Бадер Н.О. Первоначальное становление земледелия и скотоводства в Северной Месопотамии

К содержанию 180-го выпуска Кратких сообщений Института археологии

1Ближний Восток — один из древнейших центров становления производящих форм хозяйства. История развития земледелия и скотоводства в этом районе не только представляет большой конкретный интерес, но и позволяет понять общие закономерности перехода человечества к производящей экономике.

Новые важные материалы для решения этих вопросов дали работы Советской археологической экспедиции в Ираке, которая начиная с 1969 г. ведет систематические исследования в районе Синджарского хребта 2.

До работ экспедиции первой земледельческой культурой Северной Месопотамии считалась хассунская. Древнейший хассунский материал происходил из нижнего слоя Тель-Хассуны (1а), который интерпретировался исследователями как остатки временного лагеря охотников и собирателей, характерного для доземледельческого этапа развития экономики. На подгорной равнине Синджара местонахождения хассунской культуры также были древнейшими из известных здесь археологических памятников. Работами Советской археологической экспедиции в этом районе открыты памятники более раннего, до сих пор неизвестного этапа хассунской культуры, который был назван нами этапом Сотто по одному из исследованных поселений этого типа 3, и раннеземледельческий докерамический памятник VII тысячелетия до н. э. Телль Магзалия. Эти новые материалы принципиально изменили наши представления об истории Северной Месопотамии в период неолита.

Новые памятники находятся у подножия Джебел Синджара, в зоне современного неполивного земледелия. Пыльцевые диаграммы из культурных отложений показывают, что подгорная равнина в то время представляла собой субтропическую полусаванну, а склоны окружающих гор были покрыты мезофильными лесами и ксерофильными редколесьями. Судя по остаткам охотничьей фауны из Телль Магзалии, на подгорной равнине жили большие стада различных антилоп, в том числе джейрана и мелкой газели, встречались бык, кабан, овца, коза и лисица.

Поселение Телль Магзалия, открытое в 1977 г. и затем широко исследовавшееся на протяжении четырех полевых сезонов, расположено в холмистых отрогах Синджара, обрамляющих с севера плодородную лёссовую равнину. Поселение находится на правом берегу р. Арбы недалеко от ее истоков. Площадь телля первоначально превышала 1 га. Сейчас он почти наполовину разрушен рекой. Холм высотой более 8 м целиком сложен из развалин глинобитных построек на мощных каменных фундаментах. Вся толща культурных отложений предварительно может быть расчленена на 15 горизонтов, которые, в свою очередь, разбиваются на три больших периода существования памятника.

На уровне третьего-четвертого горизонтов от вершины холма все поселение было обнесено глинобитной стеной на каменном цоколе, претерпевшем несколько перестроек. Камни в ее основании достигают полутора метров в поперечнике. Высота цоколя в отдельных местах приближается к 2 м. На севере поселения обводная стена имеет подковообразный выступ диаметром около 3 м, который образуется фундаментом башни. На западе в стене выявлены входные ворота. Поселение было застроено прямоугольными многокамерными домами. В жилых комнатах прослежены входные двери, небольшие очаги и выгородки для хранения зерна, глиняные лежанки или скамьи вдоль стен. В небольших квадратных или узких вытянутых помещениях, по-видимому, находились кладовые.

Глинобитные дома также ставились на каменный фундамент. Глиняные стены выполнены в технике «touth». Стены и полы помещений обмазаны толстым слоем гипса. Крыши покрывались камышовыми циновками и также обмазывались гипсом. Большое количество отпечатков циновок найдено на обломках таких обмазок в завалах помещений. Перед одним из домов прослежена обмазанная гипсом площадка, перекрытая навесом. Следы столбов, поддерживавших перекрытие, видны в гипсовой обмазке пола. В ямах столбы укреплялись каменной забутовкой.

В толще отложений древнего поселения найден неолитический могильник с восемью погребениями. Захоронения сделаны в неглубоких ямах, обложенных каменными плитами. Положение костяков скорченное, ориентировка северная или южная. Погребения безынвентарные. Лишь в одном случае у шеи погребенного найдена мраморная бусина.

Поселение существовало без перерывов. Материальная культура из всей толщи отложений характеризуется высокоразвитой техникой расщепления и шлифовки камня и обработки кости. Характерны черешковые наконечники стрел на кремневых пластинах, концевые скребки, угловые резцы, кремневые и обсидиановые жатвенные ножи или вкладыши для серпов, клиновидные шлифованные топоры, костяные лощила, проколки, тонкие иглы с ушком, тщательно обрезанные медиальные части трубчатых костей, которые могли быть костяными рукоятками или звеньями ожерелий, песты и зернотерки из туфа. Геометрические микролиты отсутствуют. Обсидиан, происходящий из местонахождений Анатолии, преобладает над кремнем во всей толще отложений, кроме верхнего слоя.

Керамика отсутствует. Характерны ямы-хранилища. В одном случае глиняное хранилище для зерна примитивной бочонковидной формы было напольным, о чем можно судить по отверстию для ссыпки зерна в его основании. Разнообразны плетения, в том числе отпечатки корзин, каменные и гипсовые сосуды.

Широко распространены глиняные антропоморфные и зооморфные фигурки, но имеются и каменные статуэтки. Великолепно выполнено навершие составного костяного орудия в виде головки газели. Много украшений — каменных бус, подвесок, мраморных браслетов.

В слое найдены три обломка медной руды и медное шило. По определению Н. В. Рындиной, оно сделано методом холодной ковки. Медь также принесена на поселение с севера.

Хозяйство обитателей Телль Магзалии было комплексным: сочетание охоты и собирательства с земледелием и скотоводством. На занятие охотой указывают многочисленные наконечники стрел и кости диких животных, в первую очередь антилопы. По определению Д. В. Гаджиева, бык из Телль Магзалии мог уже быть частично одомашнен, а овца и коза безусловно были домашними. В верхних слоях кости овцы и козы, по-видимому, преобладали. Большая коллекция злаков из слоя, по определению Г. Н. Лисицыной, включает зерна культурного вида ячменя, пшеницы двузернянки, может быть, и карликовой пшеницы, сопровождающих зерновые культуры сорняков.

Поселение Телль Магзалия безусловно экстраординарный памятник, отражающий яркую вспышку в развитии культуры, вызванную переходом к производящим формам хозяйства. Поселение могло возникнуть только на основе производящего хозяйства. Сооружение обводной стены и больших домов требовало высокой организации и совместных усилий всего родового коллектива. Стены вокруг поселения, скорее всего, выполняли оборонительную функцию.

Абсолютная датировка памятника пока неизвестна. Судя по близким аналогиям с соседними датированными поселениями Сирии и Турции, прежде всего Чейеню Тепеси, Телль-Магзалия может быть отнесена к VII тысячелетию до н. э.

Исследование памятников VIII—VII тысячелетий до н. э. показывает, что развитие земледелия и скотоводства на Ближнем Востоке проходило в различных регионах различными путями 4.

В последние годы ряд докерамических и раннекерамических памятников исследован в Северной Месопотамии, в верховьях Тигра и Евфрата. При большом разнообразии, равно как и при заметных влияниях с запада, эти памятники (Абу Хурейра, Букра, Чейеню Тепеси и некоторые более мелкие) проявляют ряд общих черт. Работы на поселении Телль Магзалия, которое находится в центре всего региона, позволяют наметить в Северной Месопотамии новую область своеобразного развития культур, еще один центр возникновения земледелия и скотоводства на Ближнем Востоке. Особое культурное сходство проявляют Магзалия и Чейеню Тепеси.

Судя по материалам из различных районов Ближнего Востока, первоначальное становление земледельческо-скотоводческого хозяйства прошло по крайней мере три этапа развития. Первый представлен небольшими открытыми стоянками охотников и собирателей конца мезолита — начала неолита (Карим Шахир). Второй — крупными долговременными поселениями охотников и примитивных земледельцев и скотоводов (Иерихон А, Мурейбит, нижний слой Абу Хурейры 5, нижний слой Чейеню Тепеси 6). Их характерная черта состоит в преобладании на поселениях остатков охотничьей фауны над остатками домашних животных и в большом количестве зерен дикорастущих злаков. Зародившееся земледелие и скотоводство не были еще биологически закреплены. Третий, заключительный этап — время окончательного сложения земледелия и скотоводства. При сохранении заметной роли охоты и, по-видимому, собирательства остатки домашних козы и овцы начинают преобладать над дикими животными, широко распространяются зерна культурных злаков, складывается земледельческое хозяйство (Иерихон В, верхние слои Абу Хурейры и Чейеню Тепеси). К этому времени относится и Телль Магзалия, во всяком случае верхняя часть ее отложений.

Все это время памятники тяготеют к холмистым предгорьям и в целом не выходят за рамки зоны естественного распространения диких предков домашних животных и злаков.

Первоначальное освоение земледельцами равнины знаменует конец «неолитической революции» и начало победного шествия производящих форм хозяйства. С нашей точки зрения, этот момент фиксируется на памятниках типа Сотто, также открытых и исследованных экспедицией. Все они расположены на подгорной равнине и имеют сложившийся земледельческий характер. Охота перестает играть сколько-нибудь заметную роль в добывании пищи. Памятники типа Сотто предшествуют известным хассунским и связаны с ними генетически. Это убедительно прослежено на широко исследованных поселениях Телль-Сотто и Кюльтепе 7. Близкие аналогии эти памятники находят в соседних поселениях Джезиры (Ярымтепе I 8, Телюль эт-Телафат 9, Умм Дабагия 10, Телль-Хассуна 1 11 12) и в Загросе (Али Ага, керамический слой Джармо 13). Отдельные близкие аналогии имеют они и в керамическом слое Букры 14.

Культуры Магзалии и Сотто проявляют определенное генетическое сходство и стадиально, несомненно, сменяют одна другую. Однако прямой преемственности между ними не устанавливается, что может объясняться как заметным хронологическим разрывом между этими памятниками, так и большими изменениями в характере хозяйства. Для окончательного решения этого вопроса необходимы дополнительные фактические материалы.

Таким образом, работами Советской археологической экспедиции выявлен новый район возникновения производящих форм хозяйства в Северной Месопотамии. Исследованные памятники фиксируют принципиальный момент в истории этого процесса. Магзалия относится к завершающему этапу первоначального становления земледелия и скотоводства, конечному этапу «неолитической революции». Памятники типа Сотто — целиком земледельческо-скотоводческие поселения, первые в этом районе поселения на равнине. Выход земледельцев на равнину фиксирует окончательную победу производящих форм хозяйства.

К содержанию 180-го выпуска Кратких сообщений Института археологии

Notes:

  1. Настоящая работа представляет собой развернутые тезисы доклада автора на заседании Ученого совета Института археологии АН СССР 6 марта 1981 г.
  2. Мунчаев Р. М., Мерперт Н. Я. Ранние земледельческие поселения Северной Месопотамии. М., 1981.
  3. Бадер Н. О. Раннеземледельческое поселение Телль Сотто (по раскопкам 1971, 1973—1974 гг.).— СА, 1975, № 4.
  4. Массон В. М. Средняя Азия и Ближ¬ний Восток. М.; Л., 1964.
  5. Moore А. М. The Excavation of Tell Abu Hureyra in Syria.— PPS, 1975, vol. 41.
  6. Cambel H., Braidwood R. An Early Farming Village in Turkey.— Scientific American, March 1970.
  7. Бадер H. О. Раннеземледельческое поселение Телль Сотто (по раскопкам 1971, 1973—1974 гг.).
  8. Башилов В. А., Большаков О. Г., Куза А. В. Древнейшие слои хассунского поселения Ярым-тепе I в Северном Ираке.— СА, 1980, № 1.
  9. Мунчаев Р. М., Мерперт Н. Я. Раннеземледельческие поселения Северной Месопотамии. М., 1981.
  10. Fucai S., Matsutani Т. Excavations atTe- lul eth-Thalathat, 1976.— Sumer, 1977, vol. XXXIII, N 1.
  11. Kirkbride D. Umm Dabaghiyah 1974: a forth preliminary report.— Iraq, 1975, N 37.
  12. Lloyd S., Safar F. Tell Hassuna.— Jour¬nal of Near Eastern Studies, Chicago, 1975, vol. IV, N 4.
  13. Braidwood R., Howe B. Prehistoric Investigations in Iraqi Kurdistan.— SAOC, 1960, N 31.

  14. Akkermans P. A., Loon M. N. van, Roodenberg Waterbolk H. T. The 1976—1977 Excavations at Tell Bougras.— AAAS, 1978.

В этот день:

Нет событий

Метки

Свежие записи

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика