Американоиды — протоморфные монголоиды?

Для объяснения этого сходства Я. Я. Рогинский предложил гипотезу американоидности древнего населения Северной и Восточной Азии, т. е. сохранения в Америке протоморфного комплекса признаков, на базе Которого сформировался в Азии классический монголоидный комплекс 1.

Согласно этой гипотезе, древнейшее население этой огромной области не имело четко выраженных монголоидных признаков, которые вообще представляют собой очень позднюю стадию расообразования, и уплощенное лицо и плоский нос сформировались в Азии тогда, когда Америка была уже заселена человеком и часть древнейших азиатских популяций ушла из Азии через район Берингова пролива в Америку. Гипотеза эта была высказана еще тогда, когда многие наши представления об этапах расогенеза носили достаточно схематичный характер и почти полностью отсутствовал хорошо изученный палеоантропологический материал из Восточной и Центральной Азии. Сейчас этот материал появился, и, хотя в нем много пробелов, он позволяет сделать некоторые дополнительные выводы.

Прежде всего несколько слов относительно самых ранних находок.

Некоторая уплощенность верхнего отдела лицевого скелета и лопатообразные резцы у синантропа, очень сильная уплощенность лица у лань-тянского гоминида — совершенно очевидно складывающийся монголоидный комплекс признаков, не достигший еще своего полного развития 2.

Это наблюдение как будто подтверждает гипотезу протоморфности древнего населения Азии.

Верхнепалеолитические палеоантропологические находки с сохранившимся лицевым скелетом происходят, как известно, из двух местонахождений — Верхней пещеры Чжоукоудянь 3 и местонахождения Дунь-дяньян 4, причем первые находки относятся к заключительному этапу верхнего палеолита. И череп из Дуньдяньяна, и оба женских черепа из Верхней пещеры имеют уплощенный лицевой скелет и мало выступающие носовые кости 5. Переносье у фрагмента со стоянки Афонтова гора, в Южной Сибири также было сильно уплощено 6. Практически единственное, что остается для доказательства протоморфности древнейшего населения Восточной Азии,— мужской череп из Верхней пещеры, действительно отличающийся от современных монголоидных серий и более профилированным лицом, и более выступающими носовыми костями.

Достаточный ли это аргумент? Строго говоря, нет, особенно если мы примем во внимание единичность находки.

Против гипотезы невыраженности особенностей монголоидной расы у древнего населения Восточной Азии свидетельствует и более поздний палеоантропологический материал эпохи неолита. Из бассейна Хуанхэ описано несколько серий разного времени и различной культурной принадлежности — все они отличаются четко выраженным монголоидным комплексом признаков 7. Правда, по отношению к одной из серий было высказано мнение о наличии в оставившей ее популяции европеоидной примеси 8, но оно получило очень неубедительное морфологическое обоснование. Степень выраженности монголоидных признаков в целом ненамного меньше у восточноазиатских монголоидов, чем у сибирских, и они краниологически близки к неолитическим людям бассейна Хуанхэ.

Если на протяжении последних пяти тысяч лет в определенном географическом районе наблюдается такая стабильность антропологического комплекса, то трудно назвать фундаментальную причину, которая могла бы привести к его быстрому изменению на протяжении предшествующих тысячелетий.

Наши знания в области палеоантропологии Сибири 9 и Японских островов 10 в последние десятилетия также возросли в несколько раз.

Неолитическое население этих областей отличалось не меньшей выраженностью монголоидных особенностей, чем современное. Поэтому гипотеза нейтрального менее специализированного антропологического типа древних азиатских монголоидов выглядит не очень убедительно, так как она оставляет без объяснения много вопросов, и сейчас опа вряд ли может быть поддержана палеоантропологпчэскими аргументами и нуждается либо в замене ее какой-то другой гипотезой (если считать нейтральность протомонголоидного комплекса фикцией), либо в существенных дополнениях.

Между тем определенный ряд палеоантропологических фактов, выявленных за последние 20 лет, бросает новый свет на проблему в целом.

Во многих районах Центральной Азии — в Туве 11, в западных районах Монголии 12 — проживали в эпоху энеолита, бронзы и раннего железа популяции с европеоидными особенностями. Речь идет не об отдельных включениях, а о достаточно широком распространении европеоидов в Центральной Азии в эпоху энеолита и бронзы. На востоке европеоидный ареал доходил до центральных районов нынешней территории Монгольской Народной Республики, — это имеет прямые палеоантропологические доказательства, на основании косвенных соображений можно предполагать, что его восточная граница уходила еще дальше на восток и пролегала где-то во Внутренней Монголии или даже еще восточнее.

Находки более раннего времени из этих районов — с территории Тувы, Монголии и Внутренней Монголии пока отсутствуют, но аргументируемая археологически культурная преемственность возводит здесь генезис населения эпох неолита и бронзы к более раннему времени. А археологическая характеристика памятников палеолитического времени обнаруживает в них многие элементы западного происхождения 13.

Весьма вероятно, что степная часть центральных областей изначально входила в ареал формирования европеоидов и нынешняя территория Алтая, Хакасии и Тувы, западных районов Монголии, может быть даже вся Монголия до Внутренней Монголии, представляла собой зону разных очагов европеоидного расообразования. Таким образом, огромный по ареалу и многочисленный массив европеоидов в Центральной Азии на ранних этапах расообразования простиравший свое влияние далеко на восток, — реальный факт, с которым нельзя сейчас не считаться при реконструкции расогенетического процесса на востоке и севере Азии и порожденных им импульсов, распространившихся в разные стороны, в том числе и в Америку.

Гипотеза о наличии европеоидной примеси у народов Восточной Азии высказывалась в 30—40-х годах рядом западноевропейских антропологов 14, и она подверглась тогда же острой и в целом справедливой критике со стороны советских специалистов, потому что фактическая база ее была очень уязвима (изображения якобы сильно бородатых людей в древнекитайских хрониках), а теоретически она сопровождалась культур-трегерскими тенденциями и стремлением приписать местные культурные достижения европеоидным пришельцам 15. Такой примитивный культур-трегерский евроцентризм давно оставлен современной наукой, но широкий контакт европеоидов с монголоидами на территории Центральной и частично Восточной Азии в эпоху ранних этапов расообразования, как мы убедились, документируется многими бесспорными фактами, сомнений не вызывает и заставляет перестроить наше отношение к традиционным схемам заселения Америки и исходных расовых комплексов, носители которых приняли участие в этом процессе.

Какое отношение вся эта новая информация имеет к рассмотренной выше гипотезе нейтрального облика древних монголоидов? Мы отказались от этой гипотезы из-за отсутствия в ее пользу серьезных морфологических доказательств, но генезис морфологических особенностей, которые характерны для американоидов, проясняется с помощью тех палеоантропологических материалов, которые были перечислены выше. Если, как было установлено, ареал европеоидов на ранних этапах расообразования был гораздо шире и охватывал, хотя бы частично, Центральную Азию, то контакт их с протомонголоидами должен был быть очень значительным именно в тех районах Центральной, Восточной и Северной Азии, откуда вероятен исход предков американоидов в Новый Свет через древнюю Берингейскую сушу.

Notes:

  1. Рогинский Я. Я. Проблема происхождения монгольского расового типа // Антроп. журн. 1937. № 2.
  2. Алексеев В. П. Палеоантропология земного шара и формирование человеческих рас. М., 1978.
  3. Weidenreich F. On tbe earliest representatives of modern mankind recovered on the soil of East Asia // Peking natural history bulletin. Vol. 13, 1939. N 3.
  4. Woo Ju-kand. Human fossil Found in Liukiang, Kwangsi, China // Vertebrata palasiatica. Vol. Ill, 1959. N 3.
  5. Метрическую характеристику см.: Алексеев В. П. Палеоантропология земного шара и формирование человеческих рас.
  6. Дебец Г. Ф. Фрагмент лобной кости человека из культурного слоя стоянки «Афонтова гора II» под Красноярском // Бюл. Комис. по изуч. четвертич. периода. 1946. № 8.
  7. Black D. A study of Kansu and Honan aeneolothic skulls and specimens from later Kansu prehistoric sites in comparison with North China and other recent crania // Paleontologia Sinica, series D. Vol. VI. Fast 1. Peking, 1928; Jen Jin. Report on the skeletal remains from the neolithic site at Bao Ji, Shensi//Paleovertebrata et paleoanthropologia. 1960. N 3; Idem. Investigations of the neolithic human skeletons unearthed at Pan Po, Sian//Kaogu (Archaeology). 1960. N 9; Idem. Neolithic human skeletons unearthed at Hua-Asien, Shensi // Kaogu suebao. 1962. N 2.
  8. Крюков M. В., Софронов M. В., Чебоксаров Н. И. Древние китайцы: проблемы этногенеза. М., 1978; Чебоксаров Н. Н. Этническая антропология Китая (расовая морфология современного населения). М., 1982.
  9. Сводка данных: Алексеев В. П., Гохман И. И. Антропология азиатской части СССР. М., 1984.
  10. Suzuki Н. Microevolutional changes in the Japanese population from the prehistoric age to the present day // Journal of the Faculty of science, University of Tokyo, section V. Anthropology. Vol. Ill, 1969. N 4.
  11. Гохман И. И. Происхождение центральноазиатской расы в свете новых палеоантропологических материалов//Сб. Музея антропологии и этнографии АН СССР. Л., 1980. Т. 36.
  12. Алексеев В. П. Новые данные о европеоидной расе в Центральной Азии // Бронзовый и железный век Сибири. Новосибирск, 1974; Мамонова Н. Н. Антропологический тип древнего населения Западной Монголии по данным палеоантропологии // Сб. Музея антропологии и этнографии АН СССР. Л., 1980. Т. 36.
  13. Окладников А. П. Палеолит Центральной Азии. Новосибирск, 1981.
  14. Montandon G. La race, les races, mise au point d’ethnologie somatique. Paris, 1933? Eickstedt E. Bassenkunde und Rassengeschichte der Menschheit. Stuttgart, 1934; Idem. Rassendynamik von Ostasien. China und Japan. Thai und Khmer von der Urzeit bis heute. Berlin, 1944.
  15. См., напр.: Чебоксаров H. И. К вопросу о происхождении китайцев // Сов. этнография. 1947. № 1.

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1842 Родился Адольф Бёттихер — немецкий архитектор, искусствовед, археолог, специалист по охране памятников истории, руководитель раскопок Олимпии в 1875—1877 гг.
  • 1926 Родилась Нина Борисовна Немцева – археолог, известный среднеазиатский исследователь-медиевист, кандидат исторических наук.
  • 1932 Родился Виталий Епифанович Ларичев — советский и российский археолог-востоковед, антрополог, доктор исторических наук, специалист по археологии чжурчжэней, автор работ по палеоастрономии.

Метки

Свежие записи

Рубрики

Updated: 30.09.2015 — 09:22

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика