Биологический возраст и показатели зрелости

К содержанию учебника «Антропология» | К следующей главе

Описанные выше закономерности постнатального роста и созревания свойственны всем людям без исключения, хотя существует значительная индивидуальная (и популяционная) изменчивость в отношении времени прохождения тех или иных стадий, темпов роста и созревания, а также сроков достижения и величины дефинитивных размеров. Оценка этой вариабельности тесно связана с понятием «биологический возраст». Сам термин появился в 30-40-е годы XX в. в трудах российских ученых В.Г. Штефко, Д.Г. Рохлина и др. Биологический возраст, как и возраст паспортный, является временной характеристикой, т. е. функцией времени, но, в отличие от последнего, отражает темпы индивидуального роста, развития, созревания и старения организма. В зарубежной литературе используется также термин «возраст развития» («developmental age»), который по существу является идентичным.

Хорошо известно, что в любой группе детей одинакового паспортного (хронологического) возраста есть такие, которые кажутся намного взрослее, и наоборот.

Хронологический возраст не дает возможности оценить различия между детьми в отношении достигнутой ими стадии зрелости. Довольно бесполезными представляются в этом плане и простые измерения длины и веса тела. Для оценки различий в темпах созревания детей существуют различные критерии «биологического возраста». В общем, понятие «биологического возраста» может успешно использоваться на протяжении всего онтогенеза человека, а не только периода, связанного с ростом и развитием. Ведь расхожая фраза «он (она) выглядит старше (моложе) своих лет» равным образом применима, как к молодым, так и пожилым индивидам.

«Биологический возраст» можно определить как степень соответствия (несответствия) морфофункционального статуса данного индивида некоему среднему уровню развития в той или иной «референтной» группе (возрастно-половой, этнотерриториальной и т. д.). Таким образом, биологический возраст дает оценку индивидуального возрастного статуса. В принципе, такая оценка может производиться с использованием практически любых систем организма, поскольку все они характеризуются определенными изменениями на протяжении всего постнатального онтогенеза. Однако специалисты используют далеко не все из них. Существуют четкие критерии оценки биологического возраста, которые и позволяют производить его сопоставление на самых различных уровнях.

Признаки, используемые для оценки биологического возраста, должны удовлетворять целому ряду требований. Прежде всего, они должны отражать четкие возрастные изменения, которые поддаются описанию или измерению. Способ оценки этих изменений не должен наносить вред здоровью испытуемого и вызывать у него неприятные ощущения. И, наконец, он должен быть пригоден для скрининга большого количества индивидуумов (Borkan, 1986).

В ауксологии применяются различные системы оценки биологического возраста, удовлетворяющие перечисленным требованиям. Это так называемые костный возраст, зубной возраст, половое развитие, общее морфологическое развитие, физиологическая зрелость, психическое и умственное развитие и некоторые другие. Вкратце охарактеризуем их.

Костный возраст, или скелетная зрелость

Служит хорошим показателем биологического возраста для всех периодов онтогенеза, начиная с утробного и кончая периодом старения. В процессе роста кости претерпевают ряд характерных изменений, которые могут фиксироваться на рентгенограммах. Основными показателями возрастной дифференцировки являются ядра окостенения и образование синостозов.

Рентгенографический метод позволяет определить, на какой стадии по отношению к дефинитивному (взрослому) состоянию находится ребенок по тому или иному признаку. Для определения скелетной зрелости обычно выбирают кисть, поскольку в ней содержится большое количество центров окостенения. Метод дает точные показатели, а здоровью ребенка при этом ничто не угрожает, так как дозировка рентгеновских лучей берется минимальной: она приблизительно соответствует дозе естественного облучения, получаемого человеком, к примеру, в течение недельного пребывания в горах. Для оценки костного возраста определяют время и последовательность появления очагов окостенения, а также степень развития и сроки образования синостозов по атласам оценочных рентгенограмм, стандартизированных соответственно возрасту.

Один из первых подобных атласов был разработан американцем Т. Тоддом в 1937 г. Позднее на основе этого атласа американские исследователи В. Грейлих и С. Пайл создали свой до сих пор используемый педиатрами атлас (Greulich and Pyle, 1950). Они собрали и оценили большое количество рентгенограмм кисти и запястья у детей разного возраста, вывели на этой основе средний оценочный балл для каждой отдельной кости (всего использованы данные по 30 костям), а затем выбрали рентгеновские снимки для каждого возраста (отдельно для мальчиков и девочек), как можно полнее соответствующие этим оценкам, в качестве стандартных. (В атлас вошли рентгеновские снимки с «эталонными» стандартами как для отдельных костей, так и для каждой возрастной стадии в целом. При этом, хотя создатели метода и предполагали, что те, кто будет использовать их метод, должны будут идти от «частного к общему», на практике определение производится сразу по суммарным рентгенограммам, что с неизбежностью приводит к многочисленным ошибкам).

Хотя в силу своего удобства атласы все еще широко используются в исследованиях по физическому развитию детей и подростков, они содержат ряд принципиальных методических недостатков, ограничивающих их применение. Помимо того, что существуют значительные вариации между детьми из различных социально-экономических и расовых групп, имеется также значительная генетическая детерминированность порядка появления центров окостенения. Поэтому непоявление того или другого центра окостенения в «нужное» («стандартное») время необязательно означает отставание по костному возрасту, а окончательная оценка должна учитывать все без исключения кости. Второй существенный недостаток состоит в том, что серии рентгенограмм в атласе организованы по годовым интервалам, хотя понятие «скелетного года» коренным образом отличается от года хронологического.

Чтобы избежать подобного недостатка, были разработаны методические подходы, в большей мере использующие количественные методы. Так, выдающийся британский ауксолог Дж. Таннер вместе со своими коллегами Р. Уайтхаузом и М. Хили предложили систему, оценки, получившую название ТУ-1 (по начальным буквам фамилий двух первых авторов — Tanner- Whitehouse), которая впоследствии была модифицирована ими же в систему ТУ-2 (Tanner et al., 1983). Суть метода заключается в том, что каждой из костей (всего в анализе используется 20 костей) дается оценка в соответствии с 8 или 9 предварительно выделенными стандартными стадиями созревания. В дальнейшем эти баллы суммируются и сопоставляются с процентным распределением суммарных баллов в «стандартной» группе того или иного хронологического возраста. Нередко этот метод называют также «процентным созреванием». Метод Таннера-Уайтхауза использует только один набор стандартов как для мальчиков, так и для девочек. Последние при этом всегда получают более высокие баллы, что отражает значительное опережение по темпам окостенения, свойственное женскому полу практически на протяжении всего ростового периода: с момента рождения (и даже во внутриутробном периоде) и до наступления зрелости костный возраст мальчиков составляет 80% такого девочек.

Два других метода количественной оценки костного возраста связаны с именем другого выдающегося ауксолога, А. Роча, и с известным центром, изучения роста и развития — Фелсовским научно-исследовательским институтом, расположенным в Йеллоу-Спрингс (штат Охайо, США). Роч с соавторами разработали два метода: метод РУТ (Roche-Wainer-Tissen) — для определения костного возраста по коленной чашечке, и фелсовский метод, с использованием традиционных костей кисти и запястья (Roche et al., 1975, 1988). В отличие от метода Таннера-Уайтхауза, фелсовский метод учитывает некоторые соотношения размеров в виде индексов между линейными размерами длинных костей кисти и запястья, а также включает в анализ большее количество костей.

Возрастные изменения костной системы, с учетом иных, чем у растущего организма критериев, используются для определения биологического возраста на протяжении всего периода постнатального онтогенеза. В периоде старения в качестве критериев используются сроки проявления остеопороза и остеосклероза, различные деформации в области суставов и т. д. (Интересующихся отсылаем к фундаментальному ТРУДУ О.М. Павловского «Биологический возраст у человека», 1987).

Зубной возраст, или зубная зрелость

Традиционный метод определения зубного возраста основан на учете числа (на данный момент) и последовательности прорезавшихся зубов (как молочных, так и постоянных) и сопоставления этих данных с существующими стандартами. Используется в качестве показателя биологического возраста только до 13-14 лет, так как молочные зубы прорезываются с 6 месяцев до 2 лет, а постоянные — в среднем с 6 до 13 лет (за исключением третьих моляров).

Молочные зубы начинают кальцинироваться с 4-го по 6-й месяц внутриутробной жизни и к моменту рождения находятся на разной ни развития. Примерно к 6-му месяцу первого года жизни (существуют значительные внутри- и межгрупповые вариации этого и других показателей) прорезываются первые молочные зубы, обычно центральные нижние резцы. К 6 годам, как гласит пословица, «зубов полон рот», так как в это время, как правило, еще целиком сохранена молочная смена зубов, а постоянные зубы практически полностью сформированы и готовы к прорезыванию. Первыми прорезываются первые постоянные моляры (коренные зубы). Это происходит примерно в одно время с выпадением молочных резцов.

На рис. VI. 11 изображены цифры среднего возраста прорезывания постоянных зубов. Хотя существуют значительные вариации времени прорезывания отдельных категорий зубов и последовательности их появления, тем не менее, среди отдельных категорий зубов можно выделить целый ряд «маркеров», которые служат отражением определенных стадий развития. Среди них — второй постоянный моляр, который прорезывается примерно в 12 лет (в Великобритании этот зуб носил название «рабочего», так как, согласно «Положению о заводах и фабриках», именно с этого возраста дети могли приниматься на работу. В те времена, когда документация относительно точной даты рождения ребенка зачастую отсутствовала, такой критерий оказывался весьма полезным). Третий постоянный моляр, так называемый «зуб мудрости», может прорезываться практически в любом возрасте, начиная с 18 лет, и не представляет никакого интереса в плане показателей зрелости.

Половые различия в прорезывании молочных зубов практически отсутствуют, но по прорезыванию постоянных зубов, как и по достижению костной зрелости, девочки опережают мальчиков, при этом наибольшие различия отмечены в сроках прорезывания клыков (рис. VI. 11).

При кажущейся простоте метод определения зубного возраста может представлять некоторые трудности, так как различные авторы придерживаются разных критериев при оценке зуба как «прорезавшегося». В отечественной литературе принято считать зуб «прорезавшимся» при первом его появлении через десну.

В последнее время предложены новые методы определения зубного возраста, с использованием стадий формирования зубов по рентгенограммам челюстей. Определяются

Рис. VI. 11. Средний возраст прорезывания постоянных зубов (первым, как правило, прорезывается первый постоянный моляр в нижней челюсти; сроки прорезывания третьих моляров — «зубов мудрости» — настолько варьируют, что в диаграмме не указываются

степень кальцификации, количество вторичного дентина и цемента зубов, с помощью специальных методик ведется подсчет числа ежегодных кольцевых отложений цемента. Особое значение эти методы приобретают в период с 2 до 6 лет, когда новые зубы практически не прорезываются, а также после 13 лет. Именно в это время степень кальцификации зубов, определяемая по рентгенограммам челюстей, приобретает особо важное значение. Критерии для оценки различных стадий кальцификации были разработаны Демирджаном с соавторами по аналогии с системой оценки костной зрелости по методу Таннера-Уайтхауза.

Работами многих ученых, в частности, С. Гарна, показано наличие четкого генетического контроля над различными стадиями формирования и появления зубов. Связь между показателями костной и скелетной зрелости в целом невелика, корреляция между костным и зубным возрастом не превышает 0,4 (Tanner, 1978). Определение зубного возраста находит широкое применение в криминалистике, является одним из основных методов оценки индивидуального возраста при исследовании ископаемых материалов; служит надежным показателем возрастного статуса индивида в тех случаях, когда по каким-либо причинам неизвестна точная дата рождения ребенка.

Уровень полового созревания, или половое развитие

Определяется по времени последовательности появления, а также степени развития вторичных половых признаков; эффективно используется в перипубертатном («околопубертатном») периоде, т. е. от 7-8 до 16-17 лет, наиболее часто применяется в качестве критерия биологического возраста при массовых антропологических обследованиях.

«Пубертат», или «пубертатный» период, определяется как промежуток времени, в течение которого индивид становится функционально способным к воспроизводству. События пубертатного периода разворачиваются во времени, позволяя выделить в процессе их динамики отдельные стадии, свидетельствующие о скорости достижения индивидом половозрастного статуса. Следует отметить, что существует значительная индивидуальная вариабельность в сроках достижения отдельных стадий, но их последовательность остается более или менее постоянной.

Имеются подробные и четкие методики определения степени развития вторичных половых признаков, которые мы не считаем возможным приводить в настоящем довольно кратком обзоре (с ними можно познакомиться в специальной литературе: (см., например, Васильев, 1996; Соловьева, 1973 и др.).

Первым признаком полового созревания у мальчиков следует считать начало увеличения яичек. В среднем это происходит в 11-12 лет, индивидуальные вариации в норме могут охватывать период от 9 с половиной до 15 лет. Объем яичек определяют с помощью довольно простого прибора «орхидометра», представляющего собой стандартный набор пластмассовых объемов овоидной формы, варьирующих по величине. Средний объем яичка взрослого составляет около 20 мл, а пограничный объем, свидетельствующий о начале полового созревания, примерно б мл. Рост яичек обусловливается в первую очередь размножением сперматогенного эпителия семенных канальцев, а также (но в меньшей степени) — увеличением числа и размеров клеток Лейдига и Сертоли, продуцирующих андрогены. Параллельно с увеличением семенных канальцев происходит увеличение предстательной железы и полового члена, появление складчатости и пигментированности мошонки и полового члена. Наблюдаются изменения гортани, начинается рост волос на теле. Соотнесенные по времени максимальных темпов их развития, события пубертатного периода проявляются в среднем в следующей последовательности: рост яичек → рост пениса → увеличение гортани →лобковое оволосение → подмышечное оволосение → ростовой спурт (скачок роста длины тела) → рост волос на лице и теле. Иногда наблюдается также отчетливое набухание сосков с развитием субареолярной железистой ткани. Это происходит примерно в середине пубертатного периода и впоследствии обычно спонтанно исчезает. Первые эякуляции (выбросы семенной жидкости) начинаются примерно через год после начала увеличения пениса (таблица VI. 6).

У девочек (таблица VI. 6) первым признаком начала пубертата является увеличение половых желез — яичников. Однако установить это путем наружного обследования невозможно (свидетельством активизации яичников может служить увеличение в моче концентрации половых гормонов — эстрогенов). Первым наружным признаком наступления

Таблица VI. 6 Примерная последовательность событий полового созревания (Sinclair, 1989)

Таблица VI. 6 Примерная последовательность событий полового созревания (Sinclair, 1989)

пубертата считается увеличение молочных желез, предшествующее ростовому спурту (скачку роста длины тела). Оно начинается в 9-13 лет и заканчивается в 12-18 лет. (Tanner, 1978). Различают пять стадий развития молочных желез: балльные оценки могут варьировать от 1 до 5 согласно методике Таннера (Харрисон и др., 1979) или от 0 до 4, согласно методике, принятой отечественными учеными (Соловьева, 1973).

Примерно одновременно с увеличением молочных желез начинается рост матки и влагалища, а затем, как правило, чуть позднее лобковое оволосение.

Наиболее важным (и четко фиксированным) маркером полового созревания у девочек является начало менструирования (менархе). Именно этот показатель учитывается большинством исследователей при изучении полового созревания в индивидуальном и популяционном аспектах. При массовых обследованиях, как правило, используется метод «статус кво»: устанавливается наличие или отсутствие менструации на момент обследования с последующим вычислением среднего возраста начала менструирования. При обследовании более старших возрастных когорт можно применять ретроспективный метод, когда возраст начала менструирования сообщается девушкой или женщиной по памяти. Начало менструирования представляет собой важное событие в жизни девочки, и у многих из них без особого труда фиксируется в памяти. Однако практика показывает, что этот метод не гарантирует получения абсолютно точных данных: по разным причинам многие обследуемые называют дату начала менструаций приблизительно, особенно по прошествии нескольких лет. Третий метод — определение возраста первой менструации при лонгитуди-нальном обследовании, когда достаточно небольшой интервал повторных осмотров позволяет дать весьма точную оценку этого события. Вероятно, этот метод самый точный, хотя включает в себя ограниченную по численности информацию.

У 99-100% девочек менархе наступает после того, как пройден ростовой скачок длины тела (пубертатный спурт); при этом начало менструирования вовсе не означает полного становления репродуктивной функции, и девочки выглядят взрослыми задолго до окончания созревания. У мальчиков, как отмечалось выше, закономерности чередования фаз развития несколько иные. Они становятся половозрелыми задолго до обретения внешнего облика взрослых мужчин.

Приведенная информация отражает важный аспект особенностей полового созревания: несоответствия физической и психологической зрелости (см. ниже), а также затрагивает сложности правового положения подростков в современном мире, когда налицо проблема снижения возраста сексуальных отношений между полами.

Связь между показателями полового развития и костного созревания. Возраст начала менструирования, к примеру, гораздо больше коррелирует с костным, чем с хронологическим возрастом. Так, возраст менархе варьирует в пределах 10-16 паспортных лет и только в пределах 12-14 лет, согласно критерию скелетной зрелости. По скелетному возрасту можно оценить динамику полового созревания. Так, началу активного функционирования половых желез соответствует появление сесамовидной кости в 1-м пястно-фаланговом суставе. При этом у девочек отмечается начало развития молочных желез и оволосения лобка, а у мальчиков — начальное увеличение яичек и наружных гениталий с возможным появлением волос на лобке. К моменту синостозирования 1-й пястной кости у девочек появляются первые менструации, а у мальчиков — регулярные поллюции.

У девочек с ранним сроком менархе костный возраст опережает календарный. Напротив, при поздних сроках менархе костный возраст отстает от календарного. Высокорослые девочки достигают половозрелости раньше, чем девочки с меньшей длиной тела, хотя в итоге поздносозревающие девочки, как правило, обгоняют по длине тела своих раносозревающих подруг за счет более продолжительного периода роста.

Соотношения между половым созреванием и физической и соматической зрелостью традиционно являются предметом многочисленных исследований. В 1970-х гг. американский антрополог Р. Фриш высказала гипотезу «критического веса», согласно которой менструация у девочек начинается по достижении ими некоего порога физического развития. Первоначально называлась цифра в 47 кг, однако, как показали дальнейшие исследования, эта величина варьирует в зависимости от расово-этнической принадлежности. Кроме того, создатели гипотезы полагали, что ключевым моментом в интерпретации этой функциональной связи следует считать жировую ткань как депо энергетических резервов, необходимое для становления функции воспроизводства. Впоследствии эта гипотеза неоднократно подвергалась критике. Позднейшие исследования обнаружили наличие большей связи возраста менархе с обезжиренной массой тела (белковые запасы организма), а не жировой, как предполагалось. Кроме того, была поставлена под сомнение сама изначальная посылка прежней гипотезы: что есть причина и что следствие? Являются ли изменения состава тела пусковым механизмом или всего-навсего отражают связанные с началом пубертата изменения обменных процессов?

Как бы то ни было, несомненно, что половое созревание девочек связано с достижением ими некоего физического статуса. Доказательством этого могут служить случаи отсутствия менструаций (первичной или вторичной аменнореи) при больших физических нагрузках, потере веса, голодании, часто встречающемся в современных развитых странах синдроме «анорексия нервоза», когда не только женщины, но и девочки сознательно отказываются от пищи из боязни потерять фигуру. Несомненным физическим признаком, связанным с наступлением полового созревания у девочек, является увеличение размеров таза (см. табл. VI. 6). Изменение соотношения большого и малого таза у женщин с целью расширения родового пути — один из последних элементов костного созревания перед полной остановкой роста скелета.

У мальчиков, как уже отмечалось, наступление полового созревания никак не связано с параметрами физической зрелости. Напротив, рост физических параметров и мышечной силы происходит уже после достижения ими половозрелости, что может быть связано с различными селективными механизмами, определявшими развитие полов в антропосоциогенезе.

Для определения биологического возраста иногда используют так называемую «общую морфологическую зрелость», хотя этот критерий менее четкий, чем предыдущие, и менее информативный.

Общая морфологическая зрелость оценивается по весоростовым соотношениям и изменениям пропорций тела, однако информативность данного критерия в целом невелика из-за широких границ (и, как правило, неизвестной) окончательной величины — дефинитивных размеров тела. Хотя изменения физических параметров, как говорилось выше, связаны с процессом полового созревания, точный учет их для определения той или иной стадии (одно из требований к критериям биологического возраста) представляется затруднительным.

То же можно сказать и в отношении пропорций тела, хотя их изменение, несомненно, также может служить некоторым показателем биологического возраста. Так, например, знаменитый «филиппинский тест», используемый в качестве показателя зрелости при приеме ребенка в школу в тех странах, где неизвестна точная дата рождения ребенка, по сути связан с возрастными изменениями длин сегментов тела, когда в процессе нейтрального детства обхват головы и высота головы и шеи в процентах от длины тела снижаются, а длина рук возрастает.

Физиологический возраст

До некоторой степени в качестве критериев биологического возраста могут использоваться возрастные изменения физиологических и биохимических показателей. Однако информативность этих критериев намного ниже. Часть из них непосредственно связана с изменениями физических параметров ребенка. Например, частота сердечных сокращений с возрастом уменьшается: от 100 ударов в минуту у 2-летнего ребенка до 65-70 ударов у взрослого. Эта закономерность совпадает с общебиологическим явлением — более частыми сердцебиениями при меньших размерах тела. Та же зависимость существует для частоты дыхания: 40-45 в минуту — у новорожденного и в среднем 12-16 — у взрослого.

Некоторые физиологические функции «созревают» раньше других. Например, в раннем детстве желчь менее концентрирована, а содержание белков в сыворотке крови понижено, однако вскоре по этим показателям происходит достижение взрослого статуса. Концентрационная способность почечных гломерул достигает взрослых значений примерно в 2-3 года, в то время как кровяное давление продолжает подниматься не только в течение всего периода роста, но и на протяжении жизни: систолическое давление 5-летнего ребенка составляет примерно 80-85 мм ртутного столба, у 18-летнего юноши — 120 мм. Скорость основного обмена выше всего у новорожденного; за период от 6 до 20 лет она быстро снижается и продолжает снижаться на протяжении всей жизни. По некоторым данным, в пубертатном периоде она несколько повышается.

Половой диморфизм отражается на динамике многих физиологических и биохимических показателей. Так, у девочек ростовой скачок (спурт) систолического давления крови начинается раньше, чем у мальчиков. Температура ротовой полости, уменьшающаяся от рождения до зрелости, раньше достигает «взрослых» значений у девочек и т. д. Содержание неорганических фосфатов в плазме, постоянно снижаясь на протяжении всего детства, достигает «взрослых» значений к 15 годам у девочек и 17 — у мальчиков. Содержание кальция за этот период не меняется. Количество щелочной фосфатазы резко увеличивается (параллельно скоростям роста) в возрасте 8-12 лет у девочек и 10-14 у мальчиков, а затем снижается до взрослых значений.

Было сделано немало попыток использовать изменения физиологических и биохимических параметров в качестве маркеров физиологической зрелости, но все они были неизменно сопряжены с рядом методических трудностей, связанных со сложностями сбора данных (как, например, добиться состояния «покоя» у годовалого ребенка?) и отсутствием четких возрастных нормативов. В качестве одного из возможных показателей зрелости предлагалось использовать соотношение: креатин/ креатинин в моче, которое постепенно понижается после 14-летнего возраста, вероятно, под влиянием половых гормонов. Раньше созревающие девочки характеризуются более низкими цифрами этого индекса по сравнению c их позже созревающими подругами.

Психическое и умственное развитие

Несмотря на то, что мозг новорожденного ребенка достаточно велик по объему, степень его функциональной зрелости существенно отстает от его размеров. Новорожденный ребенок имеет ограниченный репертуар целенаправленной деятельности: он может кричать, сосать, глотать, чихать, двигать глазами, испражняться и мочиться. У него хорошо развиты обонятельная и вкусовая чувствительность, но он не ощущает боли. Он обладает очень сильным хватательным рефлексом (унаследованным от приматов — см. главу по эволюции человека), который утрачивается через пару месяцев.

Человеческий младенец отличается от детенышей других животных прежде всего тем, что в своем развитии он зависит в большей степени от обучения, чем от врожденных форм поведения, а кроме того, в процессе онтогенеза он должен освоить новый (после ползания, передвижения на четвереньках) способ локомоции — прямохождение.

Двигательные и сенсорные системы ребенка развиваются медленно, и определенные маркеры вполне могут использоваться как показатели зрелости. В качестве примера можно привести такую, например, стадию развития, когда беспорядочные движения рук младенца становятся целенаправленными и т. д. В табл. VI. 7 приводятся характеристики некоторых стадий развития, выделенные известным американским психологом А. Гезеллом (Gesell, 1974). Подобные исследования проводили также ученые других стран.

Девочки опережают мальчиков на протяжении моторного и сенсорного развития: они первыми начинают ползать и ходить, у них раньше развивается координация движений и устанавливается контроль мочеиспускательного рефлекса и дефекации.

Один из важных маркеров возрастного развития, как правило, запоминаемый матерью, — это возраст, когда ребенок произносит первое слово. Эта цифра сильно варьирует, но в среднем к полутора годам ребенок может произнести около 30 слов. К двум годам число слов достигает 300, причем девочки по этому показателю всегда опережают мальчиков. К 3 годам словарный запас составляет более 1000 слов и к 5 годам — более 2000. Задача по составлению из слов предложений осваивается ребенком примерно к 3 годам: сначала это простые предложения, которые в дальнейшем усложняются.

Развитие психологического самосознания включает такие элементы, как осознание себя и других, понимание своего места в обществе. У мальчиков этот процесс протекает, как правило, более напряженно, чем у девочек. С другой стороны, у мальчиков ниже способность к концентрации внимания.

Таблица VI. 7. Некоторые важные вехи в развитии ребенка (по Gesell, 1974)  Примечание. Приведенные цифры дают приблизительное представление о времени наступления тех или иных стадий развития, так как основаны на усредненных данных более чем 20-летней давности. Процесс эпохальной акселерации (секулярного тренда) затрагивает также аспекты психомоторного развития, так что многие из выделенных фаз в настоящее время наступают раньше.

Таблица VI. 7. Некоторые важные вехи в развитии ребенка (по Gesell, 1974)
Примечание. Приведенные цифры дают приблизительное представление о времени наступления тех или иных стадий развития, так как основаны на усредненных данных более чем 20-летней давности. Процесс эпохальной акселерации (секулярного тренда) затрагивает также аспекты психомоторного развития, так что многие из выделенных фаз в настоящее время наступают раньше.

Дополнительную информацию о развитии личности дают рисунки ребенка, по которым можно оценить его представления о мире и о себе, а также проследить, как они меняются с возрастом. Степень выраженности половых различий в этом тесте достаточно велики.

Попытки оценить умственное развитие, как правило, так или иначе основаны на использовании системы тестов, дающих некие усредненные оценки, — показатели «интеллектуальности». Наиболее известен в этом плане КИ (IQ), коэффициент интеллектуальности, который вычисляется как оценка «умственного возраста» , рассчитанная на основе соответствия тому или иному возрастному уровню, в процентах к хронологическому возрасту. Так, если «умственный возраст» 10-летнего ребенка соответствует 12 годам, то его КИ будет равен 120. Распределение КИ в популяции носит непрерывный характер, со средней величиной, равной 100, и среднеквадратическим отклонением, равным 15. В целом оценки примерно 70% индивидов в популяции распределяются в пределах ± 1s от средней величины, т. е. в пределах от 85 до 115, и рассматриваются как «норма». Из оставшихся 30% примерно 25% попадают в категорию ± 2s: по 12,5% в интервале от 70 до 85 («ниже среднего») и от 115 до 130 («выше среднего»), а 5% оказываются на концах распределения с оценками <70 ("отстающие в умственном развитии") или >130 (» сверхразвитые «).

Проблема КИ, так же, как и других подобных показателей, состоит в том, что система используемых тестов должна быть адаптирована к социокультурным параметрам той или иной обследуемой группы, иначе полученные показатели могут быть существенно искажены. Отмечено четкое различие показателей интеллектуального развития у детей из высших и низших социальных слоев, хотя в многочисленных исследованиях, посвященных этой проблеме, не всегда четко объясняется их причина. Здесь несомненно влияние общего уровня жизни, качества воспитания и т. д. В одном британском исследовании было показано, что 7-летние дети из семей низшего социально-экономического статуса (V социальный класс, согласно британской классификации, — «неквалифицированный ручной труд») имеют в 15 раз больше шансов не научиться читать по сравнению со своими сверстниками из семей высшего социально-экономического класса (I — «высшая профессиональная категория»). Некоторые исследователи склоняются к выводу о существовании неких генетических различий между социальными классами. По крайней мере, после удаления влияния 28 переменных (социальных, экономических и семейных характеристик) связь между КИ и социальным классом сохранялась и достигла 10 единиц — в переделах одного среднеквадратического отклонения (Mascie-Taylor, 1989).

Существует немало других данных в пользу наследуемости показателей интеллектуального развития, хотя вопрос этот все еще далек от разрешения. На основе анализа усредненных коэффициентов корреляции между показателями развития интеллекта для людей различной степени родства и неродственников, Ф. Верной приходит к выводу об отчетливой генетической компоненте в детерминации КИ (Vernon, 1975). Отмечается также связь этого показателя с размерами мозга и головы, длиной тела, что может рассматриваться также как следствие брачной ассортативности и социальной мобильности (Mascie-Taylor, 1993).

Психосексуальное развитие

Существует немало исследований, пытающихся установить, какие именно факторы в пренатальном и постнатальном онтогенезе играют ключевую роль в становлении сексуальности у человека.

Как показано в работах Г.С. Васильченко, детерминация пола у человека происходит под влиянием генетических факторов уже при оплодотворении яйцеклетки — хромосомный пол, который обусловливает формирование гонадного (истинного) пола, определяемого структурой половых желез. Под влиянием продуцируемых гонадами гормонов (гормональный пол) происходит дифференцировка внутренних репродуктивных органов (внутренний морфологический пол) и наружных гениталий (внешний морфологический пол, на основании которого при рождении ребенка ему определяют акушерский, «приписанный» пол). В пубертатном периоде гонады под влиянием гипоталамо-гипофизарной системы начинают интенсивно вырабатывать соответствующие половые гормоны — это пубертатный гормональный пол, под влиянием которого у подростков появляются вторичные половые признаки. Биологический пол дополняется психологическим, который включает в себя половую идентификацию, стереотипы полоролевого поведения и психосексуальные ориентации.

Существуют некоторые патологические состояния, при которых нарушается нормальная гормональная дифференциация. Из пренатальных состояний такого рода наиболее известен адреногенитальный синдром: вследствие дефицита определенного фермента увеличивается выброс адренокортикотропного гормона и как следствие — избыточная продукция андрогенов. При достаточно тяжелой дисфункции наружные гениталии девочек маскулинизируются, приобретают «мужской» вид (ложный гермафродитизм), что нередко приводит к неправильному определению пола при рождении. Некоторые из этих детей воспитываются как мальчики, а другие — как девочки, причем развивающееся тендерное самосознание у них полностью соответствует «приписанному» полу. Особый интерес представляют дети, эндокринный статус которых более соответствует мужскому типу, но которые тем не менее выращивались как девочки. В исследованиях А. Эрхардта с соавторами (1968) сравнивали две группы таких детей: 1) у одних заболевание было распознано в раннем детстве, и они получали корректирующие препараты (кортизол); 2) у других диагносцирование и лечение были проведены в подростковом периоде и позже. Поведение детей второй группы отличалось несомненными «мальчиковыми» характеристиками, несмотря на то, что обследуемые считали себя девочками.

Другой пример гормональных нарушений — это тестикулярная феминизация, характеризующаяся дефицитом андроген-связывающих белков и, как следствие, дефицитом продукции гормонов. Фенотип этих людей — типично женский, несмотря на наличие у них тестикулов. Поскольку в детстве их воспитывают как девочек, у них формируется женское тендерное самосознание, которое сохраняется и во взрослом состоянии: они становятся хорошими матерями для приемных детей и т. д.

Вышеприведенные примеры (число их можно продолжить) свидетельствуют о значительном влиянии гормональных факторов на регуляцию полового поведения, хотя несомненно, что значительную роль в нем играют полоролевые стереотипы и ориентации, воспринятые ребенком в детстве.

У транссексуалов (так называют индивидов, стремящихся изменить тендерную идентификацию в противоположность своему, четко детерминированному генетическому и анатомическому полу) гормональные нарушения не обнаруживаются, и девиантные типы поведения развиваются в детстве и особенно в подростковом возрасте на почве искаженных тендерных стереотипов.

Стадии становления сексуального поведения также до некоторой степени могут служить показателями возраста. Они в большой мере зависят от хода процесса полового созревания, хотя это влияние модифицируется различными социальными факторами. По данным Ю. Шлегеля (цит. по: Васильев, 1996), постпубертатные мальчики опережали допубертатных по всем проявлениям сексуальной активности, хотя у девочек подобной прямой зависимости не наблюдалось. Еще один пример эволюционно сформировавшихся различий?

В последние годы существует многочисленная литература по поводу структурных различий мозга, могущих служить основой сексуальной дифференциации у человека. Например, существуют половые различия в строении перемычки (splenium) мозолистого тела: у женщин она шире и имеет клубнеобразную форму. Женщины, по-видимому, более восприимчивы к сексуальным переживаниям, связанным с эллиптоидными нарушениями лобной доли, и т. д.

Раннее и позднее созревание

При оценке биологического возраста представляет интерес также соотношение между собой различных показателей созревания и проблемы, с которыми сталкиваются рано и поздно созревающие дети.

Характеризуя внутригрупповую вариабельность, можно выделить примерно шесть типов роста и скелетного созревания (Sinclair, 1989):

1) дети «среднего» типа;

2) высокорослые дети за счет раннего созревания — «акселерированные», которые вовсе не обязательно станут высокими взрослыми;

3) дети не только рано созревающие, но и с генетическими предпосылками высокорослости: они отличаются большой длиной тела на протяжении всего детства и отрочества и остаются высокими, став взрослыми;

4) в противоположность детям 2-й группы поздно созревают и отстают в росте, но позже выравниваются и ко взрослому состоянию достигают средней длины тела;

5) в противоположность 3-й группе, сюда входят те, кто медленно созревает и отличается генетически низкими ростовыми потенциалами;

6) дети, которые по тем или иным причинам вступают в пубертат либо раньше, либо позже, чем обычно.

Нужно отметить также, что конечная длина тела связана со средней скоростью роста на протяжении всего ростового периода, а не только со временем начала и окончания подросткового скачка роста и временем закрытия эпифизов.

Есть некоторые данные о тесной связи умственного и психического развития с костным и зубным возрастом (о связи между костным возрастом и уровнем полового созревания см. выше). Дети, раньше созревающие физически, имеют более высокие показатели в оценках КИ по сравнению с медленно созревающими сверстниками. По достижении взрослой стадии эти различия исчезают.

Как поздно, так и рано созревающие дети сталкиваются с целым рядом проблем. Поздно созревающие мальчики уступают своим акселерированным сверстникам в силе, ловкости и другим, связанным с физической крепостью, параметрам. Именно эти последние, за редкими исключениями, являются признанными лидерами в детских коллективах. Поздно созревающие девочки отстают от подружек по развитию вторичных половых признаков и часто тоже чувствуют себя «изгоями» в коллективе сверстников с более высоким физическим и психосексуальным развитием.

Перед «акселератами» стоят свои нелегкие проблемы, например, как сочетать физическую зрелость с психической и социальной инфантильностью, особенно в условиях современного индустриального общества, не признающего за подростками никакой правовой самостоятельности вплоть до наступления «легального» — одинакового для всех — возрастного рубежа?

Рассмотренные в данном разделе проблемы связаны с вариациями индивидуальных — внутригрупповых — темпов созревания. О межгрупповой вариабельности показателей зрелости будет подробно рассказано в разделе, посвященном акселерации соматического развития («секулярному тренду»).

К содержанию учебника «Антропология» | К следующей главе

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1904 Родился Николай Николаевич Воронин — советский археолог, один из крупнейших специалистов по древнерусской архитектуре.
  • Дни смерти
  • 1947 Умер Николай Константинович Рерих — русский художник, философ-мистик, писатель, путешественник, археолог, общественный деятель. Автор идеи и инициатор Пакта Рериха — первого в истории международного договора о защите культурного наследия, установившего преимущество защиты культурных ценностей перед военной необходимостью. Проводил раскопки в Петербургской, Псковской, Новгородской, Тверской, Ярославской, Смоленской губерниях.

Метки

Свежие записи

Рубрики

Updated: 25.10.2014 — 20:26
Яндекс.Метрика