А.Л. Кунгуров — К вопросу о ранних этапах горного производства на Алтае

Несмотря на то, что Чудские копи известны давно и являются распространенными археологическими объектами в Рудном Алтае, их изученность до сих пор крайне слаба. Совершенно не разработаны ни типология, ни датировка, ни их культурная принадлежность. Мало того, до настоящего времени не выяснено, что добывали древние горняки в той или иной копи и все ли они относятся к эпохе металла.

Исследования каменного века Рудного Алтая, позволили несколько по-иному взглянуть на проблему и сделать следующие наблюдения:
1) концентрация палеолитических находок в местах активной рудодобычи XVIII-XX вв. на реках Корболиха и Гольцовка;
2) фиксация на части каменных артефактов явных окислов меди;
3) документирование на каменоломне Давыдовка-1 западин, связанных с разработкой каменного сырья;
4) находки в выработках рудников окрестностей Змеиногорска каменных артефактов и отдельностей качественного сырья (прежде всего роговика).

Скопление палеолитических объектов около известных рудников, на наш взгляд, — не случайное явление. Рудные тела, выходящие на поверхность и являвшиеся объектом разработки прежде всего в XVIII-XIX вв., соседствуют с пластами окремненных песчаниковых пород (роговики), цветных яшм, порфиритов и т.п. По всей видимости, поиск сырьевых ресурсов охотниками каменного века привел к знакомству их с медными рудами, как сопутствующего материала. В отличие от кремнесодержащих минералов, медесодержащие породы имели явные и яркие внешние признаки: специфическую растительность, окраску покровных отложений и водных источников (например р. Лазурка). Ориентируясь на эти признаки, древние горняки могли открывать выходы камня и разрабатывать его, оставляя на месте деятельности ямы, чрезвычайно напоминающие чудские копи. Это привело, например, к тому, что на Давыдовке-1 в наше время геологи приняли ямы от камнедобычи за копи и проверили их, пробурив разведочные скважины. Соседство сырьевых ресурсов для камнеобработки с рудными телами приводило к проникновению окислов меди в трещины роговика и окрашиванию части минерала в зеленый цвет. Артефакты с подобными следами обнаружены на стоянках Холодный (исток), Первая Бутановка-4, Воронеж-4 и т.п. При этом в месте расположения самих памятников медных руд нет, но известны близлежащие рудники, отвалы которых содержат пригодный для обработки камень, отделенный от руды при ее первичном обогащении. Уверенно можно определить, что изделия с Холодного (исток) изготовлены из роговика с Карамышевского Второго рудника, на Первой Бутановке-4 использовалось сырье с Лазурки, а Воронеж-3 содержит роговик с Карамышевского Первого рудника.

Открытие в Рудном Алтае каменоломен с полным циклом утилизации камня, приуроченных к выходам роговика, а также мастерских, где осуществлялось расщепление отдельностей породы из делювиальных отложений, позволяет нам реконструировать процесс поиска и использования сырьевых ресурсов Рудного Алтая в каменном веке. Кроме того, некоторые особенности памятников, связанных с добыванием и первичной обработкой сырья, позволяют рассматривать их не только с точки зрения производства, но и как интересные социокультурные объекты мустьерской и верхнепалеолитической эпох. Развитие производительных сил общества палеантропов, функционировавшего на основании социальных законов агамии, аномии и разборных отношений, не могло обеспечить разработку сырьевых ресурсов на постоянной основе. Видимо, добыча сырья являлась разновидностью важной хозяйственной деятельностью, на время которой объявлялась агамия. Она могла осуществляться в рамках подготовки и проведения загонной охоты или как независимая работа части предобщины. В случае близости выходов пригодного для обработки камня предпочтительным был первый вариант организации работы. Если источник сырья находился в рамках контролируемой территории далеко, могло существовать разделение мужской рабочей группы на «горняков» и охотников. То что древнейшая горная деятельность являлась мужским занятием, естественно, это предположение, которое сложно доказать или опровергнуть. Однако чисто физические трудозатраты, необходимость транспортировки на место базового лагеря-стоянки преформ и заготовок орудий, первоначальное расщепление камня в месте его добычи явно отнимали много усилий и времени именно у мужчин.
Мы склоняемся к тому, чтобы считать временные охотничьи стоянки (в том числе и в пещерах небольшой площади) и мастерские-каменоломни остатками жизнедеятельности мужской рабочей группы палеантропов в периоды агамии. Эту гипотезу подтверждают свидетель¬ства достаточно длительного проживания «горной» группы палеантропов на месте добычи сырья. Не рассматривая пока технологию и стратегию утилизации сырья, можно реконструировать алгоритм функционирования мастерских-каменоломен:
• подготовка (создание запаса продуктов питания и необходимых инструментов);
• перемещение рабочей группы с базового лагеря на выходы сырья;
• осуществление процесса добывания, первичной обработки камня, изготовление крупных орудий труда (заготовки, бифасы) и преформ нуклеусов для расщепления в базовом лагере;
• транспортировка заготовленного на место основного проживания.
Этот алгоритм существенно упрощен, так как не все стоянки еще зафиксированы, не все материалы проанализированы с минералогических позиций. Одно дело, когда мастерская находится в зоне прямой видимости со стоянки (комплекс стоянка Усть-Машинка-3 — мастерская-каменоломня Давыдовка-1 в долине Машинки), и совсем другое, когда сырье с Давыдовки-1 использовалось на стоянках в долине Алея (Гилевское водохранилище 6). В первом случае расстояние между объектами по прямой составляет 2 км, во втором — свыше 20 (при этом необходимо преодоление как минимум трех рек, включая Алей). Индустриальный комплекс ранних технологических горизонтов Давыдовки-1 содержат не только свидетельства первичного расщепления, но и большое количество орудий, не связанных с утилизацией камня: скорняжные инструменты, разнообразные зубчато-выемчатые орудия, отщепы, сколы и пластины со следами использования. Это яркое свидетельство не только горных работ, но и проживания людей на мастерской. Не исключено и то, что на памятнике наряду с первичной обработкой камня осуществлялось изготовление рукоятей, древков и оснащались наконечниками копья. По-другому объяснить обилие зубчато-выемчатых форм, применяемых преимущественно для обработки дерева, сложно. Подобный орудийный набор демонстрирует не только Давыдовка-1, но и другие мастерские, которые можно интерпретировать как каменоломни не только Рудного Алтая (Усть-Буточный-1, Ревнюха, Давыдовка-2), но и Средней Катуни и среднего Причарышья.

В верхнепалеолитическое время складывается дуально (фратриально) — родовая структура общества. По-видимому, изменяется и характер древнейшей «горной» деятельности, протекающей на конкретной родовой территории. Именно с этого периода времени племена, контролирующие природные богатства, получают дополнительные стимулы как в своем развитии (выгода межплеменного обмена), так и в традиции защиты и сохранения общественной (родовой) собственности, доставшейся от предков («мерафо» по Б. Малиновскому). Алгоритм функционирования каменоломен в верхнем палеолите вряд ли существенно отличался от уже охарактеризованного.

Реконструкция процесса поиска сырьевых ресурсов — дело будущих исследований. Однако уже сейчас мы можем утверждать, что многотысячелетние разработки камня в палеолите Рудного Алтая способствовали накоплению специальных знаний в обществе. Значительной частью их являлась информация о внешних признаках «сопутствующих» медных месторождений. Материальное выражение «горной» отрасли производительных сил общества каменного века региона — тысячи ям в местах добывания сырья. Это своего рода маркер не только наличия пригодного для расщепления материала, но и присутствия медных руд. При появлении технологии выплавки меди (ориентировочная дата конец V-IV тыс. до н.э.) все известные ранее месторождения были освоены в короткий срок.

Это могло сделать как автохтонное население, так и пришлые племена скотоводов, воспользовавшись уже существующими древними копями. Этот процесс вряд ли отличался от поисков рудознатцев Демидова, обследовавших Чудские копи Рудного Алтая в XVIII в. Не исключена многократность процесса освоения рудных богатств региона в эпохи смены культурных традиций и автохтонного населения. Однако этот процесс требует исследования как самих чудских копей, так и многочисленных памятников бронзового, железного веков и эпохи средневековья в соответствующем контексте.

В этот день:

Нет событий

Метки

Свежие записи

Рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика