не разрешен в науке. Мы не знаем еще пока в Сибири стоянок мустьерского типа и, естественно, не знаем находок человека того времени. Поэтому основанные на конкретном археологическом и антропологическом материале вопросы, связанные с древнейшим заселением Сибири, относятся уже к более позднему этапу, к этапу существования человека современного типа.

Известно, что верхнепалеолитические стоянки в довольно большом количестве открыты в Сибири, они имеются на Алтае, под Томском, в долине Верхнего Енисея, в долине Ангары, наконец, в Забайкалье. Находок самого человека этой эпохи пока имеется очень мало. Об одной из этих находок я расскажу позднее. Пока что мы не имеем возможности точно установить происхождение и расовый тип населения палеолитической эпохи Западной и Восточной Сибири. Однако, некоторые данные, относящиеся к более поздним эпохам, позволяют, действуя ретроспективным путем, высказать кое-какие предположения о происхождении населения этих областей.

Известно, напр., что древнейшие антропологические находки в Западной Сибири, на Алтае и в Минусинском крае, относящиеся ко времени за 2000 лет до нашей эры, к эпохе так наз. афанасьевской энеолитической культуры, характеризуются выраженными чертами европеоидной большой расы. Два с половиной десятка сохранившихся черепов афанасьевской эпохи обладают более или менее общими признаками. На ряду с признаками, определяющими европейский тип вообще, т. е. с выступающим носом, не уплощенным, сравнительно коротким ортогнатным лицом, афанасьевские черепа характеризуются еще некоторыми специфическими особенностями, а именно — длинной формой и массивностью. Это выражается в большой ширине лица, в сильном наклоне лба, в сильно развитых надбровных дугах. Комплекс указанных признаков в настоящее время среди европеоидных рас не известен, он наблюдается только в ископаемом состоянии, начиная с верхнего палеолита Западной Европы.

Типы черепов, которые обычны для афанасьевской энеолитической культуры Западной Сибири, находят свои ближайшие аналогии в кроманьонском типе, столь характерном для верхнего палеолита Западной Европы. Так как все до сих пор найденные афанасьевские черепа относятся к этому типу и так как по ним нельзя установить никакой примеси монголоидных элементов, то, по всей вероятности, этот тип присущ древнейшим обитателям Западной Сибири.

Есть две возможности объяснения наблюдаемых фактов. Первая заключается в том, что афанасьевцы пришли на территорию Западной Сибири из других областей и полностью вытеснили более древнее население с занимаемых территорий. Другая возможность та, что афанасьевцы в значительной степени связаны или, во всяком случае, близки по своему расовому типу к древнейшему населению.

Первая возможность кажется мне мало вероятной. Трудно представить себе, чтобы на такой большой территории, как степи Западной Сибири, на данном этапе исторического развития произошло полное вытеснение людей более поздними пришельцами. Скорее можно допустить, что древнейшее население степной полосы Западной Сибири до Минусинского края антропологически относилось к европеоидному типу по своему происхождению, к типу кроманьонской расы Западной Европы.

Совершенно другое мы видим в Восточной Сибири. Неолитические могильники Прибайкалья дали уже несколько десятков хорошей сохранности костяков и черепов, которые указывают на то, что неолитическое население Прибайкалья в основной своей массе характеризовалось совершенно другими признаками, чем население Западной Сибири: плоским носом, выступающими скулами и т. д., т. е. признаками, присущими монголоидному типу. Как указывал А. П. Окладников, этот тип может быть прослежен среди прибайкальских тунгусов. Встречается он и у других народов. Вместе с гуннами этот тип проходит на Запад до Венгрии включительно. Некоторая европейская примесь, наблюдающаяся у населения прибайкальского типа, в основном не меняет дела, и неолитическое население Прибайкалья должно быть все же отнесено к монголоидной расе. Нет оснований предполагать, что это население Прибайкалья не явилось потомком древнейшего населения этой территории, поэтому я считаю возможным, что Прибайкалье было, повидимому, издавна заселено монголоидами.

Вопрос о древнейшем населении Западной Сибири, сложнее.

Данных об ископаемом населении имеется очень небольшое количество. Однако то, что имеется, позволяет притти к некоторым любопытным выводам: во-первых, мы имеем небольшое количество черепов так наз. красноярской энеолитической культуры — повидимому синхроничной андроновской и карасукской, — найденных в могильниках Базаихи, в могильниках у стояйки Перевозная, под Красноярском. Эти черепа, в противоположность афанасьевским, т. е. южным степным, характеризуются довольно выраженными монголоидными чертами. Правда, их нельзя отождествлять с неолитическим населением Прибайкалья. Но так как материал по красноярскому неолиту не очень велик и так как разница между красноярским неолитическим населением и прибайкальским относится уже ко второму порядку, — то для окончательного установления этого факта необходим большой статистический материал и пока можно ограничиться только общими выводами о том, что неолитическое население долины Енисея под Красноярском уже в сравнительно отдаленное время относилось к монголоидному типу, тогда как на юге, в степях, еще господствовал европеоидный расовый тип.

Находка обломка черепа человека, сделанная участниками XVII геологического конгресса в 1937 г. на палеолитической стоянке Афонтово II под Красноярском, позволила мне установить, что этот монголоидный тип красноярского неолита уходит далеко в глубь веков. Обломок лобной кости с частью кости переносья, найденный на стоянке Афонтово II, настолько резко выражает черты монголоидного расового типа, что, несмотря на небольшие размеры этого обломка, несмотря на то, что он представляет единственную находку, принадлежность его к монголоидной расе не вызывает никаких сомнений. В частности, уплощенность переносья находится на нижней границе вариации высоты переносья детских черепов чукчей. Только в отдельных случаях даже у современных монголоидов можно отметить такую крайнюю степень уплощенности переносья, которая наблюдается на афонтовском фрагменте. На европейских же черепах, даже на детских, даже на черепах новорожденных европеоидного типа, такая степень уплощенности переносья никогда не встречается. Поэтому мы можем заключить, что район Красноярска был очень давно заселен монголоидами.

Таким образом оказывается, что население долины р. Енисея относилось к европеоидной расе в районе Минусинского котлована и к монголоидной расе в более нижнем течении. Мы имеем здесь, следовательно, разрыв между вероятно монголоидной областью Центральной Азии и монголоидной областью лесной полосы Западной Сибири.
На этом основании я предполагаю, что лесную полосу Западной Сибири человек заселил не с юга по течению рек, а с востока.

Известно, что в настоящее время лесная полоса Западной Сибири занята типами, в антропологическом отношении переходными между европеоидной и монголоидной большими расами. Экспедиция 1939 г., работавшая в долине Тыма и Ваха на Обь—Енисейском междуречье, установила весьма значительную европейскую примесь у туземного населения этой области. Ряд соображений — природные условия, изолированность населения по реке Ваха от русских — позволяет с полной уверенностью предположить, что эта европейская примесь не может быть целиком объяснена за счет смешения с русскими. Отдельные случайные связи с русскими, конечно, могли быть, но так как население р. Ваха и коренное население р. Тыма находилось не в большем отношении с русскими купцами, чем тунгусы и т. д., а европейская примесь у них гораздо отчетливее и резче выражена, то, следовательно, за счет русских целиком относить эту европейскую примесь невозможно. Ясно, что она имеет гораздо большую древность.

Вопрос, который встает в связи с образованием этого смешанного европеоидно-монголоидного расового типа, сталкивается с полным отсутствием палеоантропологических материалов по этому району Западной Сибири, а надо сказать, что соотношение между материалом по антропологии современного населения и ископаемого примерно такое же, как соотношение между этнографическим и археологическим материалом. Данные по антропологии современного населения имеются, что дает отправные точки для исследования, но распределение во времени элементов, выделяемых в современном населении, нуждается еще в проверке. Однако кое-какой антропологический материал имеется по лесной полосе Восточной Европы. Исследования, производимые в настоящее время Е. В. Жировым над костяками, найденными на Онежском озере, установили, что в составе населения Оленеостровского могильника имеется небольшая, но вполне определенная примесь монгольского типа. Исследование материалов, добытых археологом А. Я. Брюсовым в неолитическом могильнике, подтвердило наблюдения Жирова. Монголоидный элемент, который вошел в состав неолитического населения Северной России, может быть только восточного происхождения. Южная и восточная полосы Европы были заселены европеодными типами. Следовательно, только с востока, только из Западной Сибири через Урал могла проникнуть эта монголоидная примесь, которая доходила до Балтики, а может быть и до Скандинавии. Этим объясняется и наличие монголоидных черт у современных лопарей и, в значительной степени, те отдельные разрозненные следы каких-то монголоидных или, как принято выражаться, лапоноидных типов, прони-ающих далеко на запад.

Таким образом распределение больших рас, распределение основных расовых типов в эпоху, предшествовавшую началу нашей эры, рисуется следующим образом.

В полосе степей от Урала до Минусинского края — потомки протоевропейского типа, связанные с кроманьонской расой в широком смысле этого слова. В Прибайкалье — монголоидный тип, который распространяется на запад до Прибалтики, но в крайних западных областях своего распространения уже очень давно, еще в неолите, смешивается с идущими с юга, заселявшими лесную полосу России, европеоидами. Около начала нашей эры в границах ареалов распространения основных рас происходят большие сдвиги, большие перемены. В Минусинском крае в это время впервые констатируется массовая примесь монголоидных типов. Она выражается, прежде всего, в погребальных масках таштыкской культуры; количество этих масок в настоящее время довольно велико. Антропологический анализ показал, что в их состав примерно в равной степени входит и европейский и монгольский расовые элементы. В дальнейшем, в VII—X вв. н. э. монголоидный тип в степях Западной Сибири преобладает, и в том палеоантропологическом материале, который до настоящего времени известен и относится к этой эпохе, уже никакой европейской примеси проследить почти не удается. И если бы мы не знали определенно, что эти монголоиды железного века поселились на территории, ранее занятой представителями европеоидной расы, то возможно, что нам не удалось бы даже и высказать предположение о существования последней. Правда, материалы по современному населению указывают на возможную европейскую примесь у некоторых народов Алтае-Саянского нагорья; такая примесь у шорцев прослеживается в области племен Хакассии, живущих выше по Абакану. Этнографические и лингвистические данные» которые были получены в результате работы тт. Чернецова и Прокофьева, приводят их к выводу о том, что примерно к началу нашей эры относится распространение каких-то этнических волн из Южной Сибири и Алтае-Саянекого нагорья на северо-запад. По всей вероятности именно в это время происходит инфильтрация европеоидных элементов на северо-запад Сибири в область расселения современных хантов — манси и племен самодийской группы.

Около начала нашей эры монголоидные элементы начинают проникать с юго-востока и в степную полосу Западной Сибири. Возможно, что к этому же времени относится проникновение европеоидных типов в лесную полосу Западной Сибири. Образование смешанных европеоидно-монголоидных типов Западной Сибири происходило: а) на севере, в результате переселения, европеоидов на территорию, ранее занятую монголоидами; б) на юге (Алтай, Хакассия) в результате переселения монголоидов на территорию, ранее занятую европеоидами.

Таковы общие результаты антропологических и палеоантропологических исследований на интересующую нас тему.

Само собою разумеется, что выводы, которые я сейчас изложил, носят очень общий характер. Дальнейшая детализация возможна, но она сталкивается с отсутствием антропологических данных по ряду даже современных народов Западной и Центральной Сибири; например, совершенно не затронута антропологическим исследованием тазовская группа. Лишь фрагментарные данные имеются по кетам. Кроме того, по отношению к северо-западной Сибири мы сталкиваемся с отсутствием ископаемого материала, который хотя бы в небольшом количестве должен иметься в нашем распоряжении для того, чтобы наметить основные вехи хронологических соотношений между указанными типами. В частности, вопрос о том, была ли в северо-западной Сибири более древняя европеоидная примесь, чем та, которая туда, вероятно, проникла около начала нашей эры, — вопрос, который перед нами вполне законно ставят, — мы не в состоянии еще разрешить потому, что установить время проникновения этих европеоидных элементов в эту область можно только предположительно.

Таким образом антропологический материал дает нам пока возможность в широких, в самых общих чертах, установить пути расселения человека на территории Западной Сибири на разных этапах исторического развития.

К содержанию 9-го выпуска Кратких сообщений Института истории материальной культуры

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1928 Родился Эдуард Михайлович Загорульский — белорусский историк и археолог, крупнейший специалист по памятникам средневековья, доктор исторических наук, профессор.
  • 1948 Родился Сергей Степанович Миняев — специалист по археологии хунну.
  • Дни смерти
  • 1968 Умерла Дороти Гаррод — британский археолог, ставшая первой женщиной, возглавившей кафедру в Оксбридже, во многом благодаря её новаторской научной работе в изучении периода палеолита.
  • Открытия
  • 1994 Во Франции была открыта пещера Шове – уникальный памятник с наскальными доисторическими рисунками. Возраст старейших рисунков оценивается приблизительно в 37 тысяч лет и многие из них стали древнейшими изображениями животных и разных природных явлений, таких как извержение вулкана.

Метки

Свежие записи

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика